Мы завоевали всю страну Аджамию, которая теперь процветает. Надеемся на всемогущество бога и с этой надеждой одержим ещё много больших побед, потому что бог всемогущ и милосерден. И под его образом мы надеемся, что одержим победу над нашими врагами.
Политика есть дело грязное: ей надо людей практических, не брезгающих кровью, торговлей трупами и скупкой нечистот… Но избиратели доселе верят в возможность из трех сотен негодяев построить честное правительство в стране.
Великие нации никогда не беднеют из-за расточительства и неблагоразумия частных лиц, но они нередко беднеют в результате расточительства и неблагоразумия государственной власти.
Страна, которая, подобно древним Афинам, смотрит на прихлебателей, паразитов, льстецов, как на исключения, противоречащие народному разуму, как на юродство,— такая страна есть страна независимости и самостоятельности.
Социальная сфера, играющая все большую роль в жизни человечества, не может развиваться вне государства, но в то же время структуры государства совершенно непригодны для нее.
Когда общаешься с Голливудом, общаешься с брокерами, продающими власть. Это не богатые люди, но люди, наделённые властью. Я знал богачей и раньше. Знаете, богатство всегда сопутствует власти автоматически.
При завоеваниях недостаточно оставлять покоренному населению его законы, надо еще оставить ему его нравы: народ всегда больше защищает свои нравы, чем свои законы.
Суть бизнеса заключается не в соблюдении формальностей, поиске выгоды, практическом результате, получении прибыли, стремлении продать, коммерческой игре или чём-то ещё. Бизнес — это прежде всего то, что вам не безразлично.
Человек всецело поддерживает религию до тех пор, пока не побывает в по-настоящему религиозной стране. После чего он начинает всецело поддерживать канализацию, машины и минимальную заработную плату.
Более того, поскольку военный бизнес процветает в условиях нестабильности и конфликтов, военная элита может затягивать конфликт, чтобы продвигать свои коммерческие предприятия в личных интересах.
Дальше к югу был на исходе девятнадцатый век, истекали последние годы его последнего десятилетия, а здесь процветал первобытный человек, тень доисторического пещерного жителя, забытый обломок древности.
Ну, как может процветать страна, в которой три месяца мы должны кормить, поить, одевать и создать условия для отдыха себе и нашим детям на 15—20 тысяч.