Неточные совпадения
В хозяйственной части тоже пришлось кое-что изменить. Например, мы совершенно отказались
от медных чайников.
Они тяжелы, требуют постоянной полуды, у
них часто отпаиваются носки. Несравненно лучше простые алюминиевые котелки разного диаметра.
Они прочны, дешевы, легки и при переноске вкладываются один в другой. Для ловли рыбы в реках мы захватили с собой маленький бредень.
От села Осиновки Захаров поехал на почтовых лошадях, заглядывая в каждую фанзу и расспрашивая встречных, не видел ли кто-нибудь старика гольда из рода Узала. Немного не доезжая урочища Анучино, в фанзочке на краю дороги
он застал какого-то гольда-охотника, который увязывал котомку и разговаривал сам с собою. На вопрос, не знает ли
он гольда Дерсу Узала, охотник отвечал...
Этот какими-то силами оторванный
от материка кусок суши с высокими скалистыми берегами имеет форму подковы, обращенной открытой стороной к югу. Продолжением
его по направлению к материку будет остров Путятин и мыс Майдль. Ныне Аскольд известен как естественный питомник пятнистых оленей.
Залив Рында находится под 44° 41' с. ш. и 136° 31' в. д.
от Гринвича и состоит из двух заливов: северного, именуемого Джигитом, и южного — Пластун. Оба
они открыты со стороны моря и потому во время непогоды не всегда дают судам защиту. Наибольшая глубина
их равна 25–28 м. Горный хребет, разделяющий оба упомянутых залива, состоит из кварцевого порфира и порфирита с включением вулканического стекла. Чем ближе к морю, тем горы становятся ниже и на самом берегу представляются холмами высотой
от 400 до 580 м.
В окрестностях залива Рында есть пятнистые олени.
Они держатся на полуострове Егорова, окаймляющем залив с северо-востока. Раньше
их здесь было гораздо больше. В 1904 году выпали глубокие снега, и тогда много оленей погибло
от голода.
Этот первобытный коммунизм всегда красной нитью проходил во всех
его действиях. Трудами своей охоты
он одинаково делился со всеми соседями независимо
от национальности и себе оставлял ровно столько, сколько давал другим.
Вдруг радиус моего кругозора стал быстро сокращаться: навалился густой туман. Точно стеной, отделил
он меня
от остального мира. Теперь я мог видеть только те предметы, которые находились в непосредственной близости
от меня. Из тумана навстречу мне поочередно выдвигались то лежащее на земле дерево, то куст лозняка, пень, кочка или еще что-нибудь в этом роде.
Подойдя к палаткам,
он остановился и, прикрыв рукой глаза
от солнца, стал смотреть, в кого стреляют солдаты.
Выступление. — Дерсу находит отряд по следам. — Река Иодзыхе и река Литянгоу. — Притоки реки Иодзыхе. — Лудева. — Тайга. — Пауки. — Да-Синанца и ее притоки. — Затяжные дожди. — Горбатый таз и
его семья. — Бегство
их от китайцев. — Сон Дерсу и поминки по усопшим.
Пароход стал шагах в четырехстах
от устья реки. Мулы были спущены прямо на воду.
Они тотчас же сориентировались и поплыли к берегу, где
их уже ожидали стрелки.
По рассказам тазов, месяца два назад один тигр унес ребенка
от самой фанзы. Через несколько дней другой тигр напал на работавшего в поле китайца и так сильно изранил
его, что
он в тот же день умер.
В этот день Н.А. Десулави отметил в своем дневнике растущие в сообществе следующие цветковые и тайнобрачные растения: клинтонию с крупными сочными листьями и белыми цветами на длинном стебельке, гнездовку, украшенную многочисленными ароматными фиолетовыми цветами; козлец — высокое растение с длинными сидящими листьями и беловато-желтыми цветами; затем папоротник, большие ажурные листья которого имеют треугольную форму и по первому впечатлению напоминают листья орляка; кочедыжник женский — тоже с отдельными большими листьями, форма которых меняется в зависимости
от окружающей
их обстановки.
Они строят тенета колесного типа, причем основные нити бывают длиной
от 5 до 7 м и так прочны, что
их свободно можно оттягивать в сторону рукой.
Выбрав один из
них, мы стали взбираться на хребет. По наблюдениям Дерсу, дождь должен быть затяжным. Тучи низко ползли над землей и наполовину окутывали горы. Следовательно, на вершине хребта мы увидели бы только то, что было в непосредственной
от нас близости. К тому же взятые с собой запасы продовольствия подходили к концу. Это принудило нас на другой день спуститься в долину.
Я спросил
его, почему
он так далеко ушел
от фанзы, и сказал, что беспокоился о
нем.
Я не прерывал
его. Тогда
он рассказал мне, что прошлой ночью
он видел тяжелый сон:
он видел старую, развалившуюся юрту и в ней свою семью в страшной бедности. Жена и дети зябли
от холода и были голодны.
