Космос обетованный

Софья Вячеславовна Волошина, 2021

Эта история о том, как молодой космобиолог по имени Мартин ищет своё место в жизни. Ему предстоит первая экспедиция в космос, который кажется полным чудес местом, настоящей землёй обетованной. Но фантазии и реальность редко совпадают: Мартину предстоит столкнуться с такими проблемами, к которым не готовил ни один учебный центр. Сможет ли он сохранить себя, продолжить любить космос и двигаться к своей цели?

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Космос обетованный предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 1

Сегодня первый день экспедиции. Форма отглажена, шлюзы задраены, хрупкая по меркам космоса посудина из композитных материалов движется навстречу звёздам. Йаху! Повезло же мне с работой!

Это невероятно — оказаться в одной команде с самим Рейном Стиллом. Он — звезда ксенобиологии, планетолог и космический разведчик, его труды переведены на большинство гуманоидных языков. Для меня этот человек равен божеству! Я везунчик! Однако наше с ним первое знакомство сразу испортило его впечатление обо мне. А случилось вот что…

Для любых длительных экспедиций предусмотрено особенное, предполётное обучение: три месяца мы живём в учебном центре, отрабатываем внештатные ситуации на тренажёрах, восполняем пробелы в знаниях не по профилю. Вот я, например, космобиолог. От меня так просто не отстанут, не скажут: «Собирай, Мартин, образцы!» Куда там. В космосе я должен быть универсальным специалистом. В учебном центре в нас впихивают кучу информации: и про техническое устройство корабля расскажут, и основам обращения с медицинским роботом научат. Строгий распорядок, по семь-восемь часов занятий каждый день, о выходных приходится только мечтать. Среди инструкторов центра не только люди, но и представители иных космических рас, но все специалисты — лучшие в своём деле.

С инструкторов-то всё и началось. Вернее, с инструктора. Занятия по корабельным установкам для химического синтеза проводил эйруанец Мшшро. Издали эйруанец сойдёт за высокого длиннорукого и длинноного человека, но формой тела схожесть заканчивается. На лице шесть мелких глаз, рот с сотней острых зубов, кожа очень плотная и невероятно гладкая, рыжевато-коричневого цвета. Поначалу пугает, но в их необычном виде своя прелесть. Эйруанцы — гермафродиты, поэтому типичные земные представления о полах им были чужды…

Мы с ним были друг другу симпатичны. Два взрослых совершеннолетних существа могут делать всё, что хотят, пока это не нарушает законы той планеты, на которой они находятся. Однако мой руководитель был другого мнения.

Однажды, когда мы невинно флиртовали в коридоре, мимо прошёл Рейн Стилл. О, сколько презрения было во взгляде, которым он нас окинул! Мшшро тут же отстранился и скрылся в кабинете.

— Мартин Ри, если я не ошибаюсь? — спросил он.

— Да, мистер Стилл! — ответил я. Это был наш первый разговор один на один. Я думал подойти к нему, автограф попросить. Теперь уж точно не стоит…

— Так вот, мистер Ри, я хочу вам напомнить, что экспедиция задумана не для удовлетворения вашего любопытства. Мы собрались здесь не развлекаться, а работать. И ваши романтические изыскания не делают вам чести. Это не серьёзно.

Взгляд его льдисто-серых глаз прожигал насквозь. Вот и познакомился с кумиром!

Но, несмотря на ханжество, руководитель моей мечты оказался даже лучше, чем я себе представлял: собранный, серьёзный, такой же прямой и металлически-холодный, как в репортажах. С вами когда-нибудь бывало, что вы встретили кого-то «из СМИ», а он выглядел совершенно иначе — обрюзгшим, помятым, ничем не примечательным? Но это точно не о Рейне Стилле: вживую он был ещё более уверенным и собранным, будто под кожей не плоть, а стальной каркас. Он не выглядел на свои пятьдесят, скорее на сорок, и, несмотря на худощавость, не производил впечатление «кабинетного» учёного, проводящего всю жизнь в кресле. Наверное, встреть я его впервые, то решил бы, что он военный или пилот — прямая спина, чёткий уверенный шаг, хорошая физическая форма. Я не отказался бы быть в его возрасте таким же красивым.

Да, мой шеф был красив. Ну люблю я красоту в живых существах! Так же сильно, как межвидовое разнообразие. Поэтому и занялся биологией: нигде больше нет настолько разнообразной, но при этом математически выверенной красоты. Начал с изучения видов, населяющих родную планету, а вскоре перешёл к космобиологии.

