Осколки мёртвого мира
Олеся Зарксова

Мир, искажённый падением звёзд, разрывает война. Ангелы сеют разрушения, демоны несут спасение, выжившие расы объединяются, и только маги влачат существование вдали от осколков божественных часов. За исключением Сатуры, ставшего одним из первых собирателей. Когда же их компания разошлась, маг решил жить в одиночестве. Вот только непросто убежать от сожалений. Желание сводит Сатуру со старыми друзьями, врагами и магом, который как никто другой жаждет разрушения. В чьих же руках окажется будущее?

Оглавление

Глава 5. Непослушный шарф и Город цветущих вишен

Юзуки

Повозка с торговым товаром останавливается в деревне, неподалёку от Маскарда. И пока зверюшки отдыхают, а кошель их хозяина пополняется, нам предстоит прогулка и осмотр окрестностей. Хоть мы и на землях магов, в деревне полно других существ, к примеру, хвостокрылых. Яркая внешность позволяет им притягивать внимание посреди простых не выделяющихся построек. На роскошные дома эльфов или фей у магов денег не хватит, а вот жадности хоть отбавляй. Да и строить их никто не станет.

Я магов понимаю. Лучше жить в деревянном доме, но иметь кучу мощных заклинаний и прочную защиту. Другим расам о таких мелочах задумываться нет нужды.

Смотря в спину удаляющегося фамильяра, который за мной никогда не ходит и потому хвостом приходится становится мне, я понимаю, что позволяю ему слишком многое. Но, не буду потакать Шихи хотя бы в таких мелочах, он свернётся шарфом прямо на поле боя и не скажет и слова. А мне интересно наблюдать за ним, куда он идёт и на что смотрит. Шихи ничего у меня не просит. Еду ворует с моей тарелки, спит на моей же постели, ходит всегда в одной и той же белой с серыми узорами накидке, серых штанах и ботинках на шнурках. Обычно он язвительный, наглый и безответственный. Часто обижается. Но когда меня нет в его поле зрения, как сейчас, он становится тихим, спокойным и иногда любопытным.

Скучает ли он по прошлому хозяину? Шихи так ничего о нём и не рассказал. Почему тот бросил змея с именем и почему они могут так далеко находится друг от друга? А жив ли он вообще? Если подумать… Он может просто взять и исчезнуть, не сказав ни слова…

Проведя рукой по волосам, окидываю взглядом улицу. И резко останавливаюсь.

Да не может быть… Только не снова…

Оглядевшись по сторонам, я не вижу ничего и никого и близко похожего на своего змеёныша. Даже осматриваю шеи проходящих мимо. Он исчез.

И ведь если Шихи погибнет… я даже не узнаю! Он просто бесследно…

Испугавшись, тут же задумываюсь. Вот так просто он не мог исчезнуть. Если только чтобы посмеяться надо мной. Или это я упустил его из виду. В любом случае, нужно найти его. Пока не натворил ничего и мне не пришлось извиняться перед местными. Даже вспоминать не хочется. Однажды Шихи залез на сломанное колесо, торчащее из воды, и рассказывал страшилки прохожим. А они шарахались и гневно причитали. Причём, оказался виноват я, что заставил себя ждать. В другой раз нарисовал карту и продал случайно встреченному оборотню, заработав себе на знаменитую закуску.

Просто ли это шалости или он иначе не умеет, скрывает ли он за своими поступками ту боль и тоску, с которой заговорил со мной впервые? Не знаю и не уверен, что хочу понять. Мне остаётся только наблюдать и взывать к его совести.

Спустя несколько часов, понимаю, что деревня больше, чем предполагалось. Я даже натыкаюсь на магов с другим заданием: выгнать пауков из пещеры. Оно встречается довольно часто. И ещё одних, очищающих воду в пруду. Тоже нередкое задание. С трепетом вслушиваясь в разговоры, уже теряю надежду найти Шихи до заката. Но, проходя по основной дороге и разглядывая сиреневую траву на обочине, вдруг нахожу свою пропажу, сидящую на краю повозки. Она уже готова к дальнейшему пути, только я опаздываю. Подождав моего приближения, змей усмехается.

— Искал меня?

— Тебя искал.

Вздохнув, я пытаюсь сдержаться. Меня одолевает злость. И потому не замечаю тоскливой улыбки, мелькнувшей на губах беловолосого.

***

Сатура

Раскрыв глаза, с неудовольствием отмечаю приход нового дня. Когда он пришёл, понять сложно. Свет пробивается лучами сквозь плотную занавеску. Учитывая, во сколько мы вернулись, сейчас около полудня. Откинув одеяло, я рассматриваю доски потолка и привыкаю к незнакомым запахам. Рука сама лезет в карман и вынимает шнурок с золотистой полоской металла. Задумчиво повертев её, прихожу к выводу, что это одна из четырёх деталей, идущих по краю.

Ох, ангелы. Мне ведь ещё и собирать их придётся… Если осколок идёт по краю, то целые часы будут примерно с половину ладони. Как-то маловаты они для божественного артефакта. Совсем не внушают трепет, только раздражение.

Осмотрев шнурок, завязанный вокруг осколка, всерьёз задумываюсь, как прицепить его на свою цепочку. Отверстия, как у стрелки, у него нет. Точно, я же забыл про талисман доброжелательности и удачи. Никто и не догадается, что внутри настоящая удача. А вот от шнурка следует избавиться. А то он странный, блестящий. Не дай ангел, заколдованный или проклятый. Потянувшись, взъерошиваю волосы и оттряхиваю одежду, затем встаю и бодрым шагом направляюсь в гостиную.

Повезло, что для нас нашёлся пустующий дом… И что мы на землях магов. В других нас бы не приняли так просто. И где в такую рань носит льдинку?

