История от Джона

Табышкина Наталья, 2023

Мой юный друг посвятил меня в свою историю: хотите, верьте, хотите, нет, но около нас живут колдуны, волшебницы и ведьмы. Кто-то добрый, кто-то злой. Наш мир сочетается с их миром в гармонии и взаимопонимании, их проблемы не затрагивают нас, а наши, не затрагивают их, все, как и надо. Мой юный друг Джон прожил не долгую жизнь, но, несмотря на это, он успел рассказать эту историю, которая не только о первой любви, но и ещё и о трудностях, что встают на пути, о цели школьной жизни, а главное, сделать то, от чего зависит жизнь.

Оглавление

Пролог

Дорогой мой читатель, моя история не так коротка и поэтому, я считаю, что если ты возьмёшь кружечку с какао и печеньем перед чтением моей истории, то тебе будет намного интереснее. Пожалуй, начну рассказывать, чтоб тебя не запутать и не отбить желание читать эту увлекательную историю, что началась с самого моего рождения.

Меня зовут Джон Фелтон, я родился в деревне под названием Эмберли. Деревня как средневековая — каменные дома, крыша из соломы в которых я ни разу не бывал, родился в самом настоящем замке, что стоит на холме и с которого можно легко рассмотреть прекрасный вид полян и увидеть, как трудолюбивые пчёлки летают с цветка на цветок.

На момент начала этой истории мне девять лет. Я брюнет, у меня среднее телосложение, природа наградила меня карими глазами, что очень удивило моего отца, ведь мои сестрёнки хоть и брюнетки, а глаза у них голубые как ясное небо. Я очень начитанный и образованный, можно даже сказать спасибо папе, ведь благодаря его жестокости и непонятной ненависти ко мне, я стал таким умным.

В семье я самый старший ребёнок, у меня есть ещё две сестры, Лиза которой четыре года и Анюта — шесть лет, отец в них души не чает, все возможные подарки пытается подарить своим дочерям, им нужно только пальчиком показать и папа принесёт им эту вещь, это животное, и так далее. Как говорит мой папа «дочка должна расти только в любви и все её капризы должны быть исполнены, даже если она захочет звезду с неба, потому что дочь — это продолжение рода, это счастье семьи, в отличие от сыновей, ведь от них пользы никакой нет».

Они родились в один и тот же день, только одна на два года старше. Такое явление природы как говорит мой отец« могло случиться только с нашей семьёй, ведь только мы имеем право таким гордиться, а все остальные — это жалкое отродье, которое не имеет право на существование».

В три года я уже не играл в игрушки, так как не позволял мне отец, да и времени у меня уже было очень мало из-за уроков с профессорами, которые меня обучали точным наукам, таких как физика, математика, биология, химия и многие другие предметы. Сладостей в нашей семье для меня были под строжайшим запретом, я был и так толстым. По словам отца, одна ириска сделала бы меня тупым и толстым, ведь конфеты на меня повлияют в плохую сторону и все извилин, которых у меня и так некогда не было, испарятся как лужа на камне. Но девочкам — его любимым дочкам, сладкое нужно есть в обязательном порядке, ведь девочка должна иметь не костлявую форму и чем они будут красивее (значит по меркам отца полнее), тем больше шансов, что они найдут достойного мужа.

На день рождение Анны (5 лет) и Лизы (3 года), папа подарил им пони редкой породы, когда мне через месяц исполнилось девять лет, но мне отец подарил перьевую ручку с чернилами, много чистого пергамента и много новых учебников, ведь мне надо учиться, а для учёбы это самые необходимые вещи.

Подарки не были для меня чем-то приятным и интригующим, того волнения перед получением подарков которое было у сестёр у меня тоже не было. Больше было желания встать и не задержаться в кровати ни секунды, лишь бы отец не ругался, хотя бы в мой день рождения. Как говорит мой отец, «не какого торжества, в такой мерзкий день и речи не может быть».

Не то чтобы я завидовал сёстрам, мне просто было неприятно, что из-за каких-то пустяков собираются все важные люди и устраивают праздник. Аня или Лиза сказали первое слово в своей жизни — надо отпраздновать, девочки научились шнурки завязывать — надо отпраздновать, и всё в таком духе, так же они в свои годы не знают даже алфавита, хотя я уже умел считать устно сложные трёхзначные примеры и свободно разговаривал на нескольких языках.

