Рассказы Вельзевула своему внуку (Г. И. Гюрджиев, 2015)

Георгий Иванович Гюрджиев учил традиционным способом, теоретически и практически, обращаясь к небольшому кругу учеников и не разрешая никаких записей. В 1924 г., после серьезной автомобильной катастрофы, вынужденный передавать свои идеи в письменном виде, он прибегнул к древней традиционной форме, доступной всем, – мифу на вселенском уровне, главная тема которого – смысл человеческой жизни. Не оставляя других своих занятий, он начал писать с присущей ему творческой силой, заставляя своих учеников читать отдельные части вслух, чтобы в его присутствии они могли проникнуть в глубину его идей. В итоге, через несколько лет, на свет появился монументальный труд – произведение в трех сериях: «Всё и Вся». «Рассказы Вельзевула своему внуку» – первая и самая важная его часть. Эта книга легендарна. Это путешествие, полное приключений по неизведанной стране, дающее возможность пережить пробуждение наяву.

Оглавление

Из серии: Всё и Вся

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Рассказы Вельзевула своему внуку (Г. И. Гюрджиев, 2015) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Рассказы Вельзевула своему внуку

Доброжелательный совет автора читателю

Согласно множеству выводов и заключений сделанных мною при экспериментальных выяснениях продуктивности восприятия современными людьми новых впечатлений от услышанного и прочитанного, а также согласно смыслу одного только что мне припомнившегося, дошедшего до наших дней с очень древних времен, изречения народной мудрости, гласящего:

Всякая молитва может быть Высшими Силами услышана

И за нее получится соответствующее воздаяние только тогда,

Если эта молитва будет произнесена трижды:

В первый раз – во здравие или во упокой своих родителей,

Во второй раз – во здравие ближнего своего,

И только в третий раз – для своего личного блага.

Нахожу нужным, на первом листе этой первой вполне законченной для обнародования книги, преподать следующий совет:

Всякое мое письменное изложение – читайте трижды:

В первый раз – хотя бы так, как вы уже намеханизировались читать всякие современные книги и журналы.

Во второй раз – как бы для постороннего слушателя.

И только в третий раз – пытайтесь вникнуть в суть мною написанного.

Только после этого вы можете рассчитывать приобрести свое собственное беспристрастное, одному вам свойственное суждение о моих писаниях. Вот только тогда осуществится моя надежда, что вы сообразно вашему пониманию получите для себя мною предполагаемую и всем моим существом желаемую определенную пользу.

Часть первая

Глава 1

Бужение мысли

В числе образовавшихся в моем общем наличии за период моей уже ответственной, своеобразно сложившейся жизни убеждений имеется и такое несомненное убеждение, что всегда и всюду на Земле у людей всяких степеней развития сообразительности и со всякой формой проявляемости образовавшихся в их индивидуальности факторов для всевозможных идеалов, приобреталось обыкновение при начале всякого нового дела обязательно произносить вслух или по крайней мере подумать про себя то определенное, понятное всякому, даже совсем неученому человеку, возглашение, которое в разные эпохи формулировалось словами различно, а в наше время – следующими словами: «Во имя Отца, Его Сына и во имя Святого Духа, Аминь».

Вот и я тоже, приступая сейчас к этому для меня совершенно новому делу, т. е. – к писательству, начинаю с произношения этого же возглашения и произношу его не только вслух, но даже очень и очень внятно и с полной «всецело-проявляемой-интонацией», как это определяли древние тулузиты, конечно с такой полнотой, какая только могла возникнуть в моем общем наличии от результатов уже сложившихся и глубоко внедрившихся в нем данных для такого проявления, именно данных, которые образовываются вообще в натуре человека за период подготовительного возраста и потом за время его ответственной жизни порождают в нем для проявления природу и животворность таковой интонации.

Начав так, я должен, значит, теперь быть совершенно спокойным и даже, согласно имеющимся у людей понятиям религиозной морали, быть без всякого сомнения уверенным в том, что все дальнейшее в этом для меня новом деле, как говорится, «пойдет-как-по-маслу».

Во всяком случае, я начал именно так, а как дальше пойдет – можно пока выразиться, как сказал слепой, – «посмотрим».

Прежде всего я положу мою собственную руку, причем правую, которая, хотя в данный момент и является немного поврежденной из-за происшедшего со мной несчастья, зато действительно моя собственная и за всю мою жизнь мне ни разу не изменявшая, на мое сердце, конечно тоже собственное; что же касается того, изменяла ли или не изменяла мне эта часть всего моего целого, я не нахожу нужным здесь распространяться, и откровенно признаюсь в том, что лично мне писать совершенно не хочется, но к этому меня вынуждают совершенно от меня не зависящие, создавшиеся окружающие обстоятельства, – обстоятельства, случайно ли возникшие или намеренно созданные какими-либо посторонними силами, этого я сам пока еще не знаю, а знаю только, что эти обстоятельства повелевают мне писать не что-либо «так-себе», как например, что-либо для чтения «на-сон-грядущий», а капитальные, толстые книги.

Как бы там ни было, я приступаю.

С чего же начать?..

О дьявол! Неужели повторится то же самое, очень и очень неприятное и в высшей степени странное ощущение, которое мне пришлось испытать, когда я около трех недель тому назад в мыслях своих составлял схему и последовательность идей, предрешенных мною к обнародованию, и не знал тоже, с чего начинать.

Это тогдашнее ощущение я теперь мог бы формулировать словами только так: «боязнь-погибнуть-от-наводнения-собственных-мыслей».

Тогда я еще мог, чтобы прекратить в себе это нежелательное ощущение, прибегнуть к помощи имеющегося и во мне, как в современном человеке, того злостного свойства, которое сделалось присущностью всех нас и способствует без испытывания какого бы то ни было угрызения совести откладывать все что угодно «на послезавтра».

Это я мог сделать тогда очень легко, потому что до начала самого акта писания предвиделось много времени, но теперь этого сделать уже никак нельзя, а надо непременно, как говорится, «хоть-тресни-а-начинай».

На самом деле, с чего же начинать?

Ура! Эврика!

Почти все книги, которые мне приходилось в жизни читать, всегда начинались с предисловия.

Значит, и мне надо начать с чего-либо вроде этого.

«Вроде этого» – сказал я, потому что вообще всегда в процессе моей жизни, почти уже с тех пор как я начал отличать мальчика от девочки, я стал делать все, решительно все, не так, как делают другие окружающие, подобные мне, тоже двуногие истребители добра природы. Поэтому теперь я и в писательстве должен и даже, пожалуй, уже принципиально обязан поступить не так, как это сделал бы всякий другой писатель.

Во всяком случае, вместо общепринятого предисловия, я просто-напросто начну с предупреждения.

Начать с предупреждения будет, по-моему, самым правильным хотя бы только потому, что это не будет противоречить никаким моим ни органическим, ни психическим, ни даже «самодурным» наклонностям и принципам, а в то же время будет совершенно честно, конечно в объективном смысле, потому что как мною лично, так и всеми другими, уже близко знающими меня, ожидается с несомненной уверенностью, что из-за моих писаний у большинства читателей сразу, а не постепенно, как это рано или поздно должно от времени случиться вообще у всех людей, совершенно исчезнут все имеющиеся в них, как по наследству к ним перешедшие, так и собственным опытом приобретенные «богатства» в виде успокаивающих, вызывающих только наивные мечтания, понятий и прекраснейших представлений как о настоящей своей жизни, так и об ожидаемых перспективах в будущем.

Подобные вступления профессиональные писатели обыкновенно начинают с обращения к читателям всевозможными высокопарно-возвеличивающими, так сказать, «услащенно-пуфукающими» титулованиями.

Вот, пожалуй, единственно в этом я и возьму с них пример и тоже начну с такого обращения, но только постараюсь не с очень «притворного», как это у них обыкновенно получается и каковая их манера особенно теребит нервы более или менее нормального читателя.

Итак…

Милостивые, многочтимые и многоволевые, также, конечно, и многотерпеливые Государи мои и многоуважаемые, восхитительные и беспристрастные Государыни мои! Виноват, самое главное я упустил – и совсем ничуть не истеричные Государыни мои!

Имею честь уведомить вас, что, хотя в силу возникших на одном из последних этапов процесса моей жизни причин, я и приступаю к писанию книг, но что я в жизни моей еще никогда не писал не только книг или разных так называемых «поучительных-статей», но даже и такого письма, в котором непременно надо было бы соблюдать так называемую «грамматичность», и вследствие всего этого я, теперь хотя и становлюсь писателем, но, не имея решительно никакого навыка, как в установившихся всяческих писательских профессиональных правилах и приемах, так и в так называемом «бонтонно-литературном-языке», принужден буду писать совсем не так, как пишут обыкновенные «патентованные» писатели, к форме писания которых вы, по всей вероятности, уже давно привыкли, как к своему собственному запаху.

От всего этого в вас, по-моему, непременно возникнет досада, главным образом от того, что ведь в вас еще с детства внедрен и до идеала хорошо сгармонизирован с вашей общей психикой для восприятия всяких новых впечатлений прекрасно действующий автоматизм, благодаря каковой «благодати» теперь вам во время вашей ответственной жизни ни в чем уже нет никакой надобности делать какое бы то ни было индивидуальное усилие.

Откровенно говоря, лично я центр тяжести в таком моем признании придаю не отсутствию у меня навыка для всяких писательских приемов и правил, а тому, что я не владею сказанным «бонтонно-литературным-языком», неизбежно требующимся в современной жизни не только от писателя, но и от всякого обыкновенного смертного.

Относительно первого, т. е. моего незнания разных писательских приемов и правил, я почти не беспокоюсь.

Не беспокоюсь же на этот счет я потому, что такое «профанство» теперь в жизни людей уже сделалось тоже как бы в порядке вещей. Такая благодать возникла и в настоящее время всюду на Земле существует «припеваючи» благодаря той экстраординарной новой болезни, которой вот уже двадцать – тридцать лет заболевают почему-то те из числа всех трех полов наших людей, которые, во-первых, спят с полуоткрытыми глазами, и во-вторых – лица которых представляют из себя во всех отношениях плодородную почву для произрастания всевозможного рода прыщей.

Эта странная болезнь выражается главным образом тем, что заболевший ею, если он – она или оно – немного грамотен и у него оплачена за три месяца вперед квартира, непременно начинает писать какую-нибудь «поучительную-статью» или целую книгу.

Хорошо зная про эту новую человеческую болезнь и ее эпидемическую распространенность на Земле, я, как должно быть вам понятно, вправе предположить, что и в вас приобретен в отношении ее, как бы сказали ученые медики, «иммунитет» и потому вы не будете так ощутительно возмущаться моим незнанием этих писательских правил и приемов.

Вот такое мое соображение и делает то, что я центр тяжести в моем предупреждении усматриваю в своем незнании литературного разговорного языка.

В целях самооправдания, а также, может быть, для уменьшения степени порицания меня вашим бодрственным сознанием, за незнание такого необходимого в современной жизни разговорного языка, считаю необходимым сказать, причем со смирением в сердце и с зардевшимися от стыда щеками, и о том, что, хотя меня в детстве и учили такому языку, и даже некоторые подготовлявшие меня к ответственной жизни старшие, «не-экономя» всяких устрашающих средств, постоянно заставляли меня «зазубривать» множество разных «штрихов», составляющих в своей совокупности эту современную «прелесть», но к несчастью, конечно, вашему, из всего мною тогда вызубренного ничего во мне не усвоилось и для нужд этой моей деятельности, т. е. писательской, – решительно ничего не уцелело.

А не усвоилось, как выяснилось про это совсем недавно, отнюдь не по моей вине и не по вине моих бывших почтенных и непочтенных учителей, а такой людской труд потратился всуе из-за одного невероятного, совершенно исключительного события, произошедшего в момент моего появления на свет Божий, заключавшегося в том, как это во всех деталях объяснила мне, после очень кропотливого, так называемого «психо-физико-астрологического» обследования, одна в Европе очень известная оккультистка, что в это время, через пробитую нашей шальной хромой козой в стекле окна дыру, врывались вибрации звуков, возникавших в доме соседа от фонографа Эдисона, а принимавшая меня повивальная бабка имела во рту лепешку, пропитанную кокаином германского производства, причем не эрзацного, и под аккомпанемент этих звуков она сосала ее без должного наслаждения.

Кроме такого редкого в житейской повседневности людей события, такой казус в моем теперешнем положении получился еще и потому, что в дальнейшей моей подготовительной и совершеннолетней жизни, о чем, признаться, я сам догадался после долгих размышлений по методу немецкого профессора Герр Штумпфзеншмаузен, я всегда избегал, как инстинктивно, так и автоматически, иногда даже сознательно, т. е. принципиально, применять для взаимного сношения с другими такой разговорный язык. И в таком пустяке, а может быть и не пустяке, проявлялся я так опять-таки благодаря тем трем слагавшимся в моем общем наличии в период моего подготовительного роста данным, о которых я собираюсь осведомить вас немного позже в этой же первой главе моих писаний.

Как бы там ни было, но реальный, со всех сторон, как американская реклама, освещенный и не могущий теперь уже никакими силами быть измененным даже познаниями «обезьяньих-дел-мастеров» факт заключается в том, что я, считавшийся за последние годы очень многими людьми недурным учителем храмовых танцев, хотя и становлюсь с сегодняшнего дня профессиональным писателем и писать буду, конечно, много, как это еще с малолетства мне стало свойственно, чтобы все «если-делать-так-делать-много», но, не имея, как вы видите, требующегося для этого автоматически приобретающегося и автоматически проявляемого навыка, принужден писать все мною задуманное простым, жизнью установленным, обыкновенным обывательским языком, без всякой писательской манипуляции и без всякой «грамматической-мудрежки».

Вот тебе и фунт с недовеском!.. Самого главного ведь мною еще не решено – на каком же разговорном языке я буду писать?

Хотя я и начал писать на русском языке, но с этим разговорным языком, как бы сказал мудрейший из мудрых, Молла Наср-Эддин, – «далеко-не-уедешь».

(«Молла Наср-Эддин» или, как его еще называют, «Наср-Эддин Ходжа», в Европе и в Америке, кажется, мало знают, но его очень хорошо знают во всех странах материка Азии. Это легендарная личность, вроде русского «Козьмы-Пруткова», американского «Дяди-Сэма» или английского «Джон-Буля». Этому Наср-Эддину приписывали и теперь продолжают приписывать многочисленные популярные в Азии рассказы в виде изречений житейской мудрости, как издавна существовавшие, так и вновь возникающие.)

Русский разговорный язык, слов нет, очень хорош; я даже люблю его, но… только тогда, когда его употребляют для рассказывания анекдотов и для величания при упоминании чьей-либо родословной.

Русский разговорный язык вроде английского, который тоже очень хорош для того, чтобы в «смокинг-руме», сидя самому на одном мягком диване, а ноги протянув на другой, говорить об «Австралийском-замороженном-мясе», а иногда и об «Афганском-вопросе».

Оба эти разговорных языка подобны блюду, которое в Москве называют «солянка», а в эту «московскую-солянку» входит, кроме меня и вас, все что угодно и даже «послеобеденная чешмя[2]» Шехеразады.

Надо сказать и то, что, благодаря всяким случайно, а может быть и не случайно сложившимся условиям моей юношеской жизни, мне хотя и пришлось научиться, причем очень серьезно и всегда, конечно, с самопринуждением, говорить и быть грамотным на многих разговорных языках и владеть ими в такой степени познаваемости, что, если в выполнении и такой экспромтом навязанной мне судьбой профессии я решусь не воспользоваться «автоматизмом», который приобретается от практики, то мог бы, пожалуй, писать на любом из них.

А если поступить благоразумно и использовать такой, обычно приобретающийся от долгой практики всеоблегчающий автоматизм, то мне следует писать или на русском разговорном языке, или на армянском, потому что обстоятельства моей жизни за последние два – три десятилетия складывались так, что мне приходилось для взаимоотношений с другими применять только эти два разговорных языка, следовательно, иметь большую практику и приобрести в отношении к ним автоматизм.

Фу ты, рогатый!..

Даже для такого случая проявление одного из аспектов моей своеобразной психики, необычного для нормального человека, уже теперь начало всего меня издергивать.

Основная причина и для такого моего «несчастья» теперь в моем почти уже перезрелом возрасте получилась от того, что с малолетства в моей своеобразной психике внедрена, вместе со множеством другого, тоже ненужного для современной жизни хлама, и такая еще присущность, которая всегда и во всем автоматически повелевает всему мне поступать только согласно народной мудрости.

В данном случае, как и всегда в подобных, еще неопределившихся житейских положениях, в моем, для меня самого до издевательства неудачно сконструированном, мозгу сразу вспомнилось и теперь в нем, как говорится, «копошится» то, существовавшее в жизни людей еще очень древних времен и дошедшее до наших дней, изречение народной мудрости, которое формулировано следующими словами: «всякая-палка-о-двух-концах».

Если попробовать раньше понять скрытый в такой странной словесной формулировке основной смысл и действительное значение этого изречения, то в сознании всякого более или менее здравомыслящего человека должно прежде всего возникнуть предположение о том, что в основе совокупности идей, на которых базируется и из которых должен вытекать подразумеваемый смысл этого изречения, лежит, очевидно, та, веками осознанная людьми истина, которая говорит, что всякое явление, имеющее место в жизни людей, получается как целое от двух совершенно противоположного характера причин, и в свою очередь создает два следствия, тоже совершенно противоположных и вызывающих новые причины новых явлений, конечно, новых только по внешности; например, если уже получившееся от двух разных причин «нечто» порождает «свет», то оно неизбежно должно также породить явление, противоположное этому, т. е. «тьму», или фактор, порождающий в организме какого-либо дышащего импульс ощутительного удовольствия, непременно породит в нем и противоположное, т. е. неудовольствие, конечно, тоже ощутительное и т. д., и т. д., так всегда и во всем.

Применяя для данного случая эту сложившуюся веками народную мудрость, выраженную в образе палки, которая, как сказано, и действительно имеет два конца, из которых если один конец считать хорошим, а другой плохим, то и в данном случае всенепременно должно получиться, что если я теперь использую приобревшийся во мне только благодаря долгой практике упомянутый автоматизм и для меня будет это хорошо, то согласно этому изречению, без всякого сомнения, для читателя должно получиться как раз обратное, а что такое обратное хорошему, всякий, даже необладатель геморроя, очень легко может понять.

Короче говоря, если я воспользуюсь своим преимуществом и возьмусь за хороший конец палки, то плохой конец ее неизбежно должен прийтись «по-головам-читателей».

Это может действительно получиться так, потому что на русском разговорном языке нельзя выразить всяких, как говорится, «тонкостей» разных философских вопросов, каких вопросов я намереваюсь в последующих моих писаниях коснуться тоже не мало, а на армянском – это хотя и возможно, но зато, к несчастью всех армян, разбираться на нем о современных понятиях уже стало теперь совершенно немыслимым.

Исключительно для того только, чтобы облегчить в себе горечь внутренней обиды от этого, скажу, что в моей ранней молодости, когда я впервые стал интересоваться и очень увлекался филологическими вопросами, я полюбил этот армянский разговорный язык больше всех других, на которых я тогда говорил, даже больше моего родного языка.

Этот язык мне тогда очень нравился главным образом потому, что он был своеобразен и ничем не походил на другие, как соседних народностей, так и родственные ему языки.

Всякие его, как говорят ученые филологи, «тональности» были свойственны ему одному и, по моему даже тогдашнему разумению, он в идеале отвечал психике людей, принадлежавших к этой нации.

А за какие-нибудь тридцать – сорок лет на моих глазах этот язык изменился так, что в настоящее время вместо самостоятельного самородного, из глубокой древности до нас дошедшего языка получился и существует хотя тоже самостоятельный и своеобразный разговорный язык, но уже представляющий из себя, как можно было бы назвать, «клоунского-жанра-попурри-из-языков», совокупность созвучаний которого, при восприятии слухом человека более или менее понимающего и сознательно слушающего, отзывается только как «созвучания» турецких, персидских, французских, курдских, русских слов и еще каких-то совершенно «неудобоваримых» членораздельных звуков.

То же самое почти можно сказать относительно моего родного разговорного языка – греческого, на котором я говорил в детстве и, как можно было бы сказать, «вкус-ассоциативно-автоматической-мочи» которого и по настоящее время сохранился во мне. На нем пожалуй я мог бы теперь выразить все, что хочу, но применять его для писания не имею возможности вследствие той простой и довольно-таки комической причины, что ведь надо же, чтобы кто-нибудь переписывал мои писания и переводил на другие требующиеся языки. А кто может это делать?

С уверенностью можно сказать, что даже самый хороший знаток современного греческого языка не поймет решительно ничего из того, что я буду писать на моем, усвоенном мною с детства, родном языке, потому что мои дорогие «однорассольники», увлекаясь и желая, во что бы то ни стало, и своим разговорным языком тоже походить на представителей современной цивилизации, за эти же тридцать – сорок лет с этим дорогим мне разговорным языком проделали то же самое, что и со своим армяне, желавшие походить на русских интеллигентов.

Тот греческий разговорный язык, дух и сущность которого передались мне по наследству, и тот, на котором теперь говорят современные греки, так же похожи друг на друга, как, по выражению Молла Наср-Эддина, – «гвоздь-может-быть-похожим-на-панихиду».

Как же теперь быть?

Э…э…эх! Ничего, почтенный покупатель моих мудрствований. Лишь было бы побольше «французского арманьяка» и «хайсарской бастурмы», а там я уже найду, как выйти даже и из такого трудного положения. Не привыкать стать!..

В жизни мне приходилось так много раз попадать в трудные положения и выходить из них, что для меня это сделалось почти делом привычки.

В данном случае пока что буду писать частью по-русски и частью по-армянски, тем более что для обоих этих разговорных языков здесь среди постоянно около меня «болтающихся» есть несколько таких, которые более или менее «мозгуют» на обоих этих языках, и во мне пока имеется надежда, что они смогут переписывать и переводить с обоих этих языков для меня сносно.

На всякий случай еще раз повторяю, повторяю для того, чтобы вы помнили хорошо, а не так как вы обычно все помните и на основании такого вашего «помнения» привыкли выполнять данное себе или другим свое слово, что, каким бы языком я ни пользовался, всегда и во всем я буду избегать употребления этого мною названного «бонтонно-литературного-языка».

Экстраординарно-курьезным и даже в высшей степени, пожалуй, выше обычного вашего представления, достойным любознательности фактом является то, что с самого детства, именно с тех пор, как зародилась во мне потребность разорять птичьи гнезда и дразнить сестер моих сверстников, с этих именно пор в моем, как называли это древние теософы – «планетном-теле», но все же почему-то преимущественно в правой его половине, возникло какое-то инстинктивное непроизвольное ощущение, которое постепенно вплоть до того периода моей жизни, когда я сделался «учителем-танцев», оформилось в определенное чувствование, а затем, когда благодаря этой моей профессии я стал сталкиваться с людьми разных «типностей», то постепенно убедился и сознанием своим, что подобные разговорные языки, или скорее так называемые «грамматики» таких языков, составляются людьми, которые являются в смысле знания данного языка такими типами из среды нас, которых многоуважаемый Молла Наср-Эддин как-то характеризовал так: «Если бы их не было, то наши свиньи никогда не различали бы качества апельсинов».

Этого сорта люди, приобретающие по достижении ответственного возраста в процессе нашей ненормальной жизни тоже из-за гнилой наследственности и тошнотворного воспитания свойства «моли-пожирательницы» такого именно рода добра, уготовленного и оставленного нам нашими предками и временем, не имеют никакого понятия и наверно даже не слышали о том явно кричащем факте, что в подготовительном возрасте в мозговой функционизации всякой твари, также, конечно, и у человека, приобретается особое определенное свойство, автоматическую осуществляемость и проявляемость которого древние корколанцы и прозвали «законом-ассоциации», и что у каждой жизни, особенно у человека, процесс мышления его протекает исключительно в согласии с этим законом.

Ввиду того что мне пришлось коснуться здесь случайно вопроса, сделавшегося за последнее время одним из моих, так сказать, «коньков», именно о процессе человеческого мышления, я считаю возможным, не дожидаясь предназначенного мною соответствующего места для освещения этого вопроса, уже теперь, в первой главе, высказаться хотя бы только относительно той ставшей мне случайно известной аксиомы, что на Земле в прошлом во все века было обыкновением, чтобы всякий человек, в котором возникает дерзание иметь право считаться с другими и самому считать себя «сознательно-мыслящим», уже в начальные годы своей ответственной жизни был бы осведомлен о том, что вообще у людей имеются два рода мышления: один род – это мыслями, для выражения которых и употребляются слова, всегда имеющие в себе смысл относительный; а другой род мышления, который свойственен как человеку, так и всем животным, есть, как я бы его назвал, «мышление-формой».