Зевнув, нахожу на столе оставленный обед. Порции две, поэтому сомнений в отсутствии Миори нет. Но я не гордый, скорее, голодный. Поев в одиночестве и тишине, я с наслаждением потягиваюсь. Сквозь открытую дверь и занавеску проходят лучи света и тёплый ветерок. В уютной комнате полумрак. Я лениво рассматриваю вещи хозяев: книги, плед, цветы, картины, самодельные игрушки. Даже рисунок на стене.

Наверное, здесь жила семья с ребёнком…

— Семья…

На краткий миг перед глазами встаёт картина родного дома. Но уже после смерти родителей, те тусклые и холодные дни ожидания и иллюзий. Раньше я тоже ел один и сидел днями в тёмной комнате, ожидая их возвращения. Может быть, ждал бы и по сей день, если бы меня не посетила крохотная мысль использовать часы. Маленький ничего не знающий ребёнок не мог понять, что стрелка не может вернуть мир на несколько дней назад, не может вернуть мёртвых к жизни.

Резко встряхнув головой, смотрю на комнату с враждебностью. Вся её безмятежность становится тяжёлой и сложной картиной. Внезапно по глазам бьёт свет, и я морщусь. Все дурные мысли тут же меня покидают, словно испугавшись.

— Сатура, ты проснулся?

— Миори…

Не найдя, что сказать, разглядываю девушку. Ей пришлось купить в деревне другую одежду. Но я не ожидал, что она найдёт чёрное платье до колен с длинными рукавами и белой вышивкой. Ещё и волосы подвязала в два хвостика, спускающиеся до локтей. Я бы не узнал её, если бы она зашла молча.

— Что, не нравится? — обиженно тянет льдинка.

— Мне всё равно. Лучше скажи, что там с твоим заданием.

— Я получила награду. В деревне ждал заказчик и сказал, что теперь жители вернуться в Ледяной город. Рассказывать о случившемся я не стала.

— И правильно. Ведь ничего не случилось, так, Миори? Ничего.

Девушка обиженно молчит. Но долго её выдержка не длится.

— Ты выполняешь какое-то опасное задание другой расы? Поэтому ничего не можешь рассказать? Или ты подобрал ценный амулет, о котором ничего не знаешь?

Взглянув на льдинку исподлобья, я молча изумляюсь.

По моим действиям сразу было видно, что я очень даже осознаю, какой предмет беру в руки. И помнится, она обещала подавить любопытство.

Подперев щеку рукой, спокойно отвечаю:

— Сия тайна… должна оставаться тайной, Миори.

— Хватит повторять моё имя! Ты сам ходячая тайна, Сатура!

— Ха-а?

Подавив рвущийся наружу сарказм, прикрываю глаза. Если не могу удержаться от колкости, лучше промолчу. Мне придётся постараться больше не оставлять сожалений. Не говорить лишнего, не поступать необдуманно. Не рисковать.

Наверное, я обзавёлся ещё одним врагом… Юзуки. Слышал я о его деяниях. Да и та странная пара мне не нравится. Я более известен, чем казалось. Пора заканчивать игры, не дети малые. Но так просто разрушить стену, которую я два года выстраивал…

— Дам тебе половину награды, если скажешь, о чём сейчас думаешь!

Вздрогнув, удивлённо приподнимаю брови. Я не против сказать.

Но что она сделает, узнав, что спасти её меня попросил фамильяр неизвестного мага? Точно не будет в восторге. Хотя, было бы правильнее сыграть роль плохого мальчика до конца и принять её предложение. Ведь из-за Юзуки у меня в кармане только книга, лист с заданием и приобретённая часть часов. Я отдал последние монеты за место в повозке.

— Скажу просто так. Я думал о возможных врагах и что, скорее всего, больше не вернусь в Ахэйр. У меня есть важные дела. К примеру, найти одного… мага и задать ему много вопросов. И потом отправиться в другие места.

— Что…

Подняв руку и перебив собеседницу, усмехаюсь.

— Как выполним моё задание, я верну тебя в Ахэйр и соберу вещи. Прости, но это конец. Ты помогла мне два года назад. Я ценю тот день, хоть и есть о чём сожалеть. Но твоей вины нет. Я уважаю людей, помогающих другим. Однако сам таким не являюсь.

Поднявшись и потянувшись, передаю девушке листовку. И, выйдя на улицу, щурюсь от солнца. Шум голосов и шагов оживляет её и наполняет душу спокойствием, придаёт желание заняться чем-то обыденным и забыть о невозможном.

Но я дал обещание… И придётся выполнить его.

Проверив фамильяров, всё ещё мирно спящих, направляюсь к рынку.

Если так пойдёт, опущусь до сбора трав и их продажи… Или начну делать что-то своими руками… Нужно ещё найти повозку и купить еды. Хватит ли?.. У меня осталось пять лепестков, а об их особенностях я так и не узнал…

Услышав что-то, я останавливаюсь посреди улицы. Тонкая и хрупкая мелодия. Она исходит не из вне, а изнутри. Кажется, она снилась мне сегодня. Мелодия и голос феи.

Не важно.

Закрыв глаза на минуту, иду дальше. Получив пять монеток за лепестки, я сильно удивляюсь. И, оценив реакцию, смело представляю лес с грибами и себя с мешком. Такова жизнь магов. Монет нужно много, но ангела с два заработаешь. А вот с повозкой оказывается сложнее. Не то чтобы они не ходят, просто сейчас нет ни одной. Странный розово-алый туман, выходящий за пределы Города цветущих вишен, пугает мирных существ. Посоветовавшись с льдинкой, мы решаем идти пешком. Благо тут всего два дня пути.

Почему в заказе о тумане ни слова? Пусть это С, можно было и уточнить. И что опять за шутки? Очередные духи на мою голову? Или беды из-за кристаллов? Насколько я знаю, они там есть. Ох, если бы всё было так просто…

— Сатура, а что ты читаешь? И удобно ли тебе на ходу? Дорога неровная.

— Да?.. Ну, будет кочка или ямка, скажешь.

