Сандэр. Владыка теней (Валерий Теоли, 2015)

Большая война грядет. Тролли собираются за Черными болотами, огры охотятся на ничейной земле, а властители имперского Пограничья плетут интриги и собирают войска. Пробуждаются ото сна древние сущности. И вот из подземных городов и тайных святилищ один за другим выходят отряды почитателей темных богов и демонопоклонников, чтобы принести щедрые жертвы своим покровителям. Что сможешь сделать ты, Сандэр, для сохранения жизней близких и племени троллей, приютившего тебя с младшей сестрой? Время утекает, словно песок из ладоней. Позади обучение у зверомастера, ты уже завоевал звание великого охотника, тебя знают как победителя ведьмы-оборотня, убившей множество шаманов. Некогда обычный студент Александр Стрельцов, сегодня ты – прославленный ловец духов, побывавший на берегу Багровой реки и освоивший магию теней. Но хватит ли тебе сил справиться с новыми врагами? Или, быть может, хорошо забытыми старыми?..

Оглавление

Из серии: Сандэр

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Сандэр. Владыка теней (Валерий Теоли, 2015) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 2

Черные осы

Самое меньшее сутки без сознания проваляюсь, испытывая непередаваемые ощущения после отката. Боевой транс второго уровня отнимает у меня, в отличие от мага с нормальным запасом магической энергии, прорву айгаты. И почему на мою бедную голову сваливаются все проблемы синек?

Чего не хватало Огненным Жалам в составе союза озерных племен? Уважение и почет, хорошие отношения с Водяными Крысами, богатства, земли завались – так нет же, полезли на соседей, союзников предали. Да возникни у Жал проблемы – им на помощь все озерники пришли бы. А теперь? Кровопролитная война с сопутствующим истреблением. Надо оно им было.

Вождь Чер-Джакал всегда отличался буйным нравом, соперничая с предводителем Водяных Крыс буквально во всем. Видимо, не стерпел возвышения союзника и решил отомстить, впутавшись в дела более крупных племен. Идиот. Ни он, ни его тролли не нужны желающим завоевать Зеркальное озеро Черному Копью и Мертвому Медведю. Эти два племени настоящие игроки, остальные вроде Длинных Клыков – по сравнению с ними мелкая шушера.

Ладно, ну их, пора о себе подумать и о том, как врагов останавливать. Бегу на всех парах по берегу Зеленушки, дыхание сохраняю, сердцебиение в норме. Все системы работают исправно, до перехода на второй уровень двенадцать минут. В мозгу словно часы тикают, секунды до окончания боевого транса отсчитывая. Половина расстояния до деревни. Не поспею до перехода. Быстрее бежать – себя гробить, приток айгаты к мышцам и внутренним органам увеличится, взамен потянет жизненные силы.

Итак, что способны противопоставить улиточники Жалам? Высокий частокол с бойцами, мечущими сверху на подступающего неприятеля дротики, отчаянных женщин, редких стариков и детей, привыкших бороться до последнего. Вооружение у охранной дюжины, разреженной ведьмой, кстати, превосходное. Иными словами, неполный десяток стальных и зачарованных каменных копий наберется. Добавим старика шамана и четверых учеников. Охранные чары наводить некогда, однако и Анг-Джина с его ребятами предостаточно, чтобы дать по носу маленькой армии синекожих. Разумеется, при условии отсутствия в этой армии колдунов и главы клана с телохранителями.

Шансы отбиться приличные вроде бы. К тому же меня и белого волка со счетов сбрасывать рановато.

За излучиной реки открылся вид на выдвинутые деревянными зубьями бревна частокола и приоткрытые ровно настолько, чтобы протиснулся тролль с тушей на плечах, створки ворот. Дозорные на частоколе удивленно показывают на меня пальцами. Чего тычешь, бескультурщина? К шаману гони и лидеру бывшей охранной дюжины, они нынче в селении и клане главные.

– Огненные Жала идут! – крикнул я на подходе к воротам.

Тролли оживились. Часть синек с частокола как ветром сдуло: докладывать побежали. Я за вами, мне с Анг-Джином переговорить надобно. Пропустив нас с волком в селение, створки захлопнулись, и синекожие сноровисто принялись сооружать под ними баррикаду из бревен.

– Акела, здесь жди.

Белобрысый бухнулся у порога хижины шамана в сугроб.

Тысячи иголок пробили кожу, впившись в мышцы. Кровь потекла быстрее, наполняя меня теплом. Привет, второй уровень боевого транса.

Выскочивший на улицу шаман встретил меня во всеоружии – из-за спины торчат деревянные и костяные варды, на шее штук десять амулетов, запястья и щиколотки в колдовских браслетах. Ко всему прочему, старикан держал два шаманских жезла, по одному в руке, и в желтых зубах сжимал дымящую веточку третьеглаза наподобие коричневой сигареты. Вид при этом у него был весьма кровожадным. Он вопросительно кивнул мне, спрашивая – мол, почему переполох?

– На нас с Акелой отряд разведчиков Жал нарвался, направлявшийся к деревне, – пояснил я.

Бегло брошенного взгляда на окровавленную морду волка старику хватило для полного понимания ситуации.

– Нур-Ганнак! – От необыкновенно мощного рева шамана с веток деревьев осыпался снег.

Синекожие в деревне ссутулились, замерев на миг от раскатистого звука, и продолжили готовиться к визиту незваных гостей.

