Покорение электричества
А я остался ломать голову и вспоминать, что я знаю о добыче вольфрама. А без него, увы, лампочку яркую и долговечную не сделать. — Такая простая штука как лампочка, а попробуй-ка сделай? — пробормотал я себе под нос, доставая лист бумаги и карандаш.
В теории я знаю, как получают вольфрам. Нужен минерал — шеелит и азотная кислота, которую мы уже делали из селитры. Получим вольфрамовый порошок с примесями всякой ерунды. Но на практике, чтоб его расплавить и вытянуть в тонкую проволоку, нужна температура под три тысячи градусов. К сожалению, наша доменная печь не даст такую температуру, какая крутая она бы не была. Значит, в первую очередь надо делать мощный генератор, а потом уже получим такую температуру, с помощью электричества.
«Ну. Генератор, так генератор.» — подумал я и занялся работой. Имея медь и магнитную руду, сделать его не проблема. Только вот нужно поэкспериментировать с толщиной медной проволоки, чтобы ток большей мощности был. Тогда уж наверняка расплавит вольфрам.
Работа закипела. Как всегда, мне ассистировали — Тугарин и кузнецы. Жители привыкли к такому и уже не удивлялись, когда мы проносились мимо них на телегах, полных пробных кусков скальных пород, камней и прочего сопутствующего хлама. Со стороны это, конечно, выглядело странно — Всё живут плавной, размеренной жизнью и только мы, как стая антилоп, носимся туда-сюда, с выпученными глазами и криками.
Наконец, с горем пополам, генератор был собран…
— Да уж, — почесал я затылок. — Выглядит не презентабельно конечно, но, надеюсь, будет работать.
Генератор больше напоминал кусок металлолома с торчащими проводами. Ну а что? Опытный образец. За то, ко всем частям важным доступ открыт. Я дёрнул рычаг и ротор генератора начал вращаться.
— Ну и как понять, что оно работает? — спросил Тугарин.
— Сейчас узнаем. — улыбнулся я и взял в руки, заранее припасённый железный прут. После, подключил к его концам провода. Не забыл и про безопасность, поэтому делал всё на безопасном расстоянии. Через доли секунды, после включения рубильника, раздался небольшой взрыв и появился характерный запах озона. Потом металлический прут начал раскаляться и краснеть. Ещё через четыре секунды прут раскалился до бела и расплавился, разомкнув цепь.
— Отлично! — довольно сказал я и выключил подачу тока. — Напряжение то, что нужно. Жаль измерить мы его не можем пока. Будем исходить из того, что чем сильнее раскрутим ротор генератора — тем мощнее ток. Теперь поняли, что я имел в виду, когда говорил про высокую температуру плавления?
— Ага, — почесал затылок Митрофан. — Ещё бы понять, как это работает.
— Если простыми словами, то это управляемая молния. Прямо как та, что во время грозы сверкает, только слабее и перемещается по проводам. Поэтому не советую трогать оголённые провода, если конечно не хотите прожариться до состояния моих колбасок гриль.
— Ну ничего себе! — воскликнул Волк. — Так мы это… молнию оседлали, получается?
— Получается так, — довольно улыбнулся я и похлопал тестя по плечу. — Это ещё один день, который поднял нас в развитии выше других людей. Поверь, электричество в будущем будет присутствовать повсеместно. Скажу больше — без электроэнергии будущее невозможно. А пока надо соорудить корпус для нашего зверя. — посмотрел я на, едва гудящий, генератор.
— Вот это да, мы оседлали молнию. — не слушая меня, кузнецы ходили вокруг генератора и улыбались.
— Видимо, чтоб осознать и принять данный факт, им надо время, — сказал я, глядя на Тугарина. — Ладно не будем их тревожить. Пошли работать. Нам ещё освещение придумать надо. А то будет поздно, если Урусова уже оружие разработал.
Правда над освещением пришлось попотеть намного дольше. Октябрь подошёл к концу, и погода стала ещё холоднее. Но, пройдя все испытания и невзгоды, мы стояли всей нашей бандой изобретателей натуралистов и любовались, только что собранным, прожектором.
— Красавец какой, здоровый, хищный, — оценивал я осветительный прибор. — Как стемнеет, включим и посмотрим, что он может.
— Скорей бы, — негодовал Митрофан. — Сгораю от нетерпения. Вот аж руки чешутся включить.