***

Юзуки

Город, к которому приближается повозка, первым замечает Шихи. Большую часть пути он пытался разговорить хозяина и потому отлично видел её. Мы прощаемся со злым возничим у самых ворот, и я смотрю на солнце, чтобы определить время.

— Около полудня, — довольно усмехается сероглазый.

— Начинаешь приносить пользу, — хвалю его.

Когда звуки колёс по неровной дороге стихают, на город опускается тишина. Дома стоят ровно. Осмотревшись, мы не видим ничего необычного. Как и обычного. Ни одного прохожего, ни единого голоса. Даже небо кажется каким-то тёмным, отбрасывающим огромную тень на просторные улицы. Взглянув на зависшие в воздухе прозрачные кристаллы, я вспоминаю разговор в таверне. Одни только кристаллы не могли так сильно изменить город, в котором полно магов.

Да и просить незнакомцев о помощи, когда под рукой есть свои силы, тоже необычно… Возможно, потому что здесь нет их места сбора.

Раздавшийся неподалёку грохот привлекает наше внимание. Увидев взвившийся столб дыма, я спешу к нему, по пути призывая цепь, чтобы фамильяр никуда не подевался, что было бы неудивительно. Он и не на такое способен.

— Эй, бежать с этой штукой неудобно! Я и сам пойду!

— Не любишь, когда тебя ограничивают? Ты ведь и сам с собой так поступаешь.

— Что?! Ты всё это время и без меня справлялся. Для того, кто меня просто пожалел, ты требуешь слишком многого. Я оружие, а не разделочный нож! Я затуплюсь, если тыкать мною во всех под ряд…

Удивлённо обернувшись, приостанавливаюсь. Смутившийся парень отворачивается, словно коря себя за лишние слова. Я знаю, что ошейник не делает его счастливее, но не догадывался, что настолько. Поразмыслить над его словами мне не даёт приближающийся шум. Я тяну змея в переулок и наблюдаю за улицей из укрытия. Что-то врезается в один из домов, поднимая пыль. С грохотом откинув кусочки развалившейся стены, на дорогу выходит девушка с тёмными крыльями, лишь местами покрытыми перьями. Светло-серые длинные волосы сливаются с цветом кожи на руках.

— Ангел… — делится предвкушающей улыбкой Шихи.

Ангел?..

Условно они сильнейшие и самые жестокие существа. Судя по тому, что вижу я, ангел проигрывает кому-то в битве. Увидев свою цель, она мчится вперёд. Я осторожно выглядываю из-за угла, поцарапавшись о камень, и рассматриваю ещё одну девушку.

Белые короткие волосы, глаза скрыты за белой маской без прорезей для глаз, вместо крыльев только голые кости. Полы белого безрукавного плаща расписаны красными узорами, похожими на кровь. В тонкой белой руке зажат хлыст, соединённый из позвонков. Когда он соприкасается с землёй, слышится перестукивание костей.

— Кровавый… — улыбка Шихи становится безумной.

Я крепче сжимаю цепь. Сам я впервые вижу представителей сильнейших рас, но для него этот раз, по-видимому, не первый. Не заметив ненависти или гнева в серых глазах и убедившись, что он никуда не рвётся, возвращаю внимание бою. Увернувшись от хлыста, ангел подкрадывается ближе и цепляет когтями плащ противника. Взмахнув крыльями и поднявшись в воздух, беловолосая направляет поток воздуха и сносит край крыши, рядом с которой находится наш пункт наблюдения. Потянув змея в проход, едва успеваю избежать участи быть погребённым под тяжёлыми обломками. Некстати вспоминаются недавние слова:

«Знаешь, я тут подумал… Что стал бы оружием, которое ты желаешь, в сражении с ангелом или кровавым».

Раз они сильнейшие мира сего, я думал, у меня кровь застынет от ужаса, который мог предстать перед глазами. На деле бой не вызывает у меня впечатления. И Шихи выглядит немного разочарованным. Просто ли это желание сразиться с кем-то сильным или личная неприязнь, мне не узнать.

Звуки сражения продолжают звучать, пока я ищу выход из западни. Когда нам удаётся выбраться через склад на соседнюю улицу, Шихи тянет меня назад.

— Ты считаешь, что справишься с ними? — задаю вопрос, натягивая цепь.

Парень хочет ответить, но, изворачиваясь и шипя, словно пойманный в удавку змей, только отводит взгляд и тихо произносит:

— В умелых руках я бы…

Стена за его спиной рушится. Я с силой дёргаю цепь на себя, ловя растерянного фамильяра. Конец хлыста тянется к нам и не достаёт пару шагов. Сомнений в том, что нас заметили, не остаётся.

— Извини, я не любитель сражений.

— И ты не прогонишь их из города? — всё ещё пытается убедить меня змей.

— Они и сами уйдут, когда получат желаемое. Наверное, здесь был осколок артефакта, который они не поделили. К тому же, мы в Маскарде. Одном из самых больших городов магов. Если бы маги захотели им помешать, сделали бы что-нибудь. Но потому мы и не участвуем в поисках часов, так как сил наших для сражения с другими расами не хватит. Война нас не касается.

Поморщившись, Шихи сдаётся и бежит за мной.

— Не слабость не позволяет вам воевать. Вы слабы, потому что отказываетесь от сражения, в котором даже не пробовали участвовать…

Не обратив внимание на бормотание сероглазого, я прислушиваюсь. В скором времени все звуки стихают, хоть уходим мы не так уж и далеко.

— Ты маг или нет? — возмущается фамильяр.

— Я использую магию для помощи слабым, а не для развлечения.

Взглянув на недовольного змея, пытаюсь придумать, как его утихомирить. Иначе он будет только мешать выполнять задание.

Желанная встреча так сильно на него повлияла? Радостным он не выглядит, скорее, непривычно расстроенным.

— Слабые так и останутся слабыми, если им постоянно помогать и защищать, — ещё сильнее хмурится он. — Я могу помочь тебе исполнить желание. Но ведь у тебя его нет. Нет воли сражаться. Тогда зачем я тебе? Защищать тебя от мелких монстров я не буду.

