Испытание судьбой. Семейная сага. Часть 2

Марина Иванова

Провинциальная девушка Катя Воронцова бежит в конце 80-х годов от мужа алкоголика в город Мурманск. Но она даже не подозревает о том, что ее ждут большие испытания в этом городе. Все силы брошены на то, чтобы найти деревенскую простушку, которая сможет родить и затем бесследно исчезнет…

Оглавление

Глава 9

На следующий день все было как всегда: подъем в 6—30, завтрак в 7—00, только новое было то, что пришла в 8—30 к Людмиле подруга Вера. Раздался звонок в дверь, который испугал вжившуюся тишину этой квартиры. Здесь было непривычно слышать чей — то посторонний голос. Удивительным было то, что у Люды есть друзья. Она никогда ни о ком не говорила ни единого доброго слова. Катя точно знала, что ничего хорошего не будет сказано и о ней.

— Привет, подруга! — произнесла Люда с наигранной радостью. — Как хорошо, что заскочила ко мне. У меня столько новостей для тебя. Познакомься, моя племянница Катька, с юга приехала. Мы каждое лето с детьми гостим у них. Она развелась с мужем — олигархом, приехала найти себе мужа — моряка, как мы с тобой в молодости. Посмотрим, какого дурака подцепит.

— Почему, дурака, мне повезло с Толиком, царство ему небесное. Знаешь, Людмила, как одной плохо. У тебя хоть дети есть, у меня кроме собаки никого. Плохо мне, хочу уехать к себе в деревню, в Орловщину. У меня там родительский дом. Квартиру продам и уеду.

Катя смотрела на эту грустную милую женщину, ей стало жаль ее и себя тоже. На секунду она представила, что останется такой же одинокой женщиной навсегда.

«Мне уже 25 лет! Боже, я такая старая, не поздно ли начинать новую жизнь?» — подумала Катя. — Но сразу вспомнила слова: «Новую жизнь начинать никогда не поздно, даже за день до смерти». Да и в фильме «Москва слезам не верит», героиня говорит, что в сорок лет жизнь только начинается. Буду считать до сорока. В двадцать пять — это первая попытка. Пока не очень, но любой опыт — это урок, чему — нибудь научит».

— Катя, ты уснула, не слышишь, я к тебе обращаюсь! У твоей матери деньги есть? — кричала Люда.

— Что? — переспросила Катя, не поняв вопроса.

— Точно глухая. Замуж никто не возьмет. Слушай, я знаю, что твоя мать богатая, всю жизнь большим начальником проработала, значит, наворовала, пусть деньжонок подкинет на квартиру, будешь со своей собственностью.

— Ты что, Люда, откуда деньги у сельских учителей? Мы всю жизнь в долг живем. Занимаем до зарплаты, отдаем, — вздохнула Катя.

— Ради такого случая, пусть побольше займет, а ты у Верки квартиру купишь. У нее большая жилплощадь в центре города. Так что звони мамаше, проси денег, — произнесла Люда тоном, не терпящим возражения.

— Неудобно, только приехала, работу не нашла, дайте денег на квартиру, — сказала Катя.

— Неудобно на нарах спать! Остальное — перина! Ладно, сама позвоню. Верка, мать у нее всю жизнь в директорах школы проходила, двухэтажными коттеджами с нею расплачивались. Считай, покупателя я тебе нашла, эти точно не обманут. У них вся семья «того», — покрутила Люда у виска. — Одним словом «вшивая интеллигенция». Пиши адрес Катьке, больше никого не ищи, иначе вляпаешься, я тебя знаю.

Вера написала адрес, протянула лист бумаги Кате, улыбнулась. Видно девушка ей сразу понравилась. Хотела что — то сказать, но Людмила ее перебила, набросила на нее пальто, подтолкнула к выходу, на ходу натягивая на себя шубу.

— Катька, я к Верке, у нас дела, приготовь что — нибудь на обед. Вдруг не успею вернуться, покормишь детей, занимайся с ними английским.

