Отжималы

Роман Викторович Розенфельд

Книга посвящена криминальному бизнесу и методам работы «чёрных кредиторов». Не принимайте книгу как руководство к действию и не нарушайте закон. Не пытайтесь повторить описанные схемы в «домашних условиях», это может быть опасно для жизни и здоровья. Книга основана на реальных событиях и личном опыте автора. Некоторые главы книги содержат жестокие натуралистические сцены и эротические материалы. Произведение не рекомендовано к прочтению детям и впечатлительным людям.

Оглавление

Челябинск и я

Родился я в славном городе Челябинске. Наш милый пролетарский город пользователи интернета окрестили «суровым». Если вы живёте в Челябинске, то не надо ничему удивляться. В 2013 году на наш город упал метеорит. Мощность взрыва составила 500 килотонн, что в 25 раз превышает разрушительную силу ядерной бомбы, сброшенной американцами на Хиросиму. Это вам не какой-нибудь артиллерийский обстрел, тут дело серьёзное. Можно считать, что к нам Тополь-М прилетел, мощность та же.

Взрыв был воздушный, это нас всех спасло. Если бы метеорит долетел до земли, то на месте Челябинской области был бы лунный пейзаж, и вы бы эту книгу сейчас не читали. Подрыв небесного тела произошёл 15 февраля в 9:20 утра. Сначала комната, в которой я находился, залилась неестественно ярким белым светом. Потом долбануло так, что на всю жизнь запомнил. Мне показалась, что планета Земля надвое раскололась.

Дом качнуло. Сотовая связь пропала. В городе одновременно выбило стёкла во всех домах, тысячи жителей получили травмы. Весь Челябинск был засыпан битым стеклом. У Цинкового завода обвалилась часть стены. В городе начался массовый психоз, люди выбежали на улицу. От МЧС никакой информации не было несколько часов. Потом про метеорит версия появилась.

В интернете есть множество видеороликов, снятых челябинцами, которые посвящены падению метеорита. Героем самого интересного ролика стал бывший губернатор челябинской области Михаил Юревич, который рассказывал, что метеорит, возможно, состоял из «жёсткого газа» или «жидкого льда». Бывший губернатор получает твёрдый кол по физике и астрономии. Хотя миллиардерам астрономию знать видимо необязательно.

На первое сентября у нас могут взорваться ёмкости с бромом, и половина города будет задыхаться от едких испарений. С Днём знаний, дорогие ребята. Представьте себе ситуацию: школьная линейка, стоят детишки нарядные с цветами, учителя произносят зажигательные речи, светит солнышко, и поют птички. В какой-то момент любимую школу и деток накрывает огромное жёлто-рыжее ядовитое облако. Школьные годы чудесные, с дружбой, и книгой, и с песнею. И с бромом.

В один чудесный зимний день под лёд челябинского водохранилища ушла маршрутка. Она вылетела за ограждение моста и оказалась на льду. Пассажирам чудом удалось спастись. Они покинули газель буквально за минуту до того, как она погрузилась в ледяную воду. Водителем автомобиля был выходец из средней Азии. Он тоже спасся и пытался оправдываться перед телекамерами на ломаном русском языке.

В северо-западном районе города люди иногда плавают на лодках по улицам во время сильных дождей. Глава города при этом говорит, что не нужно волноваться, природа-де сама очистит ливневую канализацию. Зимой можно увидеть верблюда по имени Гоша, который ходит по центру города. Верблюды в центре российского промышленного города зимой — это вполне естественно, я считаю. Идём дальше по Челябинску. Вы наверняка видели на улицах своего города промоутеров, которые одеты в разные нелепые костюмы. Вот вам челябинский вариант этой профессии [битая ссылка] http://www.youtube.com/watch?v=ZGqjt1toSf0.