Желание?..

— Оружие создано убивать. Но оно может быть применено и для защиты. Шихи ты не оружие, ты фамильяр. Ты помощник мага, а не его меч. Магу не нужен меч, ведь его оружие магия. Фамильяр усиливает и поддерживает мага, защищает его. Он становится оружием, лишь когда маг не может использовать магию.

Вздрогнув, Шихи прикусывает губу и отворачивается.

— Убивать монстров я не буду.

— Монстров? Каких ещё монстров, Шихи? Мы здесь не для этого.

Он сам не свой… Я сказал что-то, что задело его чувства?

— Запах, — забыв об обиде, парень поворачивает голову на восток. — Сладкий и горький. Я чувствую жажду крови. А ещё магов неподалёку.

Связанно ли это с появлением тех двоих?..

— Для шарфа у тебя невероятный нюх.

Кинув на меня острый взгляд, парень уходит прочь. Цепь я отпускать не решаюсь, потому приходится идти следом. И, смотря под ноги, не могу выкинуть из головы пронизывающие насквозь глаза. Холодный дикий взгляд, словно на тебя смотрит змея, а в следующий миг прокусывает шею. Яд растекается по крови, а ты всё не можешь сбросить оцепенение.

Кто же он… такой?

Следуя за сомнительным помощником, что приводит меня к высокому зданию с колоннами, я оглядываюсь. Кое-где видны заметные следы разрушений. Бой коснулся и этого места. Поэтому-то на улицах никого не видно. Войдя в здание, мельком оцениваю настроение беловолосого. Опустив голову, он совсем не интересуется окружающими вещами. И, пока не услышит нечто интересное, вряд ли её поднимет. Мысленно кивнув себе, поворачиваюсь к холлу и тут же вижу нескольких магов. Заметив меня, они перестают разговаривать.

— Добрый день, — проявляю учтивость. — Я приехал в Маскард по заявке, но вижу, сейчас у вас есть дела поважнее. Ангел и кровавый покинули город. Только, кажется, к нам движется что-то ещё.

— Ты, случаем, стражей границ не видел? Для них тут полно работы. Или, может, желаешь сам вызваться? Сейчас городу не помешает пара лишних заклинаний. Хотя, лучше бы уже исправили небесные камни…

Стражи границ… Монстры, значит…

— Думаю у них везде полно работы, — машет ладонью второй маг. — Было и стало ещё больше в последнее время.

— Из-за кристаллов? — спрашиваю, чтобы поддержать разговор. — Слышал, они перестали работать. Может, на русалок напали? Если так, восстановят камни нескоро.

— А я слышал, что у эльфов проблем не возникло, — жалуется второй. — У них самые защищённые земли. Что до нас, то вряд ли дело в камнях. Ведь нашествие происходит к вечеру и это странно. Да ещё и туман какой-то над городом возникает.

— Пока мы пытались выяснить о нём, прилетели два монстра и начали крушить всё вокруг!

Нашествие монстров… Да откуда им взяться? Кругом города и деревни магов. На наших землях монстрам прятаться негде.

— Запах… усиливается, — вскидывает голову Шихи. — Пахнет кровью и цветами. Яркий, нет, бледный… Пусти меня, свернусь шарфом, пока он не пройдёт. Если не сделаешь, как говорю, я сверну тебе шею.

В доказательство своей серьёзности змей поднимает руки. Вздохнув и поняв, что пользы от него всё равно не будет, я отзываю цепь. Тут же шею обхватывает мягкая ткань.

— Хе-х, бывает, — сочувственно качает головой маг.

— Мой, вообще, истерику закатывает, если призываю его в ночное время, — кивает второй. — Но не об этом. Что твой сейчас сказал? Запах? Я ничего не чувствую.

Переглянувшись, мы выходим на улицу и оглядываемся по сторонам. Становится всё темнее, но в воздухе нет никаких странных запахов. Возможно, их ощущают только животные.

Кровь и цветы… Яркий и бледный… Восток и вечер…

Взглянув на в ту сторону, вижу лишь тёмные тучи.

На востоке Город цветущих вишен, куда отправился Сатура. Справится ли? Обычно сведения таких заданий заранее не оглашаются. Цветы… Не может быть… Выходит, пока он не закончит своё задание, мне не закончить своего?

— Приближаются! — надрывается голос сверху. — Всем свободным магам, страже и мечникам занять позиции! Южные ворота открыты!

— Пошли, поможешь, маг по заказу, — хлопает меня по плечу первый. — Если город не спасём, награда достанется зверюгам. А поможешь, и тебя наградим!

Возражать и искать отговорки не вижу смысла. Ведь оправдываться нечем. Да, я не люблю сражения, но владею боевой магией. А её изучение уже ответственность.

«Я чувствую жажду крови».

Наверное, звери чувствуют запах крови и идут сюда. Но откуда столь сильный для них и неощутимый для нас запах? Неужели, и правда, придётся ждать помощи от того нахального юноши?..

***

Сатура

Лепестки с шумом гуляют по городу и обманывают его жителей, заставляя думать, что идёт дождь. Их нежный цвет ласкает душу, а шуршание умиротворяет. Наблюдая за падением лепестков вишен, можно ощутить прилив вдохновения. Розовые деревья видны на каждой улице. Их так много, что сверху наверняка похоже на то, что город тонет в розовом облаке. Большом таком и пушистом. Множество лепестков с шумом проносятся над головой.

Попав в сей очаровательный омут, любой остановится и подумает, что попал в сказку или мир грёз и волшебства.

Но стоит наступить ночи, как они меняются, словно лунные оборотни. Лепестки обагряются кровью и их вид навивает страх, а то и безумие. Багровый цвет сводит с ума и заставляет потаённые желания освободиться. Вишня начинает таять и темнеть. По округе разносится капающий звук. Поднявшийся ветер срывает красные цветы, рвёт и мечет их в небе. А от дерева начинает исходить багровый туман, сладкий и пьянящий, отвращающий и пугающий. Он застилает все улицы, словно окуная их в грех, и, кажется, вот-вот прольётся дождь из крови.