— Люда, мне же на работу устраиваться нужно, — напомнила Катя.

— Какая работа?! Квартиру скоро купишь, любую должность получишь, без прописки никуда не возьмут. У себя не пропишу. Оттяпаешь жилье, как я мужа за бутылку водки, — смеясь, сказала Люда, захлопывая за собой дверь.

Катя осталась стоять возле двери с листком бумаги в руках, на котором был написан адрес. Она посмотрела на листок и подумала: «Квартира в центре города своя, это же несбыточная мечта. Нет, этот вариант не для меня. Заработаю себе на квартиру сама, что я зря на север приехала?», — вздохнула Катя, пряча адрес в сумочку.

Приготовив обед, Катя достала с книжной полки первый попавшийся роман.

— Сестра Керри, — прочла Катя на обложке название.

Давным — давно в школе, Катя читала это литературно — художественное произведение, роман ей очень понравился. Было странное ощущение, что книга не просто так оказалась в руках.

«Почему именно этот роман? — удивилась Катя. — Будто кто — то хочет меня успокоить, показать, что жизнь у меня не такая грустная, как у героини».

Книги действительно созданы для того, чтобы предупреждать. В каждой фразе закодирован определенный смысл для читателя. Есть подсказки, как себя вести в том или ином положении. Есть примеры, показывающие, что нельзя так делать. Есть катарсис, переживаешь с героем его жизнь, как свою собственную. Как говорится, каждый роман — это сам писатель. Это правда. Но самое главное, ученые доказали, что люди, которые много читают, никогда не болеют раком.

Катя вздохнула, еще раз пробежалась глазами по книжной полке, но кроме учебников там ничего не было.

«Почему у Люды так мало книг? — подумала она. — Почему книги так раздражают Людмилу? Почему она никогда не читает?».

Катя с удовольствием стала перечитывать роман «Сестра Керри», находить новые закодированные фразы, которые раньше не замечала. Странно, но в этой книге Катя увидела себя, в книге был описан похожий с нею случай: девушка точно так же приехала искать счастье в другой город; описывались мытарства, происходившие с нею, люди, похожие на Людмилу.

«Получается, плохие люди не только в книгах встречаются, в жизни тоже. Что ждет меня впереди? Какие испытания? Справлюсь ли я с ними?», — спрашивала себя Катя.

Читая роман, Катя вспомнила Никиту, вспомнила тетю Полину из студенческого общежития, вспомнила ученых из аэропортовской камеры хранения. Кате стало спокойно на душе. Ведь не все так плохо!

«Есть хорошие люди, их много! Конечно, их участие и доброта обязательно помогут мне преодолеть все препятствия на пути к новой жизни. Люда, по — своему, тоже хороший человек. Переживает за меня. Хочет, чтобы у меня в жизни все получилось, чтобы жилье свое было. Я обязательно справлюсь с трудностями, нужно быстрее устраиваться на работу. Деньги так быстро заканчиваются», — вздыхала Катя, переворачивая страницу.

— Привет, что читаешь? — спросила Анна, подкравшись. — Как можно находить что — то интересное в книгах?! — спросила она, зайдя в комнату неслышно. — Какой здесь кайф? Я никогда не засоряю мозги лишним чтением. Одно дело в школе. Ты знаешь, для чего читаешь, для оценок. А тебе видно делать нечего? Хочешь поработать, бери мой английский, вкалывай, перевод задали.

— Я не могу понять, Анечка, — сказала Катя. — Ты отличница, гордость школы и не любишь читать? Чтение — это не работа, это отдых. Ты лежишь с книгой, твое воображение начинает разыгрывать разные интересные сценки в твоей голове: цветными красками разрисовано твое собственное кино, никто не сможет его повторить. Только память. И только в самых ярких красках, известных тебе самой, — сказала Катя весело. — У тебя твои пятерки черно — белые, наверное? Зачем тебе они?