Они просили
его принести
им дрова и прислать теплой одежды, обуви, какой-нибудь еды и спичек. То, что
он сжигал,
он посылал в загробный мир своим родным, которые, по представлению Дерсу, на том свете жили так же, как и на этом.
Следуя за рекой, тропа уклоняется на восток, но не доходит до истоков, а поворачивает опять на север и взбирается на перевал Кудя-Лин [Гу-цзя-лин — первая (или хребет) семьи Гу.], высота которого определяется в 260 м. Подъем на
него с юга и спуск на противоположную сторону — крутые. Куполообразную гору с левой стороны перевала китайцы называют Цзун-ган-шань [Цзунь-гань-шань — гора,
от которой отходят главные дороги.]. Она состоит главным образом из авгитового андезита.
Они приняли мулов
от людей, помогли нам раздеться и пригласили к себе в жилище.
Впоследствии
от староверов я слышал о
них именно такие же отзывы.
Утром 4 августа мы стали собираться в путь. Китайцы не отпустили нас до тех пор, пока не накормили как следует. Мало того,
они щедро снабдили нас на дорогу продовольствием. Я хотел было рассчитаться с
ними, но
они наотрез отказались
от денег. Тогда я положил
им деньги на стол.
Они тихонько передали
их стрелкам. Я тоже тихонько положил деньги под посуду. Китайцы заметили это и, когда мы выходили из фанзы, побросали
их под ноги мулам. Пришлось уступить и взять деньги обратно.
Поднявшись на хребет, мы повернули на север и некоторое время шли по
его гребню. Теперь слева
от нас была лесистая долина реки Фату, а справа — мелкие речки, текущие в море: Секуму, Одега Первая, Одега Вторая, Тания, Вязтыгни, Хотзе, Иеля и Шакира.
Забрав свой трофей, я возвратился на бивак. Та м все уже были в сборе, палатки поставлены, горели костры, варился ужин. Вскоре возвратился и Дерсу.
Он сообщил, что видел несколько свежих тигриных следов и одни из
них недалеко
от нашего бивака.
Я поймал одного жука и позже узнал
его научное название — гигантский усач.
Он является представителем фауны, оставшейся в Уссурийском крае в наследие
от третичного периода. Жук был коричневого цвета, с пушком на спине, с сильными челюстями, загнутыми кверху, и очень напоминал жука-дровосека, только усы у
него были покороче. Длина тела
его равнялась 9,5 сантиметра, а ширина — 3 сантиметрам.
Они глядели сурово, точно
им известна была какая-то тайна, которую во что бы то ни стало надо было скрыть
от людей.
— Камни смотрю: вода прибавляй, — отвечал
он и стал ругать китайца, который построил фанзу так близко
от реки.
Меня удивило, почему
они складывают
их так далеко
от фанзы.
Чжан Бао сидел у дверей и время
от времени перебрасывался с
ним короткими фразами.
По воде плыли мелкий мусор и крупные коряжины;
они словно спасались бегством
от того ничем не поправимого несчастья, которое случилось там, где-то в горах.
Кое-где вода промыла глубокие овраги, по сторонам
их произошли огромные оползни, но
от обвалившейся земли не осталось и следа — бешеный поток все унес и разметал по долине.
Они шли
от реки Шакиры к Билимбе и обратно.
Странно устроен человек… Бивак этот ничем не отличался
от других биваков. Та к же
он был под открытым небом, так же около односкатной палатки горел костер, так же кругом было мокро и сыро, но тем не менее все чувствовали себя так, как будто вернулись домой.
Море имело необыкновенный вид, на расстоянии двух или трех километров
от берега
оно было грязно-желтого цвета, и по всему этому пространству плавало множество буреломного леса.
Он поднял ружье и стал целиться, но в это время тигр перестал реветь и шагом пошел на увал в кусты. Надо было воздержаться
от выстрела, но Дерсу не сделал этого. В тот момент, когда тигр был уже на вершине увала, Дерсу спустил курок. Тигр бросился в заросли. После этого Дерсу продолжал свой путь. Дня через четыре
ему случилось возвращаться той же дорогой. Проходя около увала,
он увидел на дереве трех ворон, из которых одна чистила нос о ветку.
От тяжести
он стал увязать в землю и опускаться все ниже и ниже.
Во время драки
они так сцепились рогами, что уже не могли разойтись и погибли
от голода.
На Сяо-Кеме, в полутора километрах
от моря, жил старообрядец Иван Бортников с семьей. Надо было видеть, какой испуг произвело на
них наше появление! Схватив детей, женщины убежали в избу и заперлись на засовы. Когда мы проходили мимо,
они испуганно выглядывали в окна и тотчас прятались, как только встречались с кем-нибудь глазами. Пройдя еще с полкилометра, мы стали биваком на берегу реки, в старой липовой роще.