Оказавшись в пленительной клетке алых цветов, как и в Ледяном городе, я начинаю видеть в лепестках осколки прошлого.

Маленький деревянный дом без двери.

Потухший костёр в окружении высоких камней.

Пылающий в огне город.

Город, покрытый леденящим одиночеством.

Запах соли и железа настойчиво окутывает со всех сторон, словно взывая к душе и показывая, какой она является на самом деле. Красные лепестки пытаются обнажить ту боль, что спрятана за сомнениями, тоской, встречами и мыслями. Шёпот дождя напоминает о содеянном и призывает отдаться чувствам, утонуть в них и дать себе волю.

Перед глазами пролегает тень, а губы растягиваются в ухмылке против воли. Меня затягивает в ворох лепестков. Мысли уносит ветер и сердце мчится вслед за ними. А всё, что остаётся у меня, тело, воспоминания и обнажённые чувства. Я смеюсь и пытаюсь сосредоточиться на ладонях, чтобы отогнать ненавистные воспоминания. Вижу знакомые лица, но не слышу слов. Их заглушает рёв ветра. Ощутив укол боли в груди, истошно кричу, словно желая освободиться от чего-то. Но прошлое не исчезнет. Я это знаю, как никто другой. Оно будет преследовать меня как собственная тень. И со временем станет больше.

Мелодичный звон приводит в чувство. Резко распахнув веки, по-прежнему вижу багровый занавес. Но он становится тихим и далёким, словно передумал принимать меня в свои объятия. С шумом выдохнув, сморю на кровавую линию, пересекающую ладонь. И она растекается, словно рождая новый цветок. Передёрнувшись, я отряхиваю ладонь.

— Сатура!

Девушка с длинными голубыми волосами бросается мне на шею. Опешив, я ещё не могу прийти в себя окончательно и разобраться в происходящем. Помнится, лишь, что мы прибыли в Город цветущих вишен. Улицы были залиты мягким светом, шуршали лепестки вишни.

— Сатура… Ты пришёл в себя? Как ты?

— Немного не понимаю, что происходит…

Вглядываясь в красные лепестки, я ощущаю страх. Хочется убежать. И, если бы не помеха в лице девушки, наверное, не сдержался бы.

— Когда вишня покраснела, ты засмеялся и ранил себя, а потом закричал… Я очень испугалась и звала тебя… но…

Мм-м, да… Что-то такое…

Отстранив голубоглазую от себя, опускаю взгляд. Книги на месте.

— Нори, Цуми, вы как там?

«Всё хорошо, господин».

«Всё в порядке, хозяин».

Взглянув на обеспокоенную льдинку и её браслет, провожу рукой по лицу.

Что это было?.. Почему только я почувствовал это?

— Не выпускай… фамильяра, — с трудом произношу. — С городом что-то не так… Я просто не могу спокойно находиться здесь. Кажется, словно на меня капает кровь, её запах… Красный туман… В нём что-то есть. Вокруг нас…

— О чём ты? Я вижу красные лепестки, но больше ничего не чувствую.

Скосив взгляд в честные голубые глаза, я осматриваю дома и улицы вокруг. Всё повязло в непроглядной алой ночи. Ощутив чьё-то приближение, я оборачиваюсь. И вижу выходящие из тумана лапы, оставляющие борозды от когтей.

— Они пришли на запах… Быстро! Наверх!

Отдав приказ, я хватаю Миори за руку и бегу к первому попавшемуся дому. Хотя, доверять своим глазам сейчас нельзя. Если бы только можно было разобраться в происходящем.

— Живее! Или огромного волка с алой шерстью позади ты тоже не видишь? — не скрываю язвительности. — Уж его-то сложно не заметить.

— Я вижу! — обиженно злится Миори. — Но почему мы убегаем?

Уже забравшись на крышу, я в непонимании смотрю на девушку. Не то чтобы она спрашивала очевидное или задала глупый вопрос. Просто ответить мне нечего.

— Тогда я предоставлю их тебе?

— Мне убить их?!

Я усмехаюсь и тут же беру себя в руки. Несколько зверей с красной или бурой шерстью подходят к дому, на крыше которого мы остановились. Некоторые начинают рвать глотки друг другу.

Эта шерсть… Кровь…

Взглянув на затянутое алыми облаками небо, я различаю небесные кристаллы. Они, похоже, отключены.

— Я ничего не вижу из-за тумана. Уверен, что его испускают деревья. Заклинание или, быть может, яд? Нет, это чувство…

Неужели то же самое, что и в Ледяном городе?

— А, точно, Сатура! У тебя на шее что-то светилось, когда ты закричал.

Дёрнув рукой и сжав кулон, я вспоминаю слова, услышанные в деревне.

Из-за алого тумана никто не приближается к городу… И задание, что я получил…

Взглянув на голубые вспышки заклинаний, задумываюсь. Скорее всего, такое с городом происходит лишь в ночное время. Ведь мы прибыли сюда к закату и видели нормальные вишнёвые деревья. Так же как в Ледяном городе. Но такого похожего случая быть не может. Либо здесь осколок, либо причина в ином. Хоть в голове и вертится что-то знакомое, ухватить мысль никак не получается. Что-то с силой толкает меня вперёд, и я едва удерживаюсь на крыше.

— Сатура!!

Ощутив боль и нечто живое на спине, я вскидываю руку и призываю бурю. То же заклинание, что и в Ледяном городе разорвало духов. Подняв вторую руку, призываю пламя. Два заклинания вертятся и сливаются в одно, расплёскивая вокруг кровь и запах палёной шерсти. Я слышу крик Миори, но не останавливаюсь, пока заклинание не сходит на нет само. Ноги подкашиваются, и я падаю на колени. Левую лопатку обжигает болью, да и из ладони кровь капает. Лицо и открытые участки тела горят от лёгких ожогов.

