Глава двадцать первая
Цао Цао высказывает суждения о героях. Гуань Юй отрубает голову Чэ Чжоу
— Так вот, — сказал Ма Тэн, — я имел в виду юйчжоуского правителя Лю Бэя. Он сейчас здесь. Почему бы вам не обратиться к нему за помощью? Он охотно выступил бы против Цао Цао, но боится, что у него не хватит сил. Надо с ним поговорить, пожалуй, он согласится.
Следующей ночью Дун Чэн, захватив с собой государев указ, сам отправился на подворье к Лю Бэю.
— Не иначе как вы по важному делу, раз заявились так поздно, — промолвил Лю Бэй.
— Это чтобы не вызвать подозрений у Цао Цао, — произнес Дун Чэн. — Я видел, как во время охоты вы помешали Гуань Юю убить Цао Цао. Зачем вы это сделали? Ведь если бы все сановники походили на Гуань Юя, в государстве воцарилось бы спокойствие!
Опасаясь, что Дун Чэна подослал Цао Цао, Лю Бэй ответил:
— Разве в стране неспокойно?
— Не надо притворяться. Я говорю с вами откровенно.
— Я хотел проверить, не хитрите ли вы.
Тут Дун Чэн дал ему прочесть указ и протянул лист бумаги, на котором под торжественной клятвой стояло шесть подписей.
Лю Бэй поставил седьмую, свою.
— Я попытаюсь привлечь еще троих, и тогда мы сможем приступить к делу, — промолвил Дун Чэн.
Они совещались до часа пятой стражи и лишь тогда разошлись.
Чтобы отвести подозрения Цао Цао, Лю Бэй занялся разведением овощей у себя в саду. И вот однажды, когда он поливал грядки, а Чжан Фэя и Гуань Юя не было дома, неожиданно появились Сюй Чу и Чжан Ляо в сопровождении нескольких десятков воинов.
— Первый министр просит вас немедля явиться.
Когда Лю Бэй предстал перед Цао Цао, тот с улыбкой спросил:
— Вы, кажется, занимаетесь у себя дома великими делами? — и повел его в сад. — Нелегкое это дело — выращивание овощей, а?
У Лю Бэя отлегло от сердца.
— Какое же это дело? Так, пустая забава.
— Прошу вас, пойдемте в беседку, — промолвил Цао Цао и велел подогреть вина.
В беседке уже были расставлены кубки, блюда с черными сливами и сосуд для подогревания вина. Хозяин и гость уселись друг против друга и принялись с наслаждением потягивать вино.
Опершись на ограду, Цао Цао и Лю Бэй смотрели на темное грозовое небо.
— Вы долго странствовали по свету, — сказал Цао Цао, — и должны знать героев нашего века.
— Откуда мне их знать? Я добился должности при дворе благодаря вашей милости и покровительству, — уверял Лю Бэй.
— Если не знаете лично, то, наверно, слышали их имена? — настаивал Цао Цао.
— Ну вот, к примеру, хуайнаньский Юань Шу, у него сильное войско, изобилие провианта, — ответил Лю Бэй.
— Это гнилая кость из могилы. Рано или поздно я схвачу его!
— Тогда хэбэйский Юань Шао… Из четырех поколений его рода вышло три гуна [39], у него много приверженцев.
— Он только с виду храбр, а в душе труслив. Он любит строить планы, но не обладает решимостью, замышляет великие дела, но не любит трудиться. Ради маленькой выгоды готов забыть все на свете. Разве это герой?
— А Лю Бяо? Слава о нем гремит в десяти округах.
— Это не слава — одна только видимость!
— Ну, тогда цзяндунский Сунь Цэ. Он крепок и телом, и духом.
— Сунь Цэ не герой, он живет заслугами отца!
— А ичжоуский Лю Чжан?
— Всего лишь дворовый нес! — Цао Цао всплеснул руками и расхохотался. — Да ведь это все жалкие людишки! Герои — это люди, исполненные высоких устремлений и мудрых планов. Им одним ведомо, как объять всю вселенную.
— Где же найти таких героев?
— Это вы да я, — ответил Цао Цао.
Как раз в этот момент хлынул дождь, грянул гром. А как только дождь прекратился, два вооруженных мечами человека ворвались в сад и бросились к беседке. Слуги не смогли их удержать. Цао Цао узнал Гуань Юя и Чжан Фэя. Они вернулись из-за города, где упражнялись в стрельбе из лука, и, узнав, что Лю Бэя увели люди Цао Цао, бросились к нему во дворец. Однако увидев, что Лю Бэй с Цао Цао мирно распивают вино, остановились.
— Мы пришли, чтобы развлечь вас пляской с мечами, — нашелся Гуань Юй.
— Нам пляски Сян Чжуана и Сян-бо не нужны, это не праздник в Хунмыне![40] — отвечал Цао Цао.
Лю Бэй улыбнулся. Цао Цао велел налить вина и поднести обоим, Гуань Юю и Чжан Фэю. Вскоре Лю Бэй распрощался с Цао Цао и вместе с братьями вернулся домой.
На другой день Цао Цао снова пригласил Лю Бэя. Во время пира явился Мань Чун с вестью о том, что Юань Шао разбил Гунсунь Цзаня, а его войска привлек на свою сторону.