Этот второй род мышления, «формой», которым и должен собственно говоря восприниматься и, после сознательного сопоставления с уже имеющимися сведениями, усваиваться точный смысл также и всякого писания, образовывается в людях в зависимости от условий географического места их нахождения, климата, времени и вообще всего окружающего, в которых произошло возникновение и протекало их существование до совершеннолетия.

Согласно этому в мозгу людей различных рас и положений и живущих в разных географических местностях, об одном и том же предмете или идее, или даже целом понятии, образовываются совершенно самостоятельные некие формы, которые во время функционизаций, т. е. ассоциаций, вызывают в их существе то или другое ощущение, субъективно обусловливающее определенные представления, какие представления и выражаются ими теми или иными словами, служащими только для внешнего субъективного выражения этих представлений.

Вследствие этого, для одной и той же вещи или идеи у людей различных географических местностей и рас, каждое слово приобретает очень определенное и совершенно различное, так сказать, «внутреннее-содержание».

Иными словами, если в общем наличии какого-нибудь человека, возникшего и оформившегося на какой-либо местности, слагается известная «форма» от результатов специфических местных влияний и впечатлений, и эта форма при ассоциации вызывает в нем ощущение определенного «внутреннего-содержания», следовательно и определенного представления или понятия, и для выражения этого он употребляет то или иное слово, становящееся для него в конце концов привычным и, как я уже сказал, субъективным, то другой слушающий, в существе которого относительно данного слова, благодаря иным условиям его возникновения и роста, образована форма с другим «внутренним-содержанием», – всегда воспримет и, конечно, неизбежно поймет под этим словом нечто, по смыслу совершенно иное.

Такой факт, между прочим, можно очень ясно констатировать при внимательном и беспристрастном наблюдении, когда присутствуешь при обмене мнений лиц, принадлежащих к двум разным расам или возникших и оформившихся на разных в географическом отношении местностях.

Итак, жизнерадостный и «куражополный» кандидат в покупатели моих мудрствований.

Предупредив вас, что я буду писать не так, как вообще пишут «профессионалы-писатели», а совсем по-другому, я советую, прежде чем приступить к чтению дальнейших моих изложений, серьезно подумать и только потом браться за чтение, а то, может быть, ваш слух и прочие воспринимательные и переваривающие органы так сильно уже наавтоматизированы к существующему в данный период течения времени на Земле «интеллигентно-литературному-языку», что чтение такого писания может подействовать на вас очень и очень какофонно и от этого вы можете потерять ваш… знаете что? – ваш аппетит на любимое блюдо и на то чувство, особо теребящее ваше «нутро», которое происходит в вас при виде соседки-брюнетки.

В такой возможности от действия моего языка, собственно говоря, скорее от образа моего мышления, я, из-за множества повторявшихся в прошлом случаев, уже убежден всем моим существом так, как «породистый-осел» убежден относительно верности и справедливости своего упрямства.

Вот только теперь, после того, как я вас предупредил о самом главном, за дальнейшее я совершенно спокоен, так как если с вами произойдет какое-либо недоразумение из-за моих писаний, вы сами всецело будете виноваты, а моя совесть так же будет чиста, как например… у Императора Вильгельма.

Вы, наверно, в данный момент думаете, что я, конечно, молодой человек с приятной наружностью и, как некоторые выражаются, «с-подозрительной-внутренностью», и, как начинающий писатель, очевидно намеренно оригинальничаю, чтобы сделаться, быть может, известным и, следовательно – богатым.

Если вы так действительно думаете, то очень и очень ошибаетесь.

Во-первых, я не молод – жил уже столько, что в своей жизни, как говорится, «съел собаку», и не одну собаку, а «целую псарню», – а во-вторых, вообще я не пишу для того, чтобы этим самым создать себе карьеру и стать на хорошие, как говорится, «житейские-ноги» благодаря этой профессии, которая, кстати сказать, по моему мнению, дает много шансов сделаться кандидатом прямехонько в «ад», если вообще подобные люди могут своим бытием усовершенствоваться хотя бы до этого, за то что сами, решительно ничего не зная, пишут относительно всевозможных «небылиц» и этим самым, автоматически приобретая авторитет, делаются виновниками одного из главных факторов той совокупности причин, которые с каждым годом беспрестанно продолжают еще больше «размельчать» и без того уже чересчур размельчавшуюся психику наших людей.

А что касается моей личной карьеры, то, благодаря всем высшим, низшим и, если хотите, правым и левым силам, я давно ее осуществил и уже давно стою на хороших «житейских-ногах», и даже, пожалуй, на очень хороших, и уверен, что крепости их хватит еще на долгие годы, назло всем прошлым, настоящим и будущим моим врагам.

Да! По-моему не мешает вам сказать также относительно только что возникшей в моем, как в данный момент вам должно казаться «сумасбродном», мозгу идеи, а именно чтобы специально потребовать там, куда я отдам для печатания мою первую книгу, поместить эту первую главу моих писаний таким образом, чтобы всякий мог ее прочесть, еще не разрезая самой книги, и узнав, что и все дальнейшее написано не обычно, т. е. не для способствования производить очень гладко и легко в мышлении читателя разные возбуждающие образы и усыпляющие мечты, мог бы при желании без лишних разговоров с торговцем возвратить ее и получить обратно свои, может быть собственным потом добытые, деньги.

Я тем более сделаю непременно так, потому что сейчас опять вспомнил ту, случившуюся с неким закавказским курдом историю, которую я слышал в моей еще совсем ранней юности и которая в последующей моей жизни при воспоминании о ней в соответствующих случаях всегда порождала во мне «долго-неугасаемый» импульс умиления.

По-моему, будет очень полезно как для меня, так и для вас, если я расскажу вам про эту историю, происшедшую с упомянутым закавказским курдом, немного подробнее.

Будет полезно, потому что мною уже решено самую вытекающую из этой истории «соль», или, как бы сказали современные чистокровные «дельцы-евреи», – «цимес», сделать одним из основных принципов общей той новой литературной формы, которую я собираюсь применить для достижения преследуемых мною целей через посредство этой моей новой профессии.

Этот закавказский курд как-то раз из своей деревни по каким-то делам отправился в город и там на базаре, в лавочке фруктовщика, увидал красиво устроенную выставку из всевозможных фруктов.

Среди этих выставленных фруктов он заметил один очень красивый как по цвету, так и по форме «фрукт», который по своей внешности так ему приглянулся и ему так захотелось его попробовать, что, несмотря на почти полное отсутствие у него денег, он решил непременно купить хотя бы только один такой дар Великой Природы и отведать его.

Тогда он, в большом возбуждении и с несвойственной ему смелостью, заходит в лавку и, указывая своим перстом, конечно мозолистым, на понравившиеся ему «фрукты», спрашивает у лавочника о цене. Лавочник ему отвечает, что фунт их стоит шесть грошей.

Он, находя, что эта цена для такого, по его понятиям, «прекраснейшего фрукта» совсем не дорогая, покупает целый фунт.

Кончив свои дела в городе, наш курд в тот же день опять пешком возвращается домой в свою деревню.

Идя во время заката солнца по горам и долинам, волей-неволей воспринимовывая внешнюю видимость вообще очаровывающих частей лона Великой Природы, Общей Матери, и непроизвольно впитывая в себя чистый воздух, не отравленный обычными выделениями промышленных городов, ему очень естественно вдруг захотелось удовлетвориться также обычной пищей, и потому он, сев на краю дороги и достав из своего провизионного мешка хлеб и купленные приглянувшиеся ему «фрукты», стал не торопясь есть.

Но… О ужас! Очень скоро в нем все начало гореть.

Несмотря на это, он продолжал свою еду.

Это несчастное двуногое творение продолжало делать это только благодаря той самой особой, впервые мною отмеченной человеческой присущности, принцип которой я как раз имел в виду, когда предрешил положить его в основу созданной мною новой литературной формы, намеренно сделать одним из факторов, приводящих к намеченной мною цели, как бы сказать «руководящим-маяком», смысл и значение которого, я уверен, и вы тоже скоро поймете, конечно, согласно степени вашей сообразительности, во время чтения какой-либо из последующих глав моего писания, если, конечно, рискнете и будете читать дальше, а может быть вы уже «расчухаете» кое-что даже в конце этой первой главы.

Итак, в то время как наш курд был поглощен всеми в нем происходящими, ему несвойственными ощущениями от такой своеобразной трапезы на лоне природы, по той же дороге проходил его односельчанин, слывший среди своих за человека очень умного и бывалого, и он, видя, что все лицо его земляка горит, а из глаз льются слезы и что несмотря на это он, увлеченный как бы выполнением самого главного своего долга, продолжает есть настоящий «стручковый перец», говорит ему:

– Что ты делаешь, идиот Иерихонский?! Ведь ты совсем сгоришь! Брось есть этот необычный и непривычный для твоей натуры продукт.

А наш курд ему и отвечает:

– Нет, ни за что не брошу. Ведь я за них заплатил мои последние шесть грошей. Если даже моя душа выйдет из моего тела, и то я буду их есть.

Сказав это, наш положительный курд – надо, конечно, полагать, что он был таковым, – не прекратил, а продолжал есть «стручковый-перец».

После только что вами воспринятого, я надеюсь, конечно, только на всякий случай, что в вашем мышлении уже начинает возникать соответствующая мыслительная ассоциация, долженствующая в результате, как у некоторых современных людей иногда бывает, слагать то самое, что вы вообще называете пониманием и что в данном случае вы понимаете меня, именно: почему я, хорошо зная и неоднократно уже преисполняясь умилением от такой человеческой присущности, заключающейся в неизбежной проявляемости того, что, если кто заплатит за что-либо деньги, он должен использовать обязательно все до конца, воодушевился всем своим общим наличием возникшей в моем мышлении идеей, принять все доступные мне меры для того, чтобы вы, мой, как говорится, «ближний-по-аппетиту-и-по-духу», если бы оказались человеком, который уже привык читать хотя и всякие книги, но все же только написанные исключительно на упомянутом «интеллигентско-разговорном-языке», и, уже заплатив деньги за мои писания, только потом узнали бы, что они написаны не на том обычном для вас удобно и легко читаемом языке, не были бы принуждены в силу этой человеческой присущности дочитывать их во что бы то ни стало до конца, подобно тому, как принужден был это делать наш бедный закавказский курд с едой, приглянувшейся ему только пока по внешности, – «шутить-не-любящего» благородного «красного перца».

Вот я и хочу, в целях избежания какого-либо недоразумения из-за такой присущности, данные для которой слагаются в общем наличии современного человека очевидно благодаря тому, что он часто посещает кинематограф и не упускает случая заглянуть в левый глаз особе другого пола, чтобы эта моя вступительная глава была напечатана сказанным образом и всякий мог бы ее прочесть, не разрезая самой книги.

В противном случае книжный торговец, как говорится, «прицепится» и непременно лишний раз проявит себя согласно основного принципа вообще торговцев, формулируемого ими следующими словами: «Ты-будешь-большой-дурак-а-не-рыбак-если-упустишь-рыбу-уже-дотронувшуюся-до-приманки», и разрезанную книгу не захочет принять обратно.

Относительно того, что это может так случиться, у меня нет никакого сомнения. Я вполне ожидаю такую с их стороны бессовестность.

Факторы для порождения во мне уверенности в такой, со стороны книжных торговцев, бессовестности окончательно оформились тогда, когда, в бытность мою профессиональным «индийским факиром», мне понадобилось для свершительного выяснения одного «ультра-философского» вопроса ознакомиться, между прочим, также с ассоциативным процессом для проявляемости автоматически сконструированной психики современных книжных торговцев и их приказчиков, во время всучивания ими книг покупателям.

Зная все это и к тому же став после случившегося со мной несчастья по своей натуре до последних пределов щепетильным и справедливым, я не могу не повторить, т. е. еще раз не предупредить, и даже умоляюще советовать, чтобы вы, прежде чем приступить к разрезанию листов этой моей первой книги, очень внимательно и даже не один раз прочитали бы эту начальную главу моих писаний.

А в том случае, если вы, несмотря даже на такое мое предупреждение, все-таки пожелаете ознакомиться с дальнейшим содержанием моих изложений, то мне ничего другого не останется сделать, как только пожелать вам от всей моей «настоящей-души» очень и очень хорошего «аппетита» и желать вам все прочитанное «переварить» не только во здравие вас самих, но и во здравие всех ваших близких.

Я сказал «настоящей-моей-души», потому что, живя последнее время в Европе и сталкиваясь часто с людьми, любящими при всяком подходящем и неподходящем случае упоминать всуе всякие, долженствующие быть священными, употребляемыми только для внутренней жизни человека, имена, т. е. напрасно клясться, я, будучи, как уже признался, вообще последователем не только теоретическим, какими последователями чего-либо становятся современные люди, а и практически веками зафиксированных народной мудростью изречений, в том числе и изречения, в высшей степени соответствующего данному случаю, выраженного словами – «с-волками-жить-по-волчьи-выть», решил, для того, чтобы не вносить дисгармонии в это установившееся здесь в Европе обыкновение, – клясться при разговорных сношениях и в то же время поступать согласно заповеди, выраженной устами святого Моисея – «не беспокоить понапрасну священных имен», воспользоваться одним из казусов «новоиспеченного», в данный период модного разговорного языка, т. е. английского, и начал в требующихся случаях клясться моей «английской-душой».

Дело в том, что на этом разговорном языке слова «душа» и «пятка» не только произносятся, но даже почти пишутся, одинаково.

Не знаю, как вы, уже наполовину кандидат на покупателя моих писаний, но моя своеобразная натура не может даже при большом умственном желании не возмущаться и таким фактом проявляемости людей современной цивилизации. На самом деле, как можно самое высшее человеческое, особенно любимое нашим ТВОРЦОМ ОБЩИМ ОТЦОМ, наименовать и частенько до уяснения себе принимать за самое низшее в человеке?

Ну, довольно «филологствовать». Вернемся к основной задаче этой начальной главы, предназначенной, с одной стороны, для «тормошения» залежавшей мысли как у меня, так и у читателей, а с другой стороны, предупредить кое о чем этих последних.

Итак, план и последовательность изложения мною задуманного я уже составил в моей голове, но в какую это выльется форму при нанесении на бумагу, откровенно говоря, пока я и сам своим сознанием еще не охватил, но всем результатом функционизации моего инстинкта определенно уже чувствую, что в общем все это выльется в «нечто» очень и очень «забористое» и будет иметь воздействие на общее наличие всякого читателя, вроде воздействия «стручкового-перца» на бедного закавказского курда.

Теперь после ознакомления вас с историей нашего общего земляка, закавказского курда, я уже считаю своим долгом кое в чем признаться, и потому, прежде чем продолжать изложение этой первой главы, служащей вступлением ко всему мною предрешенному написать, хочу довести до сведения вашего «чистого», т. е. бодрственного, сознания о том, что в дальнейшем писании даже и данной первоначальной главе я буду излагать мои мысли намеренно в такой последовательности и с такой «логической-сопоставляемостью», чтобы сущность некоторых реальных понятий сама по себе автоматически из такого «бодрственного-сознания» современного читателя, каковое «сознание» большинство современных людей принимает за настоящее, а я утверждаю и экспериментально доказываю, что оно фиктивное, могла бы доходить до так называемого вами «подсознания», долженствующего, по моему мнению, быть «настоящим» человеческим сознанием, и там сама по себе механически подвергаясь той самой трансформации, которая должна вообще происходить в общем наличии человека, давала бы, при посредстве собственного его волевого «активного-мышления», долженствующие результаты, присущие человеку, а не просто одномозгному и двухмозгному животному.

Я решил непременно сделать так, чтобы эта моя вступительная глава, предназначенная, как я уже сказал, будить и ваше сознание, вполне оправдала бы свое назначение и, доходя не только до вашего, пока только, по-моему, фиктивного «сознания», а также и до настоящего, т. е. по-вашему – подсознания, может быть впервые заставила бы вас активно помыслить.

Следует, кстати, сказать, что в общем наличии всякого человека, независимо от его воспитания и наследственности, оформливаются два самостоятельных сознания, которые как в своих функционизациях, так и в проявлениях почти ничего общего между собой не имеют.

Одно из них образовывается от восприятия всяких случайно происходящих или намеренно со стороны других производимых механических впечатлений, в числе каких впечатлений следует считать также и «созвучия» разных слов, являющихся на самом деле действительно, как говорится, «пустыми», а другое сознание образовывается от так сказать «уже-слагавшихся-раньше-материальных-результатов» и слившихся с соответствующей частью общего наличия данного человека как перешедших к нему по наследству, так и в нем самом возникших от сознательно производимых им ассоциативных сопоставлений этих уже имеющихся в нем «материализованных-данных».

Вся совокупность как слагаемости, так и проявляемости этого второго человеческого сознания, которое является ни чем иным, как называемым вами «подсознанием», и которое образовывается от «материальных-результатов» наследственности и сопоставлений, осуществляемых собственным намерением, и должна, по моему мнению, сложившемуся согласно многолетним моим экспериментальным выяснениям, протекавшим при исключительно благоприятно складывавшихся для этого условиях, первенствовать в общем наличии человека.

Исходя из этого убеждения, – пока только моего, – а для вас являющегося в данный момент, по всей вероятности, продуктом фантазии особого вида душевно-больного, я, как вы сами видите, не могу уже теперь не считаться с этим и даже должен считать себя обязанным общее изложение и этой первой главы, все же долженствующей явиться также и предисловием для всего дальнейшего моего писания, вести с таким расчетом, чтобы и оно доходило и требуемым для моей цели образом «тормошило» накопившиеся всякого происхождения восприятия в обоих этих ваших сознаниях.

Продолжая излагать уже с таким расчетом, я хочу прежде всего довести до сведения этого вашего фальшивого сознания о том, что, благодаря слагавшимся в разные периоды моей жизни подготовительного возраста в моем общем наличии трем очень специфическим психическим данным, я теперь являюсь действительно единственным в своем роде в смысле, так сказать, «запутывания-и-перепутывания» у сталкивающихся со мной людей всяких понятий и убеждений, которые как будто уже прочно в их общем наличии зафиксировались.

Та-та-та-та… я уже чувствую как в вашем фальшивом, а по-вашему «настоящем», сознании начали, как «мухи-слепни», копошиться всякие данные, перешедшие к вам по наследству главным образом от дяди и «маман», которые хотя и порождают в вас в совокупности только единый, но зато до умиления хорошо просвечивающий всегда и во всем импульс любопытства, как в данном случае – поскорее узнать, почему же я, т. е. какой-то начинающий писатель, чье имя вы до сих пор ни разу даже в газетах не приметили, являюсь вдруг таким уже уникумом.

Ничего… Лично я очень доволен, если, конечно, он сильнее обычного, возникновением в вас даже этого недостойного для человека импульса, порождаемого в вас хотя бы через посредство вашего фальшивого сознания потому, что я по опыту уже знаю, что у некоторых этот, даже порождаемый от фальшивого сознания импульс, иногда может в самой натуре превратиться в достойный для человека импульс, именующийся «любознательностью», который в свою очередь обычно способствует лучшему восприятию и даже близкому пониманию сущности того предмета, на котором иногда бывает, что у современного человека может концентрироваться внимание на что-либо определенное, и потому я согласен даже удовлетворить с удовольствием это возникшее в вас в данный момент любопытство.

Так слушайте же и постарайтесь не разочаровать, а оправдать мое ожидание.

Эта моя оригинальная личность, «расчуханная» уже некоторыми определенными индивидуумами с обоих клиросов верховного судилища, в котором происходит «объективное-правосудие», а здесь на Земле пока еще очень ограниченным числом людей, базируется, как я уже говорил, на трех в разное время, еще в период моего подготовительного возраста, слагавшихся во мне очень специфических данных.

Первое из них с самого начала его возникновения сделалось для всего моего целого как бы основным руководящим рычагом, а два других последующих – как бы «животворящими-источниками» для питания и усовершенствования этого первого.

Возникновение первого произошло еще тогда, когда я был еще совсем маленьким, как таких называют, «карапузом».

Моя дорогая, ныне покойная, бабушка еще была в живых и имела от роду сто с чем-то лет.

Вот эта моя бабушка – Царство ей Небесное! – когда умирала, и моя мать, как это было тогда в обычае, подвела меня к ее постели, она, дорогая моя покойная бабушка, пока я целовал ее правую руку, положила на мою голову свою умирающую левую руку и хотя и тихо, но очень внятно сказала:

– Самый старший из моих внуков! Слушай и запомни навсегда мой тебе строгий завет: ты в жизни никогда не делай ничего такого, что делают другие.

Сказав это, она посмотрела на мою переносицу и, очевидно заметив мое недоумение и неясное понимание того, что она сказала, на этот раз немного уже сердито и внушительно добавила:

– Или ты ничего не делай, ходи только в школу, или делай что-нибудь такое, чего не делает никто.

После этого она сразу без промедления, с заметным импульсом презрения ко всему окружающему и с достойным самосознанием, свою душу отдала непосредственно в собственные руки Самого Его Верности Архангела Гавриила.

По-моему, вам будет интересно и даже поучительно узнать и про то, что все это тогда на меня самого произвело такое сильное впечатление, что я вдруг сразу как будто лишился возможности переносить кого бы то ни было из окружающих и потому, когда мы вышли из комнаты, в которой осталось лежать бренное «планетное-тело» причины причины моего возникновения, я тихонько, стараясь быть незамеченным, забрался в яму, в которой во время Великого Поста сохранялись в запас отруби и шелуха картофеля для «санитаров» нашего дома, т. е. свиней, и пролежал в ней с вихрем волнующих меня и путающихся мыслей, имевшихся в моем детском мозгу, к моему тогдашнему счастью, еще очень мало, без еды и питья вплоть до возвращения моей матери с кладбища, результат плача которой после обнаружения моего отсутствия и тщетных поисков как бы «сломил» меня, и я моментально вылез из ямы и, постояв раньше на краю ямы почему-то с вытянутыми вперед руками, потом подбежал к ней и, крепко вцепившись в ее юбку, начал, непроизвольно топая ногами, почему-то подражать крику осла, принадлежавшего нашему соседу, судебному приставу.

Почему это произвело тогда на меня такое сильное впечатление и почему я почти автоматически стал себя так странно проявлять, я так-таки до сих пор этого себе и не уяснил, хотя за последние годы, особенно в дни так называемой у нас «масленицы», много раз задумывался главным образом над этим, стараясь доискаться причины его.

Я пока вынес лишь только такое логическое предположение, что, может быть потому, что комната, в которой происходило такое долженствовавшее иметь колоссальное значение для всей моей дальнейшей жизни священнодействие, была до крайних пределов пропитана запахом специального ладана, привезенного из очень популярного среди всех оттенков последователей христианской религии монастыря «Старого Афона».

Как бы там ни было, но свершившийся тогда факт и поныне остается голым фактом.

В последующие за этим событием дни в моем общем состоянии ничего особенного не произошло, если не поставить в связь с этим то, что я стал с этого времени чаще обычного ходить вверх ногами, т. е. на руках.

Первый мой поступок, явно не согласовавшийся с проявлениями других, хотя, правда, еще без участия не только моего сознания, но даже и подсознания, случился как раз на сороковой день кончины моей дорогой бабушки, когда вся наша семья, родственники и все почитавшие мою милую, располагавшую всех к себе бабушку собрались, как это было в обычае, на кладбище произвести над покоящимися в могиле ее бренными останками церемонию, называемую «панихида». Я вдруг, ни с того ни с сего, вместо принятого одинаково у людей всех слоев как осязаемой, так и неосязаемой нравственности и материального положения обыкновения – стоять спокойно, как бы удрученными, с печальным выражением лица и даже, если возможно, со слезами на глазах, начал вокруг могилы подпрыгивать, как бы танцуя, и припевать:

Со святыми да упокой,

Человек она была не простой… и т. д., и т. д.

Вот с этого, кажется, и началось, что в моем общем наличии возникло «нечто» такое, которое в смысле всякого, так сказать, «обезьянничанья», т. е. подражания обычным автоматическим проявляемостям окружающих, стало всегда и во всем порождать, как я это теперь назвал бы, – «потребное-стремление» делать не так, как это самое делают другие.