В июле у нас может пойти снег синего цвета. Зелёные листья деревьев и синий снег на них. Снеговиков из такого снега лучше не лепить, иначе можно в больницу надолго попасть с ожогами и отравлением. Холодная у нас страна, мороз не только мышцы и кости промораживает, но и души человеческие.

В городе полно заводов и режимных предприятий. Они каждый день выбрасывают в атмосферу тонны вредных веществ. В безветренную погоду над Челябинском висит разноцветный туман, форточки открывать в этом случае не рекомендуется. Ещё у нас по улицам голые женщины ходят. То есть совсем голые, со всеми анатомическими подробностями, это для Челябинска тоже вполне нормально. Может это на спор все делается или девки просто ненормальные, не знаю.

Радостные прохожие снимают «дефиле» на мобильные телефоны и выкладывают ролики в сеть. Наступил век мобильной съёмки. Граждане снимают драки, ссоры, тонущих пловцов и другие непотребные сцены. Самое главное — получить интересный видеоматериал и набрать побольше «лайков» и «репостов». Драки разнимать и помогать людям теперь не модно, главное всё успеть снять на айфон последней модели.

Криминальная ситуация в области весьма напряжённая. Если вы пойдёте вечером по Ленинскому району Челябинска, то вам могут выстрелить три раза в голову. Один выстрел предупредительный и два контрольных. И все три в голову. Так правильные челябинские пацаны решают спорные вопросы. Особенно весёлой в этом плане является улица Челябинского Рабочего. Жители этой сатанинской улицы к трупам на асфальте уже давно привыкли. Выходишь утром из своего подъезда переступаешь через очередного жмурика и спокойно идёшь на работу. Без эмоций.

В Металлургическом районе Челябинска иногда просто нечем дышать, без марлевой повязки или противогаза по улице идти невозможно. Промышленный апокалипсис во всём его страшном великолепии. А ещё над нашим славным городом летают боевые истребители целыми эскадрильями, потому что недалеко от Челябинска расположена авиабаза. Жители города уже не раз с лётчиками судились из-за шума самолётных двигателей.

Теперь немного истории. 29 сентября 1957 года в закрытом городе Озёрске в Челябинской области рванул химкомбинат «Маяк». Образовался огромный радиоактивный след длинной 300 км и шириной до 10 километров, который «зацепил» Челябинскую, Свердловскую и Тюменскую область. Площадь радиоактивного загрязнения составила 23 000 квадратных километров. В радиоактивную зону попали 300 000 человек из 217 населённых пунктов. Сколько жителей челябинской области умерло от радиации никто и никогда уже не подсчитает. Тем, кто обращался к врачам с симптомами лучевой болезни, ставили диагноз ОРВИ или ОРЗ. Облучённые люди таяли буквально на глазах. Дети в семьях жертв радиации рождались с мягкими костями и синдромом Дауна. Официально факт аварии советская власть признала только в 1989 году, т. е. 32 года никакой аварии у нас не было. Маяк засветил на весь мир, что называется.

После взрыва южноуральцы увидели в небе странное розово-голубое свечение. Советская пресса сообщила, что это северное сияние, хотя Челябинск явно не в области полярных широт располагается. Причиной «северного сияния» стали радиоактивные частицы. До взрыва на Чернобыльской АЭС Озёрская катастрофа была самой крупной ядерной аварией в СССР. Небо над нашим многострадальным городом до сих пор временами светится потусторонним светом. На заражённой территории бегают трёхголовые волки и растут грибы размером с кресло. У многих сосен в челябинском городском бору раздвоенные стволы. Эдакие сиамские близнецы растительного мира.

ПО «Маяк» является крупнейшим в России центром, который перерабатывает отработавшее ядерное топливо с атомных электростанций и подводных лодок. На комбинате производят оружейный плутоний для ядерных ракет. С 1953 по 2000 год на Маяке произошло 32 чрезвычайных ситуации, которые сопровождались гибелью людей. Чёртов комбинат, награждённый орденами Ленина и Октябрьской революции, продолжает сливать радиоактивные отходы в реку Теча и озеро Карачай.

