«Рассказ о семи повешенных» (Андреев Л. Н., 1908) по всей классике
И от этих воспоминаний собственное тучное больное тело, раскинувшееся на кровати, казалось уже чужим, уже испытывающим огненную силу взрыва; и чудилось, будто руки в плече отделяются от туловища, зубы выпадают, мозг разделяется на частицы, ноги немеют и лежат покорно, пальцами вверх, как у покойника.
Он усиленно шевелился, дышал громко, кашлял, чтобы ничем не походить на покойника, окружал себя живым шумом звенящих пружин, шелестящего одеяла; и чтобы показать, что он совершенно жив, ни капельки не умер и далек от смерти, как всякий другой человек, — громко и отрывисто басил в тишине и одиночестве спальни...
Простаков. От которого она и на тот свет пошла. Дядюшка ее, господин Стародум, поехал в Сибирь; а как несколько уже лет не было о нем ни слуху, ни вести, то мы и считаем его покойником. Мы, видя, что она осталась одна, взяли ее в нашу деревеньку и надзираем над ее имением, как над своим.
Широкое, обросшее седоватой щетиной лицо покойника казалось удивительно успокоенным, подчёркнуто безразличным ко всему, что так беспокоило его при жизни, и особенно в эту страшную осень.
Достижение славы похоже на достижение смерти. Только в могиле покойники просто лежат и лежат. А в славе люди лежат беспокойно потому, что у славного покойника остается одна беспокойная мысль: а что как слава сойдет?
Кто мне обещал всё сделать в лучшем виде, кто говорил, что этот сопляк уже покойник?!
Широкое, обросшее седоватой щетиной лицо покойника казалось удивительно успокоенным, подчёркнуто безразличным ко всему, что так беспокоило его при жизни, и особенно в эту страшную осень.
Вот узнал он, что в одном доме лежит покойник, умер во вторник.