Неточные совпадения
Бахофен открывает глубинный, архаический слой человеческой природы, ее изначальную связь с материнским лоном, борьбу мужского, солярного, и женского, теллурического, начал, метафизику
пола в
человеке.
Пол совсем не есть функция человеческого организма,
пол есть свойство всего организма
человека, каждой его клетки.
И великая задача
человека всегда была в том, чтобы энергию
пола не уничтожить, а сублимировать, Человеческая цивилизация, человеческое сознание пытается наложить оковы на энергию
пола, на полярность человеческой природы.
Христианская аскеза сделала героические усилия победить ужас и проклятие
пола в
человеке.
Но
пол вел подсознательное существование и из скрытой глубины определял жизнь
людей.
Пол, расколовший андрогинный образ
человека, обрекает
человека на смерть, на дурную бесконечность жизней и смертей.
Сознание нашей эпохи стоит под знаком разоблачения и познания тайны
пола в
человеке.
Ужасом
пола и энергией половой полярности поражено все существо
человека, его мышление и его чувства, его творчество и его нравственное сознание не меньше, чем жизнь его организма.
Человек низко падает, побежденный непросветленной энергией
пола, и он высоко поднимается, сублимируя эту энергию.
Совершенно так же похоть
пола, похоть сладострастия создает свой фантасмагорический мир, отрывающий
человека от реальности и порабощающий его.
Духовное освобождение от рабства у похоти
пола, унижающей достоинство
человека, сублимирование бессознательных половых влечений есть основное требование этики.
Подлинная любовь есть самое могущественное средство против похоти
пола, которая есть источник рабства и падения
человека.
Рабство
человека у
пола и рода есть рабство у женской стихии, восходящей к образу Евы.
Тот факт, что половой акт соединения мужчины и женщины, предполагающий утерю девства, особенно катастрофическую у женщины, призван продолжать человеческий род, указывает на глубокий надлом в
поле, на падение
человека в половой жизни.
Когда
человеку снится
полет, ему снится райская жизнь.
Когда лысый втиснулся в цепь, он как бы покачнул, приподнял от
пола людей и придал вращению круга такую быстроту, что отдельные фигуры стали неразличимы, образовалось бесформенное, безрукое тело, — на нем, на хребте его подскакивали, качались волосатые головы; слышнее, более гулким стал мягкий топот босых ног; исступленнее вскрикивали женщины, нестройные крики эти становились ритмичнее, покрывали шум стонами:
Сначала облетят большое пространство, высматривая, где им будет удобнее расположиться подальше от проезжих дорог или работающих в
поле людей, какой хлеб будет посытнее, и, наконец, опускаются на какую-нибудь десятину или загон.
Кое-как, с величайшими затруднениями, протеснились мы до лавок через головы рассевшихся на
полу людей, прося их нагнуться, чтоб нам можно было пройти.
Неточные совпадения
И шагом едет в чистом
поле, // В мечтанья погрузясь, она; // Душа в ней долго поневоле // Судьбою Ленского полна; // И мыслит: «Что-то с Ольгой стало? // В ней сердце долго ли страдало, // Иль скоро слез прошла пора? // И где теперь ее сестра? // И где ж беглец
людей и света, // Красавиц модных модный враг, // Где этот пасмурный чудак, // Убийца юного поэта?» // Со временем отчет я вам // Подробно обо всем отдам,
«Нет, я не так, — говорил Чичиков, очутившись опять посреди открытых
полей и пространств, — нет, я не так распоряжусь. Как только, даст Бог, все покончу благополучно и сделаюсь действительно состоятельным, зажиточным
человеком, я поступлю тогда совсем иначе: будет у меня и повар, и дом, как полная чаша, но будет и хозяйственная часть в порядке. Концы сведутся с концами, да понемножку всякий год будет откладываться сумма и для потомства, если только Бог пошлет жене плодородье…» — Эй ты — дурачина!
— Изумительный
человек! — сказал Чичиков и с любопытством посматривал на
поля.
Он сделался бледен как полотно, схватил стакан, налил и подал ей. Я закрыл глаза руками и стал читать молитву, не помню какую… Да, батюшка, видал я много, как
люди умирают в гошпиталях и на
поле сражения, только это все не то, совсем не то!.. Еще, признаться, меня вот что печалит: она перед смертью ни разу не вспомнила обо мне; а кажется, я ее любил как отец… ну, да Бог ее простит!.. И вправду молвить: что ж я такое, чтоб обо мне вспоминать перед смертью?
«Кто он? Кто этот вышедший из-под земли
человек? Где был он и что видел? Он видел все, это несомненно. Где ж он тогда стоял и откуда смотрел? Почему он только теперь выходит из-под
полу? И как мог он видеть, — разве это возможно?.. Гм… — продолжал Раскольников, холодея и вздрагивая, — а футляр, который нашел Николай за дверью: разве это тоже возможно? Улики? Стотысячную черточку просмотришь, — вот и улика в пирамиду египетскую! Муха летала, она видела! Разве этак возможно?»