На грани. Рассказы

Иннокентий Сланевский

Стиль рассказов писателя: мистика, фантасмагория, гротеск, сатира, приключения, драма, фантастика.1 мая 2016 года писатель начал работать над своим первым рассказом «Последний дом». Этот день и стал началом творческой деятельности писателя. В первую книгу автора «На грани» (2017) вошли 80 рассказов, написанных им за 2 года (2016—2017).

Оглавление

12. ПРИШЕЛЕЦ ИЗ КОСМОСА

Рассказ посвящается моей маме, Сланевской Нине Михайловне

— Это ваш клиент! — сказал один из полицейских когда стражи порядка меня, изрядно помятого и кровоточащего, и не способного передвигаться самостоятельно, передавали в руки психиатрической бригады.

— Разберемся! — ответил на это один из санитаров, и меня тут же подхватили за руки-за ноги несколько пар крепких здоровых лап и понесли куда-то по длинному коридору.

Люди в белых халатах несли меня около получаса, а затем вошли в кабинет, надели на меня смирительную рубашку и усадили на стул. Напротив меня за столом уже сидел человек в белом халате.

— Вот полицейский протокол на этого чудика, доктор, — сказал один из санитаров и передал сидевшему за столом человеку какую-то бумагу.

Доктор внимательно ознакомился с ней, затем отложил бумагу в сторону, протер свои очки и стал всматриваться в меня своими близорукими глазами сквозь протертые линзы. Санитары остались стоять в кабинете доктора за моей спиной, грозно скрестив на груди руки.

— Вы напали на полицейских и дрались с ними, — сказал доктор. — Нехорошо!

— Вы так в этом уверены, док? — удивился я.

— Так сказано в протоколе, — заметил на это человек в белом халате.

— А разве факты не говорят об обратном? — поинтересовался я.

— Какие факты?

— Ну ведь битый-то я, а не они! Это ж невооруженным глазом видно!

— Невооруженным глазом видно лишь то, что ваше лицо в крови, а не то, что вас избили. В протоколе ясно сказано, что вы ворвались в нашу Пирамиду, стали кричать всякую чушь вроде того, что Пирамида наша нарушает гармонию Вселенной, что Пирамиду необходимо немедленно срыть до основания, что скоро тут, в нашей столице, приземлятся на своем корабле гости из иных миров, которые являются вроде как вашими друзьями и которые намереваются обучить нас, землян, уму-разуму, а потом вы стали биться своим лицом прочные стеклянные окна Пирамиды. Поэтому ваше лицо и в крови. При чем тут полицейские-то? Они всего лишь подхватили вас под руки и принесли ко мне сюда на лечение. Если бы они этого не сделали, то вы бы напрочь расколбасили свою несчастную голову и в итоге отправились бы в мир иной, разве не так? Действия полицейских, тем самым, спасли вам жизнь!

— Именно так все и описано в протоколе? — поинтересовался я.

— Именно так, — ответил доктор. — И там даже ваша подпись стоит!

— Моя?! — остолбенел я. — Но, клянусь, док, что я не подписывал никаких протоколов!

— Так может это ваша рука, не ведая, что творит, подписала протокол, потеряв центральное управление, то бишь от головного мозга? Такое иногда случается, я по своему врачебному опыту знаю. Когда человек тяжело заболевает, то бывает, что части его тела, бывает, перестают слушаться головной мозг и начинают действовать сепаратно от него. Тем более, если мозг не в порядке, он легко теряет контроль над остальными частями тела! Поэтому, вполне может быть, что ваша рука подписала протокол, ваш язык выкрикивал всякие нелепости и несуразности, ваше лицо билось о стеклянные окна Пирамиды, в то время как ваш мозг дремал и не осуществлял должного контроля, ибо был поврежден!

— Мой мозг в полном порядке, док!

— Если бы это было так, то вы бы не называли себя пришельцем из космоса! Инопланетян не существует! Мы, люди, — единственные разумные живые создания во Вселенной! Это доказано наукой уже много-много лет назад, дорогой вы наш пришелец!

— Пришелец не я, а моя душа, док. Владыка отправил ее с далекой планеты на Землю и вселил ее в человеческое тело.

— Вот как?! И с какой же целью?

— Это было сделано для того, чтоб я вырос здесь, в человеческом теле, среди землян, чтобы я смог изучить и понять вас, достучаться до вашего разума и направить вас на истинный путь, на путь гармоничного развития. Если бы я явился на Землю в своем истинном теле, то у вас это бы вызвало животный страх. А страх и гармония — вещи несовместимые. Поэтому я и явился вам в человеческом обличье.

— И как же выглядят ваши истинные тела? И с какой конкретно планеты вы прибыли? — поинтересовался доктор.