Ну я же не новичок в магии!

Мысленно взвыв, понимаю, что сорвался. Или нет. Не смог контролировать жажду крови. Мне захотелось убить одержимых зверей. Если бы пришло в голову использовать что-то более мощное, я бы не только себя, но и Миори убил.

Всё потому, что после встречи с фамильярами я перестал использовать магию. Она по-прежнему рождает хаос. Ведь я намеренно изучал магию ради разрушений и массовых убийств. И всегда сражался один. Даже глаза не хочется открывать… Теперь улица пропитана настоящим запахом крови.

Приоткрыв глаза, осматриваю девушку. Она не выглядит раненой, наверное, успела заслониться. Поморщившись, стараюсь шевелиться как можно меньше.

— Миори… не охладишь меня немного?

— Сатура! Что ты наделал?!

Хотел бы я знать… Нет. Не хочу.

Закрыв глаза, тут же чувствую спасительную прохладу.

— Позже… объясню. Спасибо.

Боль становится терпимой. Не скажу, что я часто получаю ранения. Сейчас мной движет несколько иное и отвлекает от собственных ощущений. Поднявшись, тут же отворачиваюсь. И вижу скачущую по крышам тень. Рука поднимается сама собой и с неё слетает заклинание.

— Сатура!

Моё заклинание сталкивается с другим. Первая пришедшая в голову мысль пугает, но, почувствовав руку девушки на плече, вижу приближающийся к нам силуэт мага.

— Я рефлекторно… — произношу без раскаяния.

— Хм. Рефлексы у тебя… — протягивает прыгнувший на нашу крышу парень, — …не особо мирные. Убивать магов нехорошо, знаешь ли. Если задуматься, маги, вообще, не убивали себе подобных. Никогда.

— А-а, извините его. С ним что-то странное происходит, — вмешивается льдинка. — Он едва не сжёг себя своим же заклинанием! И всё это…

Ощутив себя фамильяром, за которого извиняется хозяин, я оглядываюсь.

А туман немного рассеялся… Из-за меня.

Заметив мой взгляд, маг в капюшоне протягивает руку.

— Вы ведь прибыли по заданию? Я провожу вас в башню коменданта, и я, собственно, его помощник-маг. Городской маг, иными словами. Прошу за мной. Помощь нужна, парень?

— О нет, — протягиваю с усмешкой. — А то ещё рефлексы проснутся и сверну тебе шею.

— Сатура, не груби заказчику, — упрекает Миори. — Если тяжело идти, я помогу.

— Сам справлюсь!.. — перехожу на шипение.

Обращаются со мной как с новичком, а то и хуже, как с ребёнком. Ни телом, ни ростом на свой возраст я не тяну, конечно. Но мне с виду можно дать хотя бы восемнадцать. Миори и то меня младше… А-а! Почему меня беспокоит такая чушь?

Глубоко вдохнув и успокоившись, следую за провожатым. Вокруг него мерцает защитный барьер. Скорее всего, от тумана. Стоит войти в его омут, как мысли плавно ускользают, а веки тяжелеют. Я пытаюсь сопротивляться, но сверху что-то нависает и не позволяет сделать ни шагу прочь. Подняв руку, призываю заклинание в попытке освободиться. Помимо резкой боли и темноты, ничего не добиваюсь. Плавая в темноте, начинаю постепенно спускаться ко дну. Рядом мелькают вспышки воспоминаний. Не сдерживаясь, я бросаю в них слабые заклинания, барахтаясь в тяжёлом красном мареве, словно ребёнок, не желающий принимать правду. Вскоре силы покидают тело, и я позволяю тьме поглотить себя. Но не остаюсь в ней один. Тишину нарушает хрупкий звук мелодии.

Какой… спокойный звук… Словно слёзы разбиваются о прутья клетки…

Звук стихает, и я приоткрываю глаза. Тусклый свет пробивается через занавески на окнах, едва освещая комнату. Оглядев несколько предметов, никак с собой не связанных, наконец, осознаю своё положение. Сев на скамье, которая послужила постелью, рассматриваю бинты на своём теле. Обе руки, шея, спина. Потрогав лицо, чувствую только лёгкую повязку и тут же раздражённо срываю её.

«Господин?»

«Очнулся».

Увидев свои книги на столе, тянусь к ним и вижу сложенную рядом одежду. Моей прошлой нигде не видно. Если припомнить вчерашнее, она, должно быть, заляпана кровью. Натянув почти то же самое: чёрные штаны, рубашку и сапоги, взъерошиваю волосы. Чувствую себя на удивление хорошо. Обвязав шнурок вокруг талии, я спешу покинуть комнату и осознать своё местонахождение.

— Как я здесь оказался?

Видимо, до сего страдая от скуки, фамильяры оживляются и принимаются в подробностях рассказывать мои приключения. Так я бы не назвал то, что сделал. Но наблюдать, как говориться, всегда веселее.

— Выходит, я напал на своих спутников, а потом потерял сознание?

«Не переживай, господин!»

«О твоих ранах позаботились мы! Выгнали противных магов и спрятали твои осколки в себе на всякий случай».

— Разве вы можете вернуться без разрешения?

Я хмурюсь и проверяю пропажу кулона.

«Если посчитаем, что господин в опасности, до минования угрозы для его жизни».

— Ох… Такое ведь происходит впервые?

«Несомненно, ты стараешься беречь себя».

— Мне показалось или я услышал недовольство в твоём голосе, Нори? Если я не буду себя беречь, то сидеть вам у древа вечно. Пока не найдётся ещё один бесцельно слоняющийся по миру несчастливый, но везучий маг.

«Несчастливый и везучий хозяин, ха-ха».

Цуми смеётся. Я тоже улыбаюсь, только совсем не весело, а наоборот. С такой вот зловещей улыбкой я спускаюсь в просторную гостиную. На диванах напротив друг друга расположились Миори и светловолосый парень.

— Что-то это не похоже на башню коменданта, — ядовито замечаю.