В том моем возрасте я совершал поступки, например, вроде следующих:

Если брат, сестры и приходящие к нам соседские дети, для того, чтобы наловчиться ловить одной рукой мячик – конечно, правой рукой, как это обычно было для всех, – раньше бросали его вверх, то я для такой же цели, прежде, хотя тоже правой рукой, очень сильно ударял мяч об пол и, когда он подскакивал в воздух, успевая делать сальто-мортале, ловил его только большим и средним пальцами, но уже непременно левой руки, или если все прочие дети с горки на саночках катились лицом вперед, я это делал, как тогда дети называли, – «задним-ходом», или еще, если нам детям давали разной формы так называемые «абаранские пряники», то обыкновенно все остальные дети, прежде чем положить в рот, предварительно облизывали их, очевидно с тем, чтобы выяснить себе вкус и продлить получаемое удовольствие, я же раньше каждый такой пряник со всех сторон нюхал, иногда даже прикладывал к уху и внимательно прислушивался и потом только, произнося про себя, хотя почти бессознательно, но очень серьезно: «таки-таки-таки-надо, не-кушай-чего-не-надо» – и издавая в рифму соответствующие звуки, один раз только придавливая их зубами и не смакуя, сразу проглатывал его и т. д., и т. д…

Первое событие, во время которого возникло во мне одно из двух упомянутых данных, сделавшихся «животворными-источниками» для питания и усовершенствования завета моей покойной бабушки, произошло как раз в том моем возрасте, когда я, превратившись из карапуза в так называемого «мальчишку-сорванца», начинал уже представлять из себя, как иногда говорят, «кандидата-на-молодого-человека-приятной-наружности-и-с-неопределенным-внутренним-содержанием».

Произошло это событие при следующей случайной, а может быть, даже самой судьбой специально скомбинированной, обстановке.

Как-то на крыше соседнего дома в числе других, таких же, как и я, «мальчишек-сорванцов» я ставил «силок» для ловли голубей.

Один из стоявших над моей головой и внимательно наблюдавших мальчиков сказал:

– По-моему, петлю из волос хвоста лошади следует располагать с таким расчетом, чтобы в нее не попал средний самый длинный палец голубя, потому что, как недавно объяснил нам наш учитель зоологии, у голубя во время движения в этом самом его пальце концентрируется вся имеющаяся в нем резервная сила, и потому, если этот палец попадет в петлю, голубь конечно может легко разорвать ее.

Другой мальчик, стоявший нагнувшись как раз против меня, у которого, между прочим, всегда изо рта во время говора без экономии брызгали во все стороны слюни, на такое замечание первого огрызнулся, выпаливая вместе с обильным количеством слюны следующие слова:

– Останови твою говорильную машину, безнадежный выродок отпрысков готтентотов. Ты такой же недоносок, как и твой учитель. Если даже это и так, что у голубя самая большая физическая сила концентрируется в этом среднем пальце, то тем более надо принять все меры, чтобы в петлю попался как раз этот самый его палец! Тогда-то именно и будет иметь значение для нашей цели, т. е. для ловли этих несчастных тварей-голубей, та мозговая особенность, которая присуща всем носителям этого мягкого и склизкого «нечто» и заключается в том, что когда благодаря другим воздействиям, от которых зависит и его незначительная проявляемость, возникает закономерная, периодически требуемая так называемая «перетасовка-наличия», то это маленькое, так сказать, «закономерное-замешательство», долженствующее происходить для воодушевления других проявлений общей функционизации, моментально способствует центротяжестности всей функционизации, в которой это склизкое «нечто» принимает очень маленькое участие, временно перейти из обычного места в иное место, из-за чего часто и получается во всей этой общей функционизации до абсурда бессмысленные неожиданные результаты.

Последнее слово он «выпалил» с таким извержением слюны, что все мое лицо как бы подверглось действию «пульверизатора», придуманного и выделанного германцами для окрашивания материй анилиновыми красками.

Этого я уже не стерпел и, не изменяя моей согнутой позы, ринулся на него и со всей силы попал головой в подложечную область, от чего он тут же растянулся, потеряв то, что называется «сознанием».

Я не знаю и не желаю знать, какого рода результаты будут слагать в вашем мышлении сведения о тех житейских обстоятельствах, которые я сейчас сообщу вам, но для моего мышления это самое является не только характерным совпадением, но служит большим козырем для уверования в возможность такого факта, что все эти описываемые мною события, имевшие место в моей юности, происходили не просто случайно, а создавались какими-то посторонними силами намеренно.

Дело в том, что такой ловкости в упомянутом приеме я был обучен только за несколько дней до этого события одним, попавшим в наш город и нанятым моими родителями для меня в качестве учителя новогреческого языка, греческим священником из Турции, который, гонимый за свои политические убеждения, вынужден был бежать оттуда.

Я не знаю на чем базировались его политические убеждения и идеи, но мне очень хорошо помнится, что во всех разговорах этого греческого священника, даже во время объяснения мне разницы между древне и новогреческими восклицательными словами, действительно всегда у него очень явно просвечивались его мечты о том, чтобы поскорее попасть на остров Крит и там проявить себя, как подобает истинному патриоту.

Увидя тогда впервые такой результат моей ловкости, признаться я сам очень испугался, потому что, еще не зная про такую реакцию от удара в это место, подумал, что я его убил.

В то время, пока я переживал сказанный испуг, другой мальчик, двоюродный брат того, который сделался первой жертвой такой моей, так сказать – «самооборонной-ловкости», увидя это, не раздумывая, поддавшись очевидно чувству так называемой «единокровности», сразу подскочил ко мне и со всего размаху ударил меня кулаком по лицу.

От этого удара у меня, как говорится – «из-глаз-посыпались-искры» и вслед за этим мой рот заполнился чем-то, как будто в него напихали кашицы для искусственного откармливания тысячи цыплят.

Когда по прошествии некоторого времени во мне стали успокаиваться оба странные ощущения, я уже реально обнаружил, что во рту у меня есть что-то постороннее, и когда я вынул его пальцами, то оказалось, что это не что иное, как больших размеров и странной формы зуб.

Мальчишки, заметив меня рассматривающего этот необыкновенный зуб, все окружили меня и тоже стали с большим любопытством и странным безмолвием разглядывать его.

В это время мальчик, до этого лежавший пластом, пришел в себя и, встав на ноги, тоже, как будто ничего этого с ним не случилось, вместе с другими стал удивленно рассматривать мой зуб.

Этот странный зуб имел семь отростков и на конце каждого из них рельефно выступала капля крови, причем каждая капля в отдельности явно и определенно просвечивала одним из семи аспектов проявления белого луча.

После необычайного для нас «мальчишек-сорванцов» безмолвия, поднялся обычный галдеж и в этом галдеже нами было решено – сейчас же пойти к цирюльнику, специалисту по выдергиванию зубов, и спросить его, почему этот зуб именно такой.

Мы все спустились с крыши и направились к этому цирюльнику, причем я, как «герой-дня», шел впереди всех.

Цирюльник, небрежно посмотрев на зуб, сказал, что это просто «зуб-мудрости» и бывает он такой у всех тех людей мужского пола, которые до первого произношения «папа и мама» питались молоком исключительно только родной матери и которые отличают с первого же раза среди многих других лиц своего родного отца.

От всей совокупности воздействий этого события, во время которого сделался «полной-жертвой-мой-бедный-зуб-мудрости», помимо того, что мое сознание с тех пор всегда и относительно всего стало впитывать в себя самую результирующую суть сущности завета моей покойной бабушки, Царство ей Небесное, во мне тогда также, вследствие того, что я не обратился, чтобы залечить бывшее вместилище этого моего зуба к «дипломированному-зубному-врачу», чего фактически не мог сделать из-за отдаленности нашего местонахождения от современных культурных центров и благодаря чему из этого вместилища стало хронически понемногу сочиться «нечто», имеющее свойство, как это стало мне известно тоже только недавно благодаря объяснениям одного очень известного метеоролога, с которым мне пришлось случайно сделаться, как говорится, «задушевным-приятелем» на почве частых встреч в монмартрских ночных ресторанах Парижа, вызывает интерес и влечение к выяснению причин возникновения всякого подозрительного «реального-факта», и какое свойство, не по наследству перешедшее в мое общее наличие, постепенно само собою и привело меня к тому, что я в конце концов сделался специалистом по исследованию всяких «подозрительных-феноменов», как встречных, так и часто поперечных.

Это новообразовавшееся после этого события во мне свойство, когда я превратился уже в охарактеризованного мною молодого человека, конечно при содействии «Всеобщего-Владыки-Беспощадного-Геропаса», т. е. «течения-времени», сделалось для меня неугасаемым, всегда мощно пламенеющим и согревающим мое сознание, очагом.

Вторым из упомянутых животворных факторов уже для окончательного слития завета моей дорогой бабушки со всеми данными, составляющими мою общую индивидуальность, явилась совокупность впечатлений, полученных от случайно мною воспринятых сведений касательно происшедшей здесь у нас на Земле самой истории возникновения того «принципа», который, как оказалось согласно выяснениям господина Аллана Кардека во время одного «абсолютно-тайного» спиритического сеанса, сделался впоследствии всюду среди нам подобных существ, возникающих и существующих на всех других планетах нашей Великой Вселенной, одним из главных «житейских-принципов».

Словесная формулировка такого, ныне «всевселенского», житейского принципа следующая: «Если-кутить-так-кутить-с-пересылкой».

Вследствие того, что этот «принцип», ныне уже являющийся общевселенским, возник на той же планете, на которой возникли и вы, да еще вдобавок существуете, почти постоянно припеваючи и частенько потанцовывая «фокстрот», то потому я не считаю себя вправе скрыть от вас известные мне сведения, выясняющие некоторые подробности возникновения и такого общевселенского факта.

Вскоре после окончательного внедрения в мою натуру упомянутой присущности, т. е. безотчетного стремления к выяснению причин возникновения всяких «реальных фактов», я, когда попал впервые в самое сердце России, в город Москву, не находя там ничего другого для удовлетворения такой моей психической потребности, занялся исследованием всяких русских былин и поговорок.

И вот как-то раз, между прочим, мне пришлось, не знаю случайно ли или тоже вследствие каких-то объективных закономерных последовательностей, узнать следующее:

Некий русский, являющийся по внешней своей видимости для окружающих просто-напросто купцом, должен был поехать по каким-то делам из своего провинциального города в эту вторую русскую столицу, город Москву, и его сын, причем любимый, вследствие того, что он был похож только на мать, попросил его привезти оттуда какую-то книгу. Когда этот великий автор «всевселенского-житейского-принципа» приехал в Москву, он там с одним своим приятелем, как полагалось и как доныне, кажется, полагается, напился, как говорится «вплотную», настоящей «русской водкой».

И когда эти два обитателя современной превеликой группировки двуногих дышащих, после выпитого соответствующего числа рюмок «русской-благодати», заговорили касательно вопроса, как там называют – «просвещения народа», а начинать с такого вопроса свои разговоры еще издавна стало там обыкновением, купец, вдруг по ассоциации вспомнив поручение своего сына, решил сейчас же вместе с этим своим приятелем отправиться в книжный магазин купить ему книгу.

В магазине купец, перелистывая поданную ему приказчиком книгу, спрашивает о ее цене.

Приказчик отвечает, что эта книга стоит шестьдесят копеек.

Купец, заметив, что на обложке книги цена помечена только сорок пять копеек, сперва странным и несвойственным вообще для российского обитателя образом задумывается, а потом, делая какую-то манипуляцию своими плечами, выпрямившись и выпятив грудь, подобно гвардейскому офицеру, почти остолбеневает и после некоторой паузы очень спокойно, но с интонацией в голосе, выражавшей большую авторитетность, говорит:

– Вот здесь написано сорок пять копеек. Почему же вы запрашиваете шестьдесят?

Тогда приказчик, делая «маслянистое» лицо, как это свойственно делать всем приказчикам, заявляет: книга действительно стоит сорок пять копеек, но мы ее должны продавать за шестьдесят, так как пятнадцать копеек стоит ее пересылка.

После такого ответа приказчика у нашего русского купца, озадаченного такими двумя противоречащими, но до очевидности ясно согласующимися фактами, видимо, стало что-то внутри происходить. И вот тогда-то он, устремив свой взгляд на потолок, опять задумывается, на этот раз подобно английскому профессору-изобретателю капсул для касторового масла, а потом, вдруг повернувшись к своему приятелю, выявляет из себя впервые в мире ту словесную формулировку, которая, выражая по своей сущности несомненную объективную истину, приняла с этих пор характер изречения.

А изрек он это тогда при следующем обращении к своему приятелю:

– Это ничего, мой дорогой! Мы эту книгу возьмем. Сегодня все равно мы кутим. Если кутить, так уж кутить с пересылкой!

Вот именно тогда, как только все это мною было осознано, во мне несчастном, обреченном еще при жизни испытать прелесть «Ада», началось и в течение довольно долгого времени продолжало происходить нечто очень странное, никогда до этого, ни после этого мною не испытанное. А именно – между всеми обычно происходящими во мне разноисточными ассоциациями и переживаниями стало происходить что-то вроде «перемещающихся-конских-скачек», существовавших и, кажется, существующих поныне у хивинцев.

Одновременно с этим по всей области моего позвоночника начался сильнейший, почти невыносимый зуд, а в самом центре моего «плексус-солярис» – колики, тоже нестерпимые, и все это, т. е. эти странные двойственные, друг друга возбуждающие ощущения по прошествии некоторого времени вдруг заменились таким спокойным внутренним состоянием, какое я испытал в последующей моей жизни только раз, когда надо мною производили церемонию «великого-посвящения» в братство «Производителей-масла-из-воздуха». А потом, когда «Я», т. е. то мое «нечто-неизвестное», которое в глубокой древности некий чудак, называвшийся тогда окружающими, как и мы теперь называем таковых, «ученым», определил как «некое-относительное-переходящее-возникновение-зависящее-от-качества-функционизации-мысли-чувства-и-органического-автоматизма», а по определению другого, тоже древнего, знаменитого арабского ученого Мал-эль-Леля, каковое определение, кстати сказать, впоследствии было заимствовано и на другой лад повторено не менее знаменитым уже греческим ученым, по имени Ксенофонт, есть «результат-совокупности-сознания-подсознания-и-инстинкта»; так вот, когда это самое мое «Я» в этом состоянии обратило свое обалдевшее внимание внутрь меня, то, во-первых – очень ясно констатировало, что все, до единого слова, выясняющее это ставшее «общевселенским-житейским-принципом» изречение, во мне трансформировалось в какое-то особое космическое вещество и, сливаясь с уже давно до этого окристаллизовавшимися во мне от завета моей покойной бабушки данными, превратило их в «нечто» и это «нечто», протекая всюду в моем общем наличии, осадилось в каждом атоме, составляющем это мое общее наличие, навсегда, а во-вторых – это мое злополучное «Я» тут же определенно ощутило и с импульсом покорности осознало тот для меня прискорбный факт, что с этого момента я уже волей-неволей всегда, во всем без исключения, должен буду проявляться согласно такой присущности, образовавшейся во мне не по законам наследственности, не под влиянием окружающих условий, а возникшей в моем общем наличии под воздействием трех, ничего общего между собой не имеющих, внешних случайных причин, а именно: благодаря, во-первых – завету особы, ставшей без всякого моего какого бы то ни было желания пассивной причиной причин моего возникновения; во-вторых – из-за выбитого моего же собственного зуба каким-то сорванцом-мальчишкой, главное из-за его «слюнявости»; и в-третьих – благодаря словесной формулировке, выявленной спьяна совершенно чуждой мне личностью какого-то «российского купца».

До моего ознакомления с этим «всевселенским-житейским-принципом» я, если и осуществлял всякие проявления иначе, чем другие мне подобные двуногие животные, возникающие и прозябающие со мной на одной и той же планете, то делал это автоматически и только иногда полусознательно, но после этого события стал уже все делать сознательно, причем с инстинктивным ощущением двух слитых импульсов самоудовлетворения и самосознания корректного и честного выполнения своего долга перед Матерью Природой.

Надо даже подчеркнуть, что хотя и до этого события я уже делал все не так, как другие, но мои такие проявления почти не бросались в глаза вблизи меня находящимся моим землякам, а с момента, когда сущность этого житейского принципа, так сказать, ассимилировалась с моей натурой, то всякие мои проявления, как намеренные для каких-либо целей, так и просто, как говорится, от «ничего-не-деланья», с одной стороны, приобрели животворность и начали способствовать образованию «мозолей» на разных воспринимательных органах всякого без исключения мне подобного творения, прямо или косвенно направлявшего свое внимание на мои действия, а с другой стороны, я всякие свои затеи сам, согласно завету моей покойной бабушки, стал доводить до возможно максимальных пределов, причем у меня само по себе приобрелось обыкновение, чтобы всегда, как при начале нового дела, так и при всяком изменении его в направлении, конечно большего масштаба, всегда произносить про себя или вслух: «Если-кутить-так-кутить-с-пересылкой».

Вот, например, также в данном случае, раз мне в силу не от меня зависящих причин, а вытекших из обстоятельств моей случайно, странным образом сложившейся жизни, приходится писать книги, я должен и это делать по такому, постепенно определившемуся от разных, самою жизнью созданных экстраординарных комбинаций и слившемуся с каждым атомом моего общего наличия принципу.

Такой мой психо-органический принцип на этот раз начну осуществлять на деле тем, что вместо того, чтобы следовать спокон веков и по настоящее время установившемуся обыкновению всех писателей, брать темой для своих разных писаний события, которые якобы происходили или происходят на Земле, возьму для своего писания масштабом событий – весь Мир. И в данном случае «брать-так-брать!», т. е. «если-кутить-так-кутить-с-пересылкой».

В масштабе Земли может писать каждый писатель, а я ведь не каждый!

Разве я могу ограничиться одной этой нашей в объективном смысле «мизерной-землей»?!

Я этого делать так не должен, т. е. делать темой своих писаний то, что берут вообще другие писатели, уже только из-за одного того, что вдруг окажется действительно верным то, о чем утверждают наши ученые спириты и моя бабушка узнает про это. Представляете ли вы себе, что может тогда произойти с ней, с моей милой, дорогой бабушкой?!

Ведь она повернется в своей могиле не один раз, как это обычно говорят, а как я ее понимаю особенно теперь, когда уже как следует «насобачился» входить в положение другого, она повернется много, много раз: так много раз, что, пожалуй, превратится почти в «ирландский-флюгер».

Вы, читатель, пожалуйста, не беспокойтесь, я и о Земле тоже конечно буду писать, но писать буду с таким беспристрастным отношением, чтобы как сама эта сравнительно с прочими маленькая планета, так и все на ней находящееся соответствовали тому месту, какое на самом деле они занимают и должны, согласно даже с вашей здравой, конечно благодаря моему руководству, логикой, занимать в нашей Великой Вселенной.

Я, конечно, должен в этих своих писаниях разных так называемых «героев» также сделать не такими типами, какими их обрисовывают и как их возвеличивают на Земле писатели всех рангов и эпох, т. е. вроде Ивана Ивановича или Петра Петровича, рождающихся по недоразумению и не приобретающих во время процесса оформления к «ответственной-жизни» решительно ничего такого, что подобает иметь Богоподобному возникновению, т. е. человеку, а прогрессивно развивающих в себе до последнего своего издыхания только такие разные «прелести», как например: «похотливость», «слюнявость», «влюбчивость», «ехидство», «мягкосердечие», «завистливость» и тому подобные неподобающие человеку пороки.

Я намерен в своих писаниях героями вывести таких типов, которых всякий, как говорится – «хочет-не-хочет», должен будет ощутить всем своим существом как нечто реальное и в отношении которых в каждом читателе неизбежно должны окристаллизовываться данные для представления о том, что они действительно «нечто», а не просто «что-либо-так-себе».

В течение последних недель, когда я еще телом совершенно немощный лежал в постели и мысленно составлял программу моего будущего писания и обдумывал форму и последовательность его изложения, я пока что решил главным героем первой серии моих писаний сделать… знаете кого?.. Самого Великого Вельзевула, и это несмотря даже на то, что такой мой выбор может с самого начала вызвать в мышлении большинства читателей такую ассоциацию мыслей, которая в них должна порождать всякие автоматически сопротивляющиеся импульсы от воздействия, непременно оформливающихся в психике людей из-за всяких ненормально установившихся условий нашей внешней жизни, той совокупности данных, которые окристаллизовываются вообще в людях особенно благодаря существующей и укоренившейся в их жизни пресловутой, так называемой «религиозной-морали» и, следовательно, в них неизбежно должны будут слагаться данные для необъяснимой враждебности по отношению к моей особе.

Знаете ли что, читатель?

Я все же конечно на тот случай, если вы, несмотря на мое предупреждение, решитесь рискнуть продолжать ознакомливаться с моими последующими писаниями и постараетесь воспринимовывать их всегда с наличием импульса беспристрастности и понимать самую сущность этих, мною предрешенных осветить вопросов, а также имея в виду ту присущую человеческой психике особенность, что отсутствие сопротивления для восприятия даже и хорошего может происходить исключительно только тогда, когда устанавливается, так сказать – «контакт-обоюдной-откровенности-и-доверия», хочу уже теперь признаться вам откровенно относительно возникших в моем мышлении ассоциаций, осадивших в результате в соответствующей сфере моего сознания то данное, которое подсказало всей моей индивидуальности избрать главным героем для своих писаний именно такого индивидуума, каким представляется вашему внутреннему взору этот самый господин Вельзевул.

Это я делал не без хитрости.

А хитрость с моей стороны заключается просто в том логическом предположении, что если я окажу Вельзевулу такое внимание, то Он, в чем я пока не сомневаюсь, всенепременно захочет отблагодарить меня, помогая мне в этих задуманных мною писаниях всеми доступными Ему способами.

Хотя господин Вельзевул и сделан, как говорится, из «другого-теста», но раз Он тоже может думать, а главное, раз Он имеет, как мне давно стало известно благодаря сочинениям знаменитого католического монаха, брата Фулона, «курчавый-хвост», то я, будучи на практике всесторонне убежден, что курчавость никогда не бывает природной, а может получиться только от намеренных разных манипуляций, а также на основании оформившейся в моем сознании от чтения книг по хиромантии «здравой-логики», решил, что господин Вельзевул тоже должен обладать немалой долей тщеславия и потому Ему будет чересчур неудобно не помочь тому, кто будет рекламировать Его имя.

Недаром наш несравненный, общий учитель – Молла Наср-Эддин часто говорит: «Без-смазки-не-только-жить-сносно-но-и-дышать-нигде-нельзя».

А другой земной мудрец, тоже сделавшийся таковым благодаря большой дурости наших людей, по имени Козьма Прутков, про это же самое изрек следующее: «Не-подмажешь-не-поедешь».

Зная это и много других подобных изречений народной мудрости, сложившихся веками в совместной жизни людей, я и решил «подмазать» именно господина Вельзевула, у которого, как всякий понимает, возможностей и знания столько, что хоть отбавляй.

Довольно, старина! Шутки в сторону, даже философские. Ты, кажется, благодаря всяким таким отклонениям уже нарушил один из главных принципов, выработанных тобою и положенных в основу предначертанной системы для проведения в жизнь твоей мечты посредством такой новой профессии, которая заключается также в том, чтобы всегда помнить и считаться с фактом ослабления функций мышления современного читателя и не утомлять его восприятиями множества идей в течение короткого времени. К тому же, когда я попросил одного из всегда болтающихся около меня людей, с целью «сподобиться-попасть-в-рай-непременно-с-сапогами», прочесть мне вслух подряд все, что мною написано в этой вступительной главе, мое то самое, что называется «Я», при участии конечно всех слагавшихся в моей своеобразной психике за период прошлой жизни разнообразных определенных данных, дающих, между прочим, понимание также и психики других разнотипных себеподобных творений, с несомненностью констатировало и осознало, что в общем наличии всякого без исключения читателя неизбежно уже должно благодаря только этой первой главе возникнуть «нечто», автоматически порождающее определенную неприязнь в отношению к моей особе.

Говоря откровенно, не это меня в данный момент беспокоит, а беспокоит тот факт, констатированный также в конце сказанного чтения, что общей совокупностью всего изложенного в этой главе, все мое общее наличие, в котором упомянутое «Я» принимает очень маленькое участие, проявило себя совершенно противно той заповеди нашего всеобщего, мною особенно почитаемого, учителя Молла Наср-Эддина, которая формулирована им словами так: «Никогда-не-суй-палки-в-пчелиный-улей».

Волнение из-за осознания, что в читателе обязательно должна возникнуть в отношении меня неприязнь, охватившее всю систему, осуществляющую мое чувствование, сразу успокоилось, как только в моем мышлении вспомнилась древнерусская пословица: «Нет обиды, которая бы со временем не перемололась бы, как всякий злак, в муку».

Но возникшее в той же моей системе волнение от проосознания моей оплошности в смысле манкирования заповедью Молла Наср-Эддина в данный момент всего меня не только не на шутку беспокоит, но начавшийся в обоих моих, недавно обретенных душах, очень странный процесс, выражающийся в форме необычной чесотки, сразу после того, как я это понял, стал прогрессивно увеличиваться до того, что уже теперь отзывается и производит почти нестерпимую боль в области немного ниже правой половины моего и без того перефункционировавшегося «плексус-солярис».