— Едва ли эти знания добавят вам ума, док, — ответил на это я. — Скорее, наоборот: они могут у вас этот ум отобрать, ибо если вы заговорите об этом, то рискуете оказаться рядом со мной в смирительной рубашке, разве не так?

И в этот момент я получил подзатыльник от стоявшего за моей спиной санитара.

— Думай, что говоришь, чудик! — грозно рыкнул на меня санитар.

— И в чем же вы видите гармоничное развитие? — продолжил расспрашивать меня доктор. — В отсутствии нашей Пирамиды?

— Вот именно, док, — ответил я, — ибо Пирамида ваша источает страх, злобу и агрессию.

— Но ведь это ересь, кощунство и дичайший бред! Вы безумны в своих убеждениях! История нас учит тому, что Пирамида наша тут находилась всегда! Она появилась раньше самой Земли! Сначала была Пирамида, которая излучала божественный свет и ангельскую энергию. Свет и энергия Пирамиды притянули сюда саму Землю. Если вы выросли на Земле, то вы должны знать нашу историю!

— Да, я читал вашу историю. О том, как потом появился человек, о том, как возникли города, о том, что Пирамида была засеяна семенами жизни самых выдающихся умов и о том, как затем те, что остались жить снаружи от Пирамиды, были признаны официальной наукой подобием человека, человекообразными, но не самими людьми.

— Верно! — воскликнул доктор. — Историю вы хорошо помните, но тем не менее, вы все же сошли с ума! Человек может обезуметь, но при этом сохранить хорошую память. Такое в моей практике случалось. Но чем вам все-таки не угодила наша Пирамида?

— Вы когда-нибудь слышали музыку звезд, док? — спросил я. — Вы слышали когда-нибудь вибрации Вселенной? Представьте себе человека, который садится сюда на мое место напротив вас, берет в руки гитару и начинает вам играть на ней? Но при этом гитара его совершенно не настроена. Что вы скажете такому человеку? Понятное дело, вы попросите его прекратить свою игру. А если он вас не послушает и все же продолжит свою игру, то что вы тогда ему скажете? Вы уже прикрикнете на него. А когда он и дальше продолжит играть, то вы, вполне вероятно, и вовсе броситесь на него и разобьете в щепки его музыкальный инструмент, не так ли? Но весь фокус в том, что вы, люди, способны слышать что-либо только на близком расстоянии. Для нас же расстояние абсолютно никакой роли не играет. Мы способны слышать вас, ваши вибрации, слышать друг друга за миллионы световых лет! Мы легко слышим издалека и вибрации вашей Пирамиды! И знаете, что, док? Ваша Пирамида звучит для нас как ненастроенная гитара! Слышать ее с далеких звезд, равно как и тут, мне просто невмоготу, поверьте!

— И что же, вы хотите разрушить ее?

— Это необходимо сделать!

— Да вы абсолютно безумны! Вы безумны в своих убеждениях, повторяю вам! С каждым вашим словом я убеждаюсь в этом все больше и больше! Остановитесь, пока не поздно, признайте свое безумие и тогда, быть может, вы еще сможете спасти свою жизнь!

— Уже поздно, док. Моя миссия на Земле, увы, провалилась! Я не смог достучаться до вас, землян, эти мои вибрации уловили представители моей расы за миллионы световых лет отсюда, и мои космические братья уже вылетели сюда, к Земле. Я чувствую их музыку, я вижу, как они летят и, поверьте мне, док, они скоро будут здесь! Очень скоро! Вы не успеете и глазом моргнуть!

Доктор и санитары громко рассмеялись, а затем в один голос басистым хором воскликнули:

— Пирамида вечна и несокрушима! Никто не способен ее уничтожить!

В этот момент в кабинет доктора заползли на четвереньках три человека: у одного в руках были веник и совок, у второго — ведро с водой и тряпка, у третьего — щетка и крем для обуви. Второй полз за первым, а третий пополз в сторону доктора. Все эти трое передвигались на четырех конечностях, не смея поднимать глаз. Первые двое с бешеной скоростью отдраивали до блеска все находившиеся в кабинете предметы, и вскоре даже пол в кабинете засиял ярче солнца! Третий же вычистил так же до блеска ботинки доктора и санитаров, после чего все трое так же спешно ползком удалились из кабинета.

— Кто эти люди? — поинтересовался я.

— Люди?! — рассмеялся доктор. — Это человекообразные, «подошвы», живущие в своих бараках за пределами нашей Пирамиды. «Подошвами» тут называют тех, кто из кожи вон лезет, чтобы получить хоть какое-то место работы, пусть даже самое грязное, но внутри Пирамиды. Среди них есть даже медики, педагоги и профессора. Они не хотят жить в бараках и готовы мать родную продать, чтобы только оказаться тут! Они обожают нашу Пирамиду! Нашу несокрушимую Пирамиду! Один из троих, что только что чистил мои ботинки, — это бывший друг моего детства, учился вместе со мной на психиатра, работал даже со мной здесь врачом и однажды даже стал заведующим отделением, поднялся выше меня по ступеням Пирамиды, стал работать выше этажом, носить лучше пиджак и ездить на машине более высокого класса, но потом, вскоре, тем не менее, был низвергнут со своего пьедестала, и снова стал «подошвой», а его место занял я!