— Мы в соседнем, то есть моём доме, — разводит руками маг. — Присаживайся и перекуси с нами. Как твои раны? Твои фамильяры достаточно хорошо позаботились о тебе?

— Не любезничай со мной. К делу. Наше задание в том, чтобы убрать алый туман, наползающий на город по ночам? — я сажусь рядом с девушкой, и она наливает мне чай, хоть никто и не просил. — Думаю, он исходит от деревьев и привлекает животных в округе. Чуя запах крови, нет… Из-за тумана они впадают в безумие…

Запутавшись в своих размышлениях, подношу руку к губам. Перебинтованные пальцы только отвлекают.

— Да. Задание, в самом деле, выяснить причину происходящего, — кивает маг. — И в зависимости от ваших действий, награда изменится. Наши маги уже преподнесли несколько предложений, но, обсудив их, мы пришли к выводу, что такое не годится.

— Ага. Знаю. «Давайте срубим деревья» — было первым в списке. Что известно?

— Сатура… поешь немного? — льдинка протягивает мне чай. — Сейчас день, спешить особо некуда.

Кивнув, принимаю чашку, но голода не чувствую.

— Известно только то, что деревья темнеют при наступлении темноты. Затем приходят животные и нападают на жителей, некоторые убивают друг друга. Они бродят по городу и уходят под утро. Некоторых находили под деревьями.

Откинувшись на спинку дивана, я смотрю в чашку. О произошедшем вчера оба не проронили ни слова. Фамильяры не могли мне солгать.

Так почему они молчат? Где грозные обвинения?

— Из сказанного выше… Я не услышал о тумане. Расскажи всё. Шум, запах, вид города и неба. Больше сведений. Как давно всё началось? Случалось ли до этого что-то странное?

— А-ха-ха, я смотрю ты серьёзнее, чем выглядишь, — шутливо поднимает ладони светловолосый. — Ни о каком тумане или шуме мы не знаем. А началось не так давно, с момента исчезновения небесных кристаллов. В первую ночь, ярко светила луна. Но ничего не случилось. На следующий день весь город был в красных лепестках, и на вторую ночь всё стало таким как есть.

— Небесные кристаллы ни при чём, — возражаю в первую очередь. — Они только защищают город от вторжения существ, не являющихся разумными. Значит, никто из магов города не видел туман и не сходил с ума?

Почему же… лишь я? Воспоминания…

— Нет.

— Понятно. Хочу осмотреть город до темноты. Миори, можешь оставаться здесь, я сам разберусь. Всё-таки задание тебя не касается.

Поставив нетронутый чай на стол, я выхожу на улицу. Беспокойство внутри разрастается, и я не могу спокойно сидеть на месте.

— Как думаете, это осколок? Мне так не кажется. А, ладно. Нори! Цуми!

Призвав малышню, я направляюсь бродить по улицам. И, наблюдая за бледно-розовыми лепестками, понимаю, что им сейчас не время цвести. Но раз город назван в их честь, значит, так положено.

— Без сомнения, неизвестно на что способны часы. Однако подобного поведения за ними замечено не было, господин.

— Да, знаю. Может быть всё, что угодно. Сгнившее дерево, что-то отравляющее воду, последствие заклинания, особенность местности… Проверим всё, что сможем.

Так как вишни повсюду, я осматриваю каждую встречную. Проходящие по улицам горожане с подозрением поглядывают на меня.

— Почему-то вчера я сразу отринул идею с духами.

Сегодня делюсь с фамильярами малейшими беспокоящими меня вещами.

— Потому что они не реагируют на запах крови? — предлагает хвостокрылая.

— Возможно… я запутался. Совсем не знаю, что делать…

— Соберись, хозяин!

Подпрыгнув, Цуми пытается укусить меня за ухо. Но из-за роста не достаёт.

Собраться…

— Река, — говорит мальчишка, — красная.

Вскинув голову, я подхожу к краю неширокой реки или, скорее, канавы. Она имеет красный цвет, хоть и по-прежнему является прозрачной. Прежде чем я собираюсь её подчерпнуть и останавливаю себя из-за бинтов, за меня это делает Цуми. Расплескав воду, она усмехается.

— Не похоже на кровь, но мне нравится.

Красная вода… Точно… Вот, что меня беспокоило.

Как-то я интересовался историей и читал о Падении грёз. Нет, лгу. Каждый в нашем мире должно быть читал о нём. Там говорится, что после того, как звёзды сорвались на землю и образовался новый мир, вода в нём была красной. Зелень приняла сине-фиолетовый оттенок, рыба стала красной, розовой и фиолетовой. И около половины столетия вода так и оставалась красной. Даже сейчас есть местности, где она имеет такой, зелёный или жёлтый цвета. Разумеется, природа в них отличается.

Впрочем, почему меня это беспокоило?.. Не повлияла же на деревья простая вода.

— На вкус обычная, — кивает Нори.

Отвернувшись, смотрю в небо. Облака над городом светло-розовые.

— Полагаю, где-то здесь должно быть самое старое и большое дерево. Нужно попробовать поискать его. Или спросить у местных.

— Господин…

Повернувшись к малышне и увидев, что они протягивают мне кулон, я забираю и вешаю его на шею.

— Почему бы хозяину не использовать стрелку часов и не выяснить правду?

— Потому что хозяин не хочет ей пользоваться, — отвечаю я. — А ещё потому, что ему эта мысль в голову не пришла. Должен быть способ не использовать её.

— Но так ты закончишь быстрее и отправишься на поиски остальных частей!

Ребята протестуют, и я не могу им возразить. В прошлый раз ничего плохого не произошло. Да и в дальнейшем мне без её использования не обойтись. И всё-таки я обещал.

Хватит уговаривать себя! Закончу до темноты и хорошо!

— Следите, чтобы меня не беспокоили.

Сев под вишней, я закрываю глаза и обращаюсь к силе часов.