Бывший зам лидера охранной дюжины вылетел из дома вождя, точно ошпаренный, в одних коротких кожаных штанах, зато с громадным стальным топором. Бешено заозиравшись, он удивленно воззрился на Анг-Джина. Небось подумал, сам Великий Дух явился и выкрикнул его имя.

Удивляюсь, насколько организованными бывают в случае опасности синьки. Будто учения проводят ежедневно, отрабатывая тактику обороны и нападения. Все, от мала до велика, занимались делом. Женщины с ребятишками сносили припасы в хижину вождя, как самое укрепленное место в деревне, туда же новорожденных складывали. Подростки бегали по улице, вооруженные дротиками, метательными топорами и ножами, занимая позиции на крышах домов. Прорвавшихся через частокол врагов они осыплют смертоносным дождем и приостановят на пути к дому вождя. Там ученики шамана с молодыми троллями будут держать последнюю линию обороны.

Воины с шаманом собрались у частокола. Дозорных, следящих за местностью снаружи деревни, срочно отозвали. Они в селении нужнее. Шаманская разведка оповестит о приближении Жал. Старик озаботился, расставив новые сторожевики в окрестном лесу. Нарушителей амулеты засекут на подступах к селению, дав возможность произвести предупредительный залп тяжелой артиллерией, то есть охранными духами.

Систему защиты разработал прошлый верховный Гал-Джин. Учитель же ее дополнил и усовершенствовал по своему вкусу. Вернее, начал дополнять. Хорошая система месяцами создается. За седмицу старик успел переориентировать амулеты и содержащие духов варды на себя и установить сеть улучшенных сторожевиков.

Я с Анг-Джином взобрался на деревянный помост под верхушкой частокола, служащий площадкой для обозрения. С нами были воины из бывшей охранной дюжины и их нынешний лидер Нур-Ганнак, в спешке натянувший ноговицы. На соседних площадках охотники племени с дротиками и копьями.

– Кто-то идет, – негромко проговорил старик, вглядываясь в чащу.

– Жала? – уточнил командующий военной элитой клана.

Шаман хмыкнул, что означало, вероятно, «кабы я знал».

– Мешает определить, кто именно. – Скривившись, старик презрительно сплюнул. – Проклятые колдуны поставили чары Туманной Стены. Из-за них все сторожевики насмарку. Ничего, они у меня узнают, каково глушить амулеты Анг-Джина!

Сорвав с шеи похожий на серую жемчужину предмет, висевший на волосяном шнурке, тролль зло произнес короткое активирующее заклинание и пальцами разломил шарик.

За чащей ухнуло, и над деревьями мягко засиял призрачным светом колдовской барьер. Вот это, я понимаю, усовершенствовал сторожевики. Они не только передают инфу о нарушителях, но и создают астральное препятствие на пути духовных сущностей. Судя по исходящей от преграды ауре, напитана она силой под завязку. Такая и старших лоа на часы задержит, младшим на нее кидаться вообще бесполезно.

– Пусть повозятся, пока мы с их разведкой разберемся, – злобно усмехнулся шаман. – Плохо, часть Туманной Стены просочилась. Ну да ничего, рассеется. Без единения с колдующим она – простой туман.

Из леса волной хлынула клубящаяся серость, расплескавшаяся под частоколом. Я ощутил содержащиеся в ней остатки айгаты колдуна. Потянуло сыростью, гнилью, застоявшейся водой болота. В ней различались примеси чужой духовной энергии, холодной и зловонной, словно гниющий в сточной канаве труп.

Они пришли из растворяющейся мглы. Три высокие уродливые фигуры, горбатящиеся, длиннорукие и коротконогие, непохожие на троллей и вместе с тем напоминающие улиточников спиральными орнаментами татуировок на обнаженных плечах и торсах.

– Думаю, говорить о приближении Огненных Жал, выдавая себя за ваших охотников, и просить впустить нас бессмысленно без туманных чар нашего хозяина, – изрек средний в тройке, остановившись у ворот и задрав головешку кверху. Его буркалы глядели поверх зубцов заостренных бревен частокола, за которыми скрывались до поры воины.

– От вас несет разложением на весь Ксарг, поэтому да, глупо притворяться нашими соплеменниками, – согласился, не показываясь, Анг-Джин. На своем шаманском жезле он поспешно вырезал ритуальным ножом знаки защиты от болезни. – Можете сразу сбежать, ибо задания хозяина вы не выполнили, и вас ждет наказание от него. Осмелитесь напасть на нас – скормлю слякотникам.

Пришельцы расхохотались.

– Слякотники трепещут, почуяв нас, – пробасил стоявший слева в тройке. – Надеешься справиться со старшими лоа, смешной старик? На старости лет у тебя помутился рассудок. Ты ведь тот самый Анг-Джин, старейший шаман Озерной Улитки?

– Старейший и величайший, не считая великих колдунов древности, – поправил старикан. – Хочешь потягаться со мной, глупец?

Очередной взрыв хохота перерос в оглушающий рев. Не тратя больше драгоценного времени на разговоры, трио приступило к действиям.

Синяя кожа на стремительно вздувшихся конечностях лопнула, обнажив сочащиеся желтоватой слизью мышцы. Головы сплющились, из выдвинувшихся вперед нижних челюстей вывалились распухшие языки, налитые кровью глазные яблоки чуть ли не вылезли из орбит.

