Неточные совпадения
Ницше
был родствен одному из полюсов моей
природы, как другому полюсу
был родствен Л. Толстой.
Человек
есть загадка не как животное и не как существо социальное, не как часть
природы и общества, а как личность, именно как личность.
Человек
есть личность не по
природе, а по духу.
Вся тяжесть, наложенная на человека
природой и обществом, историей и требованиями цивилизации,
есть поставленное перед нами затруднение, требующее сопротивления и творческого претворения в личное, единственно личное.
Нравственно-разумная
природа человека у Канта
есть безличная, общая
природа.
Можно
было бы сказать, что общество и
природа дают материю для активной формы личности.
Но личность
есть независимость от
природы, независимость от общества и государства.
Бог и
есть гарантия свободы личности от порабощения власти
природы и общества, царства кесаря, мира объектности.
Личность совсем не
есть душа в отличие от тела, связывающего человека с жизнью
природы.
Личность
есть победа духа над
природой, свободы над необходимостью.
Но у Канта учение о личности не
есть все-таки подлинный персонализм, потому что ценность личности определяется нравственно-разумной
природой, которая универсально-общая.
Личность
есть свобода и независимость человека в отношении к
природе, к обществу, к государству, но она не только не
есть эгоистическое самоутверждение, а как раз наоборот.
Личность не порождается родовым космическим процессом, не рождается от отца и матери, она происходит от Бога, является из другого мира; она свидетельствует о том, что человек
есть точка пересечения двух миров, что в нем происходит борьба духа и
природы, свободы и необходимости, независимости и зависимости.
Ошибка гуманизма
была совсем не в том, что он слишком утверждал человека, что он толкал на путь человекобожества, как часто утверждалось в русской религиозной мысли, а в том, что он недостаточно, не до конца утверждал человека, что он не мог гарантировать независимость человека от мира и заключал в себе опасность порабощения человека обществу и
природе.
Но в человеке
есть божественный элемент, в нем
есть как бы две
природы, в нем
есть пересечение двух миров, он несет в себе образ, который
есть и образ человеческий и образ Божий и
есть образ человеческий в меру того, как осуществляется образ Божий.
Вне этого
есть лишь растворение человека в безличной
природе.
Гениальность
есть целостная
природа человека, её интуитивно-творческое отношение к жизни.
Гении же
есть соединение этой
природы с особенным даром.
Но для освобождения человека его духовная
природа должна ему
быть возвращена, он должен сознать себя свободным и духовным существом.
Употребляя кантовскую терминологию, можно
было бы сказать, что царство
природы есть царство общего, царство же свободы
есть царство единичного.
Бытие онтологии
есть натуралистически мыслимая вещь,
природа, сущность, но не существо, не личность, не дух, не свобода.
То, что в
природе есть детерминизм, то в обществе
есть господство.
Победа над рабством у
природы, у природных стихийных сил
есть ведь основная тема цивилизации.
Старое теологическое понимание того, что такое
природа, связано
было с различением природного и сверхприродного,
природы и благодати.
Я
буду употреблять слово «
природа» и не в смысле противоположения её культуре, цивилизации или сверхприродному, благодатному и не в старом смысле космоса или Божия творения и не в смысле исключительно пространственного материального мира, отличного от души.
Основной дуализм не
есть ни дуализм естественного и сверхъестественного, ни дуализм материального и психического, ни дуализм
природы и цивилизации, а дуализм
природы и свободы,
природы и духа,
природы и личности, объектности и субъектности.
Природа в этом смысле
есть мир объективации, т. е. отчужденности, детерминированности, безличности.
Рабство человека у
природы есть рабство у этой объективации, у этой отчужденности, у этой детерминированности.
Личность
есть восстание человека против рабства у
природы.
Но, как не раз уже
было сказано, человек по своему образу, человек как личность не
есть часть
природы, он несет в себе образ Бога.
В
природе есть и прерывность,
есть случай.
Природа есть порядок детерминизма, но это не
есть замкнутый порядок, в него могут вторгаться силы иного порядка и менять результаты закономерности.
Природа есть размыкающийся порядок.
Порабощенность и порабощающее состояние мира, детерминизм
природы есть порождение объективации.
Рабство человека у
природы, как, впрочем, и всякое рабство,
есть рабство у объектности.