Даже одна стрелка владеет невероятной силой. Я и сам знаю это. И после встречи с магом только убедился. Она может не только менять время, она способна перебросить в будущее или прошлое, показать его, вырвать кусочек и перенести. Воссоздать или уничтожить. Я считал, что она может оживить мёртвого. Мне сказали, что это не так, и я не стал пробовать. Раньше я только разрушал. Сейчас же нужно увидеть то, что произошло здесь около семи-шести дней назад.

Не зная, что делать, просто доверяюсь артефакту. Открывшаяся правда заставляет меня зашипеть от злости.

— Господин?

Открыв глаза, я враждебно смотрю на воду. Она, как ни в чём не бывало, продолжает течь по своему пути.

— Это дух. Дух в дереве. В одном из них… довольно большом, — произношу и встаю одновременно. — Но мы ни к чему не придём, попытавшись заговорить с ним. Мы наткнулись на Дикий дух. Я уничтожу его.

Дикие духи — озлобившиеся души. Вернуть их уже нельзя, как и животных, которых они захватывают. В данном случае, дух отравляет дерево, оно воду, вода и запах зверей. И все они хотят убивать.

— Обуздаем его и поедем домой, — выдвигаю предложение.

— Хорошо! — протягивают ребята.

Потянувшись, я направляюсь к месту из видения, по дороге придумывая, как лучше его убить. Магия и обычное оружие не помогут. Обычно таким занимаются эльфы.

Использую… её. Пока есть возможность.

Прикоснувшись к осколку, вспоминаю слова Курая и Ориса.

Ношение стрелки вовсе не делает меня одиночкой. Я сам предпочитаю быть один. А так часы мне не собрать. Пойду ли я на всё… ради них? Мне и раньше приходилось выбирать между разными вещами. Теперь они станут ещё важнее. Все маги отвернутся от меня, станут врагами. Как и носители осколков. Мне придётся убивать и сражаться за свою жизнь. В погоне за чем-то столь важным, я могу потерять её ценность, как и случилось однажды. Вот почему я перестал просить их о помощи. Часы предали мои мечты и надежды. Теперь они могут воплотить в жизнь чужие. Я могу помочь многим с их помощью. Но что я принесу миру? Страдания или счастье?

— Ради часов мне придётся стать тем ещё монстром…

«Не беспокойся, мы поддержим тебя!»

Я фыркаю. Ещё бы не поддержали, по их воле извожу себя.

Маг… Думает ли он так же? У него должна быть причина, ради которой не жаль бросить вызов всему миру. Ведь встать на путь войны, значит, отказаться от мира.

***

Юзуки

Успех Сатуры помогает нам справиться с заданием и получить награду на следующий день. Не такую уж и большую. Оно как обычно несложное, что даёт беловолосому змею очередной шанс поиздеваться. После окончания задания он возвращается в норму и привычно изнуряет окружающий мир своим существованием.

— Может, лучше прокатимся верхом?

— Стань шарфом и катайся верхом сколько захочешь.

Махнув рукой на фамильяра, я расплачиваюсь за место в повозке. Она проедет мимо нужного нам Ахэйра, но и это неплохо.

— Если ты поедешь в повозке, то мне не достанется никакого удовольствия, — не унимается змей. — Или ты не сможешь на них удержаться? У них огромные выносливые лапы. Но почему-то на вид оставляют желать лучшего. Я бы не стал их есть. Наверное, они годятся только для ношения тяжестей.

Запрыгнув в повозку и осмотрев её ещё раз, я вдруг чувствую веселье. Заскучавший змей даже не смотрит в мою сторону.

— Хочешь прокатиться с ветерком, залезай на полог, — предлагаю. — Мы не будем ехать быстро.

— А если на нас нападут, я первым попаду под удар, да? — язвит парень.

— От тебя всё равно никакой помощи, Шихи. Может, ты будешь полезен, наблюдая за местностью сверху?

— Всяко лучше, чем сидеть рядом с тобой.

Запрыгнув на колесо, беловолосый карабкается на полог. Представив путь без него, я приободряюсь. Но не был бы он противным шарфом, если бы не преподносил очередные неожиданности. Один из прохожих зовёт змея, и тот свешивает голову вниз.

— А-а, я помню тебя, — спокойно отвечает Шихи.

К нашей повозке подходит рыжеволосый одноухий оборотень в чёрной одежде. И, весело улыбнувшись, поднимает голову к собеседнику.

— Благодаря тебе, я нашёл кое-какое сокровище. Путешествие в земли фей стоило того. Не уверен, но кажется, оно там было не одно. Только второе я забрать не успел. Зато встретил старого друга…

— Старый друг? Тоже ищет сокровище?

— Ага. Мы даже сразились с ангелом… Но я ему не уступлю! Я в, общем-то, не ожидал снова с тобой встретиться. Как ты узнал, что часть будет там?

— Угадал… — шипит сероглазый. — Хочешь ещё? Мне ничего не нужно и я не хочу растрачивать свой талант. Ты довольно силён, так что сделаю исключение. Я тоже хочу сразится с ангелом. Он был сильным?

— Ага! — вздохнув, рыжеволосый проводит рукой по волосам. — Без Сатуры бы не справился… даже меч свой сломал. Но, хоть мы и победили, маг не был мне рад. Ничего не поделаешь, он всегда такой. Так интуиция, значит? Я не возражаю против помощи!

Оборотень широко улыбается и обменивается с Шихи набором не совсем понятных мне слов. Что удивляет меня сильнее, так это то, что мой шарф знает о каких-то сокровищах. А я думал, он просто пошутил, чтобы заработать. Да и упоминание одного имени не может не беспокоить. Судя по времени и карте, Сатура был в землях фей, когда отключились кристаллы. Потому в таверне так напрягся.

Наверное, это не моё дело…

— Что за сокровища, Шихи?

— Не твоё дело, маг, — отзываются сверху. — Маг… да? Странно… Маг… Снова…

Похоже, раскрывать свою загадочную жизнь брошенный шарф не намерен.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я