О деревушке особо я не знал, жил там очень мало из-за своей маленькой особенности, да и времени, узнать подробнее у меня как-то было. Мои родители богатые дворянины, которые презирали всё, что нельзя объяснить наукой. В нашем доме, нельзя было найти даже маленький журнальчик про оборотней или вампиров, не говоря о колдунах и ведьмах, только где-то внутри себя, я продумывал и представлял как эти фантастические существа выглядят и как они себя примерно ведут в человеческом обществе, фантазия у меня была еще та, придумывал такое, что иногда стыдно даже признаться.

Меня воспитывали строго и карманных денег не давали, поэтому у меня не было возможностей купить комикс, что как-то приглянулся мне, на обложке которого был нарисован какой-то огромный зверь, а вот что за зверь это был, я не знаю. Всю библиотеку перерыл, но так не нашел. Это будто очень редкий или опасный зверь на столько, что про него нет ни одной научной статьи. Этот зверь был похож на огромную собаку, только взгляд какой-то человеческий и такой, будто он ощущает постоянно боль, такой измученный и явно просящий человеческой помощи.

Где-то в возрасте семи лет, со мной приключилась очень странная ситуация, я не особо заморочился, как не как еще ребенок, хоть и знающий несколько языков и все математические формулы. Я был из тех детей, что любит всё проверять на собственной шкуре, что любят лазить везде и всюду и если куда-то залезут, то его потом не будет возможности найти. Мне приносило огромное удовольствие забираться куда-то в укромное место в лесу и читать книжку, что дал мне отец.

Когда это вообще случилось, мне казалось, что это могут все дети в моём возрасте. А произошло-то вот что…

Я гулял по лесу в очередной раз, ничего особого не было, птички пели, солнышко светило, ветерок трепал мои волосы так ласково и нежно, что не хотелось чтоб это заканчивалось. Зайдя в чащу, на мою любимую поляну, я и наткнулся на очень странное сооружение, которое раньше здесь явно не стояло. Лес я знал как самого себя — а это означает что безупречно.

— Любопытство мой самый злейший враг, — прошептал сам себе под нос.

Поэтому и произошла такая ситуация, да и если бы не мое любопытство, то всей этой истории могло и не быть. Не думая долго, я зашел в здание и под моими ногами начал сразу же хрустеть пол, не пересиливший страх любопытство, я стал вскарабкиваться вверх по лестнице, от которой то и дело что-то отваливалось, когда добрался до самого верха, я глянул с птичьего полета на все, что меня окружает. Пчелки, что усердно трудились стали еще меньше. Вид был прекрасен, но желание увидеть большего не покидало меня, и я рискнул насовсем обезумевший поступок. Мои ноги встали на небольшой выступ наружу, который был без какого-то либо крепления, он находился предельно высоко, четвертый этаж все же. Под моим весом выступ не выдержал, и я свалился вместе с ним вниз. Кубарем, пролетев вниз головой, я даже не успел понять, что произошло, меня что-то толкнуло с большой силой, и я приземлился носом в мягкую траву. Отделался испачканной футболкой и ободранной коленкой.

Говорить родителям не стал, ведь если они узнают, что был на каком-то заброшенном здании и чуть себе шею не свернул, да ещё и колдовство какое-то добавил, то меня сию секунду посадили как минимум на месяц на домашний арест, так себе перспектива. Поэтому, как будто всё в порядке, вернулся с прогулки домой и пошёл ужинать. За замаранную футболку мне всё же попало, на колено моё даже не обратили внимание.

За ужином было, как и положено, тихо и не какого лишнего шума, кроме звуков вилок и ножей, что прикасались с дном тарелки. Нарушение за столом считалось очень грубым и непростительным поступком, отец строго наказывал за такой поступок очень сурово. Он подвешивал цепями за ноги в подвале, провинившийся висел так весь день вниз головой, кровь переливалась к голове и некоторые даже умирали, но это в том случае, если отец не прощал в ближайшее время и не отвязывал оставляя сидеть в тёмном подвале, в который для виду запускали ручных крыс.

Несмотря на ненависть ко мне, я учился на дому, отец мне запрещал ходить в школу, ведь там нет нужной дисциплины, и меня просто разбалуют учителя, а так же притащу в дом какую-то заразу.

До моего появления отец сменил четырех жен, со мной это он обсуждать не хотел, узнал это случайно, когда подслушивал разговор, он про них рассказывал новой жене, правда меня спалила отцу кухарка, что шла составлять новое меню с предпочтением отца. Она меня сдала и меня не слабо наказали, оставив надвое суток без еды и воды. Все наказания были одинаковые, только срок наказания менялся и всё.

