Восставшая из пепла
Евгений Гаглоев, 2016

В пятой книге серии «Пардус» Никита знакомится с двойником своей погибшей подруги Ксении – Татьяной. Судьбы Татьяны и Никиты неразрывно связаны с историей профессора Штерна и его жуткими экспериментами, оба замешаны в одних и тех же событиях – просто удивительно, что их пути не пересеклись раньше. Благодаря Тане Никита узнает много нового о своих врагах из «Черного Ковена» и корпорации «Экстрополис», а также о друзьях, с которыми он уже не надеялся увидеться вновь.

Оглавление

Глава пятая

Явление Магдалены

О гибели Наташкиного отца Татьяна узнала на следующий день из утренних новостей. Накануне вечером Евдокия Семеновна позволила им с Наташкой в воскресенье прийти на кухню попозже.

— Без вас справлюсь, отсыпайтесь уж, — отмахнулась она от девчонок, предложивших ей свою помощь.

Поэтому, когда Татьяна спустилась утром в общую гостиную интерната, до завтрака оставалось еще почти полчаса.

Окна гостиной выходили на озеро. По сверкающей водной глади медленно курсировали белоснежные яхты. Над водой летали чайки.

Чтобы скоротать время, Татьяна включила телевизор. На экране показывали что-то очень странное. Шел выпуск новостей, то и дело мелькали какие-то глыбы льда, сверкающие в свете уличных фонарей и мигалок патрульных машин, бегали люди с перепуганными лицами.

— Очевидцы утверждают, что это, несомненно, убийство! — говорил репортер. — Но каким способом убийца расправился со своей жертвой? Вот главная загадка! Напомним: вчера ночью прямо в штаб-квартире своей компании был убит известный бизнесмен Николай Егорович Морозов…

Татьяна с пультом в руках замерла перед телеэкраном.

Отец Наташки умер?! Убит?!

— На место происшествия прибыла помощник главного прокурора города Эмилия Гордуновская! — провозгласил репортер, бросаясь сквозь толпу с микрофоном наготове. — Что она сообщит нам о случившемся?

На экране появилась очень сердитая женщина средних лет. Она то и дело нервно поправляла рукой короткие темные волосы и щурила глаза, закрываясь от яркого света прожекторов.

— Эмилия Владимировна! — воскликнул репортер. — У вас уже есть подозреваемые?

— Подите вы к дьяволу! — рявкнула внезапно Гордуновская. — И без вас тошно!

Репортер испуганно отскочил и едва не упал, споткнувшись обо что-то. Выпуск новостей тут же сменился блоком рекламы.

Татьяна выключила телевизор.

Отец Наташи убит! В голове не укладывалось. Татьяна быстро оглянулась. Но в гостиной Наташки не было. Татьяна вспомнила, что сегодня еще даже не видела ее. Она развернулась и побежала в спальню, но и там Наташки не было. Подруга как в воду канула.

Зато в спальне Татьяну остановила медсестра Анастасия Павловна, очень добрая и еще совсем не старая. По выходным она ходила не в белом халате, а в обычной одежде. Сегодня на ней были джинсы, кроссовки и мягкий свитер с высоким горлом. А еще — несколько неожиданно — в ушах поблескивали массивные серьги, шею обвивало красивое ожерелье, а безымянный палец украшало крупное кольцо из черного камня. Девочке это показалось странным — Анастасия Павловна нечасто щеголяла в таких эффектных украшениях.

Заметив ее интерес к кольцу, медсестра почему-то прикрыла его рукой.

— Доброе утро, Таня, — сдержанно поздоровалась она. — Ты уже слышала об отце Наташи Морозовой?

— Да, только что! — кивнула Татьяна. — Ужас какой-то…

— А где сама Наташа?

— Я с утра ее не видела.

— Я сильно беспокоюсь о ней, — призналась медсестра. — Потерять отца — страшное горе. Если вдруг ее увидишь, попроси зайти в мой кабинет. В такой момент ей просто нельзя оставаться одной. Мы окажем ей поддержку.

— Конечно! — согласилась Татьяна.

— Ну а сама ты как? — участливо спросила Анастасия Павловна. — Голова не болит? Слабости, тошноты не ощущаешь?

— Нет, все хорошо.

— Если твой диабет даст о себе знать, ты знаешь, где меня найти, — сказала Анастасия Павловна.

Татьяна кивнула и отправилась на поиски Наташки. Она догадывалась, где та может скрываться. В ангаре яхт-клуба, стоящем на берегу озера. Вернее, не в самом ангаре, а в пристроенном к нему маяке, сложенном из толстых бревен.