В 2005 году на директора комбината В. И. Садовникова завели уголовное дело по статьям 246 и 247 УК РФ. Садовникову также инкриминировалось присвоение 24 336 730 рублей бюджетных средств. В 2006 году дело было прекращено в связи с амнистией к 100-летию Госдумы. Трудитесь на благо Родины и жителей Челябинской области дальше, дорогой товарищ.

Ещё про парочку эпизодов из челябинской жизни расскажу. Есть в Челябинске зоопарк. Как-то туда завезли двух бегемотов из Африки. Однажды в зоопарк пришли пьяные дембеля. Они умудрились взрывпакеты стырить со склада в своей части. Сапёры слегка «доработали» взрывпакеты и мощность пиротехнического средства резко увеличилась. Бегемотов периодически подкармливали посетители. Звери привыкли к угощению и при приближении людей к клетке открывали пасть. К бегемотам подошли дембеля и бросили им в глотку взрывпакеты. Бегемотов разнесло в клочья на глазах посетителей, среди которых было много детей. Дембелям дали срок согласно 245 статье УК РФ. Африканских зверушек угостили по-челябински.

Вторая история. Челябинская городская больница номер пять имеет международный статус учреждения «доброжелательного к ребёнку». Это почётное звание присваивается Всемирной организацией здравоохранения и ЮНИСЕФ. Получить его достаточно сложно. В один прекрасный день охрана «доброжелательной» больнички просто не пустила автомобиль с роженицей на территорию медицинского учреждения. Женщине пришлось рожать в машине.

Родившуюся девочку назвали «Ладой» в честь места её рождения. Такая вот челябинская «доброжелательность». Разразился скандал. Губернатор Дубровский дал указание уволить охрану и заместителя главного врача. К главному врачу применили дисциплинарное взыскание. Начались проверки челябинских родильных домов, которые выявили сотни различных нарушений.

В нашей области есть Коркинский угольный разрез, который является самой глубокой ямой в Евразии. Глубина составляет 500 метров. В какой-то момент туда начал «съезжать» шахтёрский посёлок Роза (назван в честь Розы Люксембург), который находился недалеко от разреза. В связи с этим к нам приехал Путин. Он «опустил» местных чиновников и распорядился отселить людей из опасной зоны. Розу расселили.

В Коркино почему-то все от рака повально умирают. Может в разрезе не только уголёк добывают, но и что-то более интересное? Что-то для производства оружейного плутония на ПО «Маяк». Коркинский разрез — это дорога в ад, путь в подземное царство. Собираются ещё горно-обогатительный комбинат недалеко от города строить. Только его для полного комплекта челябинцам и не хватает. Если вы поклонник экстремального туризма, то вам не нужна Чернобыльская зона отчуждения. Приезжайте лучше в Челябинск. Милости просим к нам в гости дорогие читатели, welcome.

«Карьера» моя началась с детского сада «Колокольчик», где меня били смертным боем мальчики из старшей группы. Я люто ненавидел адский, сладкий молочный суп с лапшой и всегда выливал его, когда воспитательница уходила. Однажды во время «тихого» часа ко мне в кровать залезла девочка из средней группы. Она сняла трусики и все, что у нее отросло к 5 годам, мне продемонстрировала. Девочка сказала, что я ей нравлюсь и должен на ней жениться. Такая вот детская прямолинейность. Я прямо в ступор тогда впал от такой настойчивости.

В мою память врезался один не очень приятный эпизод из детства. Как-то мы ехали с матерью в автобусе, мне лет 5 тогда было. Народу в салоне было много. К матери начал приставать огромный пьяный мужик. Мы от него по всему автобусу бегали. Выйти из автобуса он нам не давал. Пассажиры равнодушно смотрели на всё это и делали вид, что все нормально. Я чувствовал, что происходит что-то нехорошее, но ничего естественно сделать с мужиком не мог. Хотелось плакать, но я сдержался. Мать просила помощи, но салон был абсолютно равнодушен.

