Глава 12
Обижался ли майор Калашников на судьбу, не было доподлинно известно даже самому майору. Жизнь его текла в полном соответствии уставу и принятым в Исследовательском Отделе ОВКС правилам внутреннего распорядка. С девяти до восемнадцати, шесть дней в неделю, он протирал форменные брюки на службе, вечерами пил пиво в офицерском клубе или дремал, сидя в домашней телекомнате у кромки футбольного поля. С тем же пивом в одной руке и пультом в другой. Выходные и праздничные дни Калашников посвящал общению с друзьями и родственниками. Похмелье после воскресных встреч длилось не менее двух дней, да и на третий майор чувствовал себя не самым лучшим образом. Зато потом три дня он работал с удвоенной энергией, успевая утомить своими придирками не только сотрудников отдела, но и дежурных, разбросанных по различным объектам освоенной части Галактики. Этот ритм иногда нарушали учебные тревоги и штабные авралы накануне годовых проверок, но майор относился к ним отстраненно.
Видимо, по этой причине первые идиомы полковника Бугаева начальник Исследовательского Отдела привычно пропустил мимо ушей.
–…растопчу, как последнего гъяди! Расстреляю из твоего же личного оружия! — закончил третью или четвертую фразу полковник.
Сеанс гиперсвязи с базой СС-тринадцать проходил в голосовом режиме и почему-то без контроля со стороны авторедактора. Более того, разлюбезная ГлаША, Главный Штабной Анализатор, выдавала на экран вполне приличную картинку. Порядком подзабытый интерьер оперативного зала, ухмыляющийся рыжеволосый тип с нашивками техника и багровый от гнева полковник Сильвестр Бугаев — командир, гроза и гордость Десантно-Штурмовой Бригады Оперативного Реагирования. После пяти лет «открыток» с бегущей строкой это воспринималось как маленькое чудо.
— Я тут… не понимаю, господин полковник, в чем дело случилось? — теряя от возмущения способность к связной речи, спросил Калашников. — Вы мне тут чего кричите? Я вам непосредственный подчиненный, что ли?!
— Ты мне никто и звать тебя, насекомое, никак! — рявкнул полковник. — Ты меня подставил, а я такого не прощаю! Можешь заказывать себе этот… длинный ящик с четырьмя ручками! — Суеверные десантники избегали прямого упоминания ритуальных услуг и атрибутов.
— Вы мне это… толком скажите… — Майора угроза не впечатлила, но тон его стал несколько мягче. — Что там стряслось?
— Это ты мне скажи, исследователь межпространственных гиперсортиров! — прорычал Бугаев. — Что за гуманоиды здесь шастают?! И куда подевался мой боевой дозор заодно с твоими дармоедами?! Выдвинулись, понимаешь, провели разведку боем и пропали! Как жабоверблюд марсианский языком слизнул! Ты что, предупредить не мог?
— О чем предупреждать-то было? — Удивление Калашникова не имело границ. — Девка от скуки умом тронулась и каких-то залетных туристов за инопланетян приняла. Обычная профилактическая зачистка…
— А ну выйди, — послышался за спиной майора негромкий, но властный голос.
Калашникову даже не потребовалось оборачиваться, чтобы понять, кто так запросто вошел в зал спецсвязи. Людей с восьмилучевыми звездами на погонах пускали еще и не в такие секретные подвалы. Начальник Генерального штаба ОВКС генерал армии Чан остановился перед экраном Анализатора рядом с Калашниковым и уставился на изображение багрового лица полковника. О существовании руководителя ИО он, казалось, забыл мгновенно. Майор втянул голову в плечи и, выдохнув в адрес вошедшего «здравияжелаю», побрел к дверям.
— Бегом! — не оглядываясь, рявкнул «восьмилучевой», и Калашникова сдуло.
— Господин генерал армии, докладывает командир ДеШеБОР полковник Бугаев!
— Отставить доклад! — грозно сверкая угольками глаз, пророкотал генерал. — Ты почему не в кабинете, полковник?! Детство между ягодиц играет?! Решил размяться на старости лет?!
Вообще-то грозный вид и грубоватые манеры генералу Чану удавались скверно. Просто в ОВКС так было принято разговаривать с подчиненными, и этой древней традиции не нарушал никто, вплоть до командующего. В том числе — начальник Генштаба, хотя в каждой черточке лица и складке одежды Чана угадывалось академическое воспитание и долгие годы тяжелой штабной службы. Видимо, из-за последнего нюанса Бугаева начальственное рычание особо не впечатлило.
— Я боевой офицер, — неторопливо, как прицел, наводя искусственный глаз на лоб генерала, угрюмо заявил полковник. — Чего я в кабинете не видел?
