Неточные совпадения
В
истории понятия «дух» большую роль играло понимание духовности как универсальных, всеобщих начал
человеческой жизни в отличие от частного и индивидуального.
С одной стороны,
история есть наше
человеческое дело, и в ней мы узнаем признаки духа, который составляет и нашу собственную глубину.
История осуществляет не
человеческие цели, цели хитрого универсального разума, универсального духа.
История не хочет знать личности
человеческой.
Наша
человеческая духовность противостоит
истории, мы в ней спасаемся от беспощадной, жестокой к человеку власти
истории.
Объективация духа в
истории порождает сакрализацию, освящение элементов природной и
человеческой жизни.
То было одно из самых замечательных явлений в
истории человеческого духа.
Иезуитская духовность означает очень большое увеличение
человеческой активности, в этом она принадлежит уже векам новой
истории.
История дает нам вечные образы безвинного страдания и несправедливости
человеческих судеб.
Но
история человеческой мысли,
история мистики умозрительной знает попытку преодолеть границы мысли еще в пределах самой мысли.
Империалистическая воля пролила много крови в
человеческой истории, но за ней скрыта была идея мирового единства человечества, преодолевающего всякую национальную обособленность, всякий провинциализм.
В таком случае
человеческая история, не переставая быть историей, в то же время мифологизируется, ибо постигается не только в эмпирическом, временном выражении своем, но и ноуменальном, сверхвременном существе; так наз. священная история, т. е. история избранного народа Божия, и есть такая мифологизированная история: события жизни еврейского народа раскрываются здесь в своем религиозном значении, история, не переставая быть историей, становится мифом.
Неточные совпадения
Перечитывая эти записки, я убедился в искренности того, кто так беспощадно выставлял наружу собственные слабости и пороки.
История души
человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее и не полезнее
истории целого народа, особенно когда она — следствие наблюдений ума зрелого над самим собою и когда она писана без тщеславного желания возбудить участие или удивление. Исповедь Руссо имеет уже недостаток, что он читал ее своим друзьям.
«В сущности, есть много оснований думать, что именно эти люди — основной материал
истории, сырье, из которого вырабатывается все остальное
человеческое, культурное. Они и — крестьянство. Это — демократия, подлинный демос — замечательно живучая, неистощимая сила. Переживает все социальные и стихийные катастрофы и покорно, неутомимо ткет паутину жизни. Социалисты недооценивают значение демократии».
Разумеется, взятые абсолютно, оба эти сравнения одинаково нелепы, однако нельзя не сознаться, что в
истории действительно встречаются по местам словно провалы, перед которыми мысль
человеческая останавливается не без недоумения.
Человеческая жизнь — сновидение, говорят философы-спиритуалисты, [Спиритуали́зм — реакционное идеалистическое учение, признающее истинной реальностью дух, а не материю.] и если б они были вполне логичны, то прибавили бы: и
история — тоже сновидение.
— Да, всемирную
историю. Изучение ряда глупостей
человеческих, и только. Я уважаю одну математику и естественные, — сфорсил Коля и мельком глянул на Алешу: его только одного мнения он здесь и боялся.