Среди пассажиров были крепкие взрослые мужчины, которым на всё было наплевать. Спасение пришло через три остановки. В автобус вошли два паренька лет по 17—18. Как только они поняли, что происходит, то сразу без разговоров дали в морду пьяному амбалу. Мужик был их в полтора раза выше и в три раза шире. Он совершенно не ожидал такого поворота событий. Амбал попытался схватить парней своими огромными клешнями, но пропустил еще один удар в рожу. После этого боевой настрой дяденьки куда-то улетучился. Парни взяли его под руки и вывели из автобуса.

Ребята попались жесткие и не из робкого десятка, хотя они, по сути, еще детьми были. На остановке они дяде еще насыпали и какие-то наставления короткие сделали. Насыпали хорошо, парни спортсменами, похоже, были. Мама заплакала, а я стал её успокаивать. Пассажиры продолжали равнодушно смотреть в окно. В тот день я почувствовал приступ какой-то недетской злобы. Решил для себя, что вырасту сильным и буду действовать как эти два парня.

В школе все расклады поменялись. Я был достаточно крупным парнем и беспощадно бил своих одноклассников. Одному своему недругу я пробил голову стулом. Не до мозгов, конечно, но крови было много. Удар прошел по касательной. Собрали педсовет, вызвали родителей. Учился я, как ни странно хорошо до 9 класса и в общественной жизни школы активное участие принимал. Короче, дело замяли, и мне всё сошло с рук.

После этого эпизода школьные враги перестали меня доставать. Никому стулья из собственной головы не хотелось выковыривать. Семья, в которой я родился, была не совсем благополучной. Это отложило определённый отпечаток на моей личности и жизненном пути. Периодически я убегал из дома, ночевал у знакомых, в подъездах и нежилых помещениях. Несколько раз попадал в спеццентр МВД.

Двор дома, в котором я жил, был ещё тот. В соседней пятиэтажке практически открыто торговали наркотиками. Подозрительные личности мне периодически предлагали «уколоться и забыться». В центре двора постоянно бухала группа уголовников, которые квартирными кражами занимались. Их человек 30 было, не меньше. Уголовный взвод. У одного из них был питбуль, который убивал всех бродячих животных, забредавших в наш двор. От котов и дворняг одни ошмётки оставались.

Питбуль любил тренировать свои челюсти. Он прыгал на метр в высоту и вцеплялся зубами в ветку дерева. Затем он находился в «подвешенном состоянии» 1—2 минуты. Так повторялось раз 15 подряд. Уголовники привязывали к дереву палку на верёвке. Питбуль прыгал, цеплялся зубами за палку и ему устраивали «зубастую карусель». Крутился он так несколько минут, ему это развлечение жутко нравилось. Как-то раз эта псина покалечила прохожего, который сделал замечание пьющей компании. Бойцовская собака — это граната без чеки.

Центровой уркаган группировки был большим романтиком и держал рядом с соседним домом голубятню. Белые голуби периодически кружили над нашим двором. Нажравшись, урки пели песни и метали ножи в окружающие деревья. Иногда во дворе была слышна стрельба. Это уголовники стреляли по бутылкам. Дворовый тир устраивали обычно рядом с детской площадкой. Жители ближайших домов вызывали ментов. Те приезжали часа через три, если вообще приезжали. Когда «синеглазка» доезжала до нашего двора, обычно ловить уже было некого. Участковые сидели в соседнем доме, но никак не реагировали на происходящее во дворе.