Природа же, как субъект,
есть внутреннее существование космоса,
есть его экзистенциальность, а следовательно, и свобода.
Рабство у
природы, как космическое прельщение, может
быть духовным явлением.
Это
есть рабство у так называемых «законов»
природы, которые открывает и конструирует человек своим научным познанием.
«
Природа» романтиков никогда не
была «
природой» естественнонаучного познания и технического воздействия, не
была «
природой» необходимости и закономерности.
Например, чудо совсем не означает нарушения каких-либо законов
природы, это
есть явление смысла в человеческой жизни, обнаруживающееся в природной среде, подчиненной частичным законам.
В объективированной
природе нельзя искать души мира, внутренней жизни космоса, потому что она не
есть подлинный мир, но мир в падшем состоянии, мир порабощенный, отчужденный, обезличенный.
Правда, мы прорываемся ко внутренней космической жизни, к
природе в экзистенциальном смысле через эстетическое созерцание, которое всегда
есть преображающая творческая активность, через любовь и сострадание, но это всегда означает, что мы прорываемся за пределы объективированной
природы и освобождаемся от её необходимости.
Прорыв из этого порочного круга
есть акт духа, а не подчинение органическому космическому ритму, которого в объективированной
природе по-настоящему не существует.
Объективность общественных явлений, превышающая человеческое существование,
есть объективация, отчуждение человеческой
природы, вследствие которой общественные отношения человека с человеком представляются реальностями, находящимися вне людей и над людьми.
Рабство человека у самого себя
есть не только рабство у своей низшей, животной
природы.
То жуткое явление жизни, которое сейчас именуется тоталитарным государством, совсем не
есть временное и случайное явление известной эпохи, это
есть выявление истинной
природы государства, царства.
Конфликт царства Божия и царства Кесаря
есть на философском языке конфликт субъекта и объекта, свободы и необходимости, духа и объективированной
природы.
Анархизм одинаково может
быть свирепым, вооруженным бомбами, и кротким, идиллическим, верующим в доброту человеческой
природы.
Сейчас война не может
быть наименьшим злом, сейчас обнажается её сатаническая
природа.
Но восстание личности
есть победа духа и свободы над
природой и народной стихией.
Неточные совпадения
Но, может
быть, такого рода // Картины вас не привлекут: // Всё это низкая
природа; // Изящного не много тут. // Согретый вдохновенья богом, // Другой поэт роскошным слогом // Живописал нам первый снег // И все оттенки зимних нег; // Он вас пленит, я в том уверен, // Рисуя в пламенных стихах // Прогулки тайные в санях; // Но я бороться не намерен // Ни с ним покамест, ни с тобой, // Певец финляндки молодой!
Или, не радуясь возврату // Погибших осенью листов, // Мы помним горькую утрату, // Внимая новый шум лесов; // Или с
природой оживленной // Сближаем думою смущенной // Мы увяданье наших лет, // Которым возрожденья нет? //
Быть может, в мысли нам приходит // Средь поэтического сна // Иная, старая весна // И в трепет сердце нам приводит // Мечтой о дальней стороне, // О чудной ночи, о луне…
Зато любовь красавиц нежных // Надежней дружбы и родства: // Над нею и средь бурь мятежных // Вы сохраняете права. // Конечно так. Но вихорь моды, // Но своенравие
природы, // Но мненья светского поток… // А милый пол, как пух, легок. // К тому ж и мнения супруга // Для добродетельной жены // Всегда почтенны
быть должны; // Так ваша верная подруга // Бывает вмиг увлечена: // Любовью шутит сатана.
Гонимы вешними лучами, // С окрестных гор уже снега // Сбежали мутными ручьями // На потопленные луга. // Улыбкой ясною
природа // Сквозь сон встречает утро года; // Синея блещут небеса. // Еще прозрачные леса // Как будто пухом зеленеют. // Пчела за данью полевой // Летит из кельи восковой. // Долины сохнут и пестреют; // Стада шумят, и соловей // Уж
пел в безмолвии ночей.
Чичиков согласился с этим совершенно, прибавивши, что ничего не может
быть приятнее, как жить в уединенье, наслаждаться зрелищем
природы и почитать иногда какую-нибудь книгу…