Потустороннее. Книга II. Мистические рассказы. Еще страшнее…

Елена Гвозденко

Любителям классических ужасов. Приоткрой завесу тайн, загляни в мир потустороннего, и ты поймешь: реальность – лишь отражение иного мира. Во второй книге еще больше рассказов, еще больше страха…

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Потустороннее. Книга II. Мистические рассказы. Еще страшнее… предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Рисующий смерть

— Мы можем разработать индивидуальный дизайн гостиной. Наш художник учтет все ваши предпочтения, — девушка очень старалась не упустить клиента. — А вот, кстати, и он. Знакомьтесь, наш художник Кирилл.

Дмитрий не мог поверить — перед ним стоял Кирилл Седов, известный художник. Еще несколько лет назад его картины выставлялись на лучших площадках не только их города. Писать портрет у Седова было престижно, его работы закрепляли статус. Лучшие дома города встречали гостей портретами кисти Седова. За короткий срок художник сколотил неплохое состояние, его загородный дом превзошел даже дом губернатора. Ходили слухи о недвижимости в Италии и Черногории.

Но пару лет назад Седов неожиданно исчез. Кто-то говорил, что сбежал после скандальной истории, кто-то додумывал романтичный флер. Известно лишь, что в один из дней портретист покинул свой особняк, предварительно позаботившись о его продаже. Не предупредил даже своих заказчиков, а их было очень много, очередь к Седову расписывали на год.

Картины перестали выставлять, хотя портреты так же висели в домах местного истеблишмента, но больше не приковывали к себе жадных взглядов.

И вот теперь в этом скромном сотруднике мебельного салона Дмитрий узнал выдающегося художника. У Седова весьма нетипичная внешность: тонкое лицо, высокий лоб, глубоко посаженные глаза какого-то редкого оттенка темного. Иногда казалось, что они черные, иногда принимали цвет шоколадной глазури, но в редкие моменты они вдруг искрили изумрудным глянцем. И еще одна деталь, исключающая совпадения — родимое пятно странной формы на левой щеке. Именно это пятно и запомнил Дмитрий, впервые увидев художника на какой-то выставке. А еще низкий бархатный голос, вызывающий некий диссонанс с обликом художника.

— Здравствуйте, вы предпочитаете индивидуальный стиль, — его голос. Сомнений не осталось.

Разыгравшееся любопытство привело к дополнительным тратам, пришлось согласиться на авторский дизайн.

Кирилл приехал на дешевом автомобиле, а ведь некогда он демонстрировал свой роскошный парк при любом удобном случае, даже передача вышла на местном телевидении о коллекции дорогих авто.

Какое-то время осматривал гостиную, просил включить освещение, а потом достал альбом и стал быстро делать наброски. Дмитрий удивился, что работает дизайнер не в программе, а по-старинке, простым карандашом.

— Чай, кофе? — проявил гостеприимство хозяин.

— А… что? — оторвался от листа Кирилл. — Нет, спасибо. Воды, если можно.

— Разумеется.

— Вы ведь Седов, известный портретист, — решился Дмитрий, протягивая стакан.

Рука художника дрогнула. Он не ответил, лишь залпом выпил воду и вновь склонился над листом.

Закончив, открыл принесенный ноутбук и стал вводить параметры.

— Смотрите, я разработал черновой проект. У окна легкий, светлый, будто парящий шкафчик в классическом стиле. Разумеется, лучше «разбить» пространство. Предлагаю три зоны, площадь гостиной позволяет это сделать.

Кирилл еще много говорил, а хозяин демонстрировал заинтересованность. Даже черновой проект, вышедший из рук такого художника, был безупречен. Дмитрия мучило любопытство, и он думал вовсе не об интерьере гостиной, а о том, как «разговорить» гостя.

— Могу я попросить чай? — прервался художник.

— Черный, зеленый?

— На ваше усмотрение.

— Вижу ваше нетерпение, ну что ж, возможно, пора приоткрыть завесу тайны, тем более что меня скоро не будет.

— Как? Что вы говорите?

— Если желаете слышать правду, не перебивайте. У меня только одна просьба — подождите с обнародованием моего рассказа еще месяц. После моей кончины вы можете его опубликовать. Я верю в вашу порядочность.

