Неточные совпадения
На
мучительный вопрос о мировом зле и
страдании давали свой ответ и люди, стоящие на вершине человеческой иерархии, как люди царской крови Сакия Муни, как император Марк Аврелий, и люди, стоящие на самой низшей ступени человеческой иерархии, как раб Эпиктет и как плотник Иисус, давший божественный ответ на это вопрошание.
Слишком многие люди на земле считают свои
страдания несправедливыми, не понимают, почему именно на их долю выпадают
мучительные болезни, горькая нужда, неудачи, измены, почему им приходится страдать более, чем людям, которые не лучше их, даже много хуже.
Но признание смысла
страдания не должно означать отрицания существования зла и несправедливости, совсем не должно превращаться в отрицание человеческой борьбы за жизнь менее
мучительную, более радостную.
После многолетних,
мучительных страданий прекращение жизни столь бедной, столь жалкой, как-то неестественно задержанной так долго в теле, уже совершенно расслабленном и недвижимом, не могло никого возмущать.
Ее одежда, ее сложение, выражение ее лица, звук ее голоса — всё сказало ему одно: «не то. Всё то, чем ты жил и живешь, — есть ложь, обман, скрывающий от тебя жизнь и смерть». И как только он подумал это, поднялась его ненависть и вместе с ненавистью физические
мучительные страдания и с страданиями сознание неизбежной, близкой погибели. Что-то сделалось новое: стало винтить и стрелять и сдавливать дыхание.
Пока продолжались искус, учение, работа — все шло хорошо, но, с принятием его в братство Иисуса, старый враг — скептицизм снова проснулся: чем больше он смотрел из-за кулис на великолепную и таинственную обстановку католицизма, тем меньше он находил веры, и новый ряд
мучительных страданий начался для него.
Неточные совпадения
— Экое
страдание! — вырвался
мучительный вопль у Сони.
Лицо его, отвернувшееся теперь от любопытного цветка на обоях, было чрезвычайно бледно и выражало необыкновенное
страдание, как будто он только что перенес
мучительную операцию или выпустили его сейчас из-под пытки.
И чем дальше шло время, тем сильнее становились оба настроения: тем спокойнее, совершенно забывая ее, он становился вне ее присутствия, и тем
мучительнее становились и самые ее
страдания и чувство беспомощности пред ними.
Оно внушает
страдание, оно захватывает всю душу, оно… и жгучее,
мучительное воспоминание прошло вдруг по сердцу князя.
В самом лице этой женщины всегда было для него что-то
мучительное; князь, разговаривая с Рогожиным, перевел это ощущение ощущением бесконечной жалости, и это была правда: лицо это еще с портрета вызывало из его сердца целое
страдание жалости; это впечатление сострадания и даже
страдания за это существо не оставляло никогда его сердца, не оставило и теперь.