Криминальный пролетариат района тоже от блатных не отставал. Рабочие после смены пили водку из горла и закусывали какими-то сомнительными пирожками. Потом начинались страшные пьяные драки. Бухие работяги не щадили ни себя, ни противника. В ход шли различные подручные средства: палки, камни, ножи и бутылки. Если кому-то не разбили об голову бутылку в воскресенье, значит, выходные прошли зря. Уличные бои — это не спортивные соревнования. Здесь всё решают доли секунды. Или ты в морг поедешь или твой оппонент.

В юности я много хулиганил, бил стёкла в любимой школе, курил траву и брил голову «под машинку». Потом был спорт. Кикбоксинг, силовое троеборье, самбо, парашюты. Одна из тренировок по боевому самбо закончилась поездкой в травмпункт. Было сильное растяжение связок, я не мог идти. Домой заполз на коленях. Потом три дня ещё ползал. Самбо — это не спорт, а борьба за собственную жизнь. Нужно выжить и победить. Параллельно со спортом занимался техническим творчеством в научном обществе учащихся. Даже какие-то призовые места на конкурсах городских занимал. Мастерил я вместе с одноклассником каких-то роботов, которыми через компьютер можно было управлять. Забавно всё это вспоминать сейчас.

Первый парашютный прыжок я в 16 лет совершил. Хотел впечатление на девочку знакомую произвести. Со мной сначала несколько друзей собиралось прыгать. В день прыжка у всех нашлись отговорки, чтобы на аэродром не ехать. У кого-то внезапно голова заболела, у кого-то нога. Я поехал один. На взлётном поле как-то героизма поубавилось. Перед взлётом инструктора нас подбадривали рассказами о начинающих парашютистах, которые утонули в ближайших озёрах и запутались в линиях электропередач.

Это юмор парашютный. Так челябинские инструктора морально неустойчивых парашютистов перед прыжком отсеивают. Ещё были рассказы про парашютиста, который приземлился в огородах местного садового товарищества. Садовод преклонного возраста решил, что 1941 год повторяется и погнался с вилами за «немецким диверсантом». Спортсмен получил рваные раны ягодиц и левого бедра, но остался жив.

Аэродром челябинский вообще дурной славой пользовался, как я позже выяснил. То самолёт в воздухе загорится, то парашют не так уложат. Однажды целая группа парашютистов разбилась вместе с самолётом. Первый раз я вообще без обучения прыгал, так как опоздал на инструктаж. Никого этот момент не смутил. Это парашютный спорт по-челябински.

Когда самолёт взлетел, я ощутил животный страх за свою жизнь. У других начинающих парашютистов на лице были те же эмоции. На высоте 900 метров инструктор открыл дверь. Мне предстояло прыгать вторым. У первого парашютиста случилась истерика, он начал орать, что никуда прыгать не будет. Инструктор придал его заднице импульс коленом. Парень вывалился из самолёта. Это только в кино показывают, что парашютист летит, красиво расставив руки и ноги. В реальности перворазники просто «солдатиком» вываливаются из самолета. Самое главное — не открыть парашют прямо в самолете сгоряча.

Посмотрел я в дверь открытую и мне стало не по себе. Внизу были видны коричневые и зелёные квадратики. Панорама открылась интересная: леса, поля и озера. Широка страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек. Представил, как тяжёлый парашют тащит меня на дно озера, а легкие наполняются водой и тиной. Воображение рисовало долгую и мучительную смерть.

Инструктор крикнул: «Пошёл, бл*» и я вывалился из двери Ан-2. Завертело меня во всех плоскостях, потом стабилизирующий парашют открылся, а затем основной. Меня сильно дёрнуло вверх. Купол нормально раскрылся, перехлёстов не было. На высоте очень тихо и нет привычных звуков. Ты просто висишь в воздухе, а земля к тебе сама плывёт. Приблизиться, впрочем, может не только земля, но и другие парашютисты. Столкновение с коллегой по цеху может быть смертельным. Стропы ваших парашютов могут перепутаться, купол погаснет, и вы с ускорением полетите к матушке земле.

