***
Дни тянутся крапивой,
Небо достало своей синевой.
Под дождем смыть всю эту печаль,
Стать непробиваемым словно сталь.
Сесть закурить и забыть тот рассвет,
Где небо смеялось — таков был ответ.
Где дни были черные словно смола,
Где черная роза под кожей цвела.
Где душа вобрала вселенский разврат,
В ней жил настоящий невидимый ад.
Где звучал только сумрак и не было света,
Сесть и забыть — это бремя поэта…
***
Юность ей к лицу,
И её наряд…
Близится к концу,
Персональный ад.
Пирсинг под губой,
Поцелуев сеть.
Я была с тобой,
И могла сгореть.
Чёрный цвет и мрак,
Секс как божество.
Одеваю фрак,
Просто баловство.
Бледный фетишизм,
На губах вино.
Музыка, цинизм,
Ночи как в кино.
Бледность ей идет,
Колдовство, порок.
Много лет пройдёт,
Будет вечен рок!
***
Я плотно сижу на струне,
Я гитарой болею и ночью.
Никогда не скорби обо мне,
Этот рок может все, что захочешь.
Нот, аккордов зов неимоверный,
Напеваю в ночи я своё…
Вычищаю с души я всю скверну,
Я сижу на струне, ё-маё…
Как представлю я сцены подмостки,
Я беру и играю… Себя.
Ради горстки людей, ради горстки,
Но играю как прежде любя…
Я сижу на струне, ей болею.
Но так плотно на ней я сижу.
И играю я так, как умею,
Но лишь музыкой, правда, дышу…
