У отца Севастиана Карагандинского были свои духовные чада , приближенные к нему люди. А ведь были рядом и такие …, что ой-ой-ой! Их, можно сказать, палкой надо было гнать из общины, но отец Севастиан терпел их, молился о них, надеялся, что они изменятся.
Когда я был моложе, у меня постоянно была депрессия. Но сейчас самоубийство больше не казалось возможностью жизни. В моём возрасте остаётся очень мало чего убивать. Хорошо быть старым, чтобы там ни говорили.
Я люблю Нью-Йорк и не могу себе представить, что буду жить где-то ещё. Наверное, это удивительно, что я стал ньюйоркцем, ведь я даже никогда не думал об этом.
Тишина была настолько хороша, что девушка чуть прослезилась. Удивительно, думала она, что разговоры могут так надоесть, без тишины человечество, скорее всего, давно бы исчезло... («Четырежды Ева»)
Вообще Витька был золотым парнем. У меня не было ощущения, что я общаюсь со звездой. Он не выпендривался, не капризничал… Был просто КЛАССНЫМ парнем! Мы с ним дружили всего два года, но его смерть для меня стала большой трагедией.
Давно уже не был он на своей родине; уж год, как мать его уехала из города. Он приехал вечером. Зачем описывать радость матери и сына после годовой разлуки? Есть минуты, есть сцены, которые даже оскорбляют чувство в описании.
Я хотел бы запомниться как человек, который замечательно провел время, живя своей жизнью, человек, у которого были хорошие друзья, прекрасная семья — и я не думаю, что я мог попросить что-то большее чем это, фактически.
Пусть поклонников будет меньше. Останутся люди, которых не модой захлестнуло — у кого всё от сердца. Сейчас моды слишком много… Всё будет зависеть от того, как мы воспитаем собственных детей.
Что ж, умереть, так умереть! Потеря для мира небольшая, да и мне самому порядочно уж скучно. Я — как человек, зевающий на бале, который не едет спать только потому, что ещё нет его кареты. Но карета готова — прощайте!
Я всегда чувствовала, что меня не существует;единственная возможность быть для меня — это, наверное, быть кем-то другим. Поэтому я и захотела стать актрисой.
Я заметил одну интересную вещь: продвигаясь по великой дороге жизни, ты все время делаешь одни и те же чёртовы ошибки. Точно могу сказать, что все свои ошибки ты повторишь в будущем.
На нее нельзя сердиться. Ведь она всего лишь женщина. Есть много такого, чего ей никогда не понять: как богата мужская жизнь, как неизмеримо трудно быть человеком, для которого мир нечто гораздо большее, чем наряды, дом и дети.
Раньше меня очень волновало, что думают обо мне люди. Я хотела одобрения, поэтому я притворялась счастливой. Но на самом деле я была так неуверена в себе, я не могла поделиться таким количеством себя, как теперь.
Кто-то недавно запускал слухи о том, что я умерла… Кому-то, значит, надо. Если вдуматься, подобные вещи направлены не только против меня. Получается, и против президента.
Метафора тумана для будущего была предложена одним из отцов современного искусственного интеллекта Geoffrey Hinton как вполне адекватная, туман ведь имеет экспоненциальную зависимость его прозрачности от расстояния, и это основная проблема для мышления людей о будущем: человек ожидает линейного развития ситуаций, но по отношению к будущему развитие идёт по экспоненциальным законам: совсем ничего, ничего, почти ничего, и вдруг ай-ай-ай сколько и сразу потом ой-ой-ой, уже всё!
На пособия долго не протянешь, а денег в наше время на детей ой-ой-ой сколько нужно, – жалуется вполне натурально.