Никогда еще я не видел зрелища отвратительнее. Раздувшиеся, будто у утопленников, тела покрыли гноящиеся язвы, кожа зеленела и отслаивалась, местами оголяя кости. Из удлинившихся пальцев высунулись влажные массивные когти, окончательно превратив троллей в чудовищ.

Наблюдающий за ними в щель между бревнами, как и я, синекожий воин отпрянул и чуть не упал с наблюдательной площадки. Я невольно подался назад, чтобы не видеть оскаленных клыкастых пастей и жутких физических оболочек лоа.

– Всем прочь от частокола! – рыкнул шаман. – Не подпускайте их близко к себе!

Резонное предупреждение. От чумоносцев надо держаться на порядочном расстоянии, или рискуешь попасть под распространяемые от них миазмы и умереть. Ни один лекарь в империи без магического образования не вылечит от этих паразитов.

Чумоносцы – одни из опаснейших лоа. Они происходят от погибших от смертельной болезни разумных, не похороненных надлежащим образом. К примеру, ушел в лес больной синька и пропал. Дух покойника не находит дороги в Серые Пределы и вселяется в живое существо. Животное умирает вроде бы от болезни, а лоа превращается в морового духа, чумоносца, как его величают людские и эльфийские маги. Вселяясь в разумного, он питается его энергиями и при надобности поддерживает носителя, трансформируя в привычную для себя форму.

Массу народу извело трио, развившись в старших лоа. Поработивший их колдун не слабее Анг-Джина.

Убивать одержимых придется долго. Хуже всего то, что без ритуала запечатывания духи из мертвецов разлетятся по деревне, нападая на каждого, не защищенного охранными чарами. Запечатать в бою чужаков трудно, это под силу группе неплохих шаманов. Ну или ловцу духов с хорошим шаманско-воинским снаряжением.

Синьки дружной толпой отхлынули от частокола, остались старик да я, готовящиеся сталью и колдовством встретить врагов.

Несмотря на комплекцию и габариты, вроде бы не способствующие скорости и ловкости, моровики синхронно прыгнули на бревна. Средний полметра не достал до остроконечной верхушки. Стена завибрировала от удара, послышались стук и скрип. Тройка повисла, вцепившись когтями в укрепленную чарами древесину.

Средний из трио скакнул, взвившись над частоколом, и перелетел через бревна с метательным топором в подставленном под удар брюхе. Блин, потерял оружие, из вонючей туши, окруженной болезнетворными миазмами, его не вытащу. Не заботясь о правильности падения, чумоносец гулко приземлился на четвереньки. Торчащая из живота рукоять его не беспокоила. Глубоким вдохом втянув воздух и лениво отбив лапой-рукой летевшие в него дротики, он раздулся и резко выдохнул облако зеленушного пара. Оно обволокло одержимого, полностью скрыв, и начало неспешно расползаться по деревне.

Твою же… слов цензурных нет. Дичайший гибрид больной кучей всевозможных болячек жабы и тролля замаскировался, и достать его, не входя в опасное облако, проблематично. Разумеется, нормальными средствами достать.

Я сиганул с площадки как можно дальше от зловещего пара. Акела рычал и кусал себя за хвост, но в атаку бросаться не торопился, высказывая все, что думает о вражине, с безопасного расстояния. Провокатор. Дескать, вот ты у меня где, зараза ходячая. Выйдешь из укрытия – я тебя мигом загрызу, как блоху с хвоста.

То ли чумоносец не понимал волчьего, то ли ему плевать на отношение белого волка. Вылезать на свет он не собирался, передвигаясь вместе с облаком. Его осыпали дротиками, топориками и копьями. Реакции ноль. Похоже, лоа вознамерился, не мучаясь с отловом двуногой пищи, спокойненько накрыть селение и всех живущих в нем ослабляющими миазмами, после чего попировать на больных троллях, выпивая из них энергию. Незачарованное оружие ему не вредит, большинство бросков впустую из-за зеленой завесы. Раны от попаданий затянет без труда. Башку-то ему в пару не отрубят. Против одержимого обезглавливание с поражением сердца только и действует. Ну и полное телесное уничтожение, само собой.

Чем бы его оттуда выбить? Другие могут не видеть и не слышать, однако я его прекрасно ощущаю. Железная уверенность, основанная на подсознательном восприятии. Да и обостренный боевым трансом слух помогает определить, откуда доносится шорох неторопливых шагов моровика.

Над частоколом поднялись морды родичей вонючки-одержимого. Подтянувшись, они перебросили свои туши через заостренные бревна и упали на обзорные площадки, хрустнувшие под их весом. Оказавшийся между ними Анг-Джин за секунду до этого воткнул в стену варды и в ускоренном темпе читал заклинание, сложив на уровне солнечного сплетения жест, обозначающий взывание к духу-покровителю. От него начинало исходить свечение, переливающееся оттенками зеленого и окутывающее наподобие магического покрова. Вокруг образовывалась спираль улиточной ракушки, очевидно, заставляющая чумоносцев колебаться и не нападать. Они в нерешительности вертели башками, словно не понимая, что делать.

Старикан, парочка на тебе, я беру третьего. Сердце надо поразить… размахнувшись, я подскочил к краю облака и бросил копье. Сталь исчезла во мгле, откуда раздалось утробное рычание, сочащееся недовольством из-за потревожившего планы буйвола-трехрога комара. Попади я не в сердце, одержимый и не повернулся бы, а тут заволновался, запаниковал. Вдруг его так же и головы лишат? Быстренько вытащить копье из груди и кинуться на неожиданно открывшегося врага – такова примитивная задумка старшего лоа. Он уверен, я могу ему навредить. От угроз духи его уровня привыкли избавляться немедленно.

