Нина Левина. «По радуге»
Серёжа в приподнятом настроении возвращался домой из института. Последний экзамен сдан, впереди — летние каникулы и долгожданная покупка мопеда. На него Серёжа собирал целый год, откладывая в копилку стипендии и выручки от подработки. Дом, где он жил с родителями, находился на самой окраине города, в конце частного сектора. Сразу за узкой дорогой начинались совхозные сады, охраняемые двумя огромными догами и хмурым, неприветливым сторожем. Серёжа с приятелями любили совершать набеги за спелыми фруктами, но всегда боялись встреч с собаками-охранниками. Сторож выпускал их по ночам, а днём круглый год держал на улице, на цепи. Даже зимой в лютый мороз. Для короткошерстных догов это было мучительно, и Серёжа неоднократно слышал, как они воют от холода зимними ночами. От такой жизни характер у собак сделался злобным. Слушались и боялись они только сторожа и были готовы порвать любого, оказавшегося на их пути.
Калитка родного дома приоткрылась, и навстречу Серёже с радостным визгом, хлопая себя хвостом по бокам, помчалась Нора — небольшая собака песочного окраса, весёлая смесь боксёра, добермана и ещё каких-то предков давно забытых пород. Этот факт не мешал ей быть домашней любимицей, и каждый день встречать на улице обожаемого хозяина. В то же самое время со стороны садов к Серёже метнулась огромная чёрная тень, и он в ужасе застыл, увидев оскалившегося дога с болтающимся обрывком цепи. Время словно застыло, замерло в этой точке, когда несколько скачков отделяло Серёжу от несущейся на него смерти. До спасительной калитки было совсем близко, но соревноваться в скорости бега с догом — верх наивности. Однако Нора тоже заметила грозящую хозяину опасность. Не добежав до него, она развернулась и отчаянно бросилась догу наперерез. «Дог не тронет девочку», — мелькнула мысль у Серёжи, когда, словно в замедленном кино, собаки сцепились в смертельной схватке. Чёрное смешалось с песочным, закрутилось и яростно зарычало. От садов, потрясая палкой и громко крича, бежал сторож, а Серёжа влетел за калитку, схватил первое попавшееся под руку полено и выскочил на улицу.
Только за эти считанные секунды всё было кончено. Разве могла весёлая песочная смесь противостоять озлобленному чёрному догу? Подоспевший сторож быстро уводил своего пса, а на асфальте лежала поверженная, окровавленная Нора. Серёжа бросился к всеобщей любимице и в ужасе остановился, увидев разорванный до внутренностей бок. Собака чуть заметно вильнула ему хвостом, словно извиняясь. Из уголка глаза выкатилась слезинка, взгляд помутнел, и она задышала часто-часто. Серёжа помчался в дом, схватил в ванной несколько полотенец, сунул в карман накопленные на мопед деньги и выбежал к умирающей собаке. Осторожно завернул её в полотенца и с окровавленной ношей встал посреди дороги, пытаясь остановить проезжающие автомобили. Водитель первых встреченных «Жигулей» оказался добросердечным человеком, подобрал Серёжу и доставил к ближайшей ветеринарной клинике.
***
— Всё, что я могу сделать для вашей собаки — это усыпить её, чтобы не мучилась. — Ветеринар посмотрел на Серёжу с сочувствием. — Поверьте, так будет лучше. И для вас, и для неё.
— Нет-нет, — Серёжа замотал головой. — Вы не понимаете. Она мне жизнь спасла. Я вас умоляю! — Он достал деньги из кармана и протянул их мужчине. — Сделайте всё возможное, чтобы спасти её. Промойте, зашейте, наложите повязки. Если нужно будет делать уколы — не проблема, моя мама умеет колоть. Я обязан Норе и буду биться за неё.
— Хорошо. — Ветеринар каким-то особенным взглядом окинул юношу. — Сделаю всё, что в моих силах.
Через два часа к ветеринарной клинике подъехал отец, и они с Серёжей осторожно вынесли спящую под наркозом Нору и уложили на заднем сиденье.
— Может, оставите её пока у нас? — уговаривал ветеринар.
— Нет, — твёрдо ответил Серёжа, — пусть проснётся дома, среди близких людей.
— Как хотите. — Врач пожал плечами. — Через внутривенный катетер в лапе будете вводить лекарства. Я расписал лечение. — Он немного помялся. — Вот, возьмите ваши деньги. Здесь почти все. Я взял только за медикаменты.
— Нет, оставьте себе, — запротестовал Серёжа.
— Благодарю вас, молодой человек, я не могу их принять. И помните, что я сказал насчёт усыпления. Я не верю в чудеса. Если что — звоните. Я приеду и безболезненно отпущу вашу собаку по радуге. Тогда и рассчитаемся.
— Почему по радуге? — удивился Серёжа.
— А вы разве не знаете? Домашние питомцы покидают нас по радуге…
***
Тяжёлая грозовая туча пронеслась, сверкая молниями и оглушительно грохоча. А потом небо прорвалось дождём — тёплым и бурным, несущим прохладу и облегчение после летнего зноя. Серёжа застрял под навесом остановки недалеко от дома и с грустью смотрел на стремительно растекающиеся лужи. Он думал о Норе. Шёл третий день, как они с отцом привезли её из клиники, но изменений в состоянии не было. Она пришла в себя вскоре после возвращения и безучастно лежала на подстилке, уставившись глазами в одну точку. Дышала собака тяжело, прерывисто, и Серёжа до самой ночи не отходил от неё, поглаживая по голове и шепча ободряющие слова. Мама занялась её лечением, делала уколы и вводила лекарства через катетер. Так продолжалось два долгих дня. За это время Нора только несколько раз приподнимала голову, чтобы попить воды, и отворачивалась от предложенной еды.
— Смотрите! Радуга! — восхищённо ахнула женщина за спиной Серёжи.
И точно. Дождевые тучи разошлись, впуская солнечные лучи, и на небе заиграла яркая радуга. Одним концом она упиралась в крышу Серёжиного дома.
— Нора! — крикнул он и помчался под неутихающим дождём, шлёпая по лужам, к родной калитке.
Мокрый, не снимая обуви, Серёжа бросился в комнату к Нориной подстилке. Собаки не было. Только разорванные бинты валялись на полу.
— Мама! Нора! — закричал он.
— Чего кричишь? — Улыбающаяся мама выглянула из кухни, а следом за ней на подгибающихся лапах вышла Нора. — Кушает твоя спасительница. Содрала повязки, зализала швы и проголодалась.
Собака вильнула хвостом, а Серёжа едва сдержал невольные слёзы радости.
***
Эпилог. После случая с Норой разразился скандал, и сторож со своими догами куда-то бесследно исчез. Вместо хмурого охранника появилась старушка, каждый день ставящая перед входом в сады миску с сочными фруктами.
Нора прожила ещё больше десяти лет и ушла по радуге от глубокой собачьей старости. За эти годы она трижды порадовала своих хозяев весёлыми разномастными щенками. Спасший её ветеринар приезжал принимать у неё роды. Он поверил в чудеса. Серёжа вылетел из родного гнезда и уехал с женой и дочкой в другой город. Из последнего помёта он взял себе песочную девочку, очень похожую на мать, и назвал её Нора.