— Ну ты даешь?! Они мне нафиг не нужны, — произнесла Анна безразлично, — они нужны моей злющей мамочке. Понимаешь, она возомнила себе, что сэкономит на мне на поступлении в институт. Она же на всем экономит. Я все равно ее заставлю выложить кругленькую сумму за мое поступление. Времена другие начинаются. Я их с удовольствием жду, пусть раскошеливается на любимую доченьку. Золотишко выгребает.

Катя смотрела на эту красивую девочку с милым выражением лица. А видела изуродованное злостью лицо страшного монстра.

«Не может быть, чтобы пятнадцатилетний жизненный опыт девочки, сделал ее такой уродиной. Откуда столько злости в таких красивых голубых глазах? Внешне, имея облик Ангела, со светлыми вьющимися волосами и бледно — розовой матовой кожей, Анна была похожа на восковую неживую куклу с вращающимися глазами. Может быть, дьявол окутывает своей злостью всех, — от мала до велика. Скорее всего, он проверяет нас на прочность, — думала Катя, — кто — то борется до последнего. А кто — то сдается, не успев родиться».

А вслух сказала:

. — Я не хочу с тобой вообще говорить на эту тему. Ты такая озлобленная на жизнь. В свои пятнадцать лет. Ты же никуда не ходишь. Ни с кем не общаешься. Откуда такой цинизм ко всему, что тебя окружает? А самое страшное, — это ненависть к собственной матери. Да ты должна ее уважать только за то, что она вообще тебя родила. Ты должна быть благодарна ей за подаренную жизнь. Именно подаренную, бесплатно тебе данную. Ведь она у тебя денег за твое рождение не брала? А как я понимаю, с вашим коммерческим подходом, девушка, ты, скорее всего, предоставишь счет своему еще не родившемуся ребенку.

Катя открыла форточку, она задыхалась от общения с Анной.

— Да пошла ты, знаешь куда, воспитатель! — зло крикнула Анна. — Ты ее защищаешь, послушала бы, что она про тебя говорит, по — другому заговорила бы. Точно малахольная, как мать говорит. Правда, таким вот уродам, как вы, государство дает жизнь, образование, коттеджи бесплатно.

Катиной маме, Оле Снежко, действительно коммунисты подарили двухэтажный коттедж за добросовестную работу. Она была директором школы. В их микрорайоне давали коттеджи всем кандидатам, докторам наук. А так как школа учила детей и внуков ученых. Решили, что будет правильно, чтобы и директор школы тоже получила такой же коттедж. Тем более, что семья Кати жила на квартире, стояла в очереди на жилье.

— Господи, при чем здесь государство и коттеджи? — удивленно спросила Катя.

— Да при том, что мамочке твоей вон какой коттедж бесплатно государство подарило, небось, как моя мама говорит, одним местом заработала? — ехидно улыбаясь, произнесла Анна.

— Знаешь что, деточка, ты права. И Люда права. Мама действительно заработала коттедж одним местом, которого у вас, к сожалению, нет. Она заработала его, — головой. По-видимому, у вас вместо головы продолжение шеи, — спокойно произнесла Катя, глядя на Анну, как личный врач на безнадежного больного.

Этот диалог, особенно завершающая часть, были тут же переданы Людмиле в еще более искаженном виде, и вечером того же дня вышел приказ: никаких книг с полок не брать, читать запрещается! Режим был настолько строгим, что Катя теперь должна была водить детей Людмилы каждый день в бассейн.

— Детям нужно заниматься спортом! — категорично заявила Люда.

Именно это и внесло некую радость в скучную Катину жизнь. Катя с удовольствием выскакивала с детьми на свежий воздух, полными легкими набирала чистоту жизни. Глоток промерзшего воздуха грел душу. Кате хотелось взлететь над этим красивым ночным городом. Даже дети Люды казались чище и человечнее в этой тихой светлой темноте. Света было очень много от искрящегося снега, отраженного в лучах фонарей.

Катя весело и легко бежала по мягкому снежному ковру, а Север танцевал с ее душой «Северное танго», за которым ненавязчиво наблюдал, улыбаясь, незнакомый мужчина из черной иномарки с номером «Три семерки».

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я