Мне нужен топор, и желательно побольше, чтобы ударом перерубить толстую шею моровика. Каменный, металлический – все равно, главное размер. Отбегаю от облака, оно следует за мной, подтверждая догадки относительно намерений чумоносца. Из зелени выстрелило щупальце толщиной в палец и выбило кусочки мерзлой земли у меня из-под ног. Ух ты, какие мы агрессивные и озабоченные своей безопасностью! Метательным топориком перерубаю зеленый отросток и отпрыгиваю. Отрубленное щупальце задергалось, расплескивая мутную бледно-зеленую жидкость, чумоносец заверещал диким кабаном-мохнорылом, достоинство коего ущемляют грубейшим образом. Сам виноват, нечего раскидывать тентакли под ноги разумным.

«Опасность!!!» – взвыла сирена инстинкта самосохранения, отбрасывая меня с траектории полета атаковавшего с обзорной площадки моровика. Тот, точь-в-точь громадный снаряд, врезался в землю и пропахал собой порядочную канаву. Не давая ему подняться, я броском всадил топорик ему в основание черепа. Подлетевший к растянувшемуся одержимому воин из бывших телохранителей вождя взмахом каменного топора снес уродливую голову.

Из шеи смрадным потоком полилась зловонная жидкость, испаряющаяся на солнечном свете. Угодивший под нее тролль охнул и отступил на шаг, покрываясь красными язвами. Горло синекожего разбухло. Он, выпучив глаза, рухнул на колени и упал в конвульсиях.

Зарубка на будущее: не дышать и вообще не подходить к раненому чумоносцу, насколько возможно.

Есть еще вариант поглощения айгаты моровика. Болезнетворное облако, выдыхаемое им, равно и миазмы, состоят из его духовной энергии. Я могу ее поглотить, как делал в логове ведьмы с одним не в меру игривым реликтом минувших эпох, плевавшимся огнем. Только поглощение я использую в крайнем случае, больно дорого оно здоровью обходится.

Хм. В подземном храме сущность пакваджи была для меня вредна из-за специфики ведьминого потомка. Здесь же обыкновенный лоа без опасных примесей энергии Шуб-Ниггурат. Запечатывать его и впитывать айгату, естественно, мерзко. По сравнению с ним вкус духа ведьмы, напоминающий сырую разлагающуюся плоть, нежен и свеж. Ненавижу запечатывать чумоносцев и прочих концентрированных в астральном плане болячек.

И откуда мне знать, каково их запечатывать? Странные мысли иногда посещают меня, странные и подозрительные, не нравятся они мне.

Хороша штука все-таки боевой транс второго уровня. Ускоренное и обостренное восприятие дает массу времени для анализа ситуации при медлительности противника.

Безголовая туша, поднявшись на четвереньки, ощупывала землю передними лапами, тьфу, руками в поисках потерянной башки, которая, в свою очередь, отрастила из обрубка шеи бахрому крошечных щупалец, похожих на белесых червей, и двигалась зигзагами навстречу туловищу. Заменяющая кровь жидкость натекла в лужу и испарялась, окутывая моровика буро-зеленой полупрозрачной взвесью, защищающей от синекожих.

– Копье! – рыкнул я ближайшему синьке.

Сообразительный тролль бросил мне оружие, схватившись за топор. Отличное копье с кремневым наконечником, заговоренное. Вырезанный на древке знак Озерной Улитки поблескивает. Ну пора убивать одержимого и экспериментировать с энергетическим поглощением.

Прыжок к пухлому тулову, впитывание окружающих миазмов, удар каменным наконечником в сердце. Головешка в последний момент пасть открыла от удивления. Протоплазменные черви-щупальца уронили ее, рассыпавшись белым порошком.

Лоа вырвался из уничтоженного носителя и попал в расставленную мной ловушку. Его затягивало в прикоснувшуюся к мертвецу ладонь. Он сопротивлялся, оглашая астрал отчаянными воплями, заглушавшими эманации и ауры духов. Поздно, ты мой. Раньше думать надо было, на кого роток разеваешь.

По руке отвратная айгата перетекала в грудь и район солнечного сплетения. Она ощущалась как дурно пахнущая жижа. Более мерзостной энергии мне запечатывать не доводилось. Не подцепить бы от нее какую-нибудь хворь.

Окончание поимки вызвало сытость и гадкое послевкусие.

Один готов, второй на очереди. Эй, в зеленом тумане, ты копье мое вытащил? Нет? Тогда я иду к тебе. Да не реви ты так в астрале, всех духов распугаешь. Эманации от тебя расходятся, точно от старейшего лоа. Вылечить сердечко пытаешься, вбухивая прорву айгаты в него? Напрасно, энергетический центр живого не лечится вот так просто, а из тебя хреновый кардиолог, уж прости за прямоту. Это не голову на место пришпандорить нитеобразными щупальцами из псевдоматерии.

Мимо пролетел третий моровик, не вписавшийся в стену излишне близко стоящей к частоколу пустой хижины и заваливший ее. Ему деревянные балки по кумполу – что слону дробина, вон встает, но на ногах держится нетвердо, качается, словно пьяный. Анг-Джин, ты чего сотворил с практически безобидным одержимым, а, старый затейник? Шаман с кровожадной физиономией, не сводя глаз с чумоносца, сиганул вниз с обзорной площадки. Его окружала полупрозрачная раковина из айгаты, под ней собралась водяная линза. Оказавшись на земле, старикан выстрелил из линзы тоненькой струей, сжатой гигантским давлением воды. Струя резанула по обломкам тролльего жилища и располовинила моровика от плеча до паха.