Река Сяо-Кема состоит из слияния двух рек: Горелой (длиной 15 км) и Сакхомы (длиной 20–25 км). Слияние
их происходит недалеко
от моря. Здесь долина становится шире и по сторонам окаймляется невысокими сопками, состоящими главным образом из базальтов с резко выраженной флюидальной структурой и листоватой сфероидальной отдельностью.
Мул, которого взяли с собой Аринин и Сабитов, оказался с ленцой, вследствие чего стрелки постоянно
от нас отставали. Из-за этого мы с Дерсу должны были часто останавливаться и поджидать
их. На одном из привалов мы условились с
ними, что в тех местах, где тропы будут разделяться, мы будем ставить сигналы.
Они укажут
им направление, которого надо держаться. Стрелки остались поправлять седловку, а мы пошли дальше.
Для образованного человека это явление сложное: осколок астероида, случайно вошедший в сферу земного притяжения, раскалившийся
от трения о воздух, горящий за счет кислорода воздуха, метеорное железо, космическая пыль… Падение
их на Землю в течение многих веков должно влиять на объем, вес и плотность ее, а всякое малейшее изменение в этом направлении влечет изменение в движении ее и рефлектирует на движении других планет и т.д.
Пробираться сквозь заросли горелого леса всегда трудно. Оголенные
от коры стволы деревьев с заостренными сучками в беспорядке лежат на земле. В густой траве
их не видно, и потому часто спотыкаешься и падаешь. Обыкновенно после однодневного пути по такому горелому колоднику ноги у лошадей изранены, у людей одежда изорвана, а лица и руки исцарапаны в кровь. Зная по опыту, что гарь выгоднее обойти стороной, хотя бы и с затратой времени, мы спустились к ручью и пошли по гальке.
Область распространения красных волков обнимает длину реки Уссури, Южно-Уссурийский край и прибрежный район к северу
от залива Ольги до мыса Плитняк. Другими словами, северная граница
их обитания совпадает с границей распространения диких коз и пятнистых оленей. Чаще всего животное это встречается в Посьетском, Барабашском и Суйфунском районах.
От устья Илимо Такема поворачивает на север и идет в этом направлении 6 или 7 км. Она все время придерживается правой стороны долины и протекает у подножия гор, покрытых осыпями и почти совершенно лишенных растительности. Горы эти состоят из глинисто-кремнистых сланцев и гранитного порфира. С левой стороны реки тянется широкая полоса земли, свободная
от леса. Здесь можно видеть хорошо сохранившиеся двойные террасы. Деревья, разбросанные в одиночку и небольшими группами, придают
им живописный вид.
Невдалеке
от нас на поверхности спокойной воды вдруг появился какой-то предмет. Это оказалась голова выдры, которую крестьяне в России называют «порешней». Она имеет длинное тело (1 м 20 см), длинный хвост (40 см) и короткие ноги, круглую голову с выразительными черными глазами, темно-бурую блестящую шерсть на спине и с боков и серебристо-серую на нижней стороне шеи и на брюхе. Когда животное двигается по суше,
оно сближает передние и задние ноги, отчего тело
его выгибается дугою кверху.
Иногда выдра перекочевывает из одной речки в другую; туземцам случалось убивать
их в горах, далеко
от реки.
Далеко
от нор
они не отходили и при малейшем намеке на опасность проворно скрывались в камнях.
Отроги хребта, сильно размытые и прорезанные горными ключами, казались сопками, разобщенными друг
от друга. Дальше за
ними виднелся гребень водораздела; точно высокой стеной окаймлял
он истоки Такунчи. Природа словно хотела резко отграничить здесь прибрежный район
от бассейна Имана. В том же месте, где соединялись 3 ручья, была небольшая полянка, и на ней стояла маленькая фанзочка, крытая корьем и сухой травой.
В то время уже начались преследования браконьеров и выселение
их из пределов края. Китаец, вероятно, думал, что
его сейчас арестуют и отправят в залив Ольги под конвоем.
От волнения
он сел на пень и долго не мог успокоиться.
Он тяжело и прерывисто дышал, лицо
его покрылось потом.
На
нем были синие штаны и низенькая самодельная обувь из лосиной кожи с ременными перетяжками, а на голове простая тряпица, почерневшая
от копоти и грязи.
Это понудило
его сесть на одном месте, подальше
от людей.
Время
от времени я выглядывал в дверь и видел старика, сидевшего на том же месте, в одной и той же позе. Пламя костра освещало
его старческое лицо. По
нему прыгали красные и черные тени. При этом освещении
он казался выходцем с того света, железным человеком, раскаленным докрасна. Китаец так ушел в свои мысли, что, казалось, совершенно забыл о нашем присутствии.