Директриса Клавдия Ивановна строго-настрого запрещала воспитанникам интерната даже близко подходить к маяку.

— Это очень старое и ветхое строение, — говорила она. — Оно может обрушиться в любой момент. Его перекрытия и лестницы давно сгнили, так что лучше вам туда не соваться! Нам давно следовало его снести, но у интерната нет на это денег!

Но маяк, словно магнит, притягивал к себе детей. Ведь там было так интересно! Высокая шестигранная деревянная башня венчалась комнатой смотрителя, в которой когда-то стоял мощный прожектор, подававший сигналы местным рыбакам. Лесное озеро часто покрывали густые туманы, и только свет маяка мог подсказать, в какой стороне находится причал. Но прожектор давно разобрали и вынесли, так что сейчас комната представляла собой пустое круглое помещение с конусообразным потолком.

К верхней площадке вела длинная винтовая лестница, проходящая через все нутро деревянной башни маяка. Лестница имела несколько небольших площадок, расположенных одна над другой, на которых и любили сидеть воспитанники приюта, тайком пробиравшиеся сюда по ночам. Мальчишки бегали курить, девчонки — сплетничать, не опасаясь, что их подслушают. А влюбленные парочки приходили в маяк обниматься и любоваться звездным небом.

В шестиугольной башне постоянно стоял легкий гул от ветра, проникающего в маяк сквозь щели в деревянных стенах. Когда над озером бушевала непогода, шум ветра превращался в истошный вой, от которого кровь стыла в жилах. Поэтому все воспитанники приюта были твердо уверены, что призрак юной ведьмы Клодии обитает именно в маяке.

Татьяна обогнула лодочный ангар, где занимались мальчишки из яхт-клуба, и тайком устремилась к входу в маяк. В ангаре постоянно что-то стучало, бренчало, бабахало. Яхтсмены ремонтировали свои яхты и придумывали разные усовершенствования для лодок.

Татьяна старалась ступать бесшумно. Но ее опасения оказались напрасными — заработал сварочный аппарат. В таком шуме ее все равно никто бы не услышал.

Дверь маяка наглухо закрывали толстые доски. По распоряжению Клавдии Ивановны проход был давно заколочен. Но под одной из стен скрывался тщательно замаскированный лаз. Именно через него воспитанники и проникали в деревянную башню. Татьяна протиснулась в узкое отверстие и прикрыла его за собой куском старой фанеры.

В маяке, как всегда, тихо гудел ветерок. Татьяна подняла голову вверх и тут же увидела Наташку. Подруга сидела на одной из верхних лестничных площадок, подперев голову руками. Татьяна начала подниматься по старинным деревянным ступенькам. Доски тихо поскрипывали под ее ногами.

— Ну как ты? — спросила она у Наташки, подходя.

Девочка подняла на нее заплаканные глаза.

— Ты уже знаешь о моем отце? — поинтересовалась она.

— Все уже знают.

Татьяна присела рядом с Наташкой и обняла ее за плечи.

— Я только теперь поняла, как любила его, несмотря на его отношение ко мне, — призналась Наташка. — Он вел себя так, будто я ему не родная дочь. С тех пор как мамы не стало, я и пары месяцев не провела дома. Постоянно жила в этом интернате! Я думала, что ненавижу его. А теперь его нет, и мне безумно его жалко!

Наташка всхлипнула.

— Думаешь, я дура? — взглянула она на Татьяну.

— Конечно нет! — воскликнула Татьяна. — Я хорошо тебя понимаю. Мой отец тоже терпеть меня не может. А я даже не знаю, люблю его или нет. Все же он мой папаша, и, кроме него, у меня никого нет.

— Ума не приложу, что теперь будет, — произнесла Наташка. — Все наследство достанется моей мачехе. А я ведь ее почти не знаю. Отец так любил ее, что даже не давал нам видеться. Наверное, думал, что я ее возненавижу.

— А ты ее ненавидишь?

— Понятия не имею, — пожала плечами Наташка.

— Не переживай, — попыталась успокоить ее Татьяна. — Все образуется, вот увидишь. К тому же все равно мы с тобой собирались доучиться здесь до конца, а потом начать самостоятельную жизнь.

— Верно, — кивнула Наташка.

— Кстати, видела сейчас Анастасию Павловну. Она сказала, что, если тебе будет плохо, можешь прийти к ней в кабинет.

— Да я сама справлюсь. — Наташка вытерла слезы. — Лучше пойдем в столовую. Я умираю от голода.