Я раньше наивно полагал, водяная техника улиточников в связке с раковиной с ног сбивает и оглушает временно. Модифицировал ее Анг-Джин в убийственную штуковину.

Возвращаюсь к своим баранам, вернее, барану. Облако от него распространялось с повышающейся скоростью, вплотную подбираясь ко мне. Где-то тут топор валяется. Ага, нашел. Тролль его стиснул, очевидно, надеясь умереть с любимым оружием в руках. Не получится – и тебя вылечат, и меня. Рановато тебе в Серые Пределы, нет там ничего, стоящего твоего внимания, уж поверь. Хмуро, сыро и грустно, личности темные ходят, охотятся на беззащитных духов недавно почивших разумных и полуразумных.

С одолженным у синекожего топором я ступил в зеленую мглу, расстилающуюся от второго чумоносца. Тот проворно бежал ко мне на четвереньках. Копье, пробившее грудную клетку, мотается корабельной мачтой в шторм, пасть скалится рядами кривых острых зубов. Э, с таким прикусом тебе прямая дорога к стоматологу, дружок. И ветеринару, ибо людской лекарь лечить тебя откажется, утверждаю со стопроцентной гарантией.

По мере сближения со мной бока одержимого вздувались, и на расстоянии метров пяти из них, прорвав кожу и мышцы, выскочили покрытые шевелящимися короткими отростками щупальца толщиной в руку человека. Они шумно вспороли воздух, меня на прежнем месте не обнаружив. Попасть в использующего второй уровень боевого транса с их-то медлительностью? Ха-ха три раза.

Удар, смещение в сторону от извивающихся тентаклей, еще удар, и башка катится по промерзшей земле. Щупальца опали безжизненными канатами, ураганно разлагаясь. Погоди, болячка ходячая, я не закончил. Приложил ладонь к горбатой спине и стал втягивать ослабевшего лоа. Абсолютно здорового, полного энергии духа запечатать нереально, надо сначала его заставить потратить айгату. Воля ослабнет, и можно брать.

Моровик бился вытащенной на берег рыбешкой, покуда полностью не запечатался. Боевикастые ребята чумоносцы, редко кто столь яростно противится поимке. Управлять ими будет сложно.

Облако болезненной зелени таяло, впитываясь в меня. Без поддержки эманациями создателя оно безвредно. Ну-с, приступаем к оставшемуся хулигану.

Поправочка: оставшихся не было. Рассеченный на куски одержимый неподвижно лежал грудой осклизлого мяса, покинувшего его духа сжигала исходящая от шамана яркая аура Озерной Улитки. Покровительница племени не терпит болезни, считаясь величайшей целительницей среди старших лоа и непримиримым уничтожителем моровиков. Ее, помнится, изредка называют Истребительницей Мора. В общем, попал чумоносец.

Ох, блин, до чего же противно. Моровиков больше ловить не буду. Лучше изучу у Анг-Джина целебную ауру, уничтожающую болячки, и примусь выжигать заразных лоа, рискнувших перейти мне дорогу.

В сознании промелькнула шальная мысль: зачем учить, если можно запечатать саму Озерную Улитку, предварительно вызвав ее из мира духов? Она пойманных чумоносцев автоматически ликвидирует и на меня подействует благотворно, исцеляя раны и не подпуская болезни. О простуде и прочих неудобствах, связанных с сезонными перепадами температуры, забуду.

Только хлопотно ловить покровителя племени. Тролли обидятся. Оно мне надо – из спасителя превращаться во врага народа?

Я обвел взглядом деревню. Кроме бывшего телохранителя, угодившего под испарения протоплазменной заразы, никто не пострадал. Старик выглядел бодрячком. Судя по сверкающим глазам, его тянуло на подвиги, но он сдерживал свою кровожадную натуру.

– Мейзо, чтоб тебя пещерный медведь отлюбил, беги помогай Бзину! – прикрикнул он на высунувшегося из шаманского жилья ученика. – Он вот-вот к предкам уйдет. Нур-Ганнак, воины на частокол! Жала продавили духовную стену и идут к деревне.

Я запрыгнул на обзорную площадку, за мной поспешил приглушивший ауру и частично снявший защитную раковину астрального барьера старикан.

– Сторожевые амулеты разбили, урхидлаки коршатун, – выругался шаман. – Сколько прошло, не понять. С ними могущественный шаман, и не один. Подчинить моровиков дорогого стоит, они своенравны и набрасываются на хозяина, не привязанные к нему прочными чарами.

Анг-Джин сложил пальцы подобием спирали и пробормотал заклинание. Над селением вспыхнул призрачным светом и погас соединенный с тотемным столбом купол в форме улиточной раковины.

– Туманная Стена в деревне нам не грозит, – пояснил он.

Другие заглушки, подозреваю, тоже. Зато физическое проникновение вполне вероятно. И от старших лоа барьер не защитит. Одержимые пролезли же.