Разнообразие вдохновляло меня и в личной жизни, что не могло не привести к проблемам. После обвинений в ксенофилии, которые, к счастью для меня, не удалось доказать, я был исключён из престижного колледжа под благовидным предлогом. Отношения с родителями тоже разладились, и на дальнейшую учебу пришлось копить самому. О, отец простил бы мне хоть восьминогую невесту, будь я чуть более заинтересован в обучении на космопилота… Или, на худой конец, финансиста. Но я оказался упрям и пошёл учиться «по любви». Папуля почему-то решил, что специальность «ксенобиология» — это плевок в лицо семье. Да и я был довольно несдержан, высказав всё, что думаю, после предложения отца пройти психиатрическое лечение от «сексуального расстройства» — так они с матерью окрестили мою любовь, притом чаще вполне себе платоническую, к представителям других космических рас…

Воспоминаниям о прошлом я предавался в лаборатории корабля, сидя на широком подлокотнике противоперегрузочного кресла.

— Мистер Ри, — раздался за моей спиной знакомый стальной голос Рейна Стилла — лёгок на помине! Шеф подошёл так внезапно, что, если бы не ослабленная искусственная гравитация, я свалился бы со своего «насеста» от неожиданности. — Чем это вы тут заняты? Если вы не заинтересованы в результатах, то вам лучше покинуть наши ряды при помощи эвакуационной капсулы и вернуться в порт с грузовым челноком, пока мы не вошли в гипертоннель.

— Заинтересован! Я закончил, что вы мне поручили, — отчитался я. — Предварительные данные загружены, программа готова для загрузки основных.

Мой шеф сменил гнев на милость и буркнул, чтобы я шёл спать в каюту. Лишь хорошо выполненная работа умеряла личную неприязнь Рейна Стилла к моей «несерьёзной» персоне.

Это было моё первое путешествие через гипертоннель, и я решил воспользоваться советом шефа. Вовремя — стоило мне прийти в каюту и лечь, как в ушах зашумело, а перед глазами запрыгали разноцветные кружки. Всё, мы в гипере, назад дороги нет, впереди — новые миры.

Пятый рукав гипертоннеля, в который мы и направлялись, — невероятная глушь. Ни одна раса нашего сектора не проводила исследования этой части космоса. Вероятность несовместимости с местными формами жизни была очень велика. Море опасностей: от ядовитой атмосферы до хищников, способных не жуя проглотить средних размеров Homo Sapiens'а и не заработать заворот кишок. Сразу после взлёта мистер Стилл поручил мне спрогнозировать, что нас ожидало, опираясь на данные с автоматических атмосферных зондов — мы запустим их, когда окажемся в нужной нам звёздной системе. Предстояло смоделировать биосферу планет звёздной системы, которую нам предстоит изучить. Непростая работёнка. Но каким бы муторным и сложным ни было задание, если его дал мой кумир, то я сдохну, но сделаю всё в наилучшем виде.

Когда дело касается работы, я забываю обо всем. Да, сначала море цифр кажется скучным, но потом втягиваешься, ведь новая планета — искусно завёрнутый подарок, который интересно открыть. Быть может, меня никто не поймёт, но я мечтаю когда-нибудь наткнуться на планету, населённую прекрасными и мудрыми существами.

Я представлял это так: их социальное и техническое развитие во всём превосходит современную цивилизацию, но по какой-то причине они оставили мысль о космических путешествиях. Живут во много раз дольше людей, их раса победила болезни, как физические, так и социальные: неравенство, войны и нетерпимости всех мастей. Я бы остался жить среди них, нашёл супругу… или супругов, как знать. И забыл бы о своём земном прошлом.

А что бы сказал Рейн Стилл, узнав о таких мыслях? Изобразил бы моего папашу, предложив обратиться к психиатру? А может… понял бы? Неужели человек, который создал такие прекрасные труды по ксенобиологии, не увидел красоты, таящейся в бесконечном разнообразии рас Вселенной?

Мы провели в гипертоннеле целых семь часов. Всё это время я дремал, закрывшись в каюте. Иногда просыпался, чувствовал, как вокруг всё плывёт, и снова проваливался в сон. Проснувшись в очередной раз, я понял, что чувствую себя хорошо — значит, корабль уже вышел из гипера.

По случаю прибытия в новую звёздную систему вся команда собралась в кают-компании на небольшое совещание. Нас было десять человек. Руководил экспедицией капитан корабля Корнелиус Вульф — широкоплечий и загорелый мужчина, завсегдатай тренажёрного зала и гроза женских сердец. Он меня недолюбливал… Вернее, терпеть не мог, и это было взаимно. Мне не нравились его надменность, пилотский снобизм и агрессия к тем, кто не разделяет его мнения. А ему претил мой пацифизм и «несерьёзное» отношение к жизни. Но с капитанами лучше не ссориться, поэтому я старался скрывать эмоции.