Подождите, подождите… Кажется этот процесс тоже прекращается и уже во всех дебрях моего сознания и даже, скажем, пока еще «подсознания» начинает возникать все требуемое для полного уверования в то, что он совсем прекратится, потому что я вспомнил про другую житейскую мудрость, смысл которой навел мое мышление на то соображение, что если я и поступил вопреки совета досточтимого Молла Наср-Эддина, зато я без преднамерения поступил согласно принципа в высокой степени симпатичного и хотя и не сделавшегося всюду на Земле известным, но никогда не забываемого тем, кто хоть раз встретился с ним, милого самородка – Тифлисского Карапета.

Ничего не поделаешь – раз эта моя вступительная глава вышла такой длинной, то не будет большой беды, если удлиним ее еще немного рассказом и про обер-симпатичного Тифлисского Карапета.

Прежде всего надо сказать, что лет тридцать или тридцать пять тому назад при тифлисском железнодорожном депо имелся «паровой-гудок».

Каждое утро он гудел для того, чтобы будить железнодорожных рабочих и мастеров депо, а так как тифлисский вокзал стоит на возвышенном месте, то этот гудок был слышен почти по всему городу, и он будил не только железнодорожных служащих, но и прочих обывателей города Тифлиса.

Мне кажется, по этому поводу тифлисское городское самоуправление даже имело какую-то переписку с железнодорожным начальством относительно беспокойства утреннего сна мирных горожан.

Пускать пар по утрам в этот гудок как раз и лежало на обязанности этого самого Карапета, служившего тогда в этом депо.

И вот, когда он, приходя утром в депо, подходил к веревке, посредством которой пускался пар в гудок, он, прежде чем взяться за веревку и тянуть ее, размахивал руками во все стороны и пресерьезно, наподобие магометанского муллы с минарета, громко кричал:

– Мать ваша такая, отец ваш такой-то, дед ваш перетакой-то; чтобы ваши глаза, уши, нос, селезенка, печенка, мозоли и т. д., и т. д., – словом, он произносил на разный лад все ругательные слова, какие только он знал, и уже тогда только тянул веревку.

Когда я узнал про этого Карапета и про его обыкновение, я как-то раз навестил его после, как тогда говорили, «вечернего-шабаша» с небольшим бурдюком кахетинского вина и после выполнения тамошнего, неизбежно требуемого, торжественного «тостового-ритуала» спросил, конечно в соответствующей форме, согласно местным, сложным, установленным при взаимном сношении «любезностям», почему он это так делает.

Он, допив залпом свой стакан и пропев один раз знаменитую, тоже неизбежную при выпивке, грузинскую песню – «Мало-жрали-мы», не торопясь начал говорить так:

– Так как вы вино пьете не по-современному, т. е. не только для видимости, а на самом деле честно, то это уже по-моему показывает, что вам про это мое обыкновение хочется знать не из любопытства, как нашим инженерам и техникам, а действительно из-за своей любознательности, и поэтому я хочу и даже считаю своим долгом признаться вам откровенно относительно точной причины и о тех моих внутренних, так сказать, «мнительных-соображениях», которые привели меня к этому и постепенно внедрили во мне такую привычку.

И он рассказал следующее:

– Раньше я работал в этом же депо по ночам в качестве чернорабочего по промывке паровозных котлов, а когда завели здесь такой паровой гудок, начальник депо, приняв очевидно во внимание мой возраст и мою непригодность для такой тяжелой работы, велел мне заниматься только тем, чтобы приходить точно в определенное время утром и вечером и пускать пар в гудок.

Уже на первой неделе такой моей новой службы я как-то заметил, что после выполнения этой утренней моей обязанности во мне в течение одного-двух часов происходит какая-то странная неловкость.

Когда же, увеличиваясь с каждым днем, эта странная неловкость в конце концов превратилась в определенное инстинктивное беспокойство и от этого исчез у меня аппетит даже на «махохи», то я с тех пор начал почти всегда думать и раздумывать, чтобы отгадать причину этого.

Особенно напряженно думалось об этом почему-то во время моего прихода на службу и ухода домой. Так продолжалось в течение почти шести месяцев, и за все это время как я ни старался – решительно не мог ничего даже приблизительно себе выяснить.

Наконец, когда у меня мозоли на ладонях от веревки парового гудка окончательно затвердели, я вдруг совершенно случайно понял, почему это во мне происходит.

Толчком для правильного моего соображения, в результате вылившегося относительно этого в непоколебимое убеждение, послужило одно восклицание, случайно услышанное мной при следующих довольно оригинальных обстоятельствах:

Раз утром я, не выспавшись, вследствие того, что первую половину ночи засиделся у соседа по случаю крестин его девятой дочери, а во вторую половину зачитался попавшейся мне случайно очень интересной редкой книгой под названием «Сновидения и колдовство», торопливо шел пускать пар и вдруг вижу на углу знакомого фельдшера, служившего при Городской Управе, который делал мне знаки остановиться.

Обязанность этого моего знакомого фельдшера заключалась в том, что он должен был в определенное время ходить по городу в сопровождении одного помощника со специально устроенной повозкой, ловить попадавшихся ему бродячих собак, не имевших на ошейниках металлических блях, выдаваемых Городской Управой об уплате налога, и доставлять таких собак на городскую бойню, где их в течение двух недель держали на городском иждивении, питая отбросами с бойни, а по истечении этого срока, если за это время не объявляются их хозяева и не уплачивают установленного налога, то таких собак с известной торжественностью загоняли в один проход, который вел прямехонько в имевшуюся там специальную печь, а немного погодя с другой стороны этой благотворной знаменательной печи с упоительным журчанием в пользу отцов нашего города вытекало прозрачное и до идеала чистое, определенное количество сала для выделки мыла и еще, может быть, для чего-либо другого и сыпалось с не менее упоительным для слуха шелестом немалое количество очень полезных веществ для удобрения.

Ловля таких собак моим приятелем-фельдшером производится следующим, очень простым и ловким до восхищения, приемом:

У него имеется где-то им добытая обыкновенная старая большая сеть для ловли рыбы, которую он во время таких своих для общечеловеческого блага экскурсий по трущобам нашего города носит уже соответственным образом сложенную на своем могучем плече, и, когда попадается в сферу его всевидящего и страшного для всего собачьего рода ока, такая «беспаспортная» собака, он, не торопясь, с мягкостью пантеры подкрадывается ближе к ней и, улучив момент заинтересованности или увлеченности чем-нибудь примеченного им одного из таких своих подданных, набрасывает на него свою сеть и ловко ею опутывает, а потом, подкатив ближе повозку, «распутывает» с таким расчетом, чтобы собака очутилась как раз в самой клетке, приделанной к повозке.

Когда этот мой знакомый фельдшер остановил меня, он как раз прицеливался на свою очередную жертву в ожидании подходящего момента набросить на нее сеть в то время как она стояла и, виляя хвостом, смотрела на другую собаку-самку.

Только что он хотел это сделать, как вдруг раздался звон колокола соседней церкви, призывающий обывателей к первой утренней молитве.

От такого неожиданно раздавшегося в утренней тишине звука собака, испугавшись, раньше шарахнулась в сторону, а потом как бешеная бросилась бежать во всю свою собачью прыть вдоль пустой улицы.

Вот тогда-то именно фельдшер, рассерженный всем этим до самых подмышечных волос, швырнул свою сеть на тротуар и, плюнув через свое левое плечо, громко воскликнул: «Эх… черти! Нашли время когда звонить!»

Как только это восклицание фельдшера дошло до моего соображающего аппарата, в нем закопошились разные такие мысли, которые в конце концов и привели к правильному, на мой взгляд, пониманию, почему именно происходит во мне сказанное инстинктивное беспокойство.

После того, как я это уразумел, во мне в первый момент даже возникло чувство обиды за себя, что в мою голову до этого не могла прийти такая простая и ясная мысль.

Я ощутил всем своим существом, что такое мое воздействие на общественную жизнь не могло не производить на меня иного результата, как то самое ощущение, которое происходило за все это время в моем общем наличии.

И действительно, ведь всякий человек, разбуженный производимым мною шумом парового гудка, нарушающим его подутренний сладкий сон, без всякого сомнения должен ругать меня «на-чем-свет-стоит», именно меня, причину этой происходящей адской какофонии, и без всякого сомнения, благодаря этому со всех сторон к моей особе должны были притекать вибрации всякого рода неприязненных пожеланий.

В то знаменательное утро я, когда после выполнения своей обязанности сидел в обычном за последнее время своем состоянии в соседнем духане и ел «хаши» с чесноком, продолжая раздумывать, пришел к решению, что если я буду ругать заранее всех, которым может казаться это мое служение для блага некоторых из их среды возмутительным действием, то тогда, согласно объяснениям прочитанной мною книги «Сновидения и колдовство», сколько бы меня ни ругали все такие, как их можно назвать, «находящиеся-в-сфере-идиотизма», т. е. между сном и подремливанием, это на меня не будет иметь никакого влияния.

И на самом деле, с тех пор как я начал так поступать, во мне не стало ощущаться сказанного инстинктивного беспокойства.

Ну теперь, мой терпеливый читатель, пожалуй, действительно надо на этом кончить эту вступительную главу. Следует только подписать ее.

Тот кого…

Стоп! Недоразуменное оформление! С подписью уже шутить нельзя, а то с тобою опять сделают то же самое, что уже раз проделали в одном из государств Центральной Европы, где тебя принудили заплатить за десять лет за дом, который ты занимал всего три месяца, только за то, что ты собственноручно подписал бумагу, что обязуешься каждый год возобновлять контракт о найме этого дома.

Конечно, после этого и еще множества других подобных случаев из моей житейской практики мне требуется в смысле своей собственной подписи быть на всякий случай очень и очень осторожным.

Ну ладно, —

Тот, кого в детстве называли «Татах», совсем еще в молодости – «Черномазый», позже – «Черный-Грек», а в средних летах – «Туркестанский-Тигр», а теперь уже называют «не-кем-нибудь-так-себе», а настоящим «Мосье» или «Мистер» Гюрджиев, или племянник «Князя Мухранского», или, наконец, – просто «Учитель-Танцев».

Глава 2

Пролог

Почему Вельзевул был в нашей солнечной системе

Это было в 223-м году по объективному времяисчислению после сотворения Мира, или, как бы сказали на «Земле», в 1921-м году по Рождестве Христовом.

По Вселенной летело судно «междупространственного» сообщения Карнак.

Оно летело от пространств «Асупарацата», т. е. от пространств «Млечного Пути», с планеты «Каратаз» к солнечной системе «Пандецнох», солнце которой на Земле называется «Полярная звезда».

На упомянутом «междупространственном» судне находился Вельзевул со своими близкими и приближенными.

Он отправлялся на планету «Ревозврадендр», на особое совещание, в котором он согласился принять участие по просьбе своих давнишних приятелей.

Только память старой дружбы заставила его принять это приглашение, так как он уже стар и такой дальний путь и сопряженные с ним неизбежности представляли для его возраста не совсем легкую задачу.

Совсем недавно перед этим самым путешествием Вельзевул вернулся к себе на планету «Каратаз», где он получил свое возникновение и вдали от которой, по независящим лично от его сущности обстоятельствам, он провел многие годы своего существования в несвойственных его природе условиях.

Это долголетнее необычное для него существование и связанные с ним необычные для его натуры восприятия и несвойственные для его сущности переживания не преминули оставить на его общем наличии заметный след.

Кроме того, само время уже должно было состарить его; а сказанные необычные условия существования привели Вельзевула, именно того Вельзевула, который имел когда-то исключительно крепкую, кипучую и красивую молодость, также к необычной старости.

Давно, давно, когда Вельзевул существовал еще у себя на планете «Каратаз», он был, благодаря своей исключительной сообразительности, взят на службу на «Солнце-Абсолют», где имеет основное место своего пребывания наш ГОСПОДЬ ВЛАДЫКА БЕСКОНЕЧНЫЙ, и там Вельзевул, в числе других ему подобных, начал состоять приближенным при ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ.

Вот в это самое время Вельзевул, благодаря своему неоформившемуся еще по молодости его разуму и благодаря молодому, следовательно еще кипучему, своему мышлению с неравномерно текущей ассоциацией, именно мышлению, которое базировалось, как это свойственно существам не ставшим еще окончательно ответственными, на узких понятиях, как-то раз увидел в правлении Миром что-то показавшееся ему «нелогичным» и, найдя поддержку среди своих товарищей, таких же, как и он, неоформившихся еще существ, – вмешался не в свое дело.

Из-за бурности и силы натуры Вельзевула, вмешательство его вместе с товарищами тогда скоро полонило все разумы, и все это едва не привело центральное царство Мегалокосмоса к революции.

Узнав об этом, ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТЬ, несмотря на ЕГО многолюбие и всепрощение, был принужден выслать Вельзевула с его товарищами в одну из дальних трущоб Вселенной, а именно, в солнечную систему «Орс», которую тамошние обитатели называют просто «солнечной-системой», и определить местом для их существования одну из планет этой солнечной системы, а именно – планету «Марс», с правом существовать и на других планетах, но только этой же солнечной системы.

Тогда в числе таких изгнанных попали, кроме сказанных товарищей Вельзевула, и многие такие, которые просто сочувствовали ему, а также приближенные и подчиненные как Вельзевула, так и его товарищей.

Все они прибыли на эту отдаленную планету со своими чадами и домочадцами, и в течение короткого времени на планете «Марс» образовалась целая колония из трехцентровых существ с разных планет центральной части нашей Великой Вселенной.

Все это необычное для этой планеты население понемногу приспособилось к новому месту своего пребывания, и многие из них нашли даже кое-какие занятия для коротания долгих годов своего изгнания.

Они нашли занятие как на этой самой планете «Марс», так и на других соседних планетах, именно на планетах почти заброшенных по причине дальности от центра и бедности на них всяких образований.

В течение следующих годов многие из них, по собственной воле или по нуждам общего характера, понемногу переселялись с планеты Марс на другие планеты, но сам Вельзевул со своими приближенными остался на планете Марс и организовал там более или менее сносно свое существование.

Одним из его главных занятий на Марсе было оборудование обсерватории для обследования дальних концентраций Вселенной и изучение при помощи этой обсерватории условий существенского существования на соседних планетах; эта обсерватория впоследствии стала очень известной и даже сделалась во всей Вселенной знаменитой.

Несмотря на то, что солнечная система «Орс» была как из-за дальности от центра, так и по другим разным причинам в некотором пренебрежении, все же пресвятые космические Индивидуумы окружения нашего ОБЩЕГО ОТЦА БЕСКОНЕЧНОГО отправляли время от времени посланников на планеты этой системы с целью так наладить существенское существование возникающих в этой системе трехмозгных существ, чтобы оно соответствовало общей гармонии Вселенной.

И вот, на одну планету этой солнечной системы, а именно на планету «Земля», таким посланником от нашего БЕСКОНЕЧНОГО был отправлен как-то некий Ашиата Шиемаш. И вследствие того, что Вельзевул относительно его миссии в то время исполнил какую-то необходимость, то, когда упомянутый посланник вернулся опять на «Солнце-Абсолют», он стал горячо умолять ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТЬ о даровании прощения этому, когда-то кипучему, молодому, а к тому времени уже состарившемуся Вельзевулу.

Принимая во внимание такую просьбу Ашиата Шиемаш, а также скромное и осознанное существование самого Вельзевула, наш ТВОРЕЦ-СОЗДАТЕЛЬ простил его и позволил ему вернуться обратно на место его возникновения.

Вот почему Вельзевул, после долгого отсутствия, оказался опять в центре Вселенной.

Его влияние и авторитетность за время его ссылки не только не ослабели, но, наоборот, еще больше укрепились, так как все окружающие стали ясно сознавать, что, благодаря существованию в течение долгих годов в упомянутых необычайных условиях, познания и опыт Вельзевула непременно должны были еще больше расшириться и углубиться.

И когда на одной из планет солнечной системы «Пандецнох» произошли события великой важности, старые друзья Вельзевула и решили побеспокоить его и пригласить на совещание относительно этих важных событий.

Вот вследствие этого Вельзевул и отправлялся в такой дальний путь на судне Карнак с планеты «Каратаз» на планету «Ревозврадендр».

На этом большом пространственном судне Карнак пассажирами состояли как близкие, так и приближенные Вельзевула, а также было много существ, обслуживающих само судно.

В период, к которому относится этот рассказ, все пассажиры были заняты либо своими обязанностями, либо просто осуществляли так называемое «активное-существенское-мышление».

Среди всех пассажиров упомянутого судна выделялся один очень красивый мальчик, который все время находился вблизи самого Вельзевула.

Это был Хассин, сын любимого сына Вельзевула – Тулуфа.

По приезде домой из ссылки Вельзевул, впервые увидев этого своего внука Хассина и оценив его доброе сердце, а также благодаря своему так называемому «фамильному тяготению», сразу полюбил его.

И так как это время как раз совпало со временем, когда нужно было развивать разумность маленького Хассина, Вельзевул, имея там много свободного времени, сам взялся за воспитание внука и начал с этих пор брать Хассина всюду с собой.

Вот почему Хассин сопровождал его и в это большое путешествие и был в числе прочих окружающих его.

Хассин в свою очередь так полюбил дедушку, что не хотел даже ни на шаг отходить от него и жадно воспринимал все, что говорил и чему учил его дед.

В описываемое время Вельзевул с Хассином и своим преданным старым слугой, Ахуном, который всюду всегда его сопровождал, сидели на самом верхнем «каснике», т. е. на верхней палубе судна Карнак под «кальнокранонисом», представлявшим из себя что-то вроде большого «стеклянного-колокола», и там беседовали между собою, наблюдая в то же время беспредельные дали.

Вельзевул рассказывал о солнечной системе, где он провел долгие годы.

На этот раз Вельзевул рассказывал, какие особенности имеет природа планеты, называющейся «Венера».

Среди разговора Вельзевулу доложили, что капитан их судна хочет с ним говорить, на что Вельзевул дал свое согласие.

Глава 3

Причина задержки падения судна Карнак

Немного погодя капитан вошел и, выполнив перед Вельзевулом все соответствующие положению Вельзевула церемонии, сказал:

– Ваше Высокопреподобие, позвольте мне спросить ваше бесспорное мнение касательно одной предстоящей нам на пути нашего следования неизбежности, которая должна будет препятствовать нашему падению по сокращенному пути.

Дело в том, что, следуя по предназначенному пути, наше судно через два «кильпрено»[3] будет проходить через солнечную систему «Вуаник».

Как раз через то место, где должно проходить наше судно, приблизительно за один «кильпрено», должна пройти принадлежащая этой солнечной системе большая комета, носящая имя «Сакур».

И вот, если мы будем держаться этого предполагаемого направления, то мы неминуемо должны пересечь пространство, по которому пройдет эта комета.

Между тем вам, ваше Высокопреподобие, известно, что эта «сумасбродная» комета постоянно распространяет на пути своего следования много «цильнотраго»[4], который, попав в планетное тело существа, расстраивает почти все функции этого тела на то время, пока весь этот «цильнотраго» не улетучится из него.

Я сначала думал, – продолжал капитан, – избежать «цильнотраго», направив наше судно в обход этих сфер, но для этого необходимо сделать очень большой «крюк», что немного удлинило бы время нашего пути, а выжидать где-нибудь, пока «цильнотраго» улетучится, – потребует еще больше времени.

Вследствие резкой двойственности предстоящего выбора я теперь и не могу самостоятельно решить, как поступить, и поэтому я осмелился обеспокоить вас, ваше Высокопреподобие, чтобы выслушать ваш компетентный совет.

Когда капитан кончил говорить, Вельзевул немного задумался и потом сказал следующее:

– Не знаю, право, как вам посоветовать, мой дорогой капитан. Да, в той солнечной системе, где я долго существовал, имеется одна планета, которая называется «Земля». На этой планете Земля возникли и поныне продолжают возникать очень оригинальные трехцентровые существа, а среди них на одном материке этой планеты, который называется «Азия», возникло и существовало одно очень мудрое трехмозгное существо, которого звали там «Молла Наср-Эддин».

Этот самый земной мудрец Молла Наср-Эддин – продолжал Вельзевул, – на каждый случай оригинальных положений существования тамошних существ, как на большой, так и на малый, имел точное и очень меткое изречение.

Так как все его изречения были всегда полны истинного смысла для тамошнего существования, то потому и я, во время моего пребывания на этой планете, всегда руководствовался его изречениями, чтобы иметь среди них благополучное существование.

И в данном случае, мой дорогой капитан, я хочу воспользоваться одним из его мудрых изречений.

В подобном случае, который выпал на нашу долю, он, наверное, сказал бы:

«Выше колен не прыгнуть, и бессмысленно пытаться поцеловать свой локоть!»

Теперь и я повторяю вам то же самое и добавляю: ничего не поделаешь, надо покориться, если предвидится случай, исходящий от сил, неизмеримо выше наших.

Теперь вопрос может быть только в том, какой из двух вами упомянутых выходов выбрать, а именно – обождать ли где-нибудь или сделать лишний «крюк»?

Вы говорите, что сделать «крюк» очень удлинит наш путь, но что ожидание возьмет еще больше времени.

Хорошо, милый капитан. Если мы сделаем «крюк» и этим даже сэкономим немного времени, то, как вы думаете, работа и изнашивание частей машины нашего судна – стоят ли того, что мы прибудем к цели нашего пути немного раньше?

Если такой «крюк» принесет хоть какой-нибудь ущерб нашему судну, надо, по-моему, предпочесть второе ваше предложение, а именно – остановиться где-нибудь, пока очистится путь от этого злоносящего «цильнотраго», чем, по крайней мере, мы поможем нашему судну не получить бесполезного ущерба.

А мы постараемся время этой непредвиденной задержки заполнить чем-нибудь полезным для всех нас.

Например, я лично с большим удовольствием поговорил бы с вами о современных судах вообще и в частности о нашем судне.

Дело в том, что, за время моего отсутствия из этих мест, в этой области сделано очень много нового и для меня еще совершенно незнакомого.

Скажу для примера, что в мое время такие большие «междупространственные» суда были так сложны и громоздки, что почти половина их сил уходила на то, чтобы тащить на себе нужные материалы для выработки энергии для возможности их движения.

Современные же суда, по своей простоте и свободе на них, представляют из себя что-то прямо-таки «благостокирно».

На них для существ такая простота и свобода всех существенских проявлений, что подчас забывается, что находишься не на какой-либо планете.

Вот, мой дорогой капитан, мне очень хотелось бы знать, каким образом здесь достигли такой благодати и как действуют современные суда?

А теперь, пока, ступайте, сделайте все нужные распоряжения для соответствующей остановки, а потом, когда совсем освободитесь, приходите вновь ко мне и мы проведем время нашей неизбежной задержки в полезных для нас обоих беседах.

Когда капитан ушел, Хассин вдруг вскочил, начал подпрыгивать, хлопать в ладоши и выкрикивать:

– Как я рад, как я рад такому случаю!

Вельзевул любовно посмотрел на эти радостные проявления своего любимца, а старый Ахун не утерпел и, укоризненно покачивая головой, почти про себя назвал мальчика «подрастающим-эгоистом».

Хассин услышал, как назвал его Ахун, и потому, остановившись перед ним и шаловливо смотря на него, сказал:

– Не сердись на меня, добрый Ахун. Причина моей радости не эгоизм, а только случайно счастливое для меня совпадение. Ты слыхал? Дорогой дедушка решил не только просто сделать остановку, но обещал капитану и побеседовать.

Ведь ты знаешь, что разговоры дорогого дедушки всегда вызывают рассказы о тех местах, где он бывал, и ты также знаешь, как прекрасно он рассказывает и что от этих рассказов в наших наличиях окристаллизировывается так много новых данных для порождения представлений.

Какой тут эгоизм?! Ведь он сам, по своей доброй воле, взвесив своим мудрым разумом все обстоятельства непредвиденного случая, решил сделать остановку, которая, очевидно, не очень нарушает намеченные им планы.

Мне кажется, моему дорогому дедушке торопиться незачем, к тому же все, что требуется для его покоя и удобства, на Карнаке имеется, и здесь также много любящих его и любимых им.

Вспомни, он сказал: «силам выше своих сил не надо сопротивляться» – и добавил, что не только не надо сопротивляться, но даже следует покориться и принимать всякие их результаты с благоговением, в то же время благословляя и величая дивные предусмотренные дела ГОСПОДА НАШЕГО ТВОРЦА.

Я радуюсь не нашей неудаче, а тому, что явился непредвиденный, исходящий свыше случай, благодаря которому мы будем иметь возможность лишний раз слушать рассказы дорогого дедушки.

Чем я виноват, что эти обстоятельства случайно делаются для меня самыми желательными и радостными!..

Нет, дорогой Ахун, не только не надо меня журить, а следует вместе со мной возносить благодарность источнику всех возникающих, благопроявляющих результатов.

Вельзевул все время слушал внимательно и с улыбкой болтовню своего любимца, и, когда тот кончил, сказал:

– Ты прав, милый Хассин, и за твою правоту я даже до прихода капитана расскажу тебе то, что ты сам пожелаешь.

