Неточные совпадения
Все спасается от вырождения, окостенения и
смерти не безличным нечеловеческим иерархизмом, а иерархизмом
человеческим,
человеческим качеством,
человеческим даром.
Оно может захватить все
человеческое существо до глубины, может привести к
смерти, может привести к отрицанию и Бога, и мира, и человека.
И если они и трактуют о проблеме бессмертия, то без углубления проблемы самой
смерти и преимущественно в связи с нравственной ответственностью человека, с наградами и наказаниями и в лучшем случае с потребностью завершения бесконечных стремлений
человеческой личности.
Жизнь есть постоянная борьба со
смертью и частичное умирание
человеческого тела и
человеческой души.
Когда во времени умирают и исчезают
человеческие чувства, то это есть переживание
смерти.
В пространстве и времени, не вмещающих полноты, обрекающих на разрывы и расставания, всегда в жизни торжествует
смерть, и
смерть говорит о том, что смысл лежит в вечности, в полноте, что жизнь, в которой восторжествует смысл, не будет знать разрыва и расставаний, не будет знать тления и умирания
человеческих чувств и мыслей.
Непереносима
смерть целостной личности, в которой дано единство всех
человеческих сил и возможностей.
Неверность же идеалистического учения о бессмертии в том, что это духовное, идеальное, ценностное начало не образует личности на вечность, не преображает всех сил человека для вечности, а отделяется от человека, отвлекается в идеальное небо, образует безличный и бесчеловечный дух и предает человека,
человеческую личность тлению и
смерти.
Розановская победа над
смертью через рождение возможна лишь при нечувствительности к
человеческой личности и ее вечной судьбе.
Нельзя пассивно, в тоске, ужасе и страхе ждать наступления конца и
смерти человеческой личности и мира.
Жизнь от рождения до
смерти в нашем мире есть лишь небольшой отрезок
человеческой судьбы, непонятный, если взять его в замкнутости и отрезанности от вечной
человеческой судьбы.
И когда этот ужас овладел
человеческой душой, человек готов искать спасения от ада в
смерти, в вечной
смерти.
И когда
человеческая душа готова искать избавления от ужаса ада в
смерти, она думает о
смерти, которая кончится и будет концом всего, а не о
смерти бесконечной.
Молодая попадья, прибежавшая на берег с народом, навсегда запомнила простую и страшную картину
человеческой смерти: и тягучие, глухие стуки своего сердца, как будто каждый удар его был последним; и необыкновенную прозрачность воздуха, в котором двигались знакомые, простые, но теперь обособленные и точно отодранные от земли фигуры людей; и оборванность смутных речей, когда каждое сказанное слово круглится в воздухе и медленно тает среди новых нарождающихся слов.
Неточные совпадения
— Убивать ее не надо, точно;
смерть и так свое возьмет. Вот хоть бы Мартын-плотник: жил Мартын-плотник, и не долго жил и помер; жена его теперь убивается о муже, о детках малых… Против
смерти ни человеку, ни твари не слукавить.
Смерть и не бежит, да и от нее не убежишь; да помогать ей не должно… А я соловушек не убиваю, — сохрани Господи! Я их не на муку ловлю, не на погибель их живота, а для удовольствия
человеческого, на утешение и веселье.
Только потому, что человек отчужден от самого себя и выброшен вовне, может явиться претензия победить трагизм
смерти, главный трагизм
человеческого существования.
И с тех пор началась для Масловой та жизнь хронического преступления заповедей божеских и
человеческих, которая ведется сотнями и сотнями тысяч женщин не только с разрешения, но под покровительством правительственной власти, озабоченной благом своих граждан, и кончается для девяти женщин из десяти мучительными болезнями, преждевременной дряхлостью и
смертью.
Поэтому
смерть, установляющая естественную прерывность во всех
человеческих делах, а также налагающая неизбежную печать и на все
человеческое творчество, спасает человека и от непрерывности в творчестве зла, а тем ослабляет, парализует его силу.
Т. 1. С. 485–488]), Такое воскрешение принципиально равнозначаще неопределенному продлению
человеческой жизни отстранением
смерти.