— А на СС-тринадцать? — подозрительно щурясь, спросил генерал. — Почему ты решил пойти именно в этот рейд, а не на Рефлексию три, например? Там сейчас самое веселье, повстанцы контрнаступление предприняли. Целых три батальона твоих «дебоширов» там работают. Почему ты полетел именно на Солнцеподобную Систему сорок четыре? Темнишь, полковник!
— Никак нет, господин начальник Генштаба! — Бугаев поправил ворот боевого костюма, словно ему было душно. — «Следопыт», выйди вон!
Рыжий техник удивленно выпучил глаза — благодаря мультифокальным очкам казалось, что их восемь пар, — но исчез быстро и бесследно.
— Анализатор, запись — стоп, — добавил полковник. — Меня лично Семен Гаврилыч откомандировал… неформально… с инспекцией полей.
— Кто? — удивился генерал. — Командующий? — В голосе начальника Генштаба послышались нотки облегчения. — Фу-у… Это другое дело… Команда у тебя надежная?
— Мой личный взвод. — Бугаев опустил прицел сервоглаза на подбородок начальника. — Правда, они не в курсе…
— Им и не положено, — назидательно заметил Чан. — Так же, как и дежурным. А гражданским — так вообще…
— А что — гражданским? — Полковник насторожился.
— Сам знаешь, что… — Благорасположение командующего словно навесило на плечи Бугаева пару дополнительных слоев условной брони. Теперь его не мог достать даже начальник штаба. — У меня через полчаса назначена встреча. Конфиденциальная, да еще с грифом секретности в пять нулей. Знаешь, с кем? С господином Гецом Дауном!
— Это который больной? — Полковник понял, что гроза прошла стороной, и немного расслабился.
— Это который президент Монопольной Общепланетной Сырьевой Корпорации Воркуты и ее Ассоциаций, — снисходительно, по-отечески прощая нахальному десантнику дерзость, ответил генерал.
— И чего от вас хочет МОСКВА?
— Это я у тебя должен спросить. — Генерал подался вперед, внимательно всматриваясь в натуральный глаз Сильвестра. — Даун намекнул, что в его распоряжение поступила информация относительно, как он выразился, «космографически не совсем открытых территорий». Ты знаешь, какие территории в Галактике пока еще «не совсем» открыты с точки зрения космографии?
— Да почти все, кроме ближайших к Земле. — Наглость полковника росла по мере того, как генерал посвящал его в таинства высшей кухни.
— Смир-р-на! — неожиданно заорал Чан. — Ты, полковник, шуточки эти давай-ка отставить! Под «не балуй» захотел?! Я же не посмотрю на твою миссию! И Семен Гаврилыч меня поймет, даже одобрит!
— Виноват, господин генерал. — Бугаев собрался. Он понимал, что, возникни ситуация выбора, командующий заступится за честь своего первого зама, а не бравого полковника.
— Откуда у Корпорации взялись сверхсекретные сведения? — Генерал немного успокоился. — Что там, в этой Солнцеподобной, какие-то шпионы завелись?
— Да вроде бы нет… — Полковник озадаченно почесал бритую макушку. — Одного штатского мы поймали, мастера разведки, но у него даже часов исправных при себе не было. Какой-то бродяга, а не сотрудник Корпорации. Шлялся по объектам, смолу с деревьев слизывал.
— Бродяга? — Начальник недоверчиво покачал головой. — Как же он туда попал?
— Говорит, что сбой в кибермозгу произошел. Корабль его высадил и сразу же стартовал в неизвестном направлении. Мы проверили — в гиперэфире чисто, никаких следов присутствия посторонних кораблей. Видимо, в аварийном режиме прямо к Земле ушло его корыто. Может, не врет бродяга?
— Врет — не врет, а кто-то в Корпорацию рапорт отстучал, да не просто телеметрию или общие разведданные, а и про поля, и про сырьевые ресурсы, и про спецпостройки. Подробно! Не мог этот бродяга под шумок к терминалу связи пробраться?
— На виду был. — Полковник ухмыльнулся. — К тому же мы его с пристрастием допрашивали. Мясо. Перед расстрельной командой едва в штаны не наложил.
— Ага, не наложил, значит? Тогда это ты — мясо, полковник! Будь этот бродяга простым мастером — точно обделался бы!
— Да нет, господин генерал, не мог он рапорт послать! Глаз с него не спускали, а теперь он вообще пропал, вместе с разведчиками…
— А что за «пришельцы» вас посетили? — Слово «пришельцы» он произнес с изрядной долей сарказма.
— Не могу знать, но не МОСКВА их послала — точно, не тот уровень экипировки. Даже Корпорации такое оснащение не купить. Больно крутое.