Лю Бэя охватила печаль. Он вспомнил милости, оказанные ему Гунсунь Цзанем, вспомнил о Чжао Юне. Где-то он теперь? И Лю Бэй обратился к Цао Цао с такими словами:
— Если Юань Шу пойдет к Юань Шао, ему не миновать Сюйчжоу. Прошу вас, дайте мне войско, я ударю на Юань Шу и возьму его в плен.
Цао Цао выделил Лю Бэю пятьдесят тысяч пешего и конного войска и послал вместе с ним Чжу Лина и Лу Чжао. Вернувшись домой, Лю Бэй взял оружие, оседлал коня и двинулся в путь. К этому времени Го Цзя и Чэн Юй вернулись из поездки по проверке провианта и казны и, узнав обо всем, поспешили к Цао Цао.
— Господин первый министр, — сказали они, — мы много раз советовали вам покончить с Лю Бэем, но вы не послушались нас, а теперь еще дали ему войско. Это все равно что отпустить дракона в море или тигра — в горы.
Цао Цао внял словам своих приближенных и приказал немедля вернуть Лю Бэя. Сюй Чу бросился выполнять приказание. Но Лю Бэй отказался вернуться.
— Выступив в поход, полководец не повинуется даже государю, — сказал он. — Так и доложите.
Сюй Чу вернулся и все передал Цао Цао.
— Лю Бэй не захотел вернуться, значит, он что-то замыслил, — сказали Го Цзя и Чэн Юй.
— При нем мои люди, — ответил Цао Цао. — Вряд ли он пойдет на измену.
Тем временем Лю Бэй прибыл в Сюйчжоу, где его встретил правитель округа Чэ Чжоу. А в скором времени вернулись лазутчики и донесли, что Юань Шу расточительствует сверх всякой меры и силы его значительно умень — шились.
Тогда Лю Бэй во главе пятидесяти тысяч воинов двинулся против Юань Шу и наголову разбил его войско. Вдобавок суншаньские разбойники Лэй Во и Чэнь Лань разграбили провиант и все прочие запасы Юань Шу, и он вынужден был уйти в Цзянтин. Семья и слуги его голодали, многие умерли. Вскоре скончался и сам Юань Шу. Случилось это в шестом месяце четвертого года периода Установления спокойствия.
Лю Бэй, узнав о смерти Юань Шу, написал донесение двору и отправил письмо Цао Цао. Чжу Лина и Лу Чжао он вернул в Сюйчан, а сам, оставив войска охранять Сюйчжоу, выехал из города, чтобы собрать разбежавшихся жителей.
Когда Чжу Лин и Лу Чжао доложили Цао Цао о том, что Лю Бэй с войском остался в Сюйчжоу, тот пришел в ярость и хотел казнить их, но его отговорил Сюнь Юй.
— Напишите лучше письмо Чэ Чжоу, пусть устроит Лю Бэю ловушку, — посоветовал он.
Цао Цао так и сделал. Чэ Чжоу, получив повеление, призвал на совет Чэнь Дэна.
— Все очень просто, — сказал Чэнь Дэн. — Не пройдет и дня, как Лю Бэй вернется. Устройте у крепости за городскими воротами засаду [41]. С ним можно будет покончить одним ударом. А я с городской стены стрелами перебью его стражу.
Придя домой, Чэнь Дэн обо всем рассказал отцу, и тот велел тотчас же уведомить Лю Бэя. Чэнь Дэн отправился в путь и вблизи Сюйчжоу встретил Гуань Юя и Чжан Фэя.
Гуань Юй договаривается о трех условиях
Выслушав Чэнь Дэна, Чжан Фэй хотел сразу же перебить стражу у городских ворот, но Гуань Юй его удержал:
— Они нас ждут. Действовать надо наверняка. Сделаем вид, будто в Сюйчжоу прибыли войска Цао Цао. Чэ Чжоу выйдет из города, тогда мы с ним и покончим.
Ночью они подошли к городу, окликнули стражу и на вопрос, кто они такие, ответили, что это отряд Чжан Ляо, посланный первым министром. Об этом доложили Чэ Чжоу. Тот вызвал Чэнь Дэна и в замешательстве сказал ему:
— Я должен выйти, иначе могу впасть в немилость. Боюсь только угодить в ловушку.
Он поднялся на стену и сказал, что лучше подождать до рассвета, а то в темноте ничего не видно.
— Открывайте ворота, пока нас не настиг Лю Бэй! — закричали снизу.
Чэ Чжоу ничего не оставалось, как выехать за городские ворота.
— Где Чжан Ляо? — спросил он, при свете огня распознав Гуань Юя, который с поднятым мечом во весь опор несся ему навстречу.
— Презренный мятежник! Ты хотел убить моего брата! — кричал он.
Чэ Чжоу в страхе повернул было обратно. Но у подъемного моста Чэнь Дэн со стены стал осыпать его стрелами. Чэ Чжоу, пытаясь спастись, поскакал вдоль стены, но его настиг Гуань Юй и мечом отрубил ему голову. После этого Гуань Юй поскакал навстречу Лю Бэю и рассказал, как было дело.
— Ты убил одного из приближенных Цао Цао! — воскликнул Лю Бэй. — Что теперь будет?
— Я знаю, как заставить Цао Цао отступить, — заявил Чэнь Дэн.
Вот уж поистине:
И от тигра ушел, из логова выбравшись ловко,
И злодея убил, обманув его хитрой уловкой.
Какой план предложил Чэнь Дэн, вы узнаете из следующей главы.
章节结束
