Глава 12
— Заходите, Виктор Павлович, присаживайтесь, — сказал Водянов, протягивая Дятлову пухлую ладонь. — Ну, что вы решили относительно моего предложения?
Дятлов пожал плечами.
— Давайте попробуем, — сказал он. — Я могу рассчитывать на вашу помощь? В основном по организационным вопросам.
— Разумеется, — Водянов удивлённо приподнял брови. — А как может быть иначе? Теперь мы с вами одна команда. В одной лодке. Я беру это дело под личный контроль. Вам удалось что-то раскопать? У вас есть рабочая версия — кто отравил Корсакову?
— Ну, если коротко, — сказал Дятлов, то ситуация там такая. Корсакова и Фрумкин являются совладельцами фирмы. Некоторое время назад у Корсаковой был бурный роман с неким Воропаевым. Мутный тип, младше Корсаковой на четыре года. Она хотела сделать его своим компаньоном и заодно мужем. Но в последний момент Воропаев куда-то слинял.
— Что ж такого наш Фрумкин нашептал на ухо Воропаеву, что его как ветром сдуло? — мясистые губы Водянова растянулись ещё больше. — Видно что-то водилось за покойной, а?
— Сразу после этого какие-то бандиты вломились в квартиру Корсаковой, — продолжил Дятлов. — Она как раз тогда провела ряд рискованных сделок и получила наличные.
— У нас что-то есть по этому делу? — спросил Водянов.
— Нет, она даже в полицию не заявляла. Вот после этого у неё и переклинило мозги. Опять пошли какие-то сделки, опасные для фирмы, какие-то тёрки с Фрумкиным — то ли она хотела его на себе женить, чтобы капиталы объединить, то ли наоборот, он хотел на ней жениться, чтобы фирму спасти. Во всяком случае, с женой Фрумкин с некоторых пор не живёт и снимает квартиру. Похоже на то, что Корсакова имела какой-то компромат на Фрумкина. У компаньонов такое часто случается. Практически всегда. Но странно там как-то всё…
— Странно? — спросил Водянов, — что конкретно? Что странного?
— Судите сами, — сказал Дятлов, — Одновременно с тем, что я сказал, Фрумкин держит ненавистную Корсаковой молодую секретаршу, которая, похоже, оказывает ему интимные услуги. В ответ на это Корсакова принимает на работу в качестве менеджера и личного водителя некоего Топольского, как две капли воды похожего на Воропаева. В день убийства между Корсаковой и секретаршей случилась потасовка.
— Вот как? — Водянов наклонил вбок голову, — женские бои в грязи с уравнительным весом девушек? И Фрумкин в качестве переходного кубка? А что это за секретарша, поподробнее?
— Виктория Антонюк, — сказал Дятлов. — Я с ней ещё не познакомился. С ней разговаривал Корзухин. Способный парнишка. Судя по всему, эта Антонюк особа непростая.
— Почему вы так считаете? — спросил Водянов.
— Потому что с красным дипломом мехмата университета.
— Да? Эге… — Водянов потёр пятернёй затылок. — Замужем?
— Вроде… Корзухину она сказала: «муж объелся груш».
Водянов задумался.
— Это ж что получается? — сказал он через некоторое время. — Если предположить, что бой-френд Корсаковой и эта секретарша тоже снюхались, что совершенно естественно, то… выходит, круг замыкается? Имеет место поголовное перекрёстное скрещивание офисного планктона? С учётом интересов?
— Ну, что-то типа этого, — пожал плечами Дятлов.
Водянов посмотрел на него и загнул мизинец, похожий на маленькую сардельку:
— Итак, что в сухом остатке? Секретарша-математик любит Топольского, ненавидит Корсакову и хочет замуж за Фрумкина, которому оказывает интимные услуги. Немолодой Фрумкин любит последней любовью юное математическое дарование и ненавидит молодого Топольского. Корсакова любит своего бой-френда, так похожего на негодяя Воропаева, ненавидит секретаршу и шантажирует Фрумкина, за которого тоже хочет замуж. Прямо любовь и ненависть! Есть такая книга, слышали?
— Нет, — Дятлов отрицательно помотал головой.
— У моей жены есть, — кивнул Водянов. — «Любовь и ненависть» писателя Гуго Карпентера. Коричневая такая. Она принесла её с собой, когда мы поженились двадцать пять лет назад, и читает её до сих пор. Подклеивает страницы скотчем, читает по ночам и, кажется, плачет. Однажды она сказала мне, что я хуже, чем дон Педро! Каково? Ест с моей руки двадцать пять лет, а я, оказывается, хуже дона Педро! Представляю, что за подлец, этот дон Педро! Я даже решил в книге посмотреть. Открыл на странице, где он говорит одной сеньорите, её Хуанита звали: «Вы не можете меня бросить, потому что я люблю вас!» Каков подлец, а?! В общем, я понял, Дятлов, тамошние распасы. Любили, ненавидели друг дружку и долюбились, что Корсакову нашу кто-то из них порешил.
Водянов откинулся на спинку кресла и стал опять загибать пальцы.
— Фрумкину выгода — фирма спасена, это раз. Жениться на Корсаковой не нужно — два. Если не будет наследников, а их у Корсаковой нет, то вся фирма, получается, только его — три. Ну, и не шантажирует никто — четыре. Да… Прямо целый пакет бонусов. Трудно удержаться, чтобы не сыпануть чего-нибудь в бокал компаньонке при таком раскладе… Смотрим дальше. Юному математическому дарованию выгода не меньшая — соперница упокоилась, бери Фрумкина голыми руками или там другими голыми местами. Там ещё жена у Фрумкина полуразведённая есть, да? Ей ведь тоже выгода прямая, не сбрасывайте её со счетов. Выходит, всем мешала Корсакова… Всем, кроме своего бой-френда Топольского. Вот он и есть тёмная лошадка… Такие иногда приходят к финишу первыми. И тогда многие на бегах срывают большой куш. В общем, я понял. Теперь я слушаю — чем я могу вам помочь, Виктор Павлович?
— На днях будет вскрытие завещания Корсаковой. У неё осталась большая квартира в доме старой постройки в центре города. Наследство от матери. Ну, и её права как соучредителя фирмы. Поэтому сейчас могут произойти самые разные события… с её долей в бизнесе. Я хотел бы посмотреть, что у неё там в компьютере. Только не в рабочем, она последнее время скрывала от Фрумкина свои сделки, а в домашнем. Но у неё квартира опечатана, плюс на охранной сигнализации.
— Как срочно это необходимо сделать? — спросил Водянов.
— Да хоть сегодня. Фрумкин может начать действовать уже завтра. Если уже не начал.
— Хорошо. Оформите ордер на обыск. Я подпишу наверху и договорюсь насчёт снятия охранной сигнализации на время обыска. Ключи от её квартиры есть?
— Да, они были в сумочке Корсаковой, — сказал Дятлов.
— Хорошо. Что ещё?
— Мне нужна распечатка трафика мобильного оператора по номеру Корсаковой. Восемнадцатого сентября. С семнадцати до двадцати одного часа. Входящие и исходящие звонки и СМС. Корзухин ходил туда с санкцией прокурора, но там нас втягивают в какую-то волокиту, в общем, не хотят давать. А это важно.
Водянов записал что-то в ежедневнике и сказал:
— Это сложнее. У них там свора юристов. Бездельники… Потребуется время. Если только кому-то прищемить там хвост… Я поговорю с ребятами из УБЭП2. У них должно быть что-нибудь на них. Я понял.