Детство у вас и то интереснее было, а я делал всё то же самое. Примерно с трех лет, я должен был повзрослеть и начать учиться, учиться и только учиться.

К нам приезжали профессора с разных городов, стран, они ехали чтоб меня учить, в основном это были профессора, что защитили не одну и две докторской, на должность моего учителя хотели все: престижная зарплата, бесплатное проживание в замке, но только по настоящему умному профессору давали такую честь меня учить.

Для каждого предмета у нас был свой кабинет и за малейшее неповиновение, или если я опоздал хоть на 5 секунд, профессор должен был незамедлительно меня наказать, так как мой отец считал это необходимо.

По словам отца, дворянин не имеет права опаздывать и на секунду, ведь эта секунда, сгубит весь план дня, а это непростительно.

В пять лет, я уже разговаривал на русском, испанском, английском и французском языке. Для ребенка пяти лет — это просто удивительно, как говорили прохожие, которые знали, на скольких языках умею разговаривать, но только не для моего отца, он всегда находил какие-то оплошности в произношении, или, по его мнению, я зажевал слово и так далее, перечислять недостатки моей речи по слова папы можно бесконечно.

Ну, а мне приходилось слушать и слушать, ведь никто не решался ему противоречить, одно слово против него, могло привести к ужасным последствиям, а вот к каким именно не знает даже его новая жена…

Многие моего отца считали тираном и сумасшедшим человеком, но никто, ничего сделать не мог. Он считал нормальным, если муж унижает свою жену, своих детей, а про то, что он считал правильным бить своих слуг, чтоб они ему служили преданностью и верой, про это и говорить даже не хочется. В нашем доме слуги долго не оставались, кто-то просто сбегал ночью, кто-то пытался заявление написать, но в итоге, сами оказывались в тюрьме за клевету, каждого нового подчиненного мне было искренне жаль, они шли за большими деньгами, но так и не понимали, куда они попали и что им придется пережить. Деньги губят людей и это правда.

Мама у меня тихая, ничем не приметная дворянка из богатой семьи, зовут её Святослава. Папа женился на ней, когда мне был один год. Няня мне в пять лет рассказала про мою родную мать. Её звали Сиверина, была девушкой легкого поведения, не образованная, тратила деньги моего отца направо и налево не глядя на цену, а отцу приходилось покупать, лишь бы не грустила его принцесса, после того, что она мне рассказала, я её больше не видел.

И те, две, были тоже примерно такие же. После такого опыта мой отец стал выбирать не по внешности, а по уму и поведению, в итоге выбрал мою маму — Святославу.

Свадьба была просто шикарна, были на ней все богатые дворянские семья с детьми. Пара получилась прекрасной, Том Ярволо и Святослава Бетхен. Даже я запомнил, хоть мне был всего один годик и, наверное, не зря — это единственное такое веселое и праздничное было мероприятие в моей жизни, на остальные меня не пускали, надавав много домашнего задания, которых нужно было сделать за два дня, либо придумывал отец повод для наказания.

Знаете ребят, мои странности на том заброшенном здании не единый, раз, когда проявились, чем старше я становился, тем все чаще происходило что-то очень странное и пугающее, что-то такое, что не поддавалось объяснению не какой науке. Я умею читать мысли человека, который стоит рядом со мной и был просто в глубоком шоке, мне подчинялись звери без всякой дрессировки и это, между прочим, не один раз спасло мне жизнь.

Когда я был в лесу, а мне тогда только исполнилось девять лет, я провалился в медвежью берлогу, она была не заметной, завалена еловыми ветками. В тот момент там была медведица с медвежатами, и я ей просто сказал:

— Я невзначай упал и потревожил и сейчас же уйду.

Не поняв, что я только что приказал медведице меня не трогать, я пошёл домой, а вот теперь началась сама история и что будет дальше, вы увидите прямо сейчас.

Глава 1. Начала истории

По приходу домой я увидел напряженного отца с каким-то конвертом в руке, а в нескольких метрах от него стояло молодая женщина в странной одежде и длинным волосами, что собраны в тугой хвост.

— Джон, сыночек, мой, — нервно стала лепетать женщина и смотреть на меня.

Её взгляд был радостный, она смотрела на меня с неописуемым восторгом, будто хотела так давно меня увидать, но не могла.

— Простите, — прошептал удивленно и еще раз оглянул женщину с ног до головы, — мы знакомы? — Еле выдавил вопрос.

Отец посмотрел на меня, посмотрел на эту странную женщину.