Вскоре в лесу заколебались ветви кустов, и это в безветренную погоду. На открытое пространство между чащей и частоколом вышел отряд из полутора дюжин троллей. Все статные, жилистые, вооружены по высшему классу, каменное оружие у единиц, в основном сталь. Я насчитал десяток охотничьих ожерелий. Из всех выделялись двое – двух с лишним метров росту гибкий, точно лесной кот, синекожий с татуировками на лбу, изображающими черных ос в языках красного пламени, и молодая тролла чуть пониже него в длинной кожаной рубахе с разрезами на бедрах, подпоясанная ремешком. Ожерелья на ней лежали широкой полосой, скрывающей грудь. Лоб окольцовывала такая же татуировка, что и у ее одноплеменника. В обоих прослеживались общие черты, наводящие на мысли о кровном родстве.

Тату, ожерелья… Да нас почтили визитом знаменитые Зар-Джак Восемь Ножей, вождь клана Черных Ос, и его сестра Валлана Ведьма! Интересная компания. О них я слыхал. Они герои войн за Зеркальное озеро. Воин, не имеющий равных в родном племени, и повелительница духов воздуха, исполняющая обязанности шамана. Вместе близнецы непобедимая команда. По слухам, никому не удавалось победить Зар-Джака, поддерживаемого духами Валланы. Они едва не угрохали Ран-Джакала с Гвардом в прошлой войне Огненных Жал против Водяных Крыс и Каменных Клешней.

Твою же дивизию, послали предки противников. Сопровождающие их тролли – охранная дюжина, основная часть отряда остается в лесу и наверняка окружает деревню. И где-то затаился хозяин моровиков. Валлана, насколько мне известно, специализируется исключительно на лоа, связанных с воздухом, и элементальных духах.

– Можете не прятаться за частоколом, я все равно вижу вас, дети Озерной Улитки, – типа поздоровалась ведьма. – Не бойтесь, я не сглажу, и в вашу сторону не полетят дротики и топоры наших воинов. Мы хотим говорить с вами.

– Мы Черные Осы, – перехватил эстафету парламентера вождь. – Я – Зар-Джак, Владыка Восьми Ножей, хочу говорить с повелителем племени Зеленых Улиток и клана Улиткоголовых.

Угу, владыка. Приставка «Джак» означает «малый властитель», лидер рода. Чтобы стать настоящим владыкой, нужно завоевать власть в племени, получив признание клановых предводителей.

Старый шаман осторожно приподнялся над частоколом. Он, пожалуй, главный в деревне до выборов нового вождя.

– Я – Анг-Джин, – представился он. – О чем ты хочешь поговорить со мной, отродье взбесившейся дикой пчелы?

Загнул старикан. За обращение, оскорбляющее и вождя, и духа-покровителя клана, синекожие привыкли разбивать дерзким типам головы первым попавшим под руку камнем, а за неимением булыжника душить наглеца голыми руками. Обратившись так к Зар-Джаку, Говорящий с Духами подписал себе смертный приговор. Вождь Черных Ос аж потемнел от возмущения. Сестричка его, наоборот, побледнела, стискивая нервно колдовской жезл.

– Ты зарос мхом в своем отшельничестве, старик, и не знаешь, на кого открыл пасть, – процедил главный во вражеском клане. – Спроси у своих троллей, кто такой Зар-Джак.

– Да мне… – Шаманюга отпустил длинное заковыристое ругательство, в переводе означающее полнейшее равнодушие к титулам, положению и славе собеседника. – Ты приполз к моей деревне болтать языком, точно бык-трехлетка… – очередное виртуозное ругательство, которым я даже заслушался. Умеет старик материться, ничего не скажешь. У вождя от наглости Анг-Джина, похоже, вот-вот пар из ушей пойдет, и он скомандует штурмовать частокол. – Или пришел дело говорить? Так говори, не трать время напрасно.

– Не пристало глупому колдуну называть вождя… – заговорила было ведьма, но шаман ее грубо перебил:

– Мне лучше знать, как именовать твоего братца. Придержи язык за зубами, женщина, когда беседуют мужчины, не то лишишься и языка, и зубов. Думаешь, я спокойно буду лясы точить с теми, кто вселил моровиков в моих троллей?

Твою же дивизию, шаман улиточников – тип с ярко выраженными суицидальными наклонностями. Оно, конечно, ясно, на деревню все равно нападут. Он понимает ситуацию и не отказывает себе в удовольствии костерить врагов на чем свет стоит. Шансы у нас в бою мизерны. Анг-Джин сам восстановился от комы, да систему защиты до ума довести не успел. Амулеты-накопители духовной энергии израсходованы в борьбе с сэккой, он использовал на раковину немало айгаты, пусть и частично заемной, от Озерной Улитки. Вражеские шаманы, напротив, свеженькие, лоа заготовлены ими заранее. Устроит Валлана армагеддец локального масштаба с призывом штормовых духов – и конец обороне. Ее напарничек завершит начатое ею, добив учеников верховного, сидящих в хижине шамана.

С другой стороны, на кой Осам с нами разговоры разговаривать? Напали бы без прелюдии. Эффект внезапности потерян, диверсионная группа уничтожена. Нет, побаиваются они старикана. Слава о нем гремела задолго до рождения Зар-Джака, благодаря ему племя улиточников до сих пор существует, и относиться к старику пренебрежительно не следует. Анг-Джин испытывает врагов, провоцирует их на необдуманные действия. Гнев в бою плохой советчик, и старик, понимая слабость Ос, пытается снизить эффективность их возможного нападения.

– Твой карманный мягкотелый пролил кровь моих соплеменников прежде, чем мы напали на селение, – зарычал вождь. – Мы вправе ответить!

