Неточные совпадения
В чем бы ни состояло истинное благо человека, для него неизбежно отречение его от блага животной личности. Отречение от блага животной личности есть закон жизни человеческой. Если он не совершается свободно, выражаясь в подчинении разумному сознанию, то он совершается в каждом человеке насильно при плотской смерти его животного, когда он от тяжести
страданий желает одного: избавиться от
мучительного сознания погибающей личности и перейти в другой вид существования.
Стоит человеку признать свою жизнь в стремлении к благу других, и уничтожается обманчивая жажда наслаждений; праздная же и
мучительная деятельность, направленная на наполнение бездонной бочки животной личности, заменяется согласной с законами разума деятельностью поддержания жизни других существ, необходимой для его блага, и мучительность личного
страдания, уничтожающего деятельность жизни, заменяется чувством сострадания к другим, вызывающим несомненно плодотворную и самую радостную деятельность.
Знаю, что жизнь личности, жизнь такая, при которой необходимо, чтобы все любили меня одного и я любил бы только себя, и при которой я мог бы получить как можно больше наслаждений и избавиться от
страданий и смерти, есть величайшее и не перестающее
страдание. Чем больше я буду любить себя и бороться с другими, тем больше будут ненавидеть меня и тем злее бороться со мной; чем больше я буду ограждаться от
страданий, тем они будут
мучительнее; чем больше я буду ограждаться от смерти, тем она будет страшнее.
Если бы люди действительно вполне понимали жизнь так, как они говорят, что ее понимают, ни один, от одного страха всех тех
мучительных и ничем необъяснимых
страданий, которые он видит вокруг себя и которым: он может подпасть всякую секунду, не остался бы жить на свете.
Половина жизни каждого человека проходит в
страданиях, которых он не только не признает
мучительными и не замечает, но считает своим благом только потому, что они несутся как последствия заблуждений и средство облегчения
страданий любимых людей.
После многолетних,
мучительных страданий прекращение жизни столь бедной, столь жалкой, как-то неестественно задержанной так долго в теле, уже совершенно расслабленном и недвижимом, не могло никого возмущать.
Ее одежда, ее сложение, выражение ее лица, звук ее голоса — всё сказало ему одно: «не то. Всё то, чем ты жил и живешь, — есть ложь, обман, скрывающий от тебя жизнь и смерть». И как только он подумал это, поднялась его ненависть и вместе с ненавистью физические
мучительные страдания и с страданиями сознание неизбежной, близкой погибели. Что-то сделалось новое: стало винтить и стрелять и сдавливать дыхание.
Пока продолжались искус, учение, работа — все шло хорошо, но, с принятием его в братство Иисуса, старый враг — скептицизм снова проснулся: чем больше он смотрел из-за кулис на великолепную и таинственную обстановку католицизма, тем меньше он находил веры, и новый ряд
мучительных страданий начался для него.
Тут именно и является самое отчаянное, самое
мучительное страдание для человека, проникнутого благородными стремлениями, но не одаренного героизмом убеждений настолько, чтобы разом покончить с окружающим его злом.
Неточные совпадения
— Экое
страдание! — вырвался
мучительный вопль у Сони.
Лицо его, отвернувшееся теперь от любопытного цветка на обоях, было чрезвычайно бледно и выражало необыкновенное
страдание, как будто он только что перенес
мучительную операцию или выпустили его сейчас из-под пытки.
И чем дальше шло время, тем сильнее становились оба настроения: тем спокойнее, совершенно забывая ее, он становился вне ее присутствия, и тем
мучительнее становились и самые ее
страдания и чувство беспомощности пред ними.
Оно внушает
страдание, оно захватывает всю душу, оно… и жгучее,
мучительное воспоминание прошло вдруг по сердцу князя.
В самом лице этой женщины всегда было для него что-то
мучительное; князь, разговаривая с Рогожиным, перевел это ощущение ощущением бесконечной жалости, и это была правда: лицо это еще с портрета вызывало из его сердца целое
страдание жалости; это впечатление сострадания и даже
страдания за это существо не оставляло никогда его сердца, не оставило и теперь.