— Еще не лучше! — Генерал округлил глаза-угольки, заплывшие от ежедневных возлияний под жирную закуску. — Ну и?..
— Работаем. Вот разведка вернется…
— А если не вернется? Если всю твою разведку враги уже под грунт уложили, двумя штабелями?
— Почему это двумя? — невпопад спросил Бугаев. — Капитан Мищенко ими командует. Его соплей не перешибешь! Его однажды даже из СТУРНа… Да вернутся они, точно вернутся, и я сразу же доложу.
— Когда вернутся, я занят буду. А этот, что за плечом у тебя мелькал, рыжий, глазастый, он доступ к связи имеет?
— Да я с ним три кампании прошел! Боевой десантник! У него вся башка болтами свинчена! — возмутился полковник. — Нет, я за своих людей отвечаю!
— Откуда же тогда сведения утекли?
— А вы в штабе копните. Кто, кроме особо посвященных, знал о системе? Например, Калашникова этого, не по инструкции зачатого, на полиграфе проверьте.
— Ты мне ценные указания даешь?!
— За дело радею.
— Ты за себя радей, на СС! Чтоб и утечку, и туристов этих вооруженных в течение суток мне установил! Иначе всей твоей команде, с тобой во главе, полный нанораспад светит! Лично в трибунал рапорт напишу. Как думаешь, откажут?
— Понял, господин начальник Генштаба. Сутки.
— Время пошло!
* * *
Господин Гец Даун вошел в комнату для секретных совещаний Генштаба ОВКС точно в назначенное время. Выглядел самый богатый человек Галактики в точности, как его изображали многочисленные рекламные проспекты и объемные фильмы. Тщательно уложенные седые волосы, проницательные серые глаза, две вертикальные складки от крыльев носа до подбородка… Безумно дорогой костюмчик сидел так, словно Даун в нем родился. Галстук, подчеркнуто нейтральный, был завязан небрежным и в то же время умопомрачительно шикарным узлом. Туфли, естественно, индивидуального пошива от маэстро Данлопа, поражали отменным блеском. Быстро окинув профессиональным взглядом обмундирование посетителя, начальник штаба вернулся к его лицу. Оно было холеным, довольным и отвратительно доброжелательным. По личному опыту генерал знал, что с такими лицами приходят только убивать. Видимо, глава Корпорации действительно пронюхал нечто важное, возможно — внутри у офицера похолодело, — возможно, даже главную тайну!
— Для меня большая честь… — пропел Даун омерзительно приятным баритоном, протягивая руку генералу. Теперь у начальника штаба не осталось никаких сомнений. Главный бизнесмен человечества пришел без оружия в руках, но с бомбой в голове.
— Это для меня честь, — грубовато буркнул генерал Чан, пожимая ему руку.
— Ну, что вы, господин маршал…
— Генерал армии. Маршал прибудет с минуты на минуту. — Начальник Генштаба не сомневался, что Даун прекрасно разбирается в знаках отличия и ошибся намеренно.
— Мы дождемся командующего?
— Можем и начать. — Если бы на затылке у генерала росла шерсть, сейчас она стояла бы дыбом.
— Вопрос настолько щекотливый… — Бизнесмен расплылся в фальшивой простодушной улыбке.
— Корпорация боится щекотки? — громогласно спросил командующий ОВКС Семен Гаврилович Страшный, вваливаясь в комнату с грацией зухианского полярного слона. — Здравствуйте, господин Даун!
— Семен Гаврилович! — Бизнесмен развел руки, словно надеялся обнять маршала. При всем желании он смог бы охватить лишь его бицепс и часть груди до третьего ордена. — Рад вас видеть!
— Генерал, погуляй, — небрежно приказал командующий начальнику Генштаба.
Чан сначала приобрел цвет спелого баклажана, но быстро взял себя в руки и подчинился. Разница в воспитании всегда была камнем преткновения во взаимоотношениях высших военных чиновников государства. Генерал армии закончил престижнейшую Пекинскую Академию тыла и добился своего нынешнего положения благодаря предприимчивости и обширным связям, а маршал Страшный пришел к вершине карьеры строевым шагом боевого офицера бронепехотных войск. Командующий высоко ценил способности генерала Чана, но несносный характер не позволял маршалу признавать заслуги подчиненного прилюдно. Вот и сейчас, когда намечались сложнейшие деловые переговоры, Страшный опрометчиво взваливал на свои широченные плечи непосильную для профессионального вояки ношу дипломатии. Уже у дверей генерал все-таки задержался и, помявшись, сказал:
— Я буду в приемной…
— Свистну, если что, — заверил маршал.