Харрис О'Харрис — двухметровый рыжий второй пилот, душа компании и балагур, был настолько стереотипным ирландцем, что Ульрих Шеффер шутил:

— Вероятно, он пронёс на корабль лепреконов!

Ульрих и Ричард Трейси были инженерами по терраформированию. Они дружили с детства и представляли весьма любопытный тандем: Ульрих — среднего роста, плотного телосложения и темноволосый, а Ричард — высокий худощавый блондин. Я неплохо общался с обоими, но с Ульрихом было проще, Ричард же три года прослужил в армии и очень гордился милитаристским периодом своей жизни. Я держал мнение при себе, но обсуждать эту тему не любил.

Виктор Семёнов, невысокий и коренастый, неразговорчивый, уже далеко не молодой, но очень добрый и отзывчивый, был корабельным инженером вместе с Максимилианом Бошаном. Максимилиан выглядел так, будто в прошлом работал моделью — белокурые кудрявые волосы, серо-голубые пронзительные глаза, широкие плечи, высокий рост. Он оказался самым закрытым из нас, я почти ничего о нём не знал.

Юна Кан, наш химик, была кореянкой с идеальным, словно кукольным лицом, несмотря на то, что ей исполнилось почти сорок. Она не скрывала, что это работа пластического хирурга, даже гордилась своей внешностью, как гордятся дорогой шмоткой. Что ж, это не моё дело.

И, наконец, наш врач — Наталия Бочанова. Очень приятная юная девушка. Невысокая, пухленькая, круглолицая и очень-очень улыбчивая. Никогда не видел её в дурном настроении.

— Ты опоздал, Мартин, оповещение о собрании прозвучало полчаса назад, — тихо сказал подошедший ко мне Рейн Стилл.

Вот ведь! Я даже не слышал оповещения! Стыдно было проспать в первый же день экспедиции.

— Мартин, как ты себя чувствуешь? — заметила меня Наталия. — Плохо перенёс гипер? Я думала к тебе зайти.

— Уже лучше, — улыбнулся я ей.

Капитан Вульф тем временем включил проектор с картой звёздной системы.

— Как вы знаете, данная система не заселена летающими в космос расами, была плохо изучена и являлась просто точкой, соединяющей два не очень-то востребованных гипертоннеля. Но, возможно, мы сможем изменить это место — предварительные прогнозы показали, что планеты данной системы подходят для создания земных колоний.

Ну да, ну да, началось… А чего, собственно, я хотел: в исследовательскую миссию инженеров по терраформированию не берут. Так и знал, что этим кончится, но надеялся, что мы хотя бы первое время сможем заняться исследованиями, а не ограничиться оценкой пригодности планет для будущей колонии.

— Но, прежде чем подыскивать новый дом для наших сограждан, мы изучим планеты и опишем их, — добавил Рейн.

На душе потеплело — значит, всё же изучим.

— Сейчас Максимилиан и Виктор запустят беспилотные зонды, и мы будем ждать данные, — продолжил Корнелиус. — После чего мистер Ри обработает информацию.

— Мы выберем планету для высадки по результатам этой работы, — уточнил Рейн и внимательно посмотрел на меня.

В его глазах не читалось неприязни, он доверял мне и ждал хорошо выполненной работы. Каким бы ханжой шеф ни был, руководить он умел.

Первая информация пришла с зондов через неделю, и я сразу загрузил их в компьютер и немного напрягся в ожидании чуда. Вдруг мы чего-то не знаем об этой звёздной системе, и меня ждёт знакомство со сверхрасой из моих фантазий?

Но нет. Конечно, нельзя назвать это разочарованием: на третьей и четвёртой от светила планетах с вероятностью 0,93 и 0,95 соответственно имелась углеродная форма жизни, это невероятная удача — целых две населённых планеты. Однако, в глубине души я ждал от своей первой экспедиции немедленного контакта с новой развитой расой. Слишком наивно…

Звёздная система, судя по снимкам, оказалась красивой. Планеты и звезда имели лишь скучные порядковые номера: названия появятся позже, когда их заселят, но про себя я звал звезду Астра. Жёлтая, спектрального класса G1, очень похожая на Солнце внешне, она была немного холоднее, но более «щедрая» на протуберанцы. Первая от неё планета — небольшой газовый шар, зелёный с тёмно-жёлтыми прожилками-ураганами. Я назвал его Яшмой, как полудрагоценный камень с Земли. Хорошо смотрится из космоса, но совершенно лишена органической или силикатной жизни.