— Не спеши, мой друг. — похлопал Волк того по плечу. — Пойдём лучше помоемся и перекусим. Устал я что-то с прожектором этим. Он же весит килограмм под двести. А нам ещё его на вышку повесить как-то надо будет, если конечно работать будет.
К вечеру все снова собрались у прожектора. Тот, пока стоял на земле, закрепленный на самодельное крепление. Решили сразу проверить работоспособность, а уже потом куда-нибудь повесим.
— Ну что? Включаем? — каждые пять минут спрашивал Митрофан, нетерпеливо потирая руки.
— Ладно, включай. А то не отстанешь, — дал я добро, ведь стемнело достаточно.
На наше поселение уже спустились сумерки и люди расходились по домам после трудовых будней. Кто-то, с криками, загонял детей домой. Кто-то просто отдыхал после трудного дня. Вдруг, вокруг стало светло, как днём. Люди остановились и начали оглядываться по сторонам. Также, жители начали выходить из домов.
— Успокойтесь. Всё нормально! — бегал довольный Митрофан по округе и успокаивал людей, которые уже начали паниковать. Кто-то запричитал о конце света. — Не бойтесь, это мы запустили освещение. Максим оседлал молнию и зажёг солнце.
Эти объяснения ещё больше ввели людей в ступор. Некоторые начали креститься.
— Это наше новое изобретение! — вмешался я, чтоб успокоить панику среди населения. — Мы создали этот прожектор, чтоб освещать ночью периметр поселения. Как видите, с задачей он своей справляется. Скоро мы ещё несколько таких сделаем и повесим по контуру. Он не опасен, расходитесь по домам.
На жителей мои слова подействовали и, через некоторое время, все начали расходиться, возбуждённо обсуждая увиденное.
— Ну что, ребята. Поздравляю вас с первым в мире запуском электроосвещения. — подошёл я к нашей компании. Завтра закрепим прожектор на центральную вышку и приступим к сборке ещё, как минимум пяти таких. Надеюсь генератор потянет такую нагрузку.
Дома нас с Тугариным ждали Дарина и Акела.
— Поздравляю с изобретением нового чуда. — радостно сказала она. — Умывайтесь и к столу. На столе нас ждал праздничный ужин и вино. Мой живот громко заурчал, напоминая о том, что есть один раз в день ему недостаточно.
— Максим, твои изобретения все больше напоминают колдовство, — задумчиво сказал Тугарин. — Это привлечёт к нам очень много внимания. Не нажить бы врагов среди религиозных фанатиков и сильных мира сего.
— Тут я с тобой соглашусь, — ответил я, выпив глоток красного вина. — Но у нас выбор не большой. Либо мы развиваемся дальше и больше, либо прогибаемся под кого-то сильного, формально попадая в рабство. Будет это Владимир или ещё кто-то? Это лишь вопрос времени. Главная задача пережить эту зиму и закрепиться в проклятом лесу. Тут обороняться сложнее. Везде местность открытая, поэтому выхода у нас нету и надо наращивать защиту.
— Я думаю наша защита уже непробиваема для всех, — тоже сделал глоток вина Тугарин. — Мы за прошедшие два месяца усилили стены металлом, поставили ещё один пулемёт со стороны главного забора. А тут ещё и прожектор твой делает ночные атаки бессмысленными для врага. Еды у поселения более чем достаточно, выкопали глубокий колодец на случай, если в реке воду отравят. И то, учитывая сильное течение, на долго не отравят, да и в водонапорной башне запас более тонны воды минимум. Погреба и ангары забиты солениями и другими припасами. Подход со стороны реки заминирован. Нам не реально навредить. Поверь моему боевому опыту.
— Я верю, Тугарин. Но ты упускаешь одну вещь, — прищурился я, глядя в глаза товарищу. — Один ли я такой попал в ваше время? Если допустить, что кто-то ещё попадёт сюда из будущего и захочет нам навредить? Сможет ли выстоять поселение?
— Признаться я об этом не подумал, — согласился тот со мной, недовольно скривившись. — Надеюсь, если кто сюда и попадёт, то он будет таким же адекватным как ты. В противном случае будет беда.
— Вот и я о том же. Поэтому надо рассчитывать на более серьёзную оборону и не расслабляться.
— Максим что-нибудь придумает, даже если весь мир на нас ополчится, — вмешалась Дарина в наш диалог. — Я в него верю. Мы в него верим…