— Как такое возможно? — удивился я.

— Дело в том, что мой друг однажды обезумел, — ответил мне доктор. — Да-да, и психиатр может оказаться безумцем! Однажды, еще будучи моим другом, он написал научный трактат под названием «Лишний орган». За этот трактат тот, который живет на самом верхнем этаже Пирамиды и кого мы называем «Лучезарный», возвысил его до заведующего отделением. В трактате том говорилось о языке. Мой бывший друг начал свой трактат цитатой из нашего великого мудреца и правителя Лучезарного: «Народ наш человекообразный в большинстве своем — разбойники и психи, ибо порой несвоевременно соблюдает основополагающий принцип нашего государства, главную статью нашей Конституции, которая гласит: „Народ обязан заботиться о благосостоянии своего правителя и его администрации“. Но, тем не менее, когда „подошвы“ направляются собрать с народа причитающееся правителю и его администрации, то все время возникают проблемы, ибо человекообразные жалуются на нехватку средств, которые, наверняка, где-то спрятали! Вот лживые языки!» И мой бывший друг ухватился за это слово: языки! В трактате рекомендовалось отрезать лживые языки у человекообразных, дабы языки те не лгали посланникам Лучезарного. Поначалу все были в восторге! И я в том числе! Лучезарный возвысил моего бывшего друга. Однако потом, я неожиданно прозрел от своей временной эйфории и осознал тот факт, что если языков у человекообразных не будет, то и у нас, психиатров и полицейских, занимающих большую часть Пирамиды, не станет работы, ибо нам станет сложнее определить психов и разбойников, если те будут немы и, потому, не смогут признать себя психами и разбойниками. А если не будет нас, психиатров и полицейских, то кто же тогда защитит Лучезарного? Я тут же сообщил о своих соображениях Лучезарному, и мой бывший друг был признан безумцем, низвергнут и опять стал «подошвой», спустился на тот уровень, с которого мы все начинали нашу службу верой и правдой великому Лучезарному. Мой бывший друг, бедняга, надеется снова когда-нибудь подняться!

— А вы знаете, док, — сказал я, — а я даже и не предполагал, что, чтобы стать «подошвой», жителю городского барака надо еще ой как постараться!

— Конечно! Неужели ты этого не знал?!

— Даже и не догадывался. Однажды я пришел в Пирамиду с намерением выучиться на психиатра и предстал перед приемной комиссией, а они мне и говорят: «Выворачивай карманы!» Я спросил их: «Это еще зачем?» А мне снова говорят: «Выворачивай!» Ну, я и вывернул свои карманы перед ними. И тут же раздался оглушительный хохот членов приемной комиссии! Председатель той комиссии, продолжая смеяться и показывая на меня пальцем, воскликнул: «Нет, вы только гляньте! Видал я на свете дураков, но таких… Ты и в правду дурак или с другой планеты прилетел? Явиться к нам с пустыми карманами! Да тебе не учиться, а лечиться надо! Хотя… и там тебе с пустыми карманами делать нечего!» И я ушел несолоно хлебавши.

— Ха! — рассмеялся доктор. — Ты действительно безумен! Один житель барака в течении года приносил в Пирамиду весь свой доход и жертвовал его администрации, сам же он весь тот год питался тем, что найдет на городских помойках. И только тогда приемная комиссия присвоила ему почетное для него звание «подошва»!

— Вот оно, значит, как! — удивленно воскликнул я.

— Ладно, — сказал доктор, обращаясь к санитарам, — довольно с меня этого безумца! Уведите его прочь в подземные этажи Пирамиды, где стены каменные и прочные и где у нас содержатся всякие психи и прочие безумцы! Кормить его впроголодь объедками с наших столов, выбивать палками дурь из его башки, пока не сдохнет!

И в этот момент небо за стеклянными окнами Пирамиды озарилось ярким светом и все мы увидели, как в воздухе над Пирамидой завис огромный космический корабль.

— Ну что ж, док, — прокомментировал это событие я, — мои братья прилетели и настало время нам обменяться нашими одеяниями: давайте мне сюда свой халат, док, а на себя наденьте мою смирительную рубашку. Теперь лечить мы будем вас, ибо вы безумны в своих убеждениях!

© Copyright: Иннокентий Сланевский, 2016

Свидетельство о публикации №216090101785

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я