Вторая — маленький по космическим меркам кусок камня с тремя крошками-спутниками, больше похожими на заблудившиеся астероиды. Не пригодна для терраформирования из-за температуры. Жизни на этом небесном теле обнаружено не было. Я называл планету просто Красной.

Третья — земного типа. Подходящая для терраформирования, хотя в первозданном виде малопригодна для жизни людей: в атмосфере содержится много опасных для человеческого организма газов. Следов существования животных на поверхности не обнаружено, однако растительный мир блистал разнообразием. Из-за того, что планета находилась очень далеко от звезды и света не хватало, гигантские растения приобрели чёрный цвет. Как же хотелось высадиться и посмотреть на всю эту красоту! Планетка была маленькой, в полтора раза меньше Земли. Я назвал её Чернышом — такой она казалась уютной и милой.

Странная у меня фантазия…

Я рассматривал снимки, сделанные автоматическим зондом с орбиты при большом увеличении, восхищался сказочной красотой растений, так непохожих на земные, и гнал от себя грустные мысли. Обычно «коренное население» планет не переживало терраформирования. Большинство видов погибало после изменения климата, а земные растения и животные обычно «добивали» выжившие эндемики. Такая красота должна была исчезнуть просто потому, что Земля и ближайшие колонии перенаселены?

Четвёртая планета была отделена от третьей поясом астероидов. Я всегда боялся столкновения с астероидами, но знал — мои страхи не обоснованы, наши пилоты хорошо подготовлены.

А вот сама планета оказалась очень необычной. Она была обитаема, но её населяли весьма примитивные создания — простейшие, образующие огромные колонии. Некоторые из них были настолько невероятного размера, что были видны из космоса. Удивительное дело, коэффициент Энри был больше семидесяти: программа настаивала на разумности обитавшей на планете «плесени». Разумная плесень, да уж… Конечно, занятно, но всё равно очень далеко от моих фантазий.

«Не планета, а чашка Петри», — подумалось мне, когда я снова и снова рассматривал снимки, надеясь разобраться. Планета Петри — звучало не очень, да и потомки древнего учёного были бы против, поэтому для себя я назвал её Чашей.

Колонии простейших не могут быть разумными, точка! А коэффициент Энри мог выдать ошибку — общеизвестный для любого космобиолога факт! Подобные ляпы были допущены в случае земных термитников или поселений грызунов на Р'фоссе.

Нельзя было давать Черныша в обиду, потому я немного подкорректировал доклад для мистера Стилла. И всё было бы хорошо, если бы он не зашёл проверить, чем я занят. Цепкий взгляд шефа остановился на мониторе.

— Как закончите — сформируйте, пожалуйста, предварительный отчёт и перешлите на мой коммуникатор, — велел он, но потом заметил, что программа полностью обработала все данные. — Позвольте, я взгляну.

Я не посмел возразить, и Рейн Стилл наклонился над моим столом, изучая полученные выводы с экрана, а потом его внимание переключилось на таблицу, которую я готовил для него.

— Что ж, занимательно. Хорошая работа, но впредь включайте, пожалуйста, в отчёты все важные данные, — нахмурился он, заметив несоответствие. — Пришлите мне без корректировок, я изучу. Через земные сутки нам следует определиться с планетой высадки.

Через двадцать семь часов Рейн Стилл, как и обещал, созвал в кают-компании совещание.

— Мартин, вы неплохо постарались, — именно с этой фразы он и начал. И мне бы обрадоваться похвале от такого человека, но в этом чудился подвох. — Я проанализировал ваши данные и пришёл к выводу, что больше других для терраформирования подходит третья планета. Но, во избежание ошибок, а также в целях изучения, мы высадимся на соседнюю и исследуем её. Возможно, мы найдём там разумную жизнь, а значит, необходимо всё для вступления в контакт.

Команда согласилась с выводами Рейна Стилла, даже наш капитан не стал щеголять своим суперважным мнением, которое имел обычно по любому вопросу. И пока команда обсуждала детали высадки, я забился в угол и оттуда создавал видимость увлечённости процессом, пока мысленно горевал о судьбе Черныша.

Нет, нет, нет, так не должно быть! Одно дело, когда «под Землю» переделывают планету, покрытую колонией простейших, устроившейся прямо на голых скалах, а другое дело, когда ставят под удар такую величественную флору, как черные деревья.

Надеюсь, когда Рейн Стилл убедится, что «жители» каменистой планетки не обладают разумом, экспедиция оставит планету-лес в покое.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Космос обетованный предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я