Дня через два, когда я не лежал уже в постели, а сидел за столиком и во что-то играл с милой сестрицей, которая не знала, как высказать свою радость, что братец выздоравливает, — вдруг я почувствовал сильное желание увидеть своих гонителей, выпросить у них прощенье и так примириться с ними, чтоб никто на меня
не сердился.
Из каприза…» Мать прервала его и начала просить, чтоб он
не сердился и не винил Прасковью Ивановну, которая и сама ужасно огорчена, хотя и скрывала свои чувства, которая не могла предвидеть такого несчастия.
Неточные совпадения
Дедушку с бабушкой мне также хотелось видеть, потому что я хотя и видел их, но помнить
не мог: в первый мой приезд в Багрово мне было восемь месяцев; но мать рассказывала, что дедушка был нам очень рад и что он давно зовет нас к себе и даже
сердится, что мы в четыре года ни разу у него
не побывали.
Я ни о чем другом
не мог ни думать, ни говорить, так что мать
сердилась и сказала, что
не будет меня пускать, потому что я от такого волнения могу захворать; но отец уверял ее, что это случилось только в первый раз и что горячность моя пройдет; я же был уверен, что никогда
не пройдет, и слушал с замирающим сердцем, как решается моя участь.
Должно сказать, что была особенная причина, почему я
не любил и боялся дедушки: я своими глазами видел один раз, как он
сердился и топал ногами; я слышал потом из своей комнаты какие-то страшные и жалобные крики.
Я прежде о нем почти
не знал; но мои дяди любили иногда заходить в столярную подразнить Михея и забавлялись тем, что он
сердился, гонялся за ними с деревянным молотком, бранил их и даже иногда бивал, что доставляло им большое удовольствие и чему они от души хохотали.
Всего хуже было то, что я, будучи вспыльчив от природы,
сердился за насмешки и начинал говорить грубости, к чему прежде совершенно
не был способен.
Конечно, мать вразумляла меня, что все это одни шутки, что за них
не должно
сердиться и что надобно отвечать на них шутками же; но беда состояла в том, что дитя
не может ясно различать границ между шуткою и правдою.
Только впоследствии понял я, за что мать
сердилась на Парашу и отчего она хотела, чтоб я
не знал печальной истины, которую мать знала очень хорошо.
Мать
сердилась и грозила, что
не будет пускать меня, если я
не образумлюсь и
не выброшу сейчас из головы уток и куликов.
Отец смеялся, называя меня трусишкой, а мать, которая и в бурю
не боялась воды,
сердилась и доказывала мне, что нет ни малейшей причины бояться.
Между прочим, она сказала ему, что безрассудно
сердиться на Волгу и бурю, что такие препятствия
не зависят от воли человеческой и что грешно роптать на них, потому что их посылает бог, что, напротив, мы должны благодарить его за спасение нашей жизни…
— Помилуйте, что ж он?.. Да ведь я
не сержусь! — сказал смягчившийся генерал. — В душе моей я искренно полюбил его и уверен, что со временем он будет преполезный человек.
— И прекрасно, Дунечка. Ну, уж как вы там решили, — прибавила Пульхерия Александровна, — так уж пусть и будет. А мне и самой легче: не люблю притворяться и лгать; лучше будем всю правду говорить… Сердись,
не сердись теперь Петр Петрович!
«Ну полно, полно, миленький! // Ну,
не сердись! — за валиком // Неподалеку слышится. — // Я ничего… пойдем!» // Такая ночь бедовая! // Направо ли, налево ли // С дороги поглядишь: // Идут дружненько парочки, // Не к той ли роще правятся? // Та роща манит всякого, // В той роще голосистые // Соловушки поют…
Городничий. Я бы дерзнул… У меня в доме есть прекрасная для вас комната, светлая, покойная… Но нет, чувствую сам, это уж слишком большая честь…
Не рассердитесь — ей-богу, от простоты души предложил.
Неточные совпадения
В глуши что делать в эту пору? // Гулять? Деревня той порой // Невольно докучает взору // Однообразной наготой. // Скакать верхом в степи суровой? // Но конь, притупленной подковой // Неверный зацепляя лед, // Того и жди, что упадет. // Сиди под кровлею пустынной, // Читай: вот Прадт, вот Walter Scott. //
Не хочешь? — поверяй расход, //
Сердись иль пей, и вечер длинный // Кой-как пройдет, а завтра то ж, // И славно зиму проведешь.
Мертвые души, губернаторская дочка и Чичиков сбились и смешались в головах их необыкновенно странно; и потом уже, после первого одурения, они как будто бы стали различать их порознь и отделять одно от другого, стали требовать отчета и
сердиться, видя, что дело никак
не хочет объясниться.
Чичиков
не интересовался богоугодным заведеньем: он хотел повести речь о том, как всякая дрянь дает доход. Но Костанжогло уже
рассердился, желчь в нем закипела, и слова полились.
Какое ни придумай имя, уж непременно найдется в каком-нибудь углу нашего государства, благо велико, кто-нибудь, носящий его, и непременно
рассердится не на живот, а на смерть, станет говорить, что автор нарочно приезжал секретно, с тем чтобы выведать все, что он такое сам, и в каком тулупчике ходит, и к какой Аграфене Ивановне наведывается, и что любит покушать.
Но ведь я, черт меня знает, никак
не могу
сердиться.