Услышав это, мальчик сразу подбежал, сел у ног Вельзевула и, немного подумав, спросил:

– Дорогой мой дедушка! Ты так много уже рассказывал мне о той солнечной системе, в которой ты провел такие долгие годы, что я теперь, пожалуй, даже мог бы логически продолжать описывать детали природы этого своеобразного уголка нашей Вселенной.

Меня теперь интересует уже узнать, обитают ли на планетах этой солнечной системы трехмозгные существа и облекаются ли в них «высшие-существенские-тела»?

Вот, дорогой дедушка, про это и расскажи мне, пожалуйста, теперь, – смотря с любовью на Вельзевула, окончил Хассин.

– Да, – ответил Вельзевул, – почти на всех планетах этой солнечной системы возникают и обитают трехцентровые существа и почти во всех них могут облекаться «высшие-существенские-тела».

«Высшие-существенские-тела», или, как их на некоторых планетах этой солнечной системы называют, «души», не облекаются в трехмозгных существах, водящихся на тех только планетах, прежде достижения которых эманация нашего Пресвятейшего «Солнца-Абсолют», вследствие многократного преломления, постепенно теряет полность сил и, в конце концов, вовсе перестает иметь в себе животворящую мощь для облекания высших-существенских-тел.

Конечно, мой мальчик, на каждой из отдельных планет и этой солнечной системы планетные тела трехмозгных существ образовываются и принимают внешность сообразно природе данной планеты и приспосабливаются в своих деталях к окружающей их природе.

Например, на той планете, на которой мы, все сосланные, имели указание существовать, т. е. на планете Марс, трехцентровые существа оформливаются в «планетные-тела», имеющие форму, как бы тебе сказать… форму, похожую на «каруна», т. е. они имеют длинное и широкое туловище с громадным запасом жира и голову с огромными, выпуклыми, лучистыми глазами; на спинах своих таких громадных «планетных-тел» они имеют по два больших крыла, а на нижней стороне – две сравнительно небольшие ноги с очень сильными когтями.

Почти вся сила такого огромного «планетного-тела» природой приспособлена к выработке энергии для их глаз и для их крыльев.

Благодаря всему вышесказанному трехмозгные существа, водящиеся на этой планете, в состоянии свободно видеть везде, какая бы ни была «клдацахти»[5], а также передвигаться не только по самой планете, но и в атмосфере ее, а некоторые иногда даже ухитряются забираться и за пределы своей атмосферы.

На другой планете, находящейся немного ниже планеты Марс, трехмозгные существа, водящиеся на ней, вследствие больших холодов, обрастают густой и мягкой шерстью.

Внешняя форма этих трехцентровых существ подобна «тусуку», т. е. она представляет что-то вроде «двойного шара», один из которых, именно верхний, служит вместилищем главных органов всего «планетного-тела», а другой, нижний шар – вместилищем органов для трансформации «первой-и-второй-существенской-пищи».

В верхнем шаре имеются три наружу выходящие отверстия, из коих два служат для зрения, а третье – для слуха.

А другой, нижний, имеет только два вышеупомянутых отверстия: одно спереди, служащее для принятия «первой-и-второй-существенской-пищи», а второе, сзади, – для отбрасывания уже ненужных для организма остатков.

На нижнем шаре укреплены также две сильно-жилистые ноги и на каждой из них имеется по одному отростку, которые для них являются тем, чем для нас наши пальцы.

В этой солнечной системе, мой дорогой мальчик, имеется далее еще одна, совсем маленькая планета, имеющая название «Луна».

Эта оригинальная маленькая планета во время своего движения часто очень приближалась к нашей планете Марс, и я иногда целыми «кильпрено» с большим удовольствием наблюдал через мой «Тескуано»[6] из обсерватории за процессом существования трехмозгных существ этой маленькой планеты.

Существа этой планеты хотя и имеют очень тщедушное «планетное-тело», но располагают зато «мощным-духом», благодаря которому они обладают исключительной настойчивостью и трудоспособностью.

Внешняя форма их напоминает так называемых больших муравьев, подобно которым они все время копошатся и работают на и внутри своей планеты.

Результаты их постоянной деятельности в настоящее время уже видны на деле.

Между прочим, я как-то констатировал, что в продолжении двух наших годов они как бы «рассверлили» всю свою планету.

Эту работу они принуждены были делать из-за ненормальных местных климатических условий, вызванных тем, что планета эта возникла непредвиденно и высшими силами не было предусмотрено регулирование климатической гармонии на ней.

«Климат» на этой планете действительно, как говорят, «сумасшедший» и, по своей переменчивости, дал бы много «очков» вперед самым «ретивым-женщинам-истеричкам», существующим на одной планете этой же солнечной системы, про которую я тоже тебе расскажу.

На этой «Луне» иногда бывает такой мороз, что все замерзает насквозь и существам дышать в открытой ее атмосфере становится совершенно невозможным; а затем, вдруг, господствует на ней такая жара, что в ее атмосфере яйцо запекается в один момент.

Только два коротких периода, а именно перед и после полного оборота ее вокруг своего соседа, другой ближайшей планеты, на этой маленькой оригинальной планете держится такая благодатная погода, что за несколько оборотов вокруг своей оси она вся зацветает и дает разные продукты для «первой-существенской-пищи» в количестве, на много раз превышающем общую потребность во время их существования в своем, ими приспособленном оригинальном «внутри-планетном» царстве, защищенном от всех несуразностей такого «сумасшедшего», не гармонически изменяющего состояния атмосферы, климата.

Ближайшей к этой маленькой планете является другая, большая планета, которая тоже иногда очень близко подходит к планете Марс и которая называется «Земля».

Сказанная «Луна» как раз является частью этой планеты Земля, которая в настоящее время и должна постоянно поддерживать ее существование.

На только что упомянутой планете, называющейся «Земля», тоже оформливаются трехмозгные существа, и в них тоже имеются все данные для того, чтобы в них могли облекаться «высшие-существенские-тела».

Но, в смысле «мощности-духа», они совершенно не похожи на существ, водящихся на только что сказанной маленькой планете.

Внешнее облекание существа этой планеты Земля имеют очень похожее на наше, только, во-первых, кожа их немного слизистее нашей и, во-вторых, они не имеют хвоста и головы их лишены рогов. Но что самое худшее – это их ноги, а именно – они не имеют копыт. Правда, для защиты от внешних воздействий они придумали так называемую ими «обувь», но эта выдумка очень мало им помогает.

Кроме того, что внешность их не совершенна, и разум-то их является прямо «уник-странным»!

«Существенский-разум» их, благодаря очень многим причинам, о которых я, может быть, как-нибудь тоже немного объясню, постепенно переродился и в настоящее время является очень и очень оригинальным и в высшей степени странным.

Еще что-то хотел сказать Вельзевул, но в это время вошел капитан судна и Вельзевул начал говорить с ним, а мальчику обещал про существа планеты Земля рассказать в другой раз.

Обращаясь к капитану, Вельзевул попросил его рассказать первым долгом, кто он, давно ли занимается он капитанством, насколько он любит свое дело, а затем сообщить ему кое-что, выясняющее о деталях современных космических судов.

На это капитан сказал:

– Я, ваше Высокопреподобие, как только начал приближаться к возрасту ответственного существа, был моим отцом сразу предназначен на такое поприще служения нашему ТВОРЦУ БЕСКОНЕЧНОМУ.

Начав с самых низких должностей на междупространственных судах, я, в конце концов, заслужил нести обязанности капитана; и вот уже восемь лет, как я состою капитаном на судах дальнего следования.

Последнюю мою должность, а именно должность капитана судна Карнак, я занял, собственно говоря, вместо моего отца, после того как он, за свою долголетнюю безукоризненную службу у ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ, где он нес капитанские обязанности почти с самого начала Мироздания, сподобился получить должность правителя солнечной системы «Кальман».

Короче говоря, – продолжал капитан, – я начал свою службу именно тогда, когда вы, ваше Высокопреподобие, отправлялись к месту своей ссылки.

Я тогда был еще только «подметальщиком» на тогдашних судах дальнего следования.

Да… много, много времени прошло!

С тех пор все изменилось и изменено; неизменным остался только ГОСПОДЬ НАШ ВЛАДЫКА. Да будет благословение «Аменцано» над ЕГО НЕИЗМЕННОСТЬЮ во веки веков!

Вы, ваше Высокопреподобие, давеча справедливо изволили заметить, что прежние суда были очень неудобны и громоздки.

Да, действительно, они тогда были очень сложны и громоздки. Я помню их тоже очень хорошо. Громадная разница между тогдашними и теперешними.

В нашей молодости все подобные суда, как для междусистемных, так и междупланетных сообщений, приводились в движение еще с помощью космического вещества «Элекильпомагтистцен», т. е. совокупностью, состоящей из двух отдельных частей «Вездесущего-Окиданох».

Для получения этой совокупности веществ и требовались те многочисленные материалы, какие должны были таскать на себе прежние суда.

Такие суда после вашего отлета из этих мест просуществовали недолго и скоро были заменены судами системы святого Венома.

Глава 4

Закон падения

Это случилось по объективному времяисчислению в 185 году. Святой Венома по своим заслугам был взят с планеты «Сурт» на святую планету «Чистилище» и там, после того как освоился с новой обстановкой и с новыми обязанностями, начал все свободное время отдавать своему любимому делу.

А любимым делом его было искать, какие именно новые явления могут быть найдены в разных комбинациях уже существующих закономерных явлений.

Через некоторое время во время таких занятий этот святой Венома констатировал в космических законах то, что впоследствии стало знаменитым открытием, и это открытие он же, впервые, назвал «законом-падения».

Этот тогда узнанный им космический закон сам святой Венома формулировал следующим образом:

«Все существующее в Мире падает вниз. Низом же для каждой части Вселенной является самая близкая к ней „устойчивость“, а этой самой устойчивостью является то место или та точка, к которой направлены все линии сил, приходящие со всех направлений.

Такими точками устойчивости являются центры всех солнц и всех планет нашей Вселенной. Они и являются „низами“ той области пространства, куда определенно устремляются силы со всех направлений данной части Вселенной и где они концентрируются. В этих точках сконцентрировано также равновесие, дающее солнцам и планетам возможность держаться на местах своих нахождений».

Дальше в этой своей формулировке святой Венома говорил, что всякая опущенная в пространство вещь, где бы она ни находилась, будет стремиться падать на то или другое солнце или на ту или другую планету, смотря по тому, к какому солнцу или к какой планете принадлежит данная часть пространства, где эта вещь будет опущена, потому что каждое такое солнце или планета будет являться для данной сферы «устойчивостью» или «низом».

Исходя из этого, святой Венома, во время дальнейших своих изысканий, рассудил следующее:

«Если это так, то нельзя ли эту космическую особенность использовать для необходимого нам передвижения между пространствами Вселенной?»

И с тех пор он начал работать в этом направлении.

Дальнейшие его святые труды показали, что хотя это вообще в принципе и возможно, но что использовать полностью этот, им впервые узнанный «закон-падения» для такой цели будет почти невозможно. А будет невозможно, только благодаря имеющимся вокруг почти всех космических сосредоточений атмосферам, которые будут препятствовать падению по прямой линии того предмета, который будет опущен в пространство.

После такого констатирования святой Венома все свое внимание отдал на то, чтобы найти какую-нибудь возможность уничтожить сказанное сопротивление атмосфер для судов, построенных на принципе падения.

После трех «луниасов» святой Венома нашел и такую возможность, и после того, как под его руководством была окончена постройка соответствующего специального сооружения, он приступил к практическим опытам.

Это специальное сооружение имело вид большого помещения, все стены которого были сделаны из особого материала, похожего на стекло.

Со всех сторон этого большого помещения приделаны были нечто вроде «ставней» из материала, не пропускающего лучи космического вещества «Элекильпомагтистцен», которые хотя и плотно прилегали к стенкам сказанного помещения, но могли свободно раздвигаться по всем направлениям.

В этом помещении была поставлена особая «батарея», вырабатывающая и дающая это самое вещество «Элекильпомагтистцен».

Я сам, ваше Высокопреподобие, присутствовал на первых опытах, производившихся святым Венома по найденным им принципам.

Весь секрет состоял в том, что если через особые стекла пропускались лучи «Элекильпомагтистцен», то во всем пространстве, куда они падали, уничтожалось все, из чего обыкновенно состоят сами атмосферы планет, как то: «воздух», всевозможные «газы», «туманы» и тому подобное. Эта часть пространства делалась действительно абсолютно пустой и не имела никакого ни сопротивления, ни движения, так что, если бы даже только недавно возникшее существо толкало это громадное сооружение, оно подалось бы вперед, как перышко.

С внешних сторон этого странного помещения были приделаны крылоподобные приспособления, которые приводились в движение посредством того же вещества «Элекильпомагтистцен» и служили для того, чтобы дать толчок всему этому громадному сооружению для движения в требуемом направлении.

Проверочной комиссией под председательством Архангела Адоссия результаты этих опытов были поощрены и благословлены, после чего и было приступлено к постройке на этих принципах большого судна.

Скоро судно было готово и пущено в дело; и через несколько времени постепенно по всем линиям междусистемных сообщений стали ходить суда только этого типа.

Хотя в дальнейшем, ваше Высокопреподобие, мало-помалу выяснялись все большие и большие неудобства и этой системы, но она все же продолжала вытеснять все до того существовавшие системы.

Слов нет, хотя суда, построенные по этой системе, были действительно в безатмосферных пространствах безукоризненны и двигались там почти со скоростью «этцикольнионахных» лучей, исходящих из планет, но при приближении к какому-нибудь солнцу или планете с ними было для руководящих ими существ настоящее мучение, так как требовалось очень много сложных маневров.

Причиной таких маневров был все тот же «закон-падения».

Дело в том, что когда судно попадало в среду атмосфер какого-нибудь солнца или планеты, мимо которых оно должно было пройти, оно сразу начинало падать на эти солнца или планеты и, как я вам уже докладывал, требовалось очень много внимания и больших знаний, чтобы удержать судно от падения не по своему пути.

В периоды прохождения тех судов мимо каких-либо солнц или планет было необходимо скорость их движения уменьшать иногда в сотни раз против обыкновенного.

Особенно трудно было управлять ими в тех сферах, где было большое скопление «комет».

Вот почему тогда к существам, которые должны были управлять такими судами, предъявлялись большие требования и они подготовлялись для этих своих обязанностей существами с очень высоким разумом.

Но, несмотря на упомянутые недостатки, тем не менее, как я вам уже докладывал, до этого существовавшие системы все больше и больше заменялись системой святого Венома.

Суда системы святого Венома существовали уже 23 года, когда, впервые, распространился слух, что Архангел Харитон изобрел новый тип судна для междусистемных и междупланетных сообщений.

Глава 5

Система Архангела Харитона

Вскоре после появления этого слуха действительно, опять под наблюдением Великого Архангела Адоссия, начались общедоступные практические опыты над этим новым, впоследствии столь великим, изобретением.

Эта новая система была единогласно признана самой лучшей. Ее очень скоро применили для общевселенского пользования, и тем постепенно всюду с корнем уничтожились все до того существовавшие системы.

И поныне эта система великого Ангела, ныне уже Архангела, Харитона применяется везде и всюду.

Наше судно, на котором мы сейчас летим, тоже принадлежит к этой же системе и устройство его подобно всем судам системы Ангела Харитона.

Система эта очень не сложна.

Все это великое изобретение заключается в одном только «цилиндре», имеющем форму обыкновенной бочки.

Секрет этого цилиндра заключается в расположении материалов, из которых сделана его внутренняя сторона.

Материалы эти расположены в известном порядке и изолированы один от другого посредством «янтаря» и имеют такое свойство, что, если в пространство, которое они окружают, попадает какое бы то ни было космическое газообразное вещество, будь это «атмосфера», «воздух», «эфир» или какие-либо другие «совокупности» однородных космических элементов – они, благодаря упомянутому расположению материалов внутри цилиндра, немедленно расширяются.

Этот «цилиндр-бочка» имеет наглухо закрытое дно; а крышка его хотя тоже может быть плотно закрываема, но так приспособлена на петлях, что при давлении изнутри может открываться и вновь закрываться.

И вот, ваше Высокопреподобие, если этот «цилиндр-бочка» наполняется атмосферой, воздухом или какими-либо другими подобными веществами, то эти вещества от действия стенок этого оригинального «цилиндра-бочки» так сильно расширяются, что им этого помещения становится уже недостаточно.

Стремясь найти выход из этого тесного для них помещения, они толкают, конечно, также крышку «цилиндра-бочки» и, благодаря упомянутым петлям, эта «крышка» открывается и, пропустив эти расширившиеся вещества наружу, опять моментально захлопывается. И, вследствие того, что природа вообще не терпит никакой пустоты, одновременно с выходом расширившихся газообразных веществ, «цилиндр-бочка» наполняется опять из пространства свежими веществами, с которыми происходит в свою очередь то же самое, что и с предыдущими, и т. д. без конца.

Таким образом эти вещества меняются все время и крышка «цилиндра-бочки» то открывается, то закрывается.

К этой самой крышке приделан очень несложный рычаг, двигающийся от движения крышки и, в свою очередь, приводящий в движение некоторые, тоже очень несложные «шестерни», а те, в свою очередь, вертят приделанные по бокам и сзади самого судна опахала.

Таким образом, ваше Высокопреподобие, современные суда, подобные нашему, в пространствах, где нет никакого сопротивления, просто падают вниз к ближайшей «устойчивости», а в тех пространствах, где имеются какие-нибудь космические вещества, оказывающие сопротивление, эти вещества, какой бы плотности они ни были, благодаря этому «цилиндру» способствуют движению судна в любом направлении.

Интересно заметить, что чем плотнее имеющиеся в данной части Вселенной вещества-элементы, тем лучше и сильнее происходит заряд и разряд этого «цилиндра-бочки», и, конечно, от этого изменяется также сила движения рычагов.

Но все же – повторяю, безатмосферная сфера, т. е. пространство, где имеется только мировой «Эфирнокрильно», является и для современных судов самой лучшей, потому что такая сфера не имеет никакого сопротивления и, следовательно, в ней «закон-падения» может быть полностью использован без всякого содействия работы цилиндра.

Кроме всего этого, современные суда хороши еще тем, что в них самих имеются также такие возможности, что в безатмосферных пространствах им могут даваться толчки в любом направлении и что они могут падать именно туда, куда желательно, чего с судами системы святого Венома нельзя было делать без очень сложных манипуляций.

Словом, ваше Высокопреподобие, удобство и простоту современных судов невозможно сравнить с прежними, подчас очень сложными и вместе с тем не имевшими таких возможностей, какие имеют суда, которыми мы теперь пользуемся.

Глава 6

«Перпетуум-мобиле»

– Постойте!! Постойте!! – так прервал Вельзевул капитана. – Ведь то, о чем только что вы рассказали, это и есть та именно эфемерная идея, которую трехмозгные странные существа, водящиеся на планете Земля, назвали «перпетуум-мобиле» и из-за которой в один период там очень многие из них уже совсем, как они же говорят, «сошли с ума» и многие даже совсем погибли.

Дело в том, что там, на этой злосчастной планете, когда-то, каким-то образом, кому-то пришла в голову, как они выражаются, – «сумасбродная мысль» о том, что они могут создать такой «механизм», который всегда работал бы, не требуя никакого постороннего материала для своей работы.

И эта идея там так понравилась, что почти все чудаки той оригинальной планеты начали думать и даже пытаться осуществлять на деле такое «чудо».

Как много из них тогда заплатили за эту эфемерную идею своими, с большими трудностями до этого приобретенными, материальными и духовными благами!!.

Каждому из них тогда, по разным причинам, хотелось непременно «изобрести» этот, по их мнению, – «пустяк».

Многие из них, если только им позволяли внешние условия, занимались изобретением этого «перпетуум-мобиле», несмотря на то что не имели никаких внутренних для такого дела данных; одни, надеясь на свои «знания», другие – на случай; большинство же занималось этим, благодаря своему уже окончательному психопатизму.

Словом, изобретать «перпетуум-мобиле» было, как они говорят, «модой» и всякому из тамошних комиков непременно вменялось интересоваться этим вопросом.

Я был как-то там в одном из городов, где были собраны все возможные «модели» и бесчисленные «описания» предполагаемых «механизмов» для такого «перпетуум-мобиле».

Чего, чего там только не было! Какие я видел там «мудреные» и сложные машины!! В любом из виденных мною «механизмов» было, пожалуй, больше идей и «мудрствований», чем во всех законах Миросоздания и Миросуществования.

Как я тогда заметил, среди этих бесчисленных, разнообразных моделей и описаний предполагаемых механизмов преобладала идея применения так называемой «силы-тяжести». Эта идея применения «силы-тяжести» у них выражается в том, что чрезвычайно сложный механизм должен был поднимать «некую» тяжесть, а эта последняя должна была падать и своим падением приводить в движение весь этот «механизм» с тем, чтобы его движение опять поднимало эту тяжесть и т. д., и т. д.

Результатом всего этого было то, что тысячи из этих несчастных были заперты в «сумасшедшие дома»; тысячи других, построив тогда свои мечты на этой идее, начали уже и те свои существенские обязанности, которые были установлены там кое-как в течение многих лет, или вовсе не исполнять, или стали исполнять их уже совершенно «из-рук-вон» плохо.

Я не знаю, чем бы все это кончилось, если бы одно тамошнее совсем одуревшее, уже отжившее существо, каких они сами называют «старик», который из-за какого-то выкинутого им «коленца» был признан, как это у них всегда бывает, крупным авторитетом, одним ему одному известным «вычислением» не доказал, что изобрести такой «перпетуум-мобиле» совершенно невозможно.

После вашего объяснения я теперь очень хорошо понимаю, как работает «цилиндр» системы Архангела Харитона; это и есть как раз то самое, о чем мечтали там эти несчастные.

Действительно, про «цилиндр» системы Архангела Харитона смело можно сказать, что он будет работать всегда без остановки и без затраты какого бы то ни было постороннего материала, при наличии одной атмосферы.

А так как мир без планет и следовательно без атмосфер существовать не может, – то, значит, пока существует мир и следовательно атмосферы, «цилиндр-бочка», изобретенный великим Архангелом Харитоном, будет всегда работать.

Теперь лично у меня возникает вопрос только относительно материала, из которого сделан этот «цилиндр-бочка».

Я вас очень прошу, мой дорогой капитан, объяснить мне приблизительно: из каких материалов он сделан и насколько долго материалы эти могут продержаться? – спросил Вельзевул.

На такой вопрос Вельзевула капитан ответил следующее:

– Хотя этот «цилиндр-бочка» не вечен, но, во всяком случае, он может продержаться очень долгое время.

Основная часть его «янтарная» с «платиновыми» обручами, а внутренние полосы его стенок сделаны из «каменного угля», «меди», «слоновой кости» и одной очень стойкой «мастики», которая не боится ни «пейщакир», ни «тейнолер», ни «салякуриапа»[7], ни даже излучаемости космических сосредоточений.

А другие части, – продолжал капитан, – как внешние «рычаги», так и «шестерни», время от времени, конечно, надо обновлять, так как они хотя и сделаны из самого крепкого металла, но от долгого употребления все же могут изнашиваться.

Что же касается самого корпуса судна, ручаться за долгое его существование, конечно, нельзя.

Еще что-то хотел сказать капитан, но в это время по всему судну разнесся звук наподобие издали приходящих колебаний длинного минорного аккорда оркестра из духовых инструментов.

Капитан, прося его извинить, встал и на ходу объяснил, что это требуют его, и, наверно, по очень важному делу, так как все знают, что он находится у Его Высокопреподобия, и никто не осмелился бы обеспокоить слух Его Высокопреподобия из-за маловажных дел.

Глава 7

Осознание настоящего существенского долга

После ухода капитана Вельзевул посмотрел на своего внука и, заметив необычайное состояние последнего, с беспокойством заботливо спросил:

– Что с тобою, мой дорогой мальчик?! О чем ты так сильно задумался?

Хассин, подняв на своего деда глаза, полные грусти, задумчиво сказал:

– Не знаю, что со мной, мой добрый дедушка, только твой разговор с капитаном судна навел мои мысли на очень печальные думы.

Во мне в данный момент думается о таких вещах, о которых я прежде никогда не думал.

Благодаря вашему разговору в моем сознании постепенно стало очень ясно то, что по всей Вселенной нашего БЕСКОНЕЧНОГО не все было всегда таким, каким я теперь это вижу и понимаю.

Раньше я, например, никогда не позволил бы себе поверить, если бы даже во мне ассоциировалась такая мысль, что это судно, на котором мы летим, когда-то было не таким, каким оно является в данный момент. Только теперь я уже очень ясно понимаю, что все то, чем мы в настоящее время обладаем и чем мы пользуемся, словом, все современные удобства и все необходимое для этого нашего удобства и благополучия не всегда существовали и не так просто появлялись.