Когда высокие договаривающиеся стороны остались в равных составах, Страшный сразу же пошел в наступление.
— Гец, только без маневров! Сразу стреляй на поражение!
— Семен Гаврилович, я сама прямота! — Даун хитро взглянул на командующего. — Сорок четыре планеты, под завязку набитые полезными ископаемыми и различного рода… сырьем. Пространственные координаты вот здесь. — Он подбросил на ладони информационный кристалл.
— Попал, но не уничтожил, — заявил Страшный. — Это секретный объект ОВКС. Все, что там есть, описано и поставлено на учет в Службе Материальных Резервов Генштаба. Тебе не обломится ни куска.
— А по моим данным, матрезерв даже и не слышал о такой планетной системе. О ней вообще никто не слышал ни в ОВКС, ни в Правительстве. Нет такой системы и в каталогах Главного Управления Исследований и Навигации…
— В ГУИНе много чего нет, — вставил маршал. — У них по жизни другие задачи…
— Но как объяснить, что о системе не знает даже высший для ОВКС контрольный орган — Национальная Коллегия по Военным Делам?
— А что Коллегия? — Командующий нахмурился. — Объект в стадии исследования, информация готовится, зачем отвлекать НКВД невнятными рапортами? Вот когда наш Исследовательский Отдел разберется, что к чему, — тогда и доложим.
— И когда он планирует разобраться? — поинтересовался Даун, кивая на каждую отговорку Страшного, как китайский болванчик.
— Планами у меня начальник штаба занимается, — буркнул маршал. — И вообще это военная тайна.
— Только не для НКВД. — Бизнесмен ухмыльнулся. — А если в приемную Коллегии поступит, так сказать, сигнал?
— Донос? — Командующий недобро оскалился. — Чего ты хочешь, Гец? Можешь зашантажироваться вусмерть, но не получишь ни куска. Я своего слова назад не возьму. А с Коллегией я как-нибудь улажу. Не впервой…
* * *
Из комнаты для спецпереговоров Гец Даун вышел только через три часа. Выглядел он на те же сто миллионов, но уже в какой-то помятой валюте. Задерживаться в здании Генштаба он не стал. Спустя ровно минуту из кабинета появился и маршал Страшный. Он, в отличие от гостя, пребывал в приподнятом настроении. Начальник штаба неуверенно махнул рукой в сторону выпустивших Дауна дверей и вопросительно взглянул на шефа.
— Ха! МОСКВА! — Страшный расплылся в горделивой улыбке. — Вот город такой в древности был, так он всей планете кузькину мать показал! В середине двадцать первого — полмира в пепел! Вот была Москва!.. А этот Даун — глист, и вся кишка у него тонкая. Только штанами по креслу елозить и умеет.
— Корпорация узнала… тайну?
— Про СС? Узнала, да что толку? Не взять нас голыми руками! У них сырье, а у нас армия, прочувствуй разницу! Он меня хотел эмбаргой какой-то напугать! А я ему табельный ЛС показал и объяснил, чем эта хлопушка отличается от СТУРНа, а он, в свою очередь, от МАСЛа, и куда под прицелом всей этой техники Гец может засунуть свою башку!
— Но если он решит написать… э-э… анонимный рапорт…
— Никакого «э-э» он писать не станет. — Маршал уверенно покачал головой. — Ну дадут нам с тобой коленом под зад, а ему-то с этого какой куш? Все же тогда национализируют! Не-ет, Даун в долю хочет, а значит, будет молчать и обхаживать нас, как девиц на выданье. С таким-то приданым мы же самые красивые невесты в Галактике! Хоть и мужики! — Страшный запрокинул голову и оглушительно заржал.
Генерал вежливо, но кисло улыбнулся.
— Я бы все равно проследил…
— Это да, — все еще похохатывая, согласился командующий. — Прикажи контрразведке глаз с этого манекена не спускать и нашим людям в налоговой инквизиции просьбу мою передай, пусть какую-нибудь фронтальную проверку Корпорации организуют. Чтобы на глупости у Геца ни минутки не осталось.
— Там, на СС, похоже не только эта проблема намечается, — неуверенно сказал генерал. — Кроме корпоративной разведки еще какие-то неустановленные лица замечены.
— А дежурные исследователи?! За что им жалованье платится?
— Они вызвали «дебоширов», сами не справились…
— Ну вот! — Маршал коротко махнул рукой снизу вверх. — Я еще и Бугая туда отправил с инспекцией. Разберутся, поди… Ты им передай, что я лично за делом слежу, — они как тараканы забегают! Да, а шпиона корпоративного пусть раскладывают на молекулы, как только обнаружат! Прямо на месте! Под мою ответственность.