В процессе полета нужно разблокировать запасной парашют. Для этого нужно аккуратно выдернуть небольшой красный тросик на запаске. Я про это не знал, на земле не сказал никто. Запасной парашют открылся и начал наполняться воздухом. Это опасная ситуация, стропы основного и запасного парашюта могут запутаться и все тогда, кирдык. Я схватил запасной парашют руками и ногами, купол запаски перестал наполняться воздухом.

Меня отнесло к оживлённой дороге, я приземлился почти под колёса белой «шестёрки». Заложило уши. Водитель открыл дверь и начал мне что-то кричать. Одно ухо у меня отошло, и я услышал его крик: «Ты живой?». Видимо видок у меня был не очень. Погода стояла жаркая, хотя уже 10 октября было. Я собрал парашют и понес его к точке сбора.

По пути мне встретился огромный дядя с татуировкой на половину руки. Он держал за руку свою маленькую дочь. Видимо эта парочка была из соседней деревни. Озорная девчонка со светлыми косичками захотела потрогать парашют, который я нёс. Когда ей это удалось, радости не было предела. Она завизжала от восторга. Детям так мало для счастья нужно. На прощанье она энергично помахала мне своей маленькой ручкой. Я улыбнулся ей.

Некоторые парашютисты «моего выпуска» зависли на деревьях. Их потом сняли и долго мазали зелёнкой многочисленные царапины, которые парашютисты получили при контакте с ветками деревьев. Одна девочка сильно растянула связки при приземлении. Она сидела на земле и плакала от боли. Другой барышне повезло меньше, она приземлилась на попку и получила удар позвоночного столба. Её увезли с аэродрома на «Скорой помощи». На ножки надо приземляться, дорогие барышни. И вместе их держать при приземлении. Не прыгайте никуда, сидите дома, варите борщ или вязанием займитесь. Лучше судьбу не искушать.

Когда дошел до точки сбора парашютистов, очень сильно захотелось пить. Я попросил воды у других парашютистов. Обычная вода показалась мне необычайно вкусной. Никак не мог жажду утолить, все пил и пил. Костюм спортивный порвался местами при приземлении. Когда пришел домой, мама спросила, где я был. Я сказал, что был в библиотеке. Она покачала головой, но ничего не сказала.

Матери пришлось много неприятных ситуаций пережить в жизни. Одно время в Челябинске орудовал маньяк Олег Гуцал. Этот товарищ с матерью в одной группе учился в медицинском институте. Он хорошо знал маму и как-то увидел ее в трамвае. Гуцал побежал к трамваю и хотел в него сесть, но не успел, двери закрылись. Это спасло маму, Олег тогда уже активно убивал знакомых женщин. Мама часто оказывалась на грани жизни и смерти.

Во время очередного парашютного прыжка я порвал сухожилие на левой ноге. Хирург настоятельно советовал после операции играть в шахматы, чем я и занялся через определённое время. Не нужно думать, что шахматы это абсолютно безопасный спорт. Это ошибочное мнение. В порыве ярости проигравший вполне может разбить голову оппоненту шахматной доской или метнуть в глаз ферзя. А доски шахматные достаточно тяжёлыми бывают.

Учился я в своё время на факультете психологии. Нас возили в психушку и областную наркологию с ознакомительными целями. В наркологической больнице была комната с банками, в которых плавали внутренние органы. Навсегда запомнил, как выглядят лёгкие курильщика и печень алкоголика. Богатый внутренний мир личности, так сказать. Областная наркология — это обитель челябинских грешников. Алкаши и наркоманы ходят по помещениям медицинского учреждения целыми стадами, их очень много в Челябинске.

В психбольнице нам показывали разных пациентов. Одна дама свихнулась после смерти сына и начала писать письма в «Академию Авиашвейных наук». Главный инженер был ненормальный, ему мерещились цифры везде и формулы разные. Один товарищ себя пророком считал, и голоса разные слышал. Он раньше электриком работал и видимо перенапрягся немного.

