Неточные совпадения
Это совершенно ясно в так называемых «науках о
духе», где объективирование всегда есть
смерть истинного познания.
И вот творческий и свободный
дух человека восстает против этого рабства
смерти, рабства фатальному будущему.
Смерть есть не только биологический и психологический факт, но и явление
духа.
В социальной обыденности торжествует
дух, противоположный христианской молитве о том, чтобы нам была дана память о
смерти.
Идеализм, как он выразился в германской метафизике, не знает личности, признает ее лишь функцией мирового
духа и идеи и потому совсем не восприимчив в трагедии
смерти.
Неверность же идеалистического учения о бессмертии в том, что это духовное, идеальное, ценностное начало не образует личности на вечность, не преображает всех сил человека для вечности, а отделяется от человека, отвлекается в идеальное небо, образует безличный и бесчеловечный
дух и предает человека, человеческую личность тлению и
смерти.
Если бы жизнь человека целиком была взята в
дух и претворена в духовную жизнь, если бы духовное начало окончательно овладело природной стихией, душевной и телесной, то
смерти как натурального факта совсем не наступило бы, то совершился бы переход в вечность без того события, которое мы извне воспринимаем как
смерть.
Но преодоление
смерти и победа над ней означает не забвение и не отсутствие чувствительности к ней, а принятие ее внутрь
духа, когда она перестает уже быть натуральным фактом во времени и становится обнаружением смысла, идущего из вечности.
Смерть нужно свободно и просветленно принять, не бунтовать против ее бессмысленности, но свободное и просветленное принятие
смерти есть творческая активность
духа.
В сущности, активный
дух не страшится
смерти.
Смерти страшится лишь пассивный
дух.
Активный
дух переживает страх и ужас безмерно больший, чем страх и ужас
смерти.
Активный
дух, не отдающийся пассивно
смерти, страшится не столько
смерти, сколько ада и вечных мук.
Активный
дух переживает свою вечность,
смерть для него существует лишь как внешний факт, внутренне для него
смерти не существует.
Активный
дух, непосредственно и изнутри переживающий свою неистребимость и вечность, может не только не бояться
смерти, но может желать ее и завидовать тем, которые не верят в бессмертие и убеждены, что со
смертью все кончается.
И вот, убедясь в этом, он видит, что надо идти по указанию умного духа, страшного
духа смерти и разрушения, а для того принять ложь и обман и вести людей уже сознательно к смерти и разрушению, и притом обманывать их всю дорогу, чтоб они как-нибудь не заметили, куда их ведут, для того чтобы хоть в дороге-то жалкие эти слепцы считали себя счастливыми.
Неточные совпадения
Приметив мое смятение, известием о
смерти его отца произведенное, он мне сказал, что сделанное мне обещание не позабудет, если я того буду достоин. В первый раз он осмелился мне сие сказать, ибо, получив свободу смертию своего отца, он в Риге же отпустил своего надзирателя, заплатив ему за труды его щедро. Справедливость надлежит отдать бывшему моему господину, что он много имеет хороших качеств, но робость
духа и легкомыслие оные помрачают.
Он был в самом ласковом и веселом
духе, каким в детстве его часто помнил Левин. Он упомянул даже и о Сергее Ивановиче без злобы. Увидав Агафью Михайловну, он пошутил с ней и расспрашивал про старых слуг. Известие о
смерти Парфена Денисыча неприятно подействовало на него. На лице его выразился испуг; но он тотчас же оправился.
— Да, да! — говорил он. Очень может быть, что ты прав, — сказал он. — Но я рад, что ты в бодром
духе: и за медведями ездишь, и работаешь, и увлекаешься. А то мне Щербацкий говорил — он тебя встретил, — что ты в каком-то унынии, всё о
смерти говоришь…
И
смерть, как единственное средство восстановить в его сердце любовь к ней, наказать его и одержать победу в той борьбе, которую поселившийся в ее сердце злой
дух вел с ним, ясно и живо представилась ей.
— Пробовал я там говорить с людями — не понимают. То есть — понимают, но — не принимают. Пропагандист я — неумелый, не убедителен. Там все индивидуалисты… не пошатнешь! Один сказал: «Что ж мне о людях заботиться, ежели они обо мне и не думают?» А другой говорит: «Может, завтра море
смерти моей потребует, а ты мне внушаешь, чтоб я на десять лет вперед жизнь мою рассчитывал». И все в этом
духе…