Совершенство, полнота и цельность во времени не осуществимы, потому что они означают
конец времени, преодоление времени, вхождение в вечность.
Неточные совпадения
Смысл смерти заключается в том, что во
времени невозможна вечность, что отсутствие
конца во
времени есть бессмыслица.
Но смерть есть явление жизни, она еще по сю сторону жизни, она есть реакция жизни на требование
конца во
времени со стороны жизни.
Жизнь есть непрерывное умирание, изживание
конца во всем, постоянный суд вечности над
временем.
Невозможно даже утешение, что в детях своих ты будешь бессмертен и бессмертны будут дела твои, наступает
конец для всех утешений во
времени.
Конец нашего мира наступает во
времени, еще в нашем
времени.
Но он также есть
конец нашего
времени, и потому он за его пределами.
Когда наступит
конец, то
времени больше не будет.
И потому мы должны парадоксально мыслить
конец мира и во
времени, по сю сторону, и в вечности уже, по ту сторону.
Если бы наш греховный мир в нашем греховном
времени был бесконечным, не знал
конца, то это был бы такой же злой кошмар, как и бесконечное продолжение во
времени жизни отдельного человека.
Опыт, из которого почерпнута идея вечного ада, дан в переживании человеком в субъективной сфере мучения как не имеющего
конца во
времени.
Райская жизнь в нашем
времени, на нашей земле оказалась бы
концом творческого процесса жизни, бесконечных стремлений и потому скукой.
Хилиазм есть древнее упование человечества, что в
конце мирового процесса будет явлено Царство Божье, правда Божья осуществлена, будет царство святых, т. е. в каком-то смысле рай будет еще в пределах нашего
времени.
Но если Царство Божье вне
времени, в вечности, то нельзя относить его исключительно к
концу мира, ибо
конец мыслится во
времени.
Между мной и вечностью, т. е. достижением Царства Божьего, не лежит то длительное
время, которое остается еще до
конца мира.
Но парадокс эсхатологического сознания в том, что
конец не только отодвинут на неопределенное
время в будущее, но и близок каждому мгновению жизни.
О, это, конечно, было не то сошествие, в котором явится он, по обещанию своему, в
конце времен во всей славе небесной и которое будет внезапно, «как молния, блистающая от востока до запада».
Также воцаряется «мерзость запустения, реченная пророком» [Мф. 24:15.], и в Иерусалимском храме, где разрушается ветхозаветный жертвенник (будет ли еще когда-либо, в
конце времен, сделана попытка его восстановления?).
Неточные совпадения
Но в продолжение того, как он сидел в жестких своих креслах, тревожимый мыслями и бессонницей, угощая усердно Ноздрева и всю родню его, и перед ним теплилась сальная свечка, которой светильня давно уже накрылась нагоревшею черною шапкою, ежеминутно грозя погаснуть, и глядела ему в окна слепая, темная ночь, готовая посинеть от приближавшегося рассвета, и пересвистывались вдали отдаленные петухи, и в совершенно заснувшем городе, может быть, плелась где-нибудь фризовая шинель, горемыка неизвестно какого класса и чина, знающая одну только (увы!) слишком протертую русским забубенным народом дорогу, — в это
время на другом
конце города происходило событие, которое готовилось увеличить неприятность положения нашего героя.
Одна из них нарочно прошла мимо его, чтобы дать ему это заметить, и даже задела блондинку довольно небрежно толстым руло своего платья, а шарфом, который порхал вокруг плеч ее, распорядилась так, что он махнул
концом своим ее по самому лицу; в то же самое
время позади его из одних дамских уст изнеслось вместе с запахом фиалок довольно колкое и язвительное замечание.
Но обо всем этом читатель узнает постепенно и в свое
время, если только будет иметь терпение прочесть предлагаемую повесть, очень длинную, имеющую после раздвинуться шире и просторнее по мере приближения к
концу, венчающему дело.
Так проводили жизнь два обитателя мирного уголка, которые нежданно, как из окошка, выглянули в
конце нашей поэмы, выглянули для того, чтобы отвечать скромно на обвиненье со стороны некоторых горячих патриотов, до
времени покойно занимающихся какой-нибудь философией или приращениями на счет сумм нежно любимого ими отечества, думающих не о том, чтобы не делать дурного, а о том, чтобы только не говорили, что они делают дурное.
Да ты смотри себе под ноги, а не гляди в потомство; хлопочи о том, чтобы мужика сделать достаточным да богатым, да чтобы было у него
время учиться по охоте своей, а не то что с палкой в руке говорить: «Учись!» Черт знает, с которого
конца начинают!..