Вторая глава
И с каждым днем этот диссонанс в звучании только нарастал.
Все больше и больше мы отдалялись друг от друга, и я ничего не могла с этим поделать!
Как-то Артур, вернувшись с работы, небрежно бросил свой пиджак на кресло в гостиной, а сам пошёл переодеваться дальше. В нашу спальню. Я шла следом, слушая жалобы мужа на директора.
В тот день я приболела, и оставалась дома ненадолго. Лучше отлежаться один день, чем неделю превозмогать простуду и заражать всех окружающих.
И чем был хорош наш директор, он полностью разделял такое мнение. Он давал своим сотрудникам редкую по нынешним временам возможность остаться дома без больничного. И за что мы были благодарны ему всей конторой. Особенно девочки.
Так вот, шла я за мужем следом, слушая очередное гениальное предложение, которое не очень оценил директор, и прихватила, по инерции, сброшенную одёжку. А он как заорёт!
— Не трогай мои вещи!
— Стирать, утюжить и развешивать по местам отныне будешь сам, — зло ответила я ему и разжала пальцы, роняя несчастный пиджачок.
Резко развернулась и вышла из комнаты.
Обидно до слёз! Что такого-то не так я сделала?
Артур догнал меня практически мгновенно. Без сорочки, в одних брюках:
— Олюшка, родная, прости. Замотался на работе. Устал, — прижал он меня к себе со спины, оплетая руками, — прости, я не прав. Сам не знаю, что на меня нашло!
— Ты так всполошился, будто у тебя там, в кармане, нижнее белье твоей любовницы, — хмыкнула, оттаивая.
Муж несколько натянуто рассмеялся, но я не стала заострять. Ведь лучше плохой мир, чем отличная ссора?
Но продолжила уже серьёзно:
— Не нужно на меня кричать, Артур! Не стоит.
— Прости, — склонился Арт к моей шее, целуя.
Но после я заметила, что Артур стал сам более внимательно относиться к своим вещам. Меньше их разбрасывал. Я ещё радовалась этому.
Дура!
А ещё постепенно исчез из нашей жизни обычай показывать что-то интересное прямо из своего телефона. Ведь намного проще дать в его руки свой аппарат, чтобы не объяснятся и посмотреть вместе смешное или милое видео. Или возмутительное. Так, чтобы и реакция на увиденное была совместная. Общая.
Это было таким естественным раньше. А теперь стало редкостью. И даже если Арт показывает мне что-то, он всё равно не выпускает свой телефон из рук.
Будто я немедленно, как только заполучу аппарат в свои загребущие лапки, то тут же, не медля ни секунды, начну искать в нём что-то эдакое…
Такие мелочи все накапливались и накапливались. Размывая доверие.
Ещё я заметила, что Артур стал чаще мыться. Дольше. Стал пользоваться косметикой и бриться на ночь.
Ну, то есть он и раньше не был грязнулей, но сейчас… Не успевал зайти в квартиру, как первым делом бежал в душ. Как он уверял — смыть с себя пыль дорог. Ага. В салоне приличного автомобиля.
Тоже подозрительно…
Но не прицепишься.
Опять же задержки на работе. Раньше мы часто ездили с утра на одной машине, чаще на его. Это экономно и удобно при том, что работаем вместе. А в последнее время Артур уезжает чуть раньше, вынуждая меня добираться самостоятельно.
И провожаю я Гошку в школу теперь тоже одна.
Но это не всё. Внезапно Арт проникся работой. Загорелся ею, и предпочитает задержаться на часочек, чтобы в тишине доделать, реализовать свои проекты. Пока никто не мешает.
Наш директор в восторге и нахваливает Артура. Премирует.
А я злюсь, хотя должна бы радоваться за мужа.
Пыталась понять Артура, но дикие кошки скребли мое сердечко.
Все мои подозрения были неоформленными. На уровне подсознания. И я не хотела накручивать себя. Тем более, что Артур поводов вроде как не давал.
Старается человек. Для семьи. Для сына. Для нашего будущего.
Артур всегда хорошо общался с Егором. У них было взаимопонимание с детства. Даже совсем крошкой Егорка лучше засыпал на папиных руках.
А уж когда Гошка повзрослел немного из младенческого возраста и стал разговаривать, с этого момента папа стал незаменим.
Они вместе, споря и смеясь, собирали и разбирали все, что только можно и нельзя. Иногда мне казалось, что Арт пользуется возможностью наиграться в конструктор, прикрываясь интересом Егорки.
А когда дело доходило до починки какого-нибудь прибора, то восторгу моих мальчиков не было предела. Они вместе с удовольствием занимались этим делом. Часто вначале разобрав, и только потом пытаясь понять, что же они такое делают, судя по тому интересу, с которым оба смотрели ролики о ремонте очередной фигни в интернете.
Мой муж — отличный отец для Гошки, но и в этом аспекте все стало рушиться. Артур в последнее время стал реже проводить с ним время. Просто не успевает. Да и тон его общения немного поменялся. Арт стал отдаляться от сына. Всё больше менторского проскальзывало в разговорах, и все больше слов о долге и об уважении. Правильных слов, но без чувств — пустых.
Я думала, что это у нас такой кризис. Что нужно просто сесть друг напротив друга с бутылочкой вина и откровенно поговорить, как это бывало и раньше. Но Артур всячески отнекивался и не хотел говорить, повторяя словно попугай, что у нас все прекрасно, и я замечательная. И что я прекрасная хозяйка, а он просто брюзга и недостоин меня.
Вот как жить в таких качелях? Можно же рехнуться!
Напряжение нарастало. Я чувствовала себя странно.
Хотела ли я точно знать правду?
Я не знаю!
Вот что бы я точно хотела, так это вернутся в то время, когда никаких подозрений не было и в помине!
