Не дракон я! Не дракон!
Девушки всегда готовы поддержать друг дружку во всяких таких начинаниях.
Поэтому когда эта самая глубь начала, выползать какой беспросветной тьмой с двумя сверкающими оранжевым огнём угольками, к визжащей подружке стали присоединяться все остальные девушки.
Через пару секунд визжали все. Кроме Девясилки.
Она бесстрашно и мужественно упаковалась за спины всех троих братьев, мгновенно утрамбовавшихся в монолитную стену.
— Нет, ну фто такое-то?! — обиженно прогудела тьма, — вы мне сейчас тут пещеротрясение учините! Как с драконами якшаться, да ещё с пяти, семи и девятиголовыми, так они рады! А как на меня такого прекрасного, так визжать сразу! Ну, не дракон я! Не дракон! И фто?! О! Привет, Дрангинс! Чего это с тобой все дамы нервные такие?!
— Привет, Вингс! — хмуро ответил Дранг, — ты бы принял свою человеческую форму, пока мы тут все не оглохли!
— А шотакоэ?! — обиженно прогудел громадный, эбонитово черный толстенный змей, чьи кольца продолжали и продолжали выкатываться из темноты, заполняя очень немаленькое пространство пещеры, — хотел показать какой я красивый, а они…
— Показал? — саркастически поинтересовался Дранг, — всем показал? Становись человеком, кому сказано!
Обиженное выражение на морде змея можно было черпать поварешками или даже черпаками, и расфасовывать по бочкам.
Но вокруг него закружилась легкая дымка, и на месте колец возник высокий, плотный мужчина лет тридцати, тридцати пяти.
С таким же как у змея обиженным на всю компанию выражением на морде.
Визг начал стихать. Медленно, но верно.
— Вот сколько раз можно тебя просить, не устраивать таких перфомансов?! — грозно спросил главный, отцепивший ту, что почти висела на выступе скалы, — каждый раз одно и то же!
Сказать, что змей прямо вот взял и проникся, значит, сказать неправду. Да и обида, если внимательней вглядеться в лицо, была скорее наигранной. В глубине глаз проступало довольство самим собой. Впечатление он сумел произвести! Очень даже!
— Ладно! Девы, приношу свои извинения! Очень уж хотел, чтобы вы меня оценили!
— Каждый раз хочешь! — проворчал главный, — и каждый раз не оценивают!
Вингс фыркнул, отворачиваясь, чтобы скрыть довольную ухмылку.
— Опять туристиков привел? — поинтересовался он, довольно бесцеремонно подсаживаясь к котлу, беря ложку, и пробуя вкуснейшую кашу.
— Ты бы хоть дозволения спросил, — фыркнул Дранг.
— А шотакоэ? Каши жалко усталому гостю?
— Каши не жалко! Но и ты как бы не гость! — отрезал главный.
Все остальные потрясенно молчали, слушая эту перепалку.
— Ну, вот, — опечалился змей, — а я тут новое месторождение открыл, хотел вам его показать. А вы меня боитесь…
Лукавством от Вингса просто разило! Месторождение! Новое! Да за это все визги можно простить!
— Так что? Не пойдете теперь со мной? — усмехнулся змей…вот, уж…точно змей!
— Конечно, пойдем! Ну, подумаешь! Напугал слегка! Правда, девушки?
Девушки, расслышавшие про месторождение, уже представили стены пещер в алмазах, и изумруды с рубинами под ногами, и потому, простили змею все его косяки сразу и оптом!
— Конечно, пойдем! Обязательно! — донеслось со всех сторон.
— Тогда угощайте меня! Угощайте! А утречком и двинемся!
Зашуршали рюкзаки, всякие ништячки, так милые девичьим душам и желудкам, припрятанные на дне, так, на всякий пожарный, типа, внезапного расстройства, стали стремительно выныривать наружу.
Вокруг Вингса, очень довольного таким поворотом, скопилось множество разнообразных пакетиков с конфетами, печеньками и даже пироженками.
Девушки, глядя на симпатичного мужчину, осмелели, и начали кокетничать. Змей с удовольствием принимал общий интерес, отвечая на всякие вопросы.
— Ладно, — спустя пару часов, поняв, что водопад вопросов ему не перекрыть, — ложитесь спать. Утром рано за вами зайду. И, чур, не визжать! В своей истинной форме приду! Так мне удобнее! — слегка капризно завершил вечерние посиделки змей.
Спать все улеглись быстро, даже специальных приказов не потребовалось.
Всем хотелось, чтобы утро наступило скорее!