– Хочешь сказать, не Огненное Жало напало на отряд Водяных Крыс, в котором был мой ученик?

Ну, не совсем твой. Правильнее сказать – вероятный ученик, на тот момент учившийся колдовству у верховного шамана Гал-Джина. Эх, Варк-Дан, где ты с ребятами и Алисией?

– Клянусь памятью предков, я вырву когда-нибудь твой поганый язык и засуну тебе в задницу, хорек вонючий! От старости разум у тебя помутился, и его забрали с собой злые духи, с которыми ты беседовал долгими зимними ночами. С учеником все в порядке, он с нами, цел и невредим. Пока невредим.

Улиточник с Осами? Проклятье, от догадок мозги закипают. Если отряд Зар-Джака таскает его повсюду с собой, то наиболее вероятны два варианта: он предатель, перешедший к врагам, либо заложник с перспективой стать угул-джас, жертвенным мясом, предназначенным духам предков. Нетрудно предположить, что мои ребята, выжившие у Лысого Холма, тоже у вождя Ос.

Для полноценного анализа критически не хватает информации. Возможно, Зар-Джак блефует, стремясь показать, насколько крут. Как его заставить показать Варк-Дана?

– Язык у вождя Черных Ос длинный, привык лгать под стенами чужого селения, – Анг-Джин назвал его вождем, прогресс налицо. До уважительного обращения рукой подать. – Чем ты докажешь сказанное?

Предводитель клана жестом подал знак телохранителям. Из зарослей вытащили избитого, окровавленного синекожего в изорванной одежде. На шее у него висело ожерелье ученика, по нему и клановым татуировкам на плечах я опознал парня, ходившего со мной на ведьму.

– Узнаешь, отрыжка слякотника? – Зар-Джак ухватил заложника за торчащий на макушке клок смоляных волос и приподнял ему голову, давая рассмотреть затекшее от побоев лицо в завитках улиточных тату, крови и сукровице. – Нет? Тогда я прирежу падаль. – У горла тролля блеснул обсидиановый ритуальный кинжал.

– Да, – вытолкнул из себя шаман слово. – Чего ты хочешь, вождь?

– Немного. – Тролль отпустил волосы парня, и ученика утащили прочь. – Клан Улиткоголовых богат, о том известно всем озерникам. Вынесите за ворота всю олифантову кость из закромов Бена-Джака, бобровые шкуры и половину запасов вяленого мяса, рыбы и грибов деревни. Сделаешь – и мы уйдем. Откажешься – и я заброшу через частокол голову твоего ученика перед тем, как ворота снесут мои шаманы и в селение ринутся воины с одержимыми. Они уже окружили вас и острят копья и топоры для битвы.

Из леса показались несколько дюжин синек, вооруженных до зубов. За ними вырастали фигуры следующей волны, состоящие из прошедших не одно пекло сражения ветеранов постарше.

При имеющемся раскладе мы проиграем, унеся в Серые Пределы минимум треть штурмового отряда Ос. Тролли второй линии увешаны амулетами по самое не могу. Хорошо постарались колдуны. Никак массовое производство оберегов наладили.

– И выдай мягкотелого, отправившего к предкам моих разведчиков, – добавил требование вождь.

Ну ничего себе запросы! Я рыжий разве? На счету Анг-Джина и Нур-Ганнака Ос гораздо больше, их не трогают. Ох, уж эта гибкость ума и морали синекожих. Старикана пообещали убить противоестественным способом в неопределенном будущем, меня же подавай им немедленно. Клана и покровителя я не оскорблял, а на войне убивать предки велели. Какое преступление?!

Шаман состроил кислую мину:

– Олифантову кость, так и быть, подарю с припасами, а на человека пасть не разевай. Поклянись кровью рода, что не причинишь вреда улиточникам.

– Не выдашь мягкотелого – ученик останется у меня. Я сказал, – припечатал Зар-Джак.

Проблему необходимо рассматривать с разных сторон и находить в ней возможные выгоды. Какую пользу содержит для меня пребывание у Черных Ос? Я удостоверюсь, есть ли в заложниках Алисия и ребята. Убивать меня в скором времени не планируют, я им пригожусь при переговорах с Водяными Крысами. Ран-Джакал и Гвард наверняка на хвосте этих пчеловодов-любителей. Вождь банально сбегает, поэтому и требует провизию. Не нападают они по той же причине. Вождь бережет воинов для схватки с преследователями.

По соседству с улиточниками племя Длинных Клыков, гипотетических союзников Огненного Жала. Туда-то Осы и навострили лыжи, зуб даю. За олифантову кость и шкуры купят себе безопасность и наймутся на службу. Подобное редкость у троллей, но вполне вероятно. Воины у Зар-Джака крепкие, сам он знаменит в окрестностях Зеркального озера и в соседних племенах, слава о нем до пограничных фортов империи доходит. Его поселят на птичьих правах, естественно. В надвигающейся войне он отплатит озерникам за вынужденный побег, жестоко отплатит. Тролль мечтает о владычестве над Огненными Жалами. И местом вождя племени он не ограничится. Амбиции у синек ого-го.

У Ос нынче основная задача – пробиться к Длинным Клыкам. До них пара дней пути. В общем, до послезавтра меня не убьют. Наверное. Зато о судьбе ребят с Алисией разузнаю, и деревня улиточников уцелеет. А дальше, глядишь, подоспеют Водяные Крысы на выручку, и обменяют Осы нас на беспрепятственный проход по землям озерников. Или сам выкручусь. О моих проявившихся способностях Жала не в курсе.

