Неточные совпадения
И остается
совсем невыясненным,
как трансцендентальное сознание овладевает психологическим сознанием,
как психологическое сознание возвышается до трансцендентального сознания.
Какое для меня утешение, что существует мировой или божественный разум, если
совсем не выяснен вопрос о действии этого мирового и гносеологического разума во мне, о моем человеческом разуме.
Естественные науки не производят такого опустошения,
какое производит историческое и психологическое исследование духа, в котором объективирование есть умерщвление реального предмета, ибо этот реальный предмет
совсем не есть объективированный предмет.
Нравственная жизнь
совсем не есть явление природы, и она неуловима,
как явление природы.
И вопрос тут стоит
совсем не так,
как он ставится эволюционистами, которые исследуют происхождение нравственных понятий.
Мир языческий, мир язычества греческого
совсем не был райским состоянием,
каким хотят его некоторые представить.
Победу личного духовного начала Бахофен
совсем не считает декадансом,
как считает Клагес.
Когда любящий стремится к соединению с любимой женщиной, то он стремится
совсем не к наслаждению и счастью, а к обладанию этой женщиной, которое представляется ему ценностью и благом, счастье же и наслаждение могут быть лишь последствием этого обладания,
как, впрочем, может быть и страдание, и мучение, и даже в большинстве случаев так бывает.
Кантовская этика закона противополагает себя принципу эвдемонизма, счастья
как цели человеческой жизни, но под счастьем и эвдемонизм понимает отвлеченную норму добра и
совсем не интересуется счастьем живой неповторимой индивидуальной человеческой личности.
Столь же законнической,
как у Канта, является и нравственная философия Л. Толстого, хотя она и
совсем неавторитарна.
Фарисейство думает, что искупление — в исполнении закона добра, в то время
как спасение в том, чтобы преодолеть то различение между добром и злом, которое явилось результатом грехопадения, т. е. преодолеть закон, порожденный этим различием, войти в Царство Божье, которое
совсем не есть царство закона посюстороннего добра.
С душой, личностью, жизнью грешников
совсем нельзя поступать,
как со средством для осуществления «добра» и для торжества «добрых».
И вот трагизм нравственной жизни,
как было уже сказано,
совсем не в столкновении добра и зла, божественного и дьявольского, трагизм прежде всего в столкновении одного добра с другим добром, одной ценности с другой ценностью — любви к Богу и любви к человеку, любви к отечеству и любви к близким, любви к науке или искусству и любви и жалости к человеку и т. п.
Смысл же войны,
как и всех больших исторических событий, обычно бывает
совсем не тот,
какой вкладывают в него активные деятели этих событий.
Воля к осуществлению социальной правды
совсем не есть исповедание утопии совершенного социального строя или земного рая,
как и не означает того, что детерминированный социальный процесс приведет к торжеству социальной справедливости.
Как бы ни относиться к демократии, нужно признать, что она
совсем не есть идеал совершенного социального строя и менее всего предполагает победу над первородным грехом.
Когда есть любовь
как онтологическая основа брачного соединения, то
совсем не ставится даже вопрос, должен ли брак быть абсолютной моногамией.
Идеализм,
как он выразился в германской метафизике, не знает личности, признает ее лишь функцией мирового духа и идеи и потому
совсем не восприимчив в трагедии смерти.
Если бы жизнь человека целиком была взята в дух и претворена в духовную жизнь, если бы духовное начало окончательно овладело природной стихией, душевной и телесной, то смерти
как натурального факта
совсем не наступило бы, то совершился бы переход в вечность без того события, которое мы извне воспринимаем
как смерть.
Ад,
как субъективная сфера,
как погружение души в ее собственную тьму, есть имманентный результат греховного существования, а
совсем не трансцендентное наказание за грех.
Проблема победы над темными силами ада
совсем не есть проблема Божьего милосердия и всепрощения, ибо Божье милосердие и всепрощение безграничны, а есть проблема о том,
как Бог может победить темную свободу твари, от Бога отвратившуюся и Бога возненавидевшую.
— Я иногда слишком уж от сердца говорю, так что Дуня меня поправляет… Но, боже мой, в какой он каморке живет! Проснулся ли он, однако? И эта женщина, хозяйка его, считает это за комнату? Послушайте, вы говорите, он не любит сердца выказывать, так что я, может быть, ему и надоем моими… слабостями?.. Не научите ли вы меня, Дмитрий Прокофьич? Как мне с ним? Я, знаете,
совсем как потерянная хожу.
Неточные совпадения
Янтарь на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза на столе, // И, чувств изнеженных отрада, // Духи в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, // И щетки тридцати родов // И для ногтей, и для зубов. // Руссо (замечу мимоходом) // Не мог понять,
как важный Грим // Смел чистить ногти перед ним, // Красноречивым сумасбродом. // Защитник вольности и прав // В сем случае
совсем неправ.
Привычка усладила горе, // Не отразимое ничем; // Открытие большое вскоре // Ее утешило
совсем: // Она меж делом и досугом // Открыла тайну,
как супругом // Самодержавно управлять, // И всё тогда пошло на стать. // Она езжала по работам, // Солила на зиму грибы, // Вела расходы, брила лбы, // Ходила в баню по субботам, // Служанок била осердясь — // Всё это мужа не спросясь.
Но день протек, и нет ответа. // Другой настал: всё нет,
как нет. // Бледна
как тень, с утра одета, // Татьяна ждет: когда ж ответ? // Приехал Ольгин обожатель. // «Скажите: где же ваш приятель? — // Ему вопрос хозяйки был. — // Он что-то нас
совсем забыл». // Татьяна, вспыхнув, задрожала. // «Сегодня быть он обещал, — // Старушке Ленский отвечал, — // Да, видно, почта задержала». — // Татьяна потупила взор, //
Как будто слыша злой укор.
— Ведь вот не сыщешь, а у меня был славный ликерчик, если только не выпили! народ такие воры! А вот разве не это ли он? — Чичиков увидел в руках его графинчик, который был весь в пыли,
как в фуфайке. — Еще покойница делала, — продолжал Плюшкин, — мошенница ключница
совсем было его забросила и даже не закупорила, каналья! Козявки и всякая дрянь было напичкались туда, но я весь сор-то повынул, и теперь вот чистенькая; я вам налью рюмочку.
Прежде он не хотел вступать ни в
какие сношения с ними, потому что был не более
как простой пешкой, стало быть, немного получил бы; но теперь… теперь
совсем другое дело: он мог предложить
какие угодно условия.