Девочки поднялись со ступенек и начали спускаться вниз по винтовой лестнице.

— Не время расслабляться, — произнесла Наташка. — Мне ведь, наверное, придется поехать в Санкт-Эринбург… Похороны, оглашение завещания, поминки… Я помню, как все происходило, когда мамы не стало.

Татьяна сдержанно потрепала ее по плечу:

— Крепись.

Они спустились на нижний ярус маяка. Татьяна выбралась из башни через тайный лаз, Наташка последовала за ней. Когда они вылезли из кустов черемухи, окружающих маяк со всех сторон, в лодочном ангаре стояла непривычная тишина. Наверное, мальчишки клуба и их руководитель уже ушли на завтрак в столовую.

Девочки завернули за угол. И нос к носу столкнулись с Клавдией Ивановной.

— Так-так-так! — недовольно произнесла директриса. — Разве я не предупреждала вас о том, чтобы вы не подходили к маяку?

— А мы просто шли мимо! — тут же заявила Татьяна.

— Верно! — подхватила Наташка. — Я хотела подышать свежим воздухом, а Таня меня сопровождала.

— Вы, двое, немедленно в мой кабинет! — процедила сквозь зубы директриса. — У нас будет очень серьезный разговор!

Девочки обреченно вздохнули и медленно поплелись следом за ней. Клавдия Ивановна не впервые устраивала им выволочку, и всякий раз это не заканчивалось ничем хорошим.

Апартаменты директрисы располагались на первом этаже административного корпуса. Там же находились столовая для преподавателей, учительская и комнаты, где служащие интерната жили в рабочие дни.

Клавдия Ивановна завела девочек в свой кабинет и включила старомодные настенные светильники. Работала директриса в мрачном помещении, обшитом темным деревом. Вдоль стен сплошь стояли книжные шкафы, забитые различными толстыми фолиантами. Письменный стол был завален бумагами, классными журналами и документами. Картотека у дальней стены была в таком беспорядке, словно в ней недавно кто-то все переворошил.

Клавдия Ивановна опустилась в свое кресло, не предложив девочкам присесть, и начала угрожающе постукивать металлической авторучкой по столешнице.

— Разве вы не должны сейчас работать в столовой? — осведомилась она. — Почему вы постоянно не выполняете мои приказы?! Тебя, Наталья, я освобождаю от кухонных обязанностей. Понимаю, что ты сейчас переживаешь утрату. Но к тебе, Федорова, это не относится! Ты мне уже поперек горла стоишь! Все эти твои выходки! Постоянные нарушения распорядка, дурацкие игры в привидения! Ваши родители отправили вас за знаниями, а вы превращаете учебное заведение в балаган! Придется мне все же сообщить твоему отцу. Уж он тебя по головке не погладит!

Татьяна хмуро слушала. В чем-то директриса была права. Она не всегда следовала правилам «Хрустального ручья». Но иногда другие воспитанники совершали куда более серьезные правонарушения, а к ним Клавдия Ивановна была не так сурова, как к ней. Взять того же Дениса Воробьева. Отъявленный драчун и хулиган. Но он считался отличным спортсменом и не раз побеждал в областных соревнованиях по борьбе, так что его выходки руководство интерната как бы не замечало. А Татьяну и Наташку вечно наказывали даже за самые незначительные провинности.

— Ну так как, девочки, поговорить мне с вашими близкими? — ехидно осведомилась Клавдия Ивановна. — Может, им удастся вас образумить?

Татьяна и Наташа стояли перед ней, насупившись, и молчали.

— Языки проглотили? — не унималась директриса.

В этот момент дверь кабинета открылась с громким скрипом.

Все трое вздрогнули и повернулись на звук.

— Да ладно вам, — раздался приятный женский голос. — Что вы так на них набросились?

Из темного коридора в кабинет вошла невысокая женщина в элегантном бледно-розовом брючном костюме. На ней была широкополая шляпа, в руке — изящная дамская сумочка из розовой кожи. Незнакомка окинула любопытным взглядом комнату, поморщилась, затем взглянула на девочек. У нее было миловидное лицо и добрый взгляд. На груди женщины сверкала крупная бриллиантовая брошь в виде скорпиона.

— Кто вы такая, позвольте поинтересоваться? — сухо спросила директриса. — Мы знакомы?

— Пока нет, — покачала головой женщина в розовом. — Но обязательно познакомимся. Простите, что вмешалась, но я не думаю, что эти двое совершили какое-то серьезное преступление.

— Я попросила бы вас не вмешиваться не в свое дело, уважаемая! — ледяным голосом произнесла директриса.