С другой стороны, что, если Зар-Джак без проблем уйдет к Длинным Клыкам и его не догонят наши? Заложника тупо зарежут, чего синьки почти никогда не делают? Они с умом привыкли распоряжаться жизнями недругов. Итак, тупо не убьют, а прикончат с максимальной выгодой. Скажем, продадут – подарят – одолжат – нужное подчеркнуть – хозяевам племени, куда вольются. Человек – ценный заложник, с его родных синекожие сдерут солидный выкуп. Я – фигура видная у Водяных Крыс, за меня Гвард заплатит стальным оружием.

Вариант третий, особенно популярный в случае отказа или невозможности выплачивать выкуп и на войне: принесение в жертву. Людскую кровь лоа любят чуть меньше, чем эльфийскую, и куда больше тролльей.

Совсем мизерный шанс стать рабом. Иногда синекожие щадят пленных, за которых выкупа не вытрясешь и которые в качестве жертвы не ценятся. Гоблиноиды разные, не наделенные магическими способностями, к примеру. Я в их когорту не вхожу и, более того, ловец духов, ученик шамана. Иначе говоря, желанная жертва для духов предков и покровителей. Да на жертвоприношение с моим участием соберутся все колдуны племени с вождями кланов. Не каждое десятилетие им ловец попадается.

М-да, перспективка грустная. Остаться в деревне того хуже. Здесь шансы на спасение близятся к нулю. В бою живым не дамся, погибну со всеми улиточниками. Кровь только пущу Осам. Итого – выбор невелик и ведет к плачевным последствиям. Погибнуть сейчас в кругу товарищей или попозже, на жертвеннике? Лучше, естественно, попозже, плюс имеются неплохие шансы на спасение.

Может, я и до перехода к Длинным Клыкам сбегу, чем лоа не шутит? Вдруг представится счастливый случай. И своих попробую увести.

– Анг-Джин, соглашайся, – отвлек я старика от занимательного диалога с вождем. – Я стану заложником, не переживай обо мне. Наведи Ран-Джакала на след и попроси за меня духов.

– Кан-Джай, ты оставил разум на берегу Багровой реки? – прошептал шаман. – Ты спас наше племя от ведьмы, от проклятия из бездны прошлого и думаешь, я позволю какому-то сыну шакала убить тебя? Мы дадим бой. Неужели не понимаешь, что они нападут на деревню, согласимся мы на их условия или нет.

– Нападать на нас им невыгодно, они не в курсе, сколько у нас воинов. К тому же нельзя упускать малейшего шанса на выживание, Анг-Джин. Честь твоя и клана сохранится, и обойдется без крови. Ты станешь героем племени.

– Плевал я на геройство, Кан-Джай. С возрастом оно теряет смысл. Я и без того проживу отведенный духами срок.

– Смерть неизбежна, сам понимаешь. Но если есть хотя бы крохотная возможность решить дело миром, нельзя воротить от нее нос. Поверь, я знаю, что делаю.

Шаман пристально посмотрел на меня.

– Все-таки зря ты не родился синекожим. Будь по-твоему. Я буду молить духов о благополучном возвращении Кан-Джая на Зеркальное озеро.

– Клянусь кровью моего рода и нерожденными потомками не вредить улиточникам, если они согласятся выдать мне мягкотелого, принесут откупные дары – олифантову кость, бобровые шкуры, вяленое мясо и рыбу, сушеные грибы – и не нападут на меня и моих троллей, – донеслось из-за частокола.

– Ты складно говоришь, вождь. – Пора и мне подключаться к разговору. Я встал на смотровой площадке во весь рост. – Я – Кан-Джай, Огненный Ловец Духов, отправивший твоих разведчиков к предкам. Поклянись на крови, что никто из твоих союзников не причинит вреда улиточникам. Я знаю, с тобой Лар-Джур, шаман из племени Черного Копья. Пусть выйдет к нам и тоже поклянется. Тогда я перейду к твоим воинам.

Губы вождя растянулись, обнажив крепкие белые зубы.

– О тебе говорят правду, Кан-Джай. Светлый ум, твердая воля. Я не могу ручаться за тролля из чужого племени. Он сам скажет свое слово. Собиратель Костей, – кликнул он, – покажись.

Из клочков тумана, стелющегося у кромки леса, выступил бывший ученик верховного шамана Черного Копья. За прошедшие с нашей встречи полгода он изменился. Взгляд стал жестче, амулетов не счесть, за плечами сумка с вардами и колдовскими жезлами. На поясе висят кожаные мешочки с зельями и порошками. А главное – отметина шамана на лбу. Ее полгода назад не было.

– Это ты вселил моровиков, – угрожающе прошипел Анг-Джин, покрываясь светлыми пятнами от ярости.

Колдовской жезл с заключенным в нем духом затрясся. Спокойно, старик, спокойно, в следующий раз отомстишь.

– Я, – гордо вскинув подбородок, согласился с обвинением Лар-Джур. Он вынул ритуальный кинжал и полоснул по ладони. – Клянусь Силой, дарованной мне предками и духом покровителем, ни я, ни мои союзники не нападут на улиточников в этой деревне, если они послушаются вождя Зар-Джака и преподнесут ему откупные дары.

Оглавление

Из серии: Сандэр

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Сандэр. Владыка теней (Валерий Теоли, 2015) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я