Неточные совпадения
И так же, как юдаизму свойственно
было мессианское
сознание, оно свойственно
было русскому православию.
Вселенское
сознание было ослаблено в русской церкви настолько, что на греческую церковь, от которой русский народ получил свое православие, перестали смотреть как на истинно православную церковь, в ней начали видеть повреждение истинной веры.
Но народное
сознание было темным, часто суеверным, в нем христианство
было перемешано с язычеством.
Самый титул императора, заменивший титул царя, по славянофильскому
сознанию был уже изменой русской идее.
Столкновение между
сознанием империи, носителем которого
была власть, и
сознанием интеллигенции
будет основным для XIX века.
Русский гуманизм
был христианским, он
был основан на человеколюбии, милосердии, жалости, даже у тех, которые в
сознании отступали от христианства.
Само
сознание было у нас восстанием против окружающей действительности, против императорской России.
Сам он обладал художественной восприимчивостью и
был способен к эстетическим суждениям, но он стал родоначальником того типа публистической, общественной критики, которой суждено
было сыграть огромную роль в истории интеллигентского
сознания.
Из всех писавших в легальной литературе Чернышевский
был наиболее ярко выраженным социалистом, и этим определилось его значение для русской интеллигенции, которая по своему моральному
сознанию во вторую половину XIX века вся почти
была социалистической.
Оно
есть продукт
сознания интеллигентными слоями неоправданности своей жизни, нелепости своей жизни, продукт неорганического характера всего строя русской жизни.
И это, конечно,
было более христианское
сознание.
Маркс
был интеллектуален, он придавал огромное значение теории, философии, науке, он не верил в политику, основанную на эмоциях, он придавал огромное значение развитию
сознания и организации.
Маркс
был человек мысли, и для него борьба против религии
была прежде всего вопросом изменения
сознания.
В
сознании же именно Толстой
был революционером, обличителем неправды мировой жизни, он анархист и нигилист, он восстает против мировой истории и против цивилизации с неслыханным радикализмом.
Это
есть разоблачение иллюзий
сознания.
Идеология, которая
есть лишь надстройка, религиозные верования, философские теории, моральные оценки, творчество в искусстве — иллюзорно отражают в
сознании действительность, которая
есть прежде всего действительность экономическая, т. е. коллективная борьба человека с природой для поддержания жизни, подобно тому как у Фрейда
есть прежде всего сексуальная действительность.
Бытие определяет
сознание, но бытие
есть прежде всего материальное, хозяйственное бытие.
Это
есть секуляризация древнееврейского мессианского
сознания.
Свобода
есть сознанная необходимость, но это
сознание необходимости может творить чудеса, совершенно перерождать жизнь и создавать новое, небывшее.
Плеханов не принял большевистской революции, потому что всегда
был против захвата власти, для которой еще не подготовлена ни сила, ни
сознание.
В русском верхнем культурном слое начала века
был настоящий ренессанс духовной культуры, появилась русская философская школа с оригинальной религиозной философией,
был расцвет русской поэзии, после десятилетий падения эстетического вкуса пробудилось обостренное эстетическое
сознание, пробудился интерес к вопросам духовного порядка, который
был у нас в начале XIX века.
Но учение, обосновывающее тоталитарную доктрину, охватывающую всю полноту жизни — не только политику и экономику, но и мысль, и
сознание, и все творчество культуры, — может
быть лишь предметом веры.
Для народного
сознания большевизм
был русской народной революцией, разливом буйной, народной стихии, коммунизм же пришел от инородцев, он западный, не русский, и он наложил на революционную народную стихию гнет деспотической организации, выражаясь по ученому, он рационализировал иррациональное.
Коммунисты в сущности совсем не хотели, чтобы война не состоялась, они только хотели внедрить в
сознание масс, что война капиталистических государств
есть то страшное зло, которое сделает возможным и необходимым восстание против этого зла.
Религиозные верования должны
быть уничтожены не тюрьмой, расстрелом и гонением, а революционизированием
сознания, которое происходит вследствие революционной классовой борьбы пролетариата.
Для Маркса проблема религии
была прежде всего проблемой изменения
сознания, связанного, конечно, с социальной борьбой.
Для Плеханова это
был прежде всего вопрос изменения
сознания, т. е. вопрос научный и философский.
Это
будет означать освобождение от социального рабства, в котором находится христианское
сознание.
Что он испытывал к этому маленькому существу, было совсем не то, что он ожидал. Ничего веселого и радостного не было в этом чувстве; напротив, это был новый мучительный страх. Это
было сознание новой области уязвимости. И это сознание было так мучительно первое время, страх за то, чтобы не пострадало это беспомощное существо, был так силен, что из-за него и не заметно было странное чувство бессмысленной радости и даже гордости, которое он испытал, когда ребенок чихнул.
Его несколько тревожила сложность настроения, возбуждаемого девушкой сегодня и не согласного с тем, что он испытал вчера. Вчера — и даже час тому назад — у него не
было сознания зависимости от нее и не было каких-то неясных надежд. Особенно смущали именно эти надежды. Конечно, Лидия будет его женою, конечно, ее любовь не может быть похожа на истерические судороги Нехаевой, в этом он был уверен. Но, кроме этого, в нем бродили еще какие-то неопределимые словами ожидания, желания, запросы.
Неточные совпадения
Но он не без основания думал, что натуральный исход всякой коллизии [Колли́зия — столкновение противоположных сил.]
есть все-таки сечение, и это
сознание подкрепляло его. В ожидании этого исхода он занимался делами и писал втихомолку устав «о нестеснении градоначальников законами». Первый и единственный параграф этого устава гласил так: «Ежели чувствуешь, что закон полагает тебе препятствие, то, сняв оный со стола, положи под себя. И тогда все сие, сделавшись невидимым, много тебя в действии облегчит».
Бородавкин чувствовал, как сердце его, капля по капле, переполняется горечью. Он не
ел, не
пил, а только произносил сквернословия, как бы питая ими свою бодрость. Мысль о горчице казалась до того простою и ясною, что непонимание ее нельзя
было истолковать ничем иным, кроме злонамеренности.
Сознание это
было тем мучительнее, чем больше должен
был употреблять Бородавкин усилий, чтобы обуздывать порывы страстной натуры своей.
В первый раз он понял, что многоумие в некоторых случаях равносильно недоумию, и результатом этого
сознания было решение: бить отбой, а из оловянных солдатиков образовать благонадежный резерв.
— Не думаю, опять улыбаясь, сказал Серпуховской. — Не скажу, чтобы не стоило жить без этого, но
было бы скучно. Разумеется, я, может
быть, ошибаюсь, но мне кажется, что я имею некоторые способности к той сфере деятельности, которую я избрал, и что в моих руках власть, какая бы она ни
была, если
будет, то
будет лучше, чем в руках многих мне известных, — с сияющим
сознанием успеха сказал Серпуховской. — И потому, чем ближе к этому, тем я больше доволен.
Но помощь Лидии Ивановны всё-таки
была в высшей степени действительна: она дала нравственную опору Алексею Александровичу в
сознании ее любви и уважения к нему и в особенности в том, что, как ей утешительно
было думать, она почти обратила его в христианство, то
есть из равнодушно и лениво верующего обратила его в горячего и твердого сторонника того нового объяснения христианского учения, которое распространилось в последнее время в Петербурге.