— Разумеется…

Рассказ Седова

«Знаю, что вы редактор одного из СМИ, поэтому скорее верю в профессиональный интерес, нежели в участие. Некогда я был медийной персоной, вы правы. Тогда это было значимо, поэтому трезво оцениваю ваше любопытство. Но я настаиваю, история может быть обнародована только после моей смерти. Как видите, разные цели иногда приводят к единым результатам.

Вернемся к событиям почти пятилетней давности. В то время я был известен, богат, в очередь на портреты записывались загодя, в городе не осталось богатого дома, в котором не было бы моей работы. Да что там в городе, росла популярность и в столице, и даже за пределами страны, мой продюсер работал сразу над несколькими проектами. И именно в это время мне в руки попалась та злосчастная книга…»

Художник замолчал, всматриваясь в густеющие сумерки за окном. Хозяин не перебивал, терпеливо ждал, когда Седов соберется с силами.

«Знаете ли вы о мистическом шлейфе, который сопровождает некоторые полотна? — продолжил он, наконец. — Одна из самых известных — история Марии Лопухиной. Известный портрет девушки знатного рода был написан художником Боровиковским, когда Маше было всего восемнадцать лет. Жить ей оставалось шесть лет, прекрасная девушка умерла от чахотки. Поползли слухи, множимые газетчиками, что художник «сглазил» свою модель. Молодые дворянки боялись даже смотреть на полотно, считая, что проклятие может перейти даже через созерцание портрета.

Боровиковскому припомнили и другие смерти. Екатерина II умерла через два года после написания ее портрета, который, кстати, императрице не понравился. Княгиня Анна Гагарина скончалась в возрасте двадцати семи лет, через четыре года после написания ее образа. Но ведь другие персоны после их изображения Боровиковским жили довольно долго!

Многие знают о дурной славе портретов кисти Репина: Пирогов, Мусоргский, Писемский, совсем уже мистическая история портрета Столыпина. Репин и сам боялся писать его писать.

Я слышал, разумеется, все эти легенды, но относился к ним как к удачному пиару того времени. И тут эта книга…

Принес ее один мой приятель, раскопал где-то на букинистических развалах. Не знаю почему, но это древнее издание неожиданно увлекло меня. Там я и нашел этот злосчастный ритуал. Описывать его, разумеется, не буду, скажу только, что для его проведения потребовалась кровь, моя кровь. Я смешал ее с красками, и первый портрет написал именно такой краской…

Ольга К. умерла ровно через сорок дней после того, как ее портрет был закончен. Неожиданная смерть, девушка попала в ДТП. За эти сорок дней я успел закончить еще две работы, заразив заказчиков смертью.

С тех пор портретов я не писал. Оставил все свое имущество на доверенное лицо и уехал. Почти два года в аскезе, в одиночестве, в осмыслении. Мы часто уповаем на талант, не задумываясь, что за силы стоят за ним. Все мое творчество до этой проклятой книги уже несло вирус разрушения. Я перестал замечать прекрасное, алчность погрузила во тьму. Воспевал, что должен ругать, вместо внутреннего света писал дешевый глянец…

Я мог бы остаться в том тихом месте и спокойно доживать век, но в один момент вдруг почувствовал, что прощение в изоляции стоит меньше, чем в искушающем мире. Когда вернулся, узнал, что ограблен, теперь владею всего лишь маленькой квартиркой на окраине, доставшейся мне еще от бабушки.

Я даже обрадовался этому, меня просто избавили еще от одного искушения. Но надо было искать работу, так я и оказался в этом салоне.

Совсем недавно понял, я должен принести последнюю жертву — написать автопортрет, это было прощение. Так что молчать вам осталось недолго. Понимаю, история выглядит фантастично, поэтому я записал свою исповедь, она попадет к вам в руки после моего ухода».

Художник устало откинулся на спинку стула. Теперь Дмитрий видел, что его гость очень устал или уже носит в себе смертельную болезнь. Рассказ, разумеется, способен взорвать медийное пространство, если художник пришлет документальное подтверждение, то проблем не возникнет. Но странное чувство не покидало Дмитрия, ему внезапно захотелось бросить все: бои тщеславия, комфорт лжи, бросить и уехать в свое тихое место.

Художник умер через восемнадцать дней. В день его смерти редактор Дмитрий получил обещанную запись. Вскоре вышла статья, и город заполнили слухи…

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Потустороннее. Книга II. Мистические рассказы. Еще страшнее… предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я