Заслышав шум наших шагов, они вдруг все сразу поднимались на воздух и садились на ветви
ближайших деревьев, щебеча так, как будто бы обменивались мнениями о происшедшем.
Тетерева легко поддаются обману, принимая чучелы за своих товарищей, и, пересев после выстрела на
ближайшие деревья как скоро их оттуда спугают, сейчас возвращаются к чучелам.
Они пили воду, поднимая кверху свои головки, нимало не смущаясь присутствием людей, и только неосторожное движение кого-нибудь из нас заставляло их с криком подниматься со льда и садиться на ветви
ближайших деревьев.
Как сейчас помню: теплый осенний вечер; полоска слабого света чуть брезжится на западе, и на ней от времени до времени вырезываются силуэты
ближайших деревьев: они все казались мне солдатиками, и я мысленно сравнивал их с огненными мужичками, которые пробегают по сгоревшей, но не истлевшей еще бумаге, брошенной в печку.
— Подождите! — вдруг сказал Сабиров и, передав фонарь Ивану, укрепил железный крюк веревки за толстый, выступавший из земли, корень
ближайшего дерева и стал спускаться по веревке в колодец.
Неточные совпадения
Когда веник был достаточно высоко, Дерсу прижал его к
дереву, затем велел одному казаку держать палку, а сам взобрался до
ближайшего сука, сел на него и веником, как тряпкой, схватил свою добычу.
Они прыгали по тропе и близко допускали к себе человека, но, когда подбегали к ним собаки, с шумом поднимались с земли и садились на
ближайшие кусты и
деревья.
Был одиннадцатый час утра. Солнце ярко светило с безоблачного неба, отражавшегося в гладкой поверхности чудного озера, на берегу которого стоял монастырь. Свежая травка и листва
деревьев блестели как-то особенно ярко. В маленькой
ближайшей роще, по направлению к которой шла княжна, пели пташки.
«Это что такое значит?» — подумал Вихров и пошел вслед за монахом. Тот направился к Александровскому саду и под
ближайшим более тенистым
деревом сел. Павел тоже поместился рядом с ним. Монах своим кротким и спокойным взором осмотрел его.
Голос витютина по-настоящему нельзя назвать воркованьем: в звуках его есть что-то унылое; они протяжны и более похожи на стон или завыванье, очень громкое и в то же время не противное, а приятное для слуха; оно слышно очень издалека, особенно по зарям и по ветру, и нередко открывает охотнику гнезда витютина, ибо он любит, сидя на сучке
ближайшего к гнезду
дерева, предпочтительно сухого, выражать свое счастие протяжным воркованьем или, что будет гораздо вернее, завываньем.