Неточные совпадения
Душа не есть продукт родового процесса и не творится в момент зачатия, а в вечности, в
духовном мире творится Богом.
И тогда спасение от исключительной власти над
душой идеи спасения приходит от творческой
духовной энергии, от творческого потрясения
души.
Нельзя думать о спасении своей
души, это есть ложное
духовное состояние, небесный утилитаризм, думать можно только об осуществлении высших ценностей жизни, о Царстве Божьем для всех существ, не только для людей, но и для всего мира, т. е. думать о Боге, а не о себе.
И человеческая
душа нисходит в грешный мир, разделяет судьбу мира и людей, стремится помочь братьям своим, отдает им
духовную энергию, накопленную в движении
души вверх, в стяжании
духовной силы.
Но столь же нехристианским и нетворческим является окончательное растворение
души в мире и в человечестве и отказ от
духовного восхождения и приобретения
духовной силы.
Только дух синтезирует
духовную жизнь, без духа
душа распадается на элементы мыслей, ощущений, волений, эмоций и пр.
Духовная любовь, не знающая
души и не соединенная с
душой, отвлеченная, бескровная, безличная любовь не есть любовь, и она может быть жестокой, фанатичной, бесчеловечной.
Мистическая,
духовная церковь есть охристовленный космос, охристовленная и облагодатствованная
душа мира, и государство есть лишь ее подчиненная часть, как и все, часть, наименее охристовленная и облагодатствованная, наиболее находящаяся во власти греха и, следовательно, закона.
Такова этическая установка вовне, в жизни социальной, этическая же установка в глубину, в отношении к жизни
духовной, требует
духовной свободы от власти собственности над человеческой
душой, аскезы в отношении к материальной собственности, преодоления греховной похоти к материальным благам, недопущения себя до рабства у мира.
По орфическому мифу,
душа нисходит в греховный материальный мир, и она должна от него освободиться, вернуться на свою
духовную родину.
И если человеческая
душа несет в себе образ и подобие Божье, если она есть Божья идея, то она возникает в вечности, а не во времени, в
духовном мире, а не в природном мире.
И в этой
духовной борьбе дух должен овладеть природными элементами
души и тела для их вечной жизни, для воскресения вечной жизни.
В мире
духовном нельзя мыслить дьявола внеположным
душе человеческой, он ей имманентен, он есть ее обреченность самой себе.
Неточные совпадения
И что ж? Глаза его читали, // Но мысли были далеко; // Мечты, желания, печали // Теснились в
душу глубоко. // Он меж печатными строками // Читал
духовными глазами // Другие строки. В них-то он // Был совершенно углублен. // То были тайные преданья // Сердечной, темной старины, // Ни с чем не связанные сны, // Угрозы, толки, предсказанья, // Иль длинной сказки вздор живой, // Иль письма девы молодой.
Он чувствовал, что, кроме благой
духовной силы, руководившей его
душой, была другая, грубая, столь же или еще более властная сила, которая руководила его жизнью, и что эта сила не даст ему того смиренного спокойствия, которого он желал.
— Может быть, и есть… Но его надо знать… Он особенный, удивительный человек. Он живет одною
духовною жизнью. Он слишком чистый и высокой
души человек.
— Весьма сожалею, что Николай Михайловский и вообще наши «страха ради иудейска» стесняются признать
духовную связь народничества со славянофильством. Ничего не значит, что славянофилы — баре, Радищев, Герцен, Бакунин — да мало ли? — тоже баре. А ведь именно славянофилы осветили подлинное своеобразие русского народа. Народ чувствуется и понимается не сквозь цифры земско-статистических сборников, а сквозь фольклор, — Киреевский, Афанасьев, Сахаров, Снегирев, вот кто учит слышать
душу народа!
По мнению его, человеческие
души, яко жито
духовное, в некоей житнице сложены, и оттоль, в мере надобности, спущаются долу, дабы оное сонное видение вскорости увидети и по малом времени вспять в благожелаемую житницу благоспешно возлететь.