— С некоторых пор это и мое дело тоже, — возразила незнакомка.

Она приблизилась к столу, поставила на него сумочку и начала стягивать с рук перчатки из тонкой, мягкой кожи. Татьяна и Наташа с интересом наблюдали за ней. Клавдия Ивановна тоже не сводила с нее нахмуренного взгляда.

Незнакомка сдернула наконец перчатки с рук. На безымянном пальце ее правой руки сверкнул черный перстень. Камень его был выточен в виде человеческого черепа с оскаленными клыками вместо зубов. Очень странное и даже зловещее украшение.

Татьяна с любопытством уставилась на перстень. Он наверняка был сделан из обсидиана — черного вулканического стекла. Она совсем недавно читала об этом материале в Интернете.

Девочка вдруг вспомнила, что только сегодня утром видела такое украшение на руке медсестры.

Тем временем незнакомка в розовом подняла руку и продемонстрировала перстень Клавдии Ивановне.

Директриса ошарашенно на него уставилась, затем с пониманием кивнула. Открыла верхний ящик стола, извлекла из него точно такой же перстень и показала гостье.

— Магдалена, — представилась женщина в розовом. — Думаю, вы обо мне слышали, но до сих пор у нас не было возможности познакомиться лично.

— Клодия, — ответила Клавдия Ивановна. — Вы правы, я о вас много слышала.

Они сдержанно улыбнулись и кивнули друг другу.

— Девочки, — обратилась затем к подругам незнакомка, — не могли бы вы подождать в коридоре? Нам с Клавдией Ивановной нужно кое о чем поговорить.

Татьяна вопросительно посмотрела на директрису. Та медленно кивнула. Они с Наташей вышли в коридор и закрыли за собой дверь.

— Что это было? — тут же прошептала Наташка. — Ты видела эти перстни? А директриса с этой теткой! Они так представились друг другу, будто состоят в какой-то секретной организации!

— Но почему Клавдия назвалась Клодией? — недоуменно спросила Татьяна. — Может, это у них пароль такой?

— Скорее, кличка в их тайной ложе!

Татьяна тихо усмехнулась:

— Скажешь тоже! Чтобы наша Клавдия состояла в какой-то секретной организации!

Наташка прижалась ухом к двери:

— О чем они там, интересно, болтают?

— Подвинься! Я тоже хочу послушать! — Татьяна пихнула ее в бок. — Слышно что-нибудь?

— Да, — прошептала Наташка. — Кто-то только что сказал: «Слышно что-нибудь?»

— Это я, дура!

Татьяна подвинула подружку, прилепилась ухом к замочной скважине и напрягла слух. Клавдия и ее странная гостья говорили вполголоса, но некоторые обрывки фраз все же можно было разобрать.

— Я ждала вас только завтра… — слышался голос директрисы. — Документы я уже приготовила… Ее отец звонил… «Ковен»… Будут очень довольны…

— Наши эксперименты… Очень удачно… — отвечала ей посетительница. — Это даст необходимый толчок… «Спящая красавица» должна быть опробована… От этого многое зависит… Как она?

— Несколько своевольна, но, в общем, не доставляет хлопот… Неплохо рисует, увлекается йогой, единоборствами…

Татьяна замерла. Они обсуждали ее!

— Ничего не подозревает?

— Нет… Далеко не первый метаморф в моей практике… «Экстрополис» спонсирует наши изыскания…

— Замечательно! — довольным тоном произнесла незнакомка в розовом костюме.

Голоса вдруг стихли, затем послышался звук приближающихся шагов. Татьяна отпрыгнула от двери и потащила Наташку за собой. Едва они успели подскочить к окну и принять отвлеченный вид, как дверь кабинета распахнулась и Клавдия Ивановна вышла в коридор. Ее гостья двигалась вслед за ней.

Директриса довольно улыбалась.

— Татьяна, у меня для тебя хорошие новости, — сказала она медовым голосом. — Твой отец забирает тебя из интерната. Эта женщина, коллега Александра Борисовича, отвезет тебя домой в Ягужино. Отец прислал ее специально за тобой.

Татьяна просто остолбенела. Вот так новости! Наташка издала какой-то горестный вздох и оперлась спиной о стену.

А женщина в розовом с мягкой улыбкой на лице приблизилась к Татьяне и протянула ей руку.

— Ну, давай знакомиться, Танечка, — ласково проговорила она. — Я старая подруга твоего отца. Меня зовут Тамара Петровна Оболдина.

Черного перстня с черепом на ее пальце уже не было.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я