Ещё был один кадр интересный. В прошлом он был охранником в школе. На почве периодических запоев мужик стал себя странно вести. Он ходил по улицам в трусах и домашних тапочках. Время года никак не влияло на его «прикид». Ничего криминального в этом нет в принципе, но трусы и тапочки дополняла бензопила в правой руке и недобрый взгляд исподлобья. Охранник, похоже, был поклонником ужастика «Техасская резня бензопилой» и изображал из себя «Кожаное лицо».

После первой такой прогулки с дядей провели воспитательную беседу рыцари правопорядка. Мужика отпустили, но взяли при этом «на карандаш». Через некоторое время ситуация повторилась. Бывшего охранника опять задержали, но потом отпустили в связи с отсутствием состава преступления. Следующая прогулка была уже с включенной пилой. Взгляд у бывшего охранника стал совсем нехорошим. Население района начало напрягаться и писать письма во все инстанции. Мужика закрыли в дурку, чтобы он своим видом не пугал рабочих, крестьян и трудовую интеллигенцию.

Был в палате бывший владелец строительной фирмы, который в какой-то момент начал «заряжаться» от солнца потусторонней энергией. Это привело к тому, что он убил свою жену и детей. Судебно-психиатрическая экспертиза признала его недееспособным. Некоторые сумасшедшие пишут планы по переустройству Вселенной или совершают мнимые изобретения. Все «великие космические проекты» и «рационализаторские предложения» оседают в ящике стола главного врача. Он их коллекционирует. Кто-то собирает марки и монеты, а главный врач Челябинской психбольницы собирает безумные идеи. Сотрудники дурдома от своих пациентов не очень сильно отличались. Почти все со свистом тоже были. С кем поведешься, от того и наберёшься.

Есть на территории психушки отдельный корпус для невменяемых уголовников. На всех окнах этого корпуса решётки в два пальца толщиной. Там постоянно какие-нибудь кошмары происходят. Пока мы проходили практику в соседнем здании, один из пациентов тюремного корпуса отрезал себе ухо осколком стекла. Затем он попытался съесть свою ушную раковину. Ему вкололи успокоительное и сделали перевязку.

Психические заболевания очень демократичны, они могут появиться у любого человека в любое время дня и ночи. Пол, возраст, уровень благосостояния и профессиональная принадлежность не имеют никакого значения. Шиза косит всех без разбора. Никто от её безумного внимания не застрахован.

Преподаватели на факультете психологии были достаточно специфическими. Один ЛСД периодически кушал, поэтому его достаточно сильно «колбасило» на лекциях. Он закатывал глаза к потолку и говорил на непонятном языке. Когда его «отпускало», он сообщал, что у него только что был сеанс с космосом. Другого препода взяли прямо в институте с поличным. Он брал взятки за сдачу зачётов и экзаменов. Получил три года колонии. Религиоведение у нас вёл слепой профессор. В своё время он попал в ДТП и лишился зрения. На его лекциях мы сидели с открытыми ртами, он очень интересно подавал материал.

Патопсихологию преподавал врач-психиатр, кандидат медицинских наук. Он был очень слаб на женский пол и любил первокурсниц в коридоре зажимать. Как-то по незнанию он зажал в коридоре девочку, у которой парень был чемпионом мира по тайскому боксу. Через пару дней после происшествия препод попал в отделение челюстно-лицевой хирургии. Всем коллегам он сказал, что упал с лестницы. После выздоровления психиатр перевёлся в другой ВУЗ. Муай-тай — это серьёзно.

На факультете учились в основном девушки, поэтому там часто царила тяжёлая психологическая атмосфера. Козни, сплетни, интриги, подставы и коллективные предменструальные синдромы активно калечили мою нежную мужскую психику. В институте мне было очень «душно». Академическая наука не для меня. Учеба закончилась, и нужно было делать выбор.

