Глава 22
— Пойдем отсюда, — сдавленным голосом прошептала Перл, глядя на то, как портниха мутным взглядом обводит вошедших. Сейчас она выглядела очень ленивой и явно не способной к работе.
— Одну минутку, — заметила Маман, открывая за нашими спинами дверь. — Простите, я отвлеклась. Тут просто важный клиент прибыл. Вот!
Она достала и поставила несколько бутылок без этикетки. Взгляд портнихи оживился.
— Обслужи девочек как полагается. Не хочу краснеть перед подругой, — заметила Маман, покидая нас.
Портниха встала. Взвесила в руке бутылку, а потом зубами вытащила пробку и сделала глоток. Странно, но алкоголем не пахло.
— Ну че? — спросила портниха, глядя на нас, а потом нетвердой походкой направляясь к шкафу.
— Она нас измерять будет? — спросила Коралл, пока я смотрела на дикий беспорядок в шкафу.
Она достала три рулона ткани, выложив их на стол. Со стола скатились пуговицы и какие-то мелкие бусинки. Потом с лязганьем упали ножницы.
— Простите, а вы нас замерять будете? — спросила я.
— А мне и так все видно… — вздохнула швея, пока мы переглядывались.
Затея казалась сомнительной. Но выбора у нас не было.
— А синий кому? — спросила Коралл.
— Ей, — ткнули в меня ножницами, правда, на расстоянии. — Вот этот лавандовый тебе. А бежевый — тебе…
— Но мне синий не идет, — заметила я. Перл в ужасе смотрела на бежевый.
— Бежевый никому не идет! — заметила Перл. — Я мерила бежевое платье и оно..
— Цыц! — пригрозила нам портниха. И было в ее взгляде что-то такое, от чего хулиганы выпускают из рук схваченные у жертвы сумочки. А потом дико извиняются. Ножницы в ее руках угрожающе сверкнули.
— Она нам угрожает? — спросила Перл. Казалось, сегодня она натерпелась на две жизни вперед.
— Ты про ножницы? — спросила я, глядя на ножницы в руках дамочки, которые ловко делали выкройки без каких либо замеров, кальки и мелков.
— Нет, я про бежевое платье… — прошептала Перл. — Я же буду выглядеть, как голая!
Мне уже самой было не по себе. Коралл рассматривала обрезок кружева, свисавший с дверцы шкафа.
Портниха щелкнула ножницами и отхлебнула еще. А потом как начала резать. У меня глаза на лоб полезли. Перл открыла рот от изумления, когда какие-то несуразные куски материи летели в стороны.
— Пойдем, — прошептала Перл, а Коралл жадно впитывала все, что видела.
Потом я увидела, как портниха понесла два несуразных куска к швейной машинке. Послышался звук яростной строчки. Покачнувшись и ловко вынув ткань, она снова сделала глоток. И стала вытаскивать откуда-то кружева. Видимо, они были намотаны на бобину где-то под столом. Кружева отрезать она не собиралась и строчила так. Один раз щелкнув ножницами, портниха зевнула, мутно глядя на нас.
— Че стоите? Садитесь, — махнула она рукой в сторону трех заваленных тканями стульев. — Еще час подождете? Будет готово для первой примерки.
Час? Да что можно пошить за час?
Работа шла как-то нелогично. Бутылка стремительно пустела, а старинная машинка пришивала один кусок к другому. Я даже успела вздремнуть, уместившись на двух стульях сразу. Перл сесть отказалась, а Коралл прилипла к моему плечу.
— Готово! Меряем! — послышался голос, разбудивший меня.
— Мама дорогая, — прошептала Коралл. Я смотрела на платье, которое уже лежало на стуле.
— Это — тебе, — кивнула портниха. — Иди, меряй! Сейчас еще два доделаю!
— А где мерять? — спросила я, видя невероятное платье с бантом.
— Найди пустую комнату, зайди и померяй, — махнула ножницами портниха. — Тут по соседству! Иди! Там все равно никого нет!
Я не могла поверить, что держу в руках такое платье, поэтому вышла в коридор. В коридоре тоже никого не было. Но внизу слышался смех.
Пожав плечами, я направилась в соседнюю комнату, убедившись, что в ней никого нет. Я положила платье на стул, вглядываясь в полумрак.