— Можешь улепетывать, он тебя всё равно не помнит, — процедил злобно отец, — письмо только не забудь.

— Сыночек, ты разве меня не помнишь? Это же я, твоя мама, — говорила женщина и приближалась небольшими шажками ко мне.

— Пап, кто это? — Испуганно спросил и впервые хотел попросить помощи у отца.

— Ладно, расскажу, — недовольно вздохнул отец, — это твоя родная мать, — сухо сказал и его взгляд переполнил ненавистью, — она ведьма, и судя по этому письму, ты тоже такой же ненормальный, как она.

— Джон — это не так, ты нормальный, ты колдун и я тоже, но только ведьма…, — она не успела договорить, как мой отец её перебил.

— Нормальный? Я больше не буду воспитывать такого ненормального сына, — яростно орал мой отец, он так кричал, что дрожали стены, а люди, которые находились по близости, просто хотели исчезнуть с лица земли, чтоб не слышать его крики.

Я стоял посередине комнаты и даже не знал куда деваться, толь идти к женщине которую я не знаю, толь идти к отцу, что кричит и оскорбляет. Я последовал за интуицией и пошел в сторону этой с виду безобидной женщине и просто встал неподалёку.

— Не говори так о своем сыне, — проорала женщина, что называет себя моей мамой, грозно смотря на отца. — Ты своих троих сыновей выгнал вместе со мной на улицу, когда Джону и недели не исполнилось и всё из-за моего происхождения, — громко кричала мама, а в ее голосе чувствовались нотки боли и слёз.

После её слов настигло долгое молчание, которое никто никак не решался нарушить, все прислуги стояли как можно дальше, чтоб им не попало заодно. Наконец-то после пяти или даже десятиминутного молчания отец посмел заговорить:

— Как-то я совершил большую ошибку, когда выгнал тебя и твоих ублюдков на улицу. Надо было сразу это сделать, — задумчиво сказал и, достав пистолет, направил на своего меня, — не позволю плодиться таким ублюдкам как ты и твоя мать, — злобно процедил отец.

Женщина, что называла себя моей матерью, быстро схватила меня за руку, и что-то произошло небывалое. Нас всё крутило и вертело, было такое чувство, что все, что съел за этот месяц, просто вырвется наружу.

И все-таки мы куда-то приземлились. Туда, куда отправилась эта женщина со мной, было многолюдно, все люди ходили в остроконечных шляпах и в странной одежде.

Я начал нервно осматриваться и не понимал, как смог очутиться совершенно в другом месте. Явно не в родном селе и не в соседнем, мы с ней находились будто в другом измерении или даже на другой планете.

Это место было похоже на длинный переулок и забитый от самого начала до самого конца людьми, с каждых сторон было много каких-то домиков, они были похожи на самые обычные деревенские дома, в которых тепло и уютно.

Все прохожие куда-то спешили, там были дети моего возраста, что говорили о котлах, которые осталось купить. Также там были и ребята старше меня, но тоже обсуждали какие-то покупки из зельеварской лавки, люди старшего возраста ходили около детей моего возраста и что-то им объясняли, водя пальцем по какой-то бумажке.

В моей голове, возникло тысячи вопросов к женщине, что считает меня своим сыном, которая только что, спасла мне и себе жизнь, но вот с какого начинать я не понимал…

Моя спасительница смотрела на меня понимающе и не ждала какого-то чуда.

— Наверное, я тебе должна рассказать всё самое необходимое, — неуверенно произнесла женщина.

Я промолчал и не знал, что ей сказать, мои мысли меня просто разрывали на множество частей.

— Ну, — промямлила женщина, — Джон, ты волшебник, у тебя есть три брата, они про тебя уже знают, у меня есть муж, он о тебе тоже знает.

— Обо мне знают все, кроме меня самого, — зачем-то ляпнул я.

— Ну, — протянула женщина, — получается что да.

Женщина взъерошила мне ласково волосы.

— Надо бы к школе подготовиться, — улыбнулась и стала ждать мою реакцию.

— В школу? — Удивился я, — я пойду впервые в школу, — взвизгнул от неимоверной радости.

Женщина смотрела на меня очень странно, она не думала, что будет прям такая реакция на эту новость.

— В волшебную школу, — быстро поправила меня.

Меня переполняла буря эмоций.

— Ты как? — Спросила женщина после недолго молчание.

— Я постараюсь понять происходящее, — сказал и начал радоваться как никогда всему, что происходит вокруг меня и обстоятельствам, в которых я очутился.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я