Кем я только в жизни не был. Работал грузчиком, почтальоном, лаборантом, менеджером по продажам, копирайтером. Одно время торговал сигаретами на рынке (при том, что сам уже давно бросил курить). Но это всё не то было. Моя душа не имела покоя. Никак не мог найти себя.

В течение года я сдавал в аренду собственную трёхкомнатную квартиру. Я «жил» в коридоре, а квартиранты обитали в комнатах. Это была своеобразная арендная рулетка. Никогда не знаешь заранее, что из себя представляет очередной постоялец. Однажды ко мне заселился мастер спорта по тяжёлой атлетике. Он съедал на завтрак четыре яйца, три куриных грудки и выпивал пакет молока. Курицы были не только в тарелке, но и на картинах, которые рисовал спортсмен. Рисовал довольно качественно, надо сказать. Замкнуло его на куриной тематике похоже. Парень был огромный, он с трудом протискивался в дверные проёмы из-за своих габаритов.

В какой-то момент он начал хулиганить и перестал считаться с коллективом. Пришлось его проучить. Мы съели все его деликатесы, которые хранились в общем холодильнике. Он был в ярости, но быстро «потух», когда мы ему объяснили, что с коллективом нужно считаться. В общем, парень не вписался в нашу компанию и я его отселил. Другой постоялец занимался монтажом церковных куполов и умел отлично метать ножи. Весьма странное сочетание навыков, конечно. Он обучил меня правильному обращению с холодным оружием.

Как-то раз комнату снял бывший сержант ВС РФ. У меня в комнате лежал УДАР (гибрид газового пистолета и баллончика). Сержант взял УДАР и случайно выстрелил себе в живот. Ранение было лёгким, он быстро поправился и мы подружились. С другим квартирантом у меня была настоящая война. Как выяснилось, он с предыдущих квартир съезжал только с ментами. Постоялец мастером работал на заводе, много пил и портил имущество в квартире.

Однажды мы с ним подрались. Пришлось вспомнить школу кикбоксинга. Я ему «зарядил» в челюсть «двойку» и он упал, как мешок с гавном. Мастер обиделся и обещал оставить меня без ног. Отселил я его потом, обошлось без ментов. Ноги мои остались при мне. Первого своего квартиранта я взял в дело, о котором расскажу немного позже. «Квартирное общежитие» существовало год, это был очень весёлый период в моей жизни.

В какой-то момент я встал на «тёмную сторону силы» и ушёл в криминал. В каждом из нас сидит преступник. У кого-то преступные наклонности в течение жизни проявляются незначительно. Другие выпускают на волю «криминального джина». Если вы выпустили однажды этого джина, то запихнуть его обратно в бутылку будет уже невозможно. Он будет требовать от вас всё новых и новых криминальных «подвигов». Это как наркотик, всегда хочется ещё.

Первым моим преступлением стал налёт на компьютерную фирму. В одно не прекрасное для компьютерщиков утро к ним пришёл товарищ в медицинской маске с газовым пистолетом в руках. Было это в начале 2000-х годов, сигнализация и видеокамеры тогда были далеко не у всех. На охране многие директора экономили. В фирме у меня были свои «агенты», они слили мне всю информацию о своей конторе: когда выручку привозят, когда народу в торговом зале мало и во сколько бухгалтерию можно будет «обезжирить». Крепости проще всего брать изнутри. «Улов» составил 500 000 рублей, что было по тем временам достаточно солидной суммой.

Преступление осталось безнаказанным. Дальше была серия разбоев в отношении юридических лиц. Совершались они по одной и той же схеме: подкуп сотрудников фирмы, сбор информации, затем нападение. Мне чудовищно везло. Я постоянно выходил сухим из воды. Ни сумы тебе, ни тюрьмы. На разных сомнительных делах я сколотил свой первый капитал. Встал вопрос о том, что делать с деньгами. Я решил заняться делом, о котором речь пойдёт ниже.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я