Оказывается, каким-то существам прошедших времен надо было для этого в течение очень долгого времени положить очень много трудов и страданий и переносить очень много такого, чего, может быть, они могли бы и не переносить.

Они трудились и страдали только для того, чтобы мы теперь все это имели и пользовались им для нашего благополучия.

И все это или сознательно или несознательно они делали для нас, именно для существ, им совсем неведомых и совершенно для них безразличных.

А мы теперь не только их не благодарим, но даже совершенно ничего не знаем о них, и все это мы считаем в порядке вещей, и над этим вопросом мы не задумываемся и о нем не беспокоимся.

Например, я столько уже лет существую во Вселенной, а мне никогда и в голову не приходила мысль, что, может быть, было время, когда всего того, что я вижу и имею, не существовало, и что это все не родилось вместе со мною, как родился вместе со мною мой нос.

И вот, дорогой и добрый мой дедушка… Теперь, когда, благодаря вашему разговору с капитаном, я всем своим наличием начал постепенно сознавать про все это, во мне параллельно с этим возникла потребность выяснить моему разуму о том именно, за что лично я имею все те удобства, которыми я в настоящее время пользуюсь, и какие за это на меня возлагаются обязанности.

Вот из-за этого самого в настоящее время и происходит во мне «процесс-угрызения».

Сказав это, Хассин понурил голову и замолчал, а Вельзевул, смотря на него с любовью, начал говорить следующее:

– Советую тебе, мой дорогой Хассин, еще не задаваться такими вопросами. Ты повремени пока. Только лишь тогда, когда настанет надлежащий период твоего существования для осознания таких сущностных вопросов и ты будешь активно размышлять о них, – ты поймешь, что ты за это должен делать.

Твой теперешний возраст еще не обязывает тебя расплачиваться за твое существование.

Время этого нынешнего твоего возраста дано не для расплаты за существование, а для подготовки себя для будущего к подобающим обязанностям ответственного трехмозгного существа.

И потому ты пока существуй, как тебе существуется.

Не забывай только одного, что в твоем возрасте всенепременно необходимо всегда при восходе солнца, глядя на отблеск его сияния, устанавливать между своим сознанием и разными несознательными частями твоего общего наличия контактность и, поддерживая такое состояние, думать и убеждать эти свои несознательные части, как будто они сознательные, в том, что если они будут в процессе обычного существования препятствовать общей функционизации, то в период ответственного возраста не только они не будут пользоваться присущими им закономерными благами, но и общее наличие, в которое они входят лишь как частицы, не будет в состоянии подобающе стать хорошим слугой нашему ОБЩЕМУ ТВОРЦУ БЕСКОНЕЧНОМУ и этим самым достойно расплатиться за свое возникновение и существование.

Повторяю еще раз, мой дорогой мальчик, старайся пока не думать о таких вопросах, о которых тебе еще рано думать.

Все придет в свое время.

Теперь спроси меня, о чем ты хочешь, и я расскажу тебе.

Если до сих пор капитан не вернулся, очевидно он там занялся своими обязанностями и возвратится еще не скоро.

Глава 8

Нахал-мальчишка Хассин, внук Вельзевула, дерзнул назвать людей «слизняками»

Хассин моментально уселся у ног Вельзевула и ласково сказал: – Расскажи, дорогой дедушка, что ты сам пожелаешь. Все, что ты ни расскажешь, будет для меня самой большой радостью уже только потому, что будешь рассказывать именно ты.

– Нет, – возразил Вельзевул, – спроси сам, что тебя больше всего интересует. Мне доставит в данный момент большое удовольствие рассказывать тебе именно о том, о чем тебе особенно хочется знать.

– Дорогой и милый дедушка, расскажи тогда что-нибудь о тех… как их?.. Я забыл!!. да… о «слизняках».

– Что? О каких «слизняках»? – спросил Вельзевул, не поняв вопроса мальчика.

– Помнишь, дедушка, – ответил Хассин, – недавно, когда ты рассказывал о трехмозгных существах, водящихся на разных планетах той солнечной системы, в которой ты существовал так долго, ты, между прочим, говорил, что на одной планете… забыл, как ты ее назвал, что на этой самой планете существуют трехцентровые существа, которые в общем походят на нас, но что кожа их немного слизистее нашей.

– Ааааа!!. – засмеялся Вельзевул. – Ты, наверно, спрашиваешь о тех существах, которые водятся на планете Земля и которые себя называют «людьми».

– Да! дедушка, да!.. об этих самых «существах-людях» и расскажи немного подробнее; мне хочется знать о них побольше, – закончил Хассин.

Тогда Вельзевул сказал:

– О них я мог бы рассказать очень много, так как я часто бывал на этой планете и подолгу существовал среди них и со многими этими земными трехмозгными существами даже дружил.

Побольше знать о них, действительно, очень интересно, так как они очень оригинальны.

У них есть многое такое, чего не увидишь ни у каких других существ, ни на какой другой планете нашей Вселенной.

Я знаю их очень хорошо, так как их возникновение и дальнейшее завершение и существование в течение многих, очень многих веков по их времяисчислению протекли на моих глазах.

И не только возникновение их самих произошло на моих глазах, но даже и завершительное оформливание самой планеты, на которой они возникают и существуют, произошло при мне.

Когда мы впервые прибыли на эту солнечную систему и обосновались на планете Марс, на этой планете Земля ничего еще не было и она не успела даже еще окончательно остыть после своей концентрации.

Эта самая планета еще с самого начала стала причиной многих больших забот для нашего БЕСКОНЕЧНОГО.

Если хочешь, я расскажу тебе сначала о том, какие события общекосмического характера, связанные с этой планетой, послужили причиной упомянутых забот нашего БЕСКОНЕЧНОГО.

– Да, мой милый дедушка, расскажи сначала об этом; наверное и это будет так же очень интересно, как и все рассказываемое тобой.

Глава 9

Причина возникновения Луны

Вельзевул начал свой рассказ так:

– Когда мы прибыли на планету Марс, на которой нам и было указано существовать, мы начали там понемногу устраиваться.

Мы были еще всецело поглощены хлопотами по организации всего внешне необходимого для более или менее сносного существования среди той, совершенно чуждой нам природы, как вдруг, в один из самых хлопотливых дней, вся планета Марс сотряслась и немного погодя повсюду распространился такой «одуряющий» запах, что первое время нам показалось будто во Вселенной все смешалось с чем-то, как бы сказать, «невыразимым».

Только по прошествии значительного времени, когда упомянутый запах улетучился и мы пришли в себя и стали постепенно разбираться в том, что произошло, мы поняли, что причиной такого ужасного явления была именно эта самая планета Земля, которая временами подходила очень близко к нашей планете Марс и которую мы поэтому имели возможность иногда наблюдать ясно даже без «Тескуано».

Как оказалось, по причинам, которые мы не могли еще себе объяснить, планета эта «лопнула» и два отделившихся от нее куска отлетели в пространство.

Я тебе уже говорил, что эта солнечная система в то время еще только образовывалась и не совсем еще «слилась» с так называемой «гармонией-взаимного-поддерживания-всех-космических-сосредоточий».

Позже выяснилось, что, согласно сказанной «общекосмической-гармонии-взаимного-поддерживания-всех-космических-сосредоточий», в этой системе должна была функционировать также одна комета так называемого «большого-круга», которая и поныне существует под названием «Комета-Кондур».

Вот эта самая комета, хотя и была в то время уже «сконцентрирована», осуществляла свой «совершительный путь» еще впервые.

Как нам тоже позже объяснили по секрету компетентные священные Индивидуумы, линия пути сказанной кометы должна была скрещиваться с линией, по которой пролегал путь и этой планеты Земля. И вследствие ошибочного вычисления какого-то священного Индивидуума, специалиста по делам Миросоздания и Мироподдержания, время прохождения через точку пересечений линий путей этих обоих сосредоточений совпало, и, вследствие этой ошибки, планета «Земля» и комета «Кондур» столкнулись и столкнулись так сильно, что от этого удара, как я уже сказал, от планеты Земля откололись два больших куска и полетели в пространство.

Этот удар повлек за собою такие серьезные последствия, потому что, из-за недавнего возникновения этой планеты, на ней еще не успела вполне оформиться атмосфера, которая в подобном случае могла бы послужить как бы буфером.

И вот, мой мальчик, об этом общекосмическом несчастье был немедленно извещен и наш БЕСКОНЕЧНЫЙ.

Вследствие такого донесения, с Пресвятейшего Солнца-Абсолют немедленно и была отправлена в эту солнечную систему Орс целая комиссия, состоявшая из Ангелов и Архангелов – специалистов по делам Миросоздания и Мироподдержания – под общим руководством превеликого Архангела Саккакия.

Эта Превеликая Комиссия прибыла на нашу планету Марс ввиду близости ее к планете Земля, и с этой нашей планеты и начала делать свои расследования.

Священные члены этой Превеликой Комиссии тогда нас сразу успокоили, сказав, что опасность ожидавшегося несчастья большого космического масштаба уже миновала.

А Архиинженер Архангел Алгематант был так добр и лично объяснил нам, что, по всей вероятности, произошло следующее:

«Отделившиеся от планеты Земля куски полученную ими от удара инерцию потеряли, прежде чем перелетели границу той части пространства, которая является сферой этой планеты, и потому, согласно „закону-падения“, эти куски стали падать обратно к основному куску.

Но упасть на этот свой основной кусок они уже больше не могли, потому что они за это время успели подпасть и окончательно подчиниться влиянию космического закона, называемого „закон-догоняния“, и теперь они будут в отношении своего основного куска делать правильные эллиптические круги, точно так же, как основной кусок, т. е. планета Земля, совершала и совершает таковые вокруг своего солнца Орс.

И это будет продолжаться все время, если какое-нибудь новое, непредвиденное несчастье большого масштаба не изменит этого, в том или другом смысле.

Слава-случаю!.. – закончил Его Пантаразмерность. – Гармоническое общесистемное движение от всего этого не нарушилось, и мирное существование этой системы Орс скоро опять восстановилось».

Но все же, мой мальчик, тогда эта Превеликая Комиссия, приняв во внимание все данные, как имеющиеся налицо, так и могущие явиться в будущем, нашла, что хотя куски планеты Земля пока и могут временно удерживаться в настоящем своем положении, но что в будущем они могут, ввиду каких-то ими предполагаемых, так называемых «тастартунарных-перемещений», выйти из этого положения и наделать массу неисправимых бед, как для самой системы Орс, так и для других соседних солнечных систем.

Поэтому Превеликая Комиссия решила во избежание этого принять, на всякий случай, заранее некоторые меры и признала, что самой лучшей в данном случае мерой было бы, чтобы основной кусок, т. е. планета Земля, постоянно посылала своим отделившимся кускам, для поддержки их, священные вибрации «Аскокина».

Это священное вещество на планетах может образовываться только в том случае, если оба имеющиеся в данной планете основные космические законы – священный «Эптапарапаршинох» и священный «Триамазикамно» – будут функционировать так называемое «Ильносопарно», т. е. когда упомянутые священные космические законы в данном космическом сосредоточении будут преломляться и проявляться также и на ее поверхности самостоятельно, но, конечно, самостоятельно только в известных пределах.

И вот, мой мальчик…

Ввиду того что подобное космическое осуществление возможно только с соизволения ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ, то великий Архангел Саккакий, в сопровождении некоторых других священных членов этой Превеликой Комиссии, немедленно отправился к ЕГО БЕСКОНЕЧНОСТИ, чтобы упросить его дать упомянутое соизволение.

И после того, когда упомянутые священные Индивидуумы испросили у БЕСКОНЕЧНОГО соизволение на осуществление на этой планете «Ильносопарного-процесса», и когда такой процесс был осуществлен под руководством того же великого Архангела Саккакия, то с тех пор и на этой планете, как и на многих других, начало возникать «соответствующее-Ильносопарно», благодаря чему сказанные отколовшиеся куски существуют и поныне, не являясь угрозой для несчастья большого масштаба.

Один из этих двух кусков, а именно больший, тогда именовался «Лундерперцо», а малый «Анулиос», и вначале их так и называли обыкновенные трехмозгные существа, возникшие позже на этой планете; но существа позднейших времен в разные периоды называли их различно, причем в самые поздние периоды большой кусок стали называть «Луна», а наименование малого куска постепенно стали забывать.

А что касается существ настоящего времени, то они уже не только никак этот маленький кусок не называют, но даже не подозревают о его существовании.

Интересно кстати отметить, что существа одного материка этой планеты, называвшегося «Атлантида» и впоследствии погибшего, знали еще про этот второй кусок своей планеты и тоже называли его «Анулиос», а существа последнего периода того же материка, у которых стали окристаллизовываться и делаться частью общего их наличия результаты последствий свойств того, так называемого «органа-Кундабуфера», о котором, мне уже кажется, придется объяснить тебе очень подробно, стали называть его также и «Кимез-пай», смысл какого названия тогда означал – «никогда-не-дающий-спокойно-спать».

Современные трехмозгные существа этой странной планеты не знают про этот бывший ее кусок главным образом потому, что сравнительно небольшая его величина и отдаленность места его движения делают его для их зрения совершенно невидимым, и еще потому, что «никакая бабушка» им не сказала, что в старину знавали и про такой маленький «спутник» их планеты.

А если, случайно, кто-нибудь из них его и видит через свою хотя и хорошую, но все же «детскую игрушку», так называемую «подзорная труба», то он своего внимания на нем не останавливает, принимая его просто за большой «аэролит».

Современные существа, пожалуй, его больше и не увидят, так как их натуре уже стало совсем свойственно видеть только недействительность.

Надо отдать им справедливость, они, действительно, за последние века артистически уже намеханизировались не видеть ничего действительного.

Итак, мой мальчик, благодаря вышесказанному, и на этой планете Земля прежде всего начали возникать, как это и должно быть, так называемые «подобия-всего-целого», или, как еще говорят, «Микрокосмосы», и дальше из этих Микрокосмосов начала образовываться так называемая «Одюристольная» и «Полормедехтическая» растительность.

Еще далее, как это тоже обыкновенно происходит, из тех же Микрокосмосов начали также группироваться разные формы так называемых «Тетартокосмосов» для всех трех системностей мозгов.

В числе последних тогда впервые и возникли такие двуногие Тетартокосмосы, которых ты недавно назвал «слизняками».

О том же, почему и каким образом на планетах при переходе основных священных законов в «Ильносопарные» возникают «подобия-всего-целого», а также о том, какие факторы являются способствующими для оформливания той или другой так называемой «системности-существенских-мозгов» и вообще относительно всех законов Миросоздания и Миросуществования, я объясню тебе специально как-нибудь в другой раз.

А пока знай, что эти заинтересовавшие тебя трехмозгные существа, возникающие на планете Земля, сначала имели в себе такие же возможности для усовершенствования функций для приобретения существенской разумности, какие вообще имеют везде возникающие во всей Вселенной «Тетартокосмосы».

Но позднее, как раз в тот самый период, когда и они, как это происходит на прочих подобных планетах нашей Великой Вселенной, начали постепенно одухотворяться так называемым «существенским-инстинктом», вот тогда и стряслось, к их несчастью, Свыше непредвиденное, прискорбное для них недоразумение.

Глава 10

Почему «люди» – не люди

Вельзевул глубоко вздохнул и продолжал рассказывать следующее:

– После осуществления на этой планете «Ильносопарного-процесса» прошел по объективному времяисчислению один год.

В течение этого периода и на этой планете постепенно начинали уже налаживаться соответствующие процессы инволюции и эволюции всего там возникающего.

Начали, конечно также постепенно, окристаллизовываться и в трехмозгных тамошних существах соответствующие данные для приобретения ими объективной разумности.

Короче говоря, в это время и на этой планете все уже начало протекать с обычной нормальной последовательностью.

И вот, мой мальчик, если бы через год туда не явилась опять Превеликая Комиссия под верховным руководством того же Архангела Саккакия, то, пожалуй, не получилось бы всех дальнейших недоразумений, связанных с трехмозгными существами, возникающими на этой злосчастной планете.

Это второе сошествие туда Превеликой Комиссии было вызвано тем, что в разумах большинства священных членов ее не была еще окристаллизована полная уверенность относительно невозможности в будущем какой-нибудь нежелательной неожиданности, несмотря на предпринятые ими мероприятия, о которых я только что говорил тебе, и теперь они хотели на месте проверить результаты этих своих мероприятий.

В это самое второе сошествие Превеликая Комиссия и решила на всякий случай, хотя бы только спокойствия ради, осуществить еще некоторые другие специальные меры, в числе которых была и та мера, последствия от которой, постепенно, не только превратились в ужасающий ужас для самых трехмозгных существ, возникающих на этой злосчастной планете, но и сделали их даже как бы злокачественной язвой для всей Великой Вселенной.

Дело было в том, что ко времени этого второго сошествия Превеликой Комиссии в них уже начал, как свойственно для трехмозгных существ, постепенно зарождаться так называемый «механический-инстинкт».

И вот, священные члены этой Превеликой Комиссии и рассудили тогда, что если у двуногих трехмозгных существ этой планеты упомянутый «механический-инстинкт» будет, как это обычно всегда бывает всюду в трехцентровых существах, усовершенствоваться в направлении приобретения объективной разумности, то они, чего доброго, преждевременно сообразят настоящие причины своего возникновения и существования и смогут наделать массу неприятностей; может случиться, что они, поняв причины своего возникновения, т. е. что они своим существованием должны поддерживать оторвавшиеся куски своей планеты, и убедившись в таком своем рабском подчинении совершенно чуждым им обстоятельствам, не захотят продолжать своего существования и принципиально начнут уничтожать самих себя.

И вот, мой мальчик, ввиду этого, Превеликая Комиссия тогда, между прочим, и решила в общем наличии этих тамошних трехмозгных существ временно привить особый орган с такими свойствами, чтобы они, во-первых, действительность воспринимали шиворот-навыворот, а во-вторых, чтобы всякие приходящие повторные впечатления окристаллизовывали в них такие данные, которые бы порождали факторы для вызывания в них ощущения «довольства» и «наслаждения».

И тогда они, действительно, при помощи общевселенского главного Архи-химика-физика Ангела Луизоса, который тоже был в числе членов этой Великой Комиссии, особым образом нарастили в тамошних трехмозгных существах, в основе их хвоста, который вначале те тоже еще имели и каковая часть их общего наличия еще была с нормальной внешностью, выражающей, так сказать, «полность-своего-сущностного-значения», а именно нарастили в конце их позвоночного мозга «нечто», способствующее возникновению в них упомянутых свойств.

И это «нечто» они тогда впервые и назвали «орган-Кундабуфер». Нарастив тогда в их наличиях такой орган и убедившись на деле относительно его действия, Превеликая Комиссия, состоящая из священных Индивидуумов, во главе с великим Архангелом Саккакием, успокоившись и с чистой совестью, вернулась обратно в центр, а там, на заинтересовавшей тебя планете Земля, действие этого удивительного и в высшей степени хитроумного изобретения начало с первых же дней развиваться и развиваться, как бы сказал мудрый Молла Наср-Эддин, «во всю нерихонскую трубу».

Теперь, чтобы ты мог иметь хотя бы приблизительное понятие о результатах свойств органа, изобретенного и осуществленного бесподобным Ангелом Луизосом – да будет благословлено имя его во веки веков! – непременно требуется тебе знать о разнообразных проявлениях трехмозгных существ этой планеты, как того периода, когда в их наличии имелся еще этот «орган-Кундабуфер», так и позднейших периодов, когда этот удивительный орган и его свойства были в них уничтожены, но, благодаря многим причинам, в их наличии начали окристаллизовываться последствия свойств этого органа.

Но об этом я объясню тебе после, а пока следует сказать, что сошествие туда Превеликой Комиссии состоялось еще в третий раз через три года по объективному времяисчислению, но уже под верховным руководством Преархисерафима Севотафтра, ввиду того что к этому времени великий Архангел Саккакий уже сподобился стать тем Божественным Индивидуумом, каким он является и поныне, а именно одним из четырех Всечетвертьдержителей всей Вселенной.

Вот при этом третьем сошествии туда, когда всесторонними расследованиями священных членов этой третьей Превеликой Комиссии было выяснено, что для поддержания существования этих упомянутых оторвавшихся кусков уже нет надобности в дальнейшем осуществлении всех прежде нарочно предпринятых вынужденных мер, в числе других был также уничтожен, с помощью того же Архи-химика-физика Луизоса, из общего наличия тамошних трехмозгных существ упомянутый орган Кундабуфер со всеми его удивительными свойствами.

Теперь будем продолжать начатый уже рассказ.

Итак, когда наша растерянность от происшедшей катастрофы, грозившей всей этой солнечной системе, миновала, мы опять, потихоньку, начали продолжать на планете Марс свое, так неожиданно прерванное, устройство на новом месте.

Постепенно все мы освоились с природой и начали приспособляться к существующим там условиям.

Как я уже сказал, многие из наших окончательно пристроились там, на планете Марс, другие отправились или собирались отправиться на судне Оказия, которое было представлено существам нашего племени для междупланетного сообщения, существовать на другие планеты этой же солнечной системы.

Я же с некоторыми моими близкими и приближенными остался существовать на этой планете Марс.

Надо сказать, что к этому времени, к какому относится этот мой рассказ, в моей обсерватории, которую я устроил на планете Марс, был уже поставлен мой первый Тескуано, и тогда-то именно я всего себя и отдал на дальнейшее оборудование и усовершенствование моей обсерватории, для более детальных наблюдения за далекими сосредоточениями нашей Великой Вселенной и за планетами этой солнечной системы.

Тогда же в число объектов моих наблюдений стала входить также и эта планета Земля.

Время шло.

Процесс существования и на этой планете Земля начал постепенно устанавливаться, и по внешности казалось, что там процесс существования происходит совершенно так же, как и на всех других планетах.

Но при внимательном наблюдении было, во-первых, очень заметно, как постепенно число этих трехмозгных существ увеличивалось, а во-вторых, иногда можно было наблюдать очень странные проявления их, т. е. они время от времени начинали делать нечто такое, чего никогда на других планетах трехмозгными существами не делалось, а именно, они ни с того ни с сего вдруг начинали уничтожать друг у друга существование.

Иногда такие уничтожения друг у друга существования происходили там не в одном районе, а в нескольких и длились не один «дионоск», а много «дионосков»,[8] а иногда даже целые «орнакра»[9].

Иногда становилось также заметно, что от этого их ужасного процесса их число быстро уменьшалось, но зато в другие периоды, когда наступало затишье от таких процессов, число их тоже заметно увеличивалось.

Мы к этой их особенности постепенно привыкли, объяснив себе, что, очевидно, органу Кундабуферу Превеликой Комиссией, по каким-нибудь высшим соображениям, тоже намеренно даны и такие свойства, т. е. мы, видя плодовитость этих двуногих существ, тогда предполагали, что это сделано преднамеренно, вследствие того, что для нужд поддержания «общекосмического-гармонического-движения» имеется необходимость в их существовании в таком большом количестве.

Если бы не эта их странная особенность, то никогда никому и в голову бы не пришло, что на этой планете – что-то «не тавось».

За этот период, к которому относится вышесказанное, я уже успел побывать почти на всех планетах этой солнечной системы, как уже обитаемых, так еще не обитаемых.

Лично мне больше всех понравились трехцентровые существа, которые водятся на планете, носящей название «Сатурн», и по своей внешности ничего общего с нашей внешностью не имеют, а похожи на существо-птицу «ворон».

Интересно, между прочим, здесь отметить, что форма существа-птицы «ворон» почему-то водится не только на всех планетах этой солнечной системы, но и на большинстве других планет всей Великой Вселенной, на которых возникают существа разной системности мозгов и облекаются планетными телами различными по форме.

А разговорные сношения эти существа «вороны» между собой на этой планете Сатурн имеют вроде нашего.

Что же касается самого их говора, то это, по-моему, самый красивый из всех когда-либо мною слышанных говоров.

Их говор можно было бы сравнить с пением наших хороших певцов, когда они поют всем своим существом что-либо минорное.

А в своих отношениях с другими они… даже не знаешь, как объяснить; это возможно осознать, только существуя среди них и испытав на себе.

Можно разве только сказать, что эти «существа-птицы» сердца имеют точно такие, какие сердца имеют самые приближенные ангелы нашего БЕСКОНЕЧНОГО СОЗДАТЕЛЯ И ТВОРЦА.

Они существуют точно так, как велит девятая заповедь нашего творца, а именно:


Всякое другого представляй собственным своим и так относись.


Позже я непременно расскажу тебе как-нибудь намного подробнее и относительно этих трехмозгных существ, которые возникают и существуют на планете Сатурн, так как за весь период моей ссылки моим настоящим другом в этой солнечной системе было существо как раз с этой планеты, которое имело внешнее облекание «ворона» и которое звали «Хархарх».

