Неточные совпадения
И такая тишина стояла, словно никогда и никто не смеялся в этой комнате, и с разбросанных подушек, с перевернутых
стульев, таких странных, когда смотреть на них снизу, с
тяжелого комода, неуклюже стоящего на необычном месте, — отовсюду глядело на нее голодное ожидание какой-то страшной беды, каких-то неведомых ужасов, доселе не испытанных еще человеком.
Алина бесцеремонно хохотала, глядя на нее, косясь на Инокова; Лидия смотрела на него прищурясь, как рассматривают очень отдаленное и непонятное, а он, пристукивая
тяжелым стулом по полу, самозабвенно долбил:
Затем он двумя пальцами взял за ушко спинки
тяжелый стул и, без всякого усилия приподняв его, красивым движением поставил перед собой, ближе к авансцене.
Вся площадка, где построена эта сушильня, обнесена высоким частоколом, образовавшим дворик, на котором стояли под навесом два плуга, тележка и омет соломы. Под липами был круглый стол, утвержденный на столбе, две скамейки и самодельный
тяжелый стул из карельской березы. В нижнем этаже сушильни было жилое помещение для того работника, который дал мне отрадный приют на сене.
Приемная комната; в глубине входная дверь; по стенам
тяжелые стулья хорошей, дорогой работы; по обе стороны, ближе к авансцене, боковые двери; налево от актеров, подле двери, большое конторское бюро и высокий табурет; направо, на стене, два фамильные портрета плохой, дешевой работы, в больших золоченых рамах; посредине большой стол, покрытый дорогой, тяжелой салфеткой; на столе модная дамская шляпка и новая, приглаженная мужская шляпа.
Неточные совпадения
Всё успокоилось: в гостиной // Храпит
тяжелый Пустяков // С своей
тяжелой половиной. // Гвоздин, Буянов, Петушков // И Флянов, не совсем здоровый, // На
стульях улеглись в столовой, // А на полу мосье Трике, // В фуфайке, в старом колпаке. // Девицы в комнатах Татьяны // И Ольги все объяты сном. // Одна, печальна под окном // Озарена лучом Дианы, // Татьяна бедная не спит // И в поле темное глядит.
Стол, кресла,
стулья — все было самого
тяжелого и беспокойного свойства, — словом, каждый предмет, каждый
стул, казалось, говорил: «И я тоже Собакевич!» или: «И я тоже очень похож на Собакевича!»
Но опытный глаз человека с чистым вкусом одним беглым взглядом на все, что тут было, прочел бы только желание кое-как соблюсти decorum [видимость (лат.).] неизбежных приличий, лишь бы отделаться от них. Обломов хлопотал, конечно, только об этом, когда убирал свой кабинет. Утонченный вкус не удовольствовался бы этими
тяжелыми, неграциозными
стульями красного дерева, шаткими этажерками. Задок у одного дивана оселся вниз, наклеенное дерево местами отстало.
Но это соображение, не успокоив его, только почему-то напомнило полуумную болтовню хмельного Макарова; покачиваясь на
стуле, пытаясь причесать пальцами непослушные, двухцветные вихры, он говорил
тяжелым, пьяным языком:
Денисов сидел отвалясь на спинку
стула, выкатив глаза, положив
тяжелую руку на круглое плечо дочери, и вздыхал, посапывая.