Глава 11

Пикантная черта оригинальности психики людей

Давай говорить опять о трехмозгных существах, возникающих на планете Земля, которые тебя больше всего заинтересовали и которых ты назвал «слизняками».

Я начну с того, что выражу в словах личную мою радость относительно того, что ты находишься очень далеко от тех трехцентровых существ, которых ты назвал таким «оскорбляющим их достоинство» словом, и что они никак не узнают об этом.

Знаешь ли ты, несчастный, еще неосознавший себя мальчишка, что сделали бы они тебе, особенно современные тамошние существа, если бы слыхали, как ты их назвал?

Что они сделали бы тебе, если бы ты был там и они добрались до тебя, даже говорить об этом ужас берет.

В самом лучшем случае они избили бы тебя так, что ты, как говорит наш Молла Наср-Эддин, «до нового урожая веников не очухался бы».

На всякий случай я советую тебе, чтобы ты всегда при начале всякого нового дела благословлял судьбу и умолял ее о том, чтобы она смилостивилась к тебе и всегда была бы начеку и устраняла бы для существ планеты Земля всякие возможности догадаться, что ты, именно ты, любимый и единственный мой внук, осмелился назвать их «слизняками».

Дело в том, что за время моих наблюдений за ними с планеты Марс и за период моего существования среди них, я психику этих странных трехмозгных существ изучил очень хорошо, и потому я уже отлично знаю, что они сделали бы тому, кто осмелился бы дать им такое прозвище.

Хотя ты назвал их так по своей детской наивности, но трехмозгные существа этой оригинальной планеты, особенно современные, в таких тонкостях не разбираются.

Кто назвал, почему назвал, в каком состоянии назвал? Не все ли равно?! Раз ты назвал их таким словом, которое они считают оскорбительным, – этого и довольно.

А разбираться в этом, по пониманию большинства из них, – является просто, как они же выражаются, – «литье из пустого в порожнее».

Как бы там ни было, но назвав трехмозгные существа, водящиеся на планете Земля таким оскорбительным словом, ты поступил очень и очень опрометчиво, во-первых, создал во мне беспокойство за тебя и, во-вторых, уготовил самому себе в будущем угрозу.

Дело в том, что хотя, как я уже сказал, ты находишься от них очень далеко и достать тебя они не будут в состоянии, чтобы лично наказать, но тем не менее, если паче чаяния, хотя бы через двадцатые руки, они случайно узнают, как ты их оскорбил, то во всяком случае ты уже будешь обеспечен их настоящей так называемой «анафемой», а какие размеры примет эта самая «анафема», это будет зависеть от тех интересов, которыми в данное время они будут заняты.

Пожалуй, стоит описать тебе, как поступили бы существа Земли, если бы они случайно узнали, что ты их оскорбил. Такого рода описание может для нас послужить очень хорошим примером для выяснения странности психики этих заинтересовавших тебя трехмозгных существ.

Если бы у них в данное время было, за отсутствием других таких же бессмысленных интересов, более или менее «затишье», они по поводу такого инцидента, а именно такого твоего оскорбления их, стали бы устраивать где-нибудь в заранее выбранном месте, с заранее приглашенными и, конечно, одетыми в специальные для таких случаев костюмы, так называемый «торжественный совет».

Первым долгом они для этого своего «торжественного совета» выберут кого-нибудь из своей среды так называемым «председателем» и только после этого начнут это свое разбирательство.

Прежде всего они начнут тебя, как там же выражаются, «по косточкам разбирать», и не только тебя, но и твоего отца, деда, а может быть, дойдут и до Адама.

Дальше, если они решат, конечно, непременно «большинством голосов», что ты «виновен», они присудят тебе наказание согласно указаниям того свода законов, который собран на основании прошлых подобных же «кукольных игр» существами, так называемыми «песочницами».

А если случайно «большинством голосов» они не найдут в твоем поступке решительно ничего преступного, хотя у них это бывает очень редко, – тогда все это свое разбирательство, изложенное подробно на бумаге и подписанное всеми, направят… ты думаешь в огонь? Нет… к соответствующим специалистам, в данном случае в так называемый там «Святейший Синод». А там такой же порядок; только твое дело будут «разбирать» уже «важные» тамошние существа.

И только в самом конце этого их «переливания из пустого в порожнее» они сообразят главное, а именно что подсудимого-то лично достать нельзя.

Вот тут и возникает самое опасное для твоей личности, а именно когда они наконец «бессомнительно» убедятся, что тебя достать будет невозможно, все они на этот раз уже единогласно решат «предать тебя» не больше не меньше как «анафеме», о которой я тебе упомянул.

А знаешь, что это такое и как это делается? Нет?!.

Ну, так слушай и содрогайся.

Самые «важные» существа прикажут всем прочим существам, чтобы они во всех своих соответствующих учреждениях, вроде так называемых «церквей», «молелен», «синагог» и «городских дум» и т. д., в специальных случаях, специальными служителями в соответствующих церемониях желали бы мысленно для тебя вроде следующего: чтобы ты лишился своих рогов, чтобы твои волосы преждевременно поседели, чтобы пища в твоем желудке превратилась в обойные гвозди, чтобы у твоей будущей жены язык вырос до трех ее величин. Или, наконец, они пожелали бы тебе, чтобы, когда ты к своему рту подносишь любимое тобой пирожное, оно превратилось в гуталин и т. д. в этом духе.

Понимаешь ли теперь, каким опасностям ты себя подвергал тем, что этих далеких трехмозгных оригиналов назвал «слизняками»?

Докончив так, Вельзевул с улыбкой начал смотреть на своего любимца.

Глава 12

Первое «оскаливание»

Немного погодя, Вельзевул начал говорить следующее:

– По-моему, очень хорошим материалом для выяснения странности психики трехмозгных существ этой понравившейся тебе планеты может для начала послужить история, которую я сейчас вспомнил и которая связана как раз с только что упомянутой «анафемой»; а кроме того, эта история может тебя немного успокоить и дать надежду на то, что если случайно те оригинальные земные существа узнают о том, как ты их оскорбил и предадут тебя сказанной «анафеме», то и может для тебя получиться также очень и очень «недурно».

Эта история, которую я собираюсь тебе рассказать, произошла у современных тамошних трехмозгных существ совсем недавно и была вызвана там следующими событиями:

В одной их большой «общественности» мирно существовало одно обыкновенное существо, имеющее профессию, называемую там «писатель».

Запомни, между прочим, и о том, кстати, что там в давнопрошедшие времена среди существ такой профессии встречались часто и такие, которые все же кое-что сами придумывали и писали, а в последние эпохи «писателями» из среды тамошних существ, особенно из существ настоящего времени, делаются исключительно такие, которые из многих уже существующих книг, предпочтительно древнейших, только переписывают всевозможные подходящие одна к другой фразы и таким образом составляют «новую» книгу.

Не мешает отметить и даже подчеркнуть и то, что написанные разными тамошними писателями книги за последние века там в своей совокупности стали представлять из себя один из главных факторов того, что скоро, очень скоро, разум всех прочих тамошних трехмозгных существ в смысле легкости приобретает свойства эфира.

Итак, мой мальчик…

Тот «современный писатель», про которого я начал рассказывать, был «писатель», как все прочие тамошние писатели, и ничего особенного из себя не представлял.

Однажды, когда он кончил писать какую-то свою книгу, он начал обдумывать, о чем бы ему еще написать, и решил искать для этого какую-нибудь новую «идею» в книгах из его так называемой «библиотеки», которая обязательно должна иметься у каждого тамошнего «писателя».

И вот, во время таких его исканий, ему попадает в руки книга, называемая «Евангелие».

«Евангелием» называется там книга, написанная когда-то некими Матфеем, Марком, Лукой и Иоанном об Иисусе Христе, посланнике нашего БЕСКОНЕЧНОГО на эту планету.

Эта книга очень распространена среди тамошних трехцентровых существ, которые существуют якобы согласно указаниям этого посланника.

И вот, когда этому «писателю» случайно попадает в руки эта книга, ему вдруг приходит в голову мысль о том, почему бы и ему не сочинить «Евангелие».

Согласно изысканиям, которые мне пришлось делать по совершенно другим моим надобностям, оказалось, что он тогда дальше размышлял следующим образом:

«Чем я хуже этих самых Иоанна, Луки, Матфея и Марка, древних дикарей?!

Я, по крайней мере, цивилизованнее их и сумею для современников написать „Евангелие“ куда лучше.

Непременно следует написать именно „Евангелие“, потому что современные люди, так называемые „Англичане“ и „Американцы“, очень любят эту книгу, а курс их фунтов и долларов на бирже в настоящее время очень и очень „не-дурен“».

Задумано – сделано.

И с этого дня он начинает «намудровывать» новое «Евангелие».

Но, когда он кончает его и сдает в типографию для напечатания, – вот тут-то и начинаются все дальнейшие события, связанные с этим его новым «Евангелием».

В другое время, пожалуй, ничего бы и не случилось и это его новое «Евангелие» просто заняло бы очередное место в библиотеках тамошних книгоманов, в числе множества других книг с изложением подобных «истин».

Но дело в том, что, к счастью или несчастью этого писателя, некоторым «власть-имущим» существам той большой общественности, в которой и он существовал, страшно не везло в так называемые там «рулетку» и «баккара», и потому они все требовали и требовали, чтобы обыкновенные существа их общественности посылали им то, что они называют «деньги». Благодаря непомерным на этот раз требованиям «денег», обыкновенные существа этой общественности вышли наконец из своей обычной так называемой «спячки» и начали «хорохориться».

Оставшиеся дома «власть-имущие» существа, видя это, забеспокоились и начали принимать соответствующие «меры».

В числе этих мер было также и моментальное уничтожение с лица их планеты всего нововозникающего в их отечестве, дабы оно не мешало обыкновенным существам их общественности вновь впадать в «спячку».

Вот в этот самый период и появилось упомянутое «Евангелие» этого писателя.

«Власть-имущие» существа в содержании и этого нового «Евангелия» нашли нечто такое, которое, по их понятиям, тоже мешало обыкновенным существам их общественности опять впадать в «спячку»; и потому они решили было как самого писателя, так и его «Евангелие» тоже моментально «тавось», как они к этому времени такое «тавось» хорошо уже наловчились делать с подобными отечественными «выскочками», занимавшимися не своим делом.

Но, по каким-то соображениям, поступить так с этим писателем было невозможно, и потому они заволновались и долго судили и рядили – как быть?

Одни предлагали поместить и его просто-напросто туда же, где водится много «крыс» и «клопов»; другие предлагали отправить его «куда Макар телят не гонял» и т. д., и т. д., и в конце концов они решили этого писателя с его «Евангелием» предать, по всем правилам, всенародно, честь честью, той «анафеме», которой они несомненно предали бы и тебя, если бы узнали, как ты их оскорбил.

И вот, мой мальчик, как выразилась странность психики современных трехмозгных существ этой оригинальной планеты в данном случае: из-за того, что писателя с его Евангелием всенародно предали этой самой «анафеме», для него получилось просто опять-таки, как говорит многоуважаемый Молла Наср-Эддин, – «Лафа».

А произошло это следующим образом:

Обыкновенные существа данной общественности, видя такое «внимание» со стороны «власть-имущих» существ к этому писателю, очень сильно заинтересовались им и начали жадно покупать и читать не только это его новое Евангелие, но и все до того им написанные книги.

И с тех пор у всех существ сказанной общественности постепенно заглохли, как это вообще свойственно трехцентровым существам, водящимся на этой оригинальной планете, все другие интересы, и они стали говорить и думать только про этого писателя.

И, как там тоже обыкновенно бывает, когда одни начали во всю расхваливать этого писателя, другие начали говорить против него, и в результате таких споров и разговоров число заинтересованных этим писателем начало расти не только среди существ этой общественности, но также и среди существ других общественностей.

А последнее случилось потому, что часть «власть-имущих» существ этой общественности еще продолжала по очереди, по обыкновению с полным карманом денег, ездить в другие общественности, в которых происходили игры в «рулетку» и «баккара», и, ведя и там свои споры относительно этого писателя, постепенно заразили этим также существа других общественностей.

Короче говоря, благодаря странности их психики там постепенно сложилось так, что и в настоящее время, когда там уже давно забыто об его Евангелии, имя его стало известным почти повсеместно как очень хорошего писателя.

И теперь, о чем бы этот писатель ни писал, они все набрасываются на эти его писания и принимают их за неоспоримые истины.

Они все его писания теперь принимают с таким же благоговением, с каким тамошние же древние калькиане выслушивали прорицания своих священных «пифий».

Здесь очень интересно отметить, что если там в настоящее время любого из существ спросить об этом писателе, то оказалось бы, что каждый знает его и, конечно, станет говорить о нем как о необыкновенном существе.

А если в то же время спросить их, о чем писал этот писатель, то окажется, что большинство из них, конечно если признаются откровенно, ни одной его книги даже и не читали. Все же они будут о нем спорить, говорить и, конечно, с пеной у рта настаивать, что этот писатель-существо «необыкновенного ума» и феноменальный знаток психики существ, обитающих на их планете Земля.

Глава 13

Почему в разуме людей фантазия может восприниматься как реальность

– Дорогой и добрый мой дедушка! Будь так добр и объясни мне, хотя бы приблизительно, почему они такие, что «эфемерность» воспринимается в них как реальность?

На такой вопрос своего внука Вельзевул рассказал следующее:

– На планете Земля, в трехмозгных существах, такая особенность их психики стала иметься лишь за последние периоды, и возникла эта особенность в них только потому, что оформившаяся в них главенствующая часть их, которая оформливается в них, как и во всех трехмозгных существах, стала постепенно допускать, что другие части всего их целого наличия воспринимали всякое новое впечатление без так называемых существенских «Парткдолгдюти», а только просто так, как вообще воспринимают имеющиеся в трехмозгных существах отдельные самостоятельные локализации, существующие под названием «существенские-центры»; на их языке я бы то же самое выразил так: они верят всему, что говорят другие, а не только тому, что они могли бы сами познать собственным здравым рассуждением, т. е. убеждаться согласно результатам, долженствующим получаться через посредство происходящего в них, так сказать, «сопоставительного спора» между уже слагавшимися данными, порождающими вообще в существах понятия в отдельных их разнородных концентрациях.

Вообще всякое новое понимание в этих странных существах окристаллизовывается только, если о ком-нибудь или о чем-нибудь говорит так-то Иван Иванович; а если об этом же самом то же самое скажет еще и Петр Петрович, – то они уже окончательно убеждаются, что это именно так, и никак не может быть иначе.

Только благодаря этой особенности их психики и благодаря тому, что про сказанного писателя много стали говорить вышеупомянутым образом, в настоящее время почти все тамошние существа уже убеждены, что он действительно очень и очень большой психолог и психику существ своей планеты знает бесподобно.

Между тем, на самом деле, когда я был на этой планете в последний раз и тоже слышал про сказанного писателя и для выяснения совсем другого вопроса раз специально ездил к нему лично, он, по моим понятиям, оказался не только, как все прочие тамошние современные писатели, очень ограниченным и, как говорит наш дорогой Молла Наср-Эддин, – «дальше своего носа невидящим», но, в смысле знания действительной психики существ своей планеты в реальных условиях, даже – смело можно было бы сказать, – «совершенно неграмотным».

Повторяю. История с этим писателем является очень характерным примером для выяснения того, насколько в этих понравившихся тебе трехмозгных существах, особенно в современных, отсутствует осуществление существенских «Парткдолгдюти», и насколько в них совершенно не окристаллизовываются – как вообще это свойственно для трехмозгных существ – их собственные субъективные, существенские убеждения, оформленные собственными их логическими размышлениями, а окристаллизовываются в них «существенские-убеждения» исключительно только в зависимости от того, как скажут относительно данного вопроса другие.

Благодаря только тому, что в них отсутствует осуществление существенских «Парткдолгдюти», которое лишь и может дать существу осознание реальной действительности, они и увидели в упомянутом писателе какие-то несуществующие совершенства.

Такая странная черта общей психики, а именно, – чтобы удовлетворяться только тем, что скажет Иван Иванович или Петр Петрович, и не стремиться знать больше этого, – вкоренилась в них уже давно, и они совершенно больше не стремятся знать что-нибудь такое, что может быть познаваемо только собственным активным размышлением.

Относительно всего сказанного следует непременно заметить, что здесь ни при чем ни орган Кундабуфер, который имели их предки, ни его последствия, которые по вине некоторых священных Индивидуумов окристаллизовались в их предках и потом стали переходить по наследству из рода в род.

Виноватыми в этом стали лично они сами своими, ими же самими постепенно установленными, ненормальными условиями для обыкновенного внешнего существенского существования, которые в их общем наличии и оформили постепенно то, что ныне уже является их внутренним «Злым Богом» и называется «Самопокой».

Впрочем, и относительно всего этого ты сам поймешь очень хорошо после того, когда я сообщу тебе, как я уже обещал, побольше фактов, связанных с этой понравившейся тебе планетой.

Я тебе на всякий случай очень советую в будущем в своих выражениях относительно трехмозгных существ этой планеты быть очень осторожным, чтобы их как-нибудь не оскорбить, а то они, как они выражаются: «чем чорт не шутит», узнают о каком-нибудь твоем оскорблении и «подложат» тебе, по их выражению, «свинью».

И для данного случая не мешает опять вспомнить одно из мудрых изречений нашего дорогого Молла Наср-Эддина, который говорит:

«Чего, чего только на свете не бывает! Даже блоха может иногда проглотить слона».

Еще что-то хотел сказать Вельзевул, но в это время вошел судовой слуга и передал ему полученную на его имя «эфирограмму».

Когда Вельзевул выслушал содержание сказанной «эфирограммы» и судовой слуга вышел, Хассин обратился опять к Вельзевулу со следующими словами:

– Дорогой дедушка! Продолжай, пожалуйста, рассказывать о трехцентровых существах, возникающих и существующих на той интересной планете, которая называется «Земля».

Вельзевул, посмотрев на своего внука опять-таки с особенной улыбкой и сделав головой очень странный жест, продолжал так:

Глава 14

Начало перспектив, обещающих не очень много веселого

– Прежде всего следует сказать, что вначале и на этой планете трехмозгные существа имели такое же наличие, какое имеют вообще все так называемые «Кесчапмартные» трехмозгные существа, возникающие на всех соответствующих планетах всей нашей Великой Вселенной, и они также имели такую же, так называемую, «долготу существования», как всякие другие трехмозгные существа.

Всевозможные изменения в их наличии начались главным образом после второго несчастья с этой планетой, во время которого в нее вошел главный ее материк, существовавший тогда под названием «Атлантида».

Вот с тех пор, вследствие того, что они начали понемногу создавать всевозможные такие условия внешнего существенского существования, благодаря которым качество их излучаемости стало постепенно ухудшаться и ухудшаться, и Великая Природа была принуждена постепенно разными компромиссами и изменениями перерождать их общее наличие для урегулирования качества излучаемых ими колебаний, требуемого ею главным образом для поддержания благополучного существования бывших частей этой планеты.

По вышесказанной причине Великая Природа постепенно увеличила количество самих существ так, что в настоящее время они водятся уже почти на всех образовавшихся на этой планете твердынях.

Форма внешности их планетных тел почти одинаковая и, конечно, размерность и другие субъективные особенности каждого облекаются, как и у нас, согласно отражению наследственности, условиям момента зачатия и другим факторам, которые обычно являются причинами для возникновения и оформливания всякого существа.

Они различаются еще между собой цветом кожи и формой, возникающей и на них «комплекцинизации» волос, а эти последние особенности наличия каждого из них вытекают тоже, как и всюду, от планетных результатов той части поверхности, где данные существа возникают и оформливаются до возраста ответственного существа или, как они говорят, до того, когда они становятся «совершеннолетними».

А что касается до общей психики каждого и ее основных черт, то на каких бы частях поверхности своей планеты данные существа ни возникли, они оформливаются с одними и теми же особенностями общей психики, в числе которых находится и то свойство тамошних трехмозгных существ, благодаря которому из всей Вселенной исключительно только на этой странной планете происходит «ужасающий-процесс», называющийся «процесс-уничтожения-друг-у-друга-существования» или, как там, на этой злосчастной планете, говорят – «война».

Кроме этой главной особенности их общей психики, в каждом из них, также безотносительно к тому, где бы они ни возникли и ни существовали, вполне окристаллизовываются и становятся непременной частью общего их наличия функции, существующие там под названием «эгоизм», «самолюбие», «тщеславие», «гордость», «самомнение», «доверчивость», «внушаемость» и несколько других свойств, совершенно ненормальных и совершенно неподобающих для сущности каких бы то ни было трехмозгных существ.

Из вышеперечисленных ненормальных существенских особенностей психики самой ужасной лично для них является особенность, которая называется «внушаемость».

Относительно этой в высшей степени оригинальной и странной психической особенности я как-нибудь объясню тебе специально.

Сказав это, Вельзевул задумался на этот раз больше обыкновенного и после, обращаясь опять в внуку, сказал:

– Я вижу, что трехмозгные существа, возникающие и существующие на оригинальной планете, называющейся «Земля», тебя очень заинтересовали, и так как во время этого нашего путешествия на судне Карнак нам придется для скоротания времени волей-неволей беседовать о всякой всячине, то я буду рассказывать тебе возможно больше именно об этих трехмозгных существах.

По-моему, для ясного понимания тобою странности психики этих трехмозгных существ самым лучшим будет, если я расскажу тебе по порядку о моих личных спусках на эту планету и о тех происходивших там событиях, очевидцем которых я был лично во время этих моих спусков.

Поверхность этой планеты Земля я посетил лично всего шесть раз, и такие мои личные посещения каждый раз были вызваны разными обстоятельствами.

Начну с моего первого спуска!

Глава 15

Первый спуск Вельзевула на планету «Земля»

– На эту планету Земля, – начал рассказывать Вельзевул, – я спустился в первый раз из-за одного молодого существа нашего племени, который имел несчастье связаться всерьез с одним тамошним трехмозгным существом и, благодаря этому, попал в одну очень глупую историю.

Как-то раз в мой дом на планете Марс пришли несколько существ нашего племени, обитавших там же, на Марсе, и обратились ко мне с просьбой.

Они рассказали мне, что один из молодых их родственников триста пятьдесят марсовых годов тому назад переселился существовать на планету Земля и что с ним недавно произошел там случай очень неприятный для всех нас – его близких.

Дальше они мне сказали:

«Мы, его близкие, как существующие там на планете Земля, так и существующие здесь, на планете Марс, вначале хотели сами, своими возможностями, ликвидировать этот неприятный случай; но несмотря на все наши старания и принятые нами меры, мы до сих пор еще не могли ничего добиться.

И теперь, когда мы окончательно убедились, что мы сами не в состоянии самостоятельно ликвидировать эту неприятную историю, мы намереваемся беспокоить вас, ваше Преподобие, и умоляюще просим, чтобы вы были добры не отказать нам в вашем мудром совете, дабы выйти нам из этого печального для нас положения».

Дальше они подробно изложили мне, в чем заключалось выпавшее на их долю несчастье.

Из всего ими сказанного мне я увидел, что этот случай неприятен не только для близких этого молодого существа, но может стать также неприятен и для существ всего нашего племени.

И потому я не мог не взяться сразу же помочь им ликвидировать это их недоразумение.

Вначале я пробовал помочь им в этом, оставаясь на планете Марс, но когда я убедился, что оттуда что-либо сделать существенное невозможно, я решил спуститься на планету Земля и там, на месте, найти какой-нибудь выход.

После такого моего решения я на другой же день захватил с собою все необходимое, имевшееся у меня «под руками», и на нашем судне Оказия полетел туда.

Повторяю, Оказия было то судно, на котором все существа нашего племени были отправлены в эту солнечную систему, и оно, как я тебе уже сказал, было оставлено в пользование существам нашего племени для надобностей междупланетных сообщений.

Судно это имело свою постоянную стоянку при планете Марс, и главное распоряжение им было Свыше предоставлено мне.

И вот на этом судне Оказия я и спустился на планету Земля в первый раз.

Наше судно в этот раз опустилось на берега именно того материка, который при втором несчастье с этой планетой совершенно исчез с ее поверхности.

Этот материк назывался «Атлантида», и главным образом на нем и существовали тогда трехмозгные существа этой планеты, а также и большинство существ нашего племени.

Когда мы спустились, я с судна Оказия отправился прямо в город, именовавшийся «Самлиос» и находившийся на сказанном материке; на нем место своего существования имело то несчастное молодое существо нашего племени, которое и было причиной этого моего спуска.

«Самлиос» был тогда очень большим городом и являлся столицей тогдашней самой большой общественности планеты Земля.

В этом городе существовал глава этой большой общественности, которого называли «царь Апполис».

Вот с этим самым царем Апполисом и связался наш молодой неопытный земляк.

Все подробности этой истории я узнал уже в самом городе Самлиосе.

Именно я узнал, что до этой истории наш несчастный земляк почему-то был в дружеских с этим царем отношениях и часто бывал у него на дому.

Как выяснилось, раз, во время посещения дома царя Апполиса, в разговоре с ним наш молодой земляк «держал пари», которое и послужило поводом для дальнейшего.

Прежде всего надо сказать тебе, что та общественность, над которой царь Апполис был главой, и город Самлиос, в котором он существовал, были в тот период самыми большими и самыми богатыми из всех имевшихся тогда на Земле общественностей и городов.

Для поддержания такого богатства и величественности царю Апполису требовалось, конечно, много так называемых их «денег» и очень много трудов обыкновенных существ этой общественности.

Вот здесь и следует первым долгом отметить, что к периоду моего первого самоличного спуска на эту планету в этих заинтересовавших тебя трехмозгных существах уже не имелось органа Кундабуфера и только начинали в некоторых из них окристаллизовываться разные последствия свойств этого злостного для них органа.

В период, к которому относится этот мой рассказ, одним из уже хорошо окристаллизовавшихся в некоторых тамошних существах последствий свойств этого органа и было то, которое, когда в них еще функционировал орган Кундабуфер, способствовало тому, что они очень легко и совершенно без «угрызения-совести» ничего не выполняли добровольно по взятым на себя или возлагаемым на них старшими обязательствам, а всякие обязательства ими выполнялись только под влиянием боязни и страха от извне приходящих «застращиваний» и «угроз».

Вот это самое, уже хорошо окристаллизовавшееся в некоторых тамошних существах этого периода последствие такого свойства и было причиной всей этой истории.

Итак, мой мальчик, дело было в том, что царь Апполис, будучи сам очень добросовестным в отношении взятых на себя обязательств для поддержания величия доверенной ему общественности, не жалел своих собственных трудов и благ, но в то же время требовал того же самого и от всех существ своей общественности.

А так как в некоторых из его подданных, как я уже сказал, к этому периоду уже было очень хорошо окристаллизовано упомянутое последствие свойства органа Кундабуфера, то он, чтобы получать от всех требуемое для величия доверенной ему общественности, стал прибегать к всевозможным «застращиваниям» и «угрозам».

Его приемы были так разнообразны и в то же время так разумны, что даже те из его подданных существ, в которых уже было окристаллизовано упомянутое последствие, не могли не уважать его, хотя к его имени тогда, конечно за глаза, добавляли еще прозвище «Архихитрец».

И вот, мой мальчик, эти способы, какими царь Апполис добивался тогда от таких своих подданных требуемого для поддержания величия доверенной ему общественности, показались нашему молодому земляку почему-то несправедливыми, и он, как говорили, часто возмущался и не находил себе покоя, когда слышал о каком-нибудь новом способе царя Апполиса добиваться необходимого.

И как-то раз, во время одного разговора с самим царем, наш наивный молодой земляк не удержался и высказал ему в лицо свое возмущение и свои взгляды на такое его, царя Апполиса, «бессовестное» отношение к своим подданным.

На это царь Апполис не только не вознегодовал, как вообще на планете Земля делается в случае таких вмешательств не в свои дела, и не только не выгнал нашего земляка в шею, – но даже стал говорить с ним и рассуждать о причинах своей строгости.

Они говорили очень много, и результатом всего их такого разговора было «пари», т. е. они поставили друг другу условия, написали эти условия на бумаге и каждый подписал их своей собственной кровью.

В эти их условия входило, между прочим, что царь Апполис обязуется с этого времени, для получения всего требуемого от своих подданных, применять только те меры и приемы, которые будет указывать ему наш земляк.

А в случае, если все подданные не будут так же, как всегда, вносить требуемого, то наш земляк отвечает за все и обязуется уже сам доставлять в казну царя Апполиса всего столько, сколько требуется для поддержания и дальнейшего возвеличения, как столицы, так и всей общественности.

И вот, мой мальчик, после всего этого, со следующего уже дня, царь Апполис начал действительно очень честно выполнять взятое на себя обязательство согласно условию и все управление общественностью начал вести точно по указаниям нашего земляка.

Но результаты такого управления очень скоро показали совершенно противоположное тому, что думал и чего ожидал наш простак.

Подданные этой общественности, конечно главным образом те, в которых уже было окристаллизовано упомянутое последствие свойств органа Кундабуфера, не только совершенно перестали вносить в казну царя Апполиса требуемое, но даже начали таскать понемногу обратно прежде внесенное.

Так как наш земляк дал обязательство вносить требуемое, да еще подписал его своей кровью – а ты ведь знаешь, что значит для нашего брата взятие на себя добровольного обязательства, да еще скрепленного своей кровью, – то, конечно, он должен был скоро начать вносить в казну все недохватываемое.

Сначала он внес в казну все, что сам имел, а потом все, что мог достать у своих близких, обитавших там же на планете Земля.

А когда и у тамошних его близких иссякло все нужное, тогда начались обращения за материалами к его близким, обитавшим на нашей планете Марс.

Скоро и на Марсе все иссякло, а казна города Самлиоса все требовала и требовала, и этим требованиям не было видно конца.

Тогда вот и заволновались все близкие этого нашего земляка, и после этого они и решили обратиться ко мне с просьбой, чтобы я выручил их из этой беды.

Итак, мой мальчик, когда я прибыл в сказанный город, меня встретили там все оставшиеся на этой планете существа нашего племени, как пожилые, так и молодые.

В тот же день вечером всеми нами был устроен общий совет для того, чтобы, обсуждая вместе, найти какой-нибудь выход из создавшегося положения.

На этот наш общий совет был также приглашен сам царь Апполис, с которым наши пожилые земляки уже до этого имели много разговоров по поводу всего этого.

На этом первом нашем общем совете царь Апполис, обращаясь ко всем нам, сказал следующее:

«Справедливые друзья!

Я сам лично очень сожалею о случившемся и о том, что оно вызвало для собравшихся здесь столько беспокойства, и всем своим существом сокрушаюсь, что я не в силах избавить вас от предстоящих хлопот.

Дело в том, – продолжал царь Апполис, – что заведенный и налаженный веками механизм правления моей общественностью в настоящее время в корне изменен, и уже невозможно вернуться к старому без серьезных последствий, которые без сомнения должны вызвать возмущение большинства моих подданных. При нынешнем положении дел я один уже не в состоянии ликвидировать создавшееся без упомянутых серьезных последствий, и поэтому я вас всех прошу, во имя справедливости, помочь мне в этом».

И еще он тогда добавил:

«Я ужасно каюсь перед всеми вами, так как во всем этом несчастье я считаю и себя тоже очень виноватым.

А виноват я потому, что должен был предвидеть случившееся, так как здесь, в этих условиях, я существовал больше, чем мой противник и ваш собрат, а именно тот, с кем я заключил известное вам условие.

Откровенно говоря, мне непростительно, что я рискнул заключить такие условия с существом, которое, хотя может быть и много разумнее меня, но во всяком случае менее практично в таких делах, чем я.

Еще раз вас всех и особенно Его Преподобие прошу извинить меня и помочь мне избавиться от этой печальной истории и суметь найти благополучный выход из создавшегося положения.

При настоящем положении вещей я теперь могу делать только то, что вы будете мне указывать».

После ухода царя Апполиса, в тот же вечер, мы решили выбрать из своей среды несколько опытных пожилых существ, которые в ту же ночь, сообща, взвесили бы все данные и составили бы какой-либо приблизительный план дальнейших действий.

После этого мы, все остальные, разошлись с тем, чтобы на другой же вечер опять собраться туда же, причем на второе наше собрание мы царя Апполиса не пригласили.

Когда мы собрались на другой день, то первым долгом одно из накануне выбранных пожилых существ доложило нам следующее:

«Мы всю прошлую ночь размышляли и рассуждали относительно всех деталей этой прискорбной истории и в результате, прежде всего, единогласно пришли к заключению, что нет никакого другого выхода, кроме как вернуться к прежним условиям управления.

А дальше мы все, тоже единогласно, согласились с тем, что, действительно, возврат к прежнему порядку правления обязательно должен вызвать возмущение подданных этой общественности, причем, конечно, от этого непременно произойдут все, ставшие за последнее время на Земле в таких случаях неизбежными, последствия этого возмущения.

И при этом, конечно, тоже как уже стало здесь обычным, многие из так называемых „власть-имущих“ существ этой общественности сильно пострадают, включительно до возможности совершенного их уничтожения, а уже во всяком случае самому царю Апполису такой участи не миновать.

После этого мы начали рассуждать и придумывать какие-нибудь возможности, чтобы отвлечь хотя бы от царя Апполиса сказанные печальные последствия.

Это последнее мы потому очень искренно хотели придумать, что вчера, на нашем общем собрании, царь Апполис был сам очень искренен и доброжелателен к нам, и нам всем было бы очень жаль, если бы ему пришлось пострадать.

При дальнейших наших долгих рассуждениях мы пришли к тому заключению, что отвлечь удар от царя Апполиса возможно, только если во время упомянутого возмущения проявление гнева возмутившихся существ этой общественности направить не на самого царя, а на его окружающих, т. е. на его, как здесь говорят, „правительство“. Но здесь у нас возник вопрос: согласятся ли эти приближенные царя принять на себя последствия всего этого?

И мы пришли к категорическому заключению, что они на это, конечно, не согласятся, потому что все они будут уверенно считать, что виновником всего этого является только царь, и потому пусть он сам и расплачивается.

После всех вышесказанных выяснений мы наконец, тоже единогласно, решили следующее:

Чтобы спасти хотя бы царя Апполиса от неизбежно ожидаемого, существа нашего племени должны, с согласия самого царя Апполиса, в данной общественности заменить всех лиц, имеющих какие-либо ответственные должности, и, во время разгара „психопатизма“ здешней массы, принять каждый на себя часть общего результата ожидаемого».

Когда этот наш выборный кончил свой доклад, мы немного только обменялись мнениями и вынесли единогласное решение поступать именно так, как придумали пожилые существа нашего племени.

После этого мы первым долгом отправили одного из наших пожилых существ предложить такой наш план царю Апполису; последний согласился на него и еще раз повторил свое обещание, а именно что он все будет делать так, как мы будем ему указывать.

Тогда мы решили, не откладывая, со следующего же дня начать заменять всех должностных лиц нашими.

Но через два дня оказалось, что существ нашего племени, обитающих на планете Земля, не хватит для замены всех должностных лиц этой общественности, и потому мы немедленно отправили судно Оказия обратно на планету Марс за тамошними нашими.

А пока царь Апполис под руководством двух из наших пожилых существ начал под всякими предлогами заменять разных должностных лиц нашими, сперва в самой столице Самлиосе, а когда через несколько дней наше судно Оказия прибыло с планеты Марс с существами нашего племени, подобные замены начались также и в провинции, и скоро всюду в этой общественности так называемые ответственные должности исполнялись уже существами нашего племени.

Когда таким образом все были заменены, царь Апполис, под руководством все тех же наших пожилых, начал восстановлять в отношении управления общественностью прежние порядки.

Почти с первых же дней возобновления старых порядков начали, как и ожидалось, проявляться результаты общей психики существ этой общественности, в которых уже было хорошо окристаллизовано последствие упомянутого свойства злостного органа Кундабуфера.

Сказанное недовольство тогда с каждым днем росло, и в один совсем недалекий от начала день произошло то самое, что с тех пор уже окончательно стало свойственно иметься в наличии тамошних трехмозгных существ всех последующих периодов, а именно чтобы временами производить тот процесс, который они сами в настоящее время называют «революция».

Во время их тогдашней «революции», как там впоследствии стало тоже свойственно этим трехмозгным феноменам нашей Великой Вселенной, ими было уничтожено много такого добра, которое они накапливали веками, и уничтожено и навсегда забыто много так называемых «знаний», которых они достигли тоже веками, а также было уничтожено существование многих других, себе подобных, существ, которые уже попали на путь освобождения от окристаллизовавшихся последствий свойств органа Кундабуфера.

Здесь очень интересно, кстати, отметить про один в высшей степени удивительный и непонятный факт.

Дело в том, что и во времена последующих таких же «революций» тамошние трехмозгные существа, которые, кстати сказать, почти все или, по крайней мере, в подавляющем большинстве стали впадать в такой психоз, отчего-то больше всего уничтожают существование тех других, таких же себе подобных, существ, которые почему-либо более или менее попадают на путь возможности освободиться от окристаллизовавшихся в них последствий свойств этого злостного органа Кундабуфера, имевшегося, к их несчастью, у их предков.

Итак, мой мальчик! Пока протекал процесс этой их «революции», сам царь Апполис существовал в одном из своих так называемых «загородных дворцов» города Самлиоса.

Его никто не трогал, так как наши своей пропагандой подготовили дело так, что вся вина была приписана не царю Апполису, а его окружающим, т. е. так называемым правителям.

Мало того, существа, впавшие в сказанный «психоз», стали даже «испытывать печаль» и очень жалеть своего царя, говоря, что их «бедный царь» до сих пор был окружен бессовестными и неблагодарными подчиненными и что поэтому и произошла эта нежелательная «революция».

После того как революционный психоз совсем утих, царь Апполис вернулся в город Самлиос и начал постепенно, опять с помощью наших пожилых, заменять наших земляков старыми своими уцелевшими служителями или набирать совершенно новых из среды прочих своих подданных.

И когда у царя Апполиса восстановились прежние отношения с его подданными, они опять стали наполнять казну «деньгами» и выполнять указания своего царя, и дела общественности снова пошли обычным, уже установившимся темпом.

А что касается нашего наивного «горемычного» земляка, который был причиной всего этого, ему все это было так обидно, что он не захотел больше оставаться на этой, для него особенно злосчастной, планете и вместе с нами вернулся обратно на планету Марс.

Он стал впоследствии очень даже хорошим старостой для всех существ нашего племени.

Глава 16

Относительность понятия о времени

После недолгой паузы Вельзевул продолжал так:

– Прежде чем рассказывать тебе дальше про понравившихся тебе трехмозгных существ, водящихся на планете Земля, по-моему, для ясного представления о странности их психики и вообще для лучшего понимания всего, касающегося этой оригинальной планеты, раньше всего непременно следует тебе иметь точное представление о их времяисчислении и о том, каким образом существенское ощущение так называемого «процесса-течения-времени» в наличии трехмозгных существ этой планеты постепенно изменялось и как такое ощущение протекает в наличии уже современных тамошних трехмозгных существ.

Это необходимо выяснить тебе потому, что только тогда ты будешь иметь возможность ясно представить себе и понять те тамошние события, о которых я тебе уже рассказывал и о которых еще буду рассказывать.

Прежде всего знай, что для определения времени трехмозгные существа и этой планеты так же, как и мы, основной единицей своего времяисчисления считают «год» и продолжительность такого своего «года» так же, как и мы, определяют временем известного движения их планеты в отношении к другому определенному космическому сосредоточию. А именно, они берут тот период, в течение которого их планета во время своего движения, т. е. во время процессов «падения» и «догоняния», делает в отношении своего солнца так называемый «крентональный обход».

Это вроде того, как мы, для нашей планеты Каратаз, «годом» считаем период времени от одного самого большого приближения солнца «Самоса» к солнцу «Селосу» до другого такого же его приближения.

Сто таких своих «годов» существа планеты Земля называют «век».

«Год» свой они делят на двенадцать частей и каждую такую часть называют «месяц».

А для определения длительности этого своего месяца они берут время того завершительного периода, в который отделившийся от их планеты большой кусок, ныне называемый ими «Луна», благодаря тем же космическим законам «падения» и «догоняния», делает свой полный «крентональный обход» в отношении их планеты.

Требуется заметить, что двенадцать «крентональных обходов» упомянутой «Луны» не соответствуют в точности одному «крентональному обходу» их планеты в отношении ее же солнца; и потому они придумали кое-какие компромиссы при исчислении этих своих месяцев, чтобы в общем итоге это более или менее отвечало действительности.

Далее, такой свой «месяц» они делят на тридцать «суток» или, как они в обиходе говорят, – «дней».

«Сутками» они считают тот период времени, когда их планета, во время осуществления упомянутых космических законов, делает свой «совершительный-самооборот».

Прими, кстати, во внимание, что «днем» они еще называют, когда в атмосфере их планеты, как и вообще всех прочих планет, на которых осуществляется тот космический процесс, который, как я уже говорил, называется «Ильносопарный», периодически происходит Трогоавтоэгократический процесс, который мы называем «кштацавахт»; такое явление они именуют еще словом «светло».

А что касается другого процесса, противоположного этому, а именно того, который мы называем «клдацахти», то они именуют его «ночь» или говорят о нем «темно».

Итак, значит, трехмозгные существа, водящиеся на планете Земля, самый большой период течения времени называют «век», и такой их «век» состоит из ста «годов».

«Год» имеет двенадцать «месяцев».

«Месяц», в среднем, тридцать «дней» или суток.

Дальше, «сутки» у них делятся на двадцать четыре «часа», «час» – на шестьдесят «минут».

«Минуту» они, в свою очередь, еще делят на шестьдесят «секунд».

А так как ты, мой мальчик, вообще еще не знаешь относительно исключительных особенностей этого самого космического явления, т. е. времени, то потому первым долгом надо тебе сказать, что настоящая объективная наука это космическое явление формулируют так:

«Времени, как такового, вообще не существует, а есть только совокупность результатов, вытекающих из всяких имеющихся в наличии в данном месте космических явлений».

Время, само по себе, никакие существа не могут ни понять разумом, ни почувствовать какою-либо внешней или внутренней существенской функцией. Его нельзя ощущать даже никакими градациями инстинкта, который возникает и имеется во всяких более или менее самостоятельных космических сосредоточениях.

О времени можно судить только, если сравнивать между собою какие-нибудь реальные космические явления, которые происходят в том самом месте и в тех же самых условиях, где констатируется и рассматривается время.

Следует заметить, что в Великой Вселенной все вообще, без исключения, явления, где бы они ни возникали и ни проявлялись, являются просто последовательно-закономерными «раздробленностями» какого-нибудь цельного явления, получившего свое первоначальное возникновение на Пресвятейшем Солнце-Абсолют.

И благодаря этому все космические явления, где бы они ни происходили, получают смысл «объективности».

А такие последовательно-закономерные «раздробленности» во всех отношениях, и даже в смысле их инволюций и эволюций, осуществляются на основании главного космического закона «Священного-Эптапарапаршинох».

Только Время одно не имеет смысла объективности, потому что оно не является последствием раздробленности какого-нибудь определенного космического явления. И вследствие того, что оно ни от чего не исходит и со всеми явлениями всегда сливается и становится самодовлеюще-самостоятельным, то потому его только одно во всей Вселенной можно назвать и величать «Идеально-Уник-Субъективное-Явление».

Таким образом, мой мальчик, единственно только у времени, которое иногда называют «Геропас», нет источника, от которого зависело бы его происхождение, и только оно, наподобие «Божественной-Любви», как я уже сказал, самостоятельно, само по себе, всегда вытекает и пропорционально сливается со всеми явлениями, имеющимися в данном месте и в данных возникновениях в нашей Великой Вселенной.

Опять-таки, я скажу тебе, что и это все, о чем я в данный момент говорил, ты можешь ясно понять только после того, когда я, как я уже обещал, специально объясню тебе, как-нибудь позже, относительно всех основных законов Миросоздания и Миросуществования.

А пока запомни только еще о том, что вследствие того, что время не имеет источника своего возникновения и что для него невозможно, как для всех других космических явлений во всех космических сферах, установить точное его наличие, то потому мною уже упомянутая объективная наука для рассматривания его имеет «исходной единицей» такую же, какую она имеет для точного определения плотности и качества, в смысле животворности их вибраций, всех вообще космических веществ, имеющихся во всяком месте и во всех сферах нашей Великой Вселенной.

И такой исходной единицей для определения времени еще издавна установлено считать момент так называемого священного «Эгокульнацнарного-ощущения», которое всегда появляется в святейших космических Индивидуумах, обитающих на Пресвятейшем Солнце-Абсолют, когда взор нашего ЕДИНОБЫТНОГО БЕСКОНЕЧНОГО бывает устремлен в пространство и непосредственно касается их наличия.

Такая исходная единица установлена в объективной науке для того, чтобы иметь возможность точно определить и сравнить между собою разность градаций процессов, как субъективного ощущения отдельных сознательных Индивидуумов, так и так называемой «разнотемпности» между разными объективными космическими явлениями, которые выявляются в разных сферах нашей Великой Вселенной и которые осуществляют все, как большие, так и малые, космические возникновения.

Главная особенность процесса течения времени, для наличия разномасштабных космических возникновений, заключается в том, что все они его воспринимают одинаково и в одинаковой последовательности.

Для того чтобы относительно только что мною высказанного ты имел пока хотя бы приблизительное представление, давай возьмем, например, процесс течения времени, происходящий в какой-нибудь одной капле воды, находящейся вон в том графине, который стоит там, на столе.

Каждая капля воды, находящаяся и в этом графине, представляет из себя тоже целый самостоятельный мир, именно мир «Микрокосмосов».

В этом маленьком мире тоже возникают и существуют, как и в других космосах, «относительно самостоятельные», бесконечно малые «индивидуумы» или «существа».

Для существ и этого бесконечно малого мира время течет с такой же последовательностью, в какой последовательности течение времени ощущается всеми индивидуумами во всех других космосах.

Эти мельчайшие существа для всех своих восприятий и проявлений, подобно существам космосов иных «масштабностей», имеют свои переживания определенной длительности и так же, как и те, ощущают течение времени, согласно сопоставлению длительности окружающих их явлений.

Они точно так же, как существа прочих космосов, рождаются, вырастают, соединяются и разъединяются для так называемого «полового-результата», они так же болеют и страдают и в конце концов, подобно всему существующему, в котором не зафиксировывается объективная разумность, уничтожаются, как таковые, навсегда.

Для всего этого процесса существования и для этих бесконечно малых существ такого самого малого мира тоже требуется время определенной пропорциональной длительности, какая длительность, как и в других мирах, вытекает также из всех окружающих явлений, выявляющихся в данной «космической масштабности».

Для них тоже требуется время определенной длины, как для процесса их возникновения и оформливания, так и для разных событий в процессе их существования, вплоть до совершенного заключительного их уничтожения.

В течение всего процесса существования существ и этой капли воды тоже требуются соответствующие последовательные, определенные так называемые «перевалы» течения времени.

Требуется определенное время и для их радости, и для их страдания, и, словом, для всякого другого рода существенских необходимых переживаний, вплоть до так называемых «полос невезения» и даже «периодов-жажды-усовершенствования».

Повторяю, и у них процесс течения времени тоже имеет свою гармоническую последовательность и эта последовательность вытекает из совокупности всех окружающих их явлений.

Всеми упомянутыми космическими Индивидуумами и уже окончательно оформленными, так называемыми «инстинктированными» единицами длительность процесса течения времени вообще воспринимается и ощущается одинаково, с той только разницей, какая, в конечном итоге, вытекает от разности их наличия и состояния в данный момент этих сказанных космических возникновений.

Однако, мой мальчик, следует заметить, что хотя для отдельных индивидуумов, существующих в каких-либо самостоятельных космических единицах, их определение течения времени в общем смысле и не является объективным, но тем не менее оно для них самих приобретает смысл объективности вследствие того, что оно ими воспринимается согласно законченности их собственного наличия.

Для более ясного понимания этой моей мысли может послужить эта же, взятая нами для примера, капля воды.

Хотя в смысле общевселенской объективности весь период процесса течения времени, протекающего в самой этой капле воды, для нее всей и является субъективным, но для существ, существующих в ней, т. е. в самой капле воды, упомянутое данное течение времени воспринимается уже и является объективным.

Для выяснения же этого последнего могут послужить существующие среди понравившихся тебе трехмозгных существ планеты Земля существа, так называемые «ипохондрики».

Этим земным «ипохондрикам» очень часто кажется, что время идет бесконечно медленно и долго, как они выражаются, – идет «феноменально-скучно».

И вот, точно так же и некоторым из этих бесконечно малых существ, существующих в этой капле воды, конечно если представить себе, что и среди них бывают такие же «ипохондрики», может иногда казаться, что время идет очень медленно и «феноменально-скучно».

Между тем, на самом деле, с точки зрения ощущения длительности времени твоими любимцами с планеты Земля, вся-то длина существования существ-«микрокосмосов» продолжается только лишь несколько их «минут», а иногда даже только несколько «секунд».

Теперь, чтобы ты еще лучше понял о времени и об его особенности, нам не мешает сравнить твой возраст с соответствующим возрастом существа, имеющегося на этой планете Земля.

Вот и для такого нашего сравнения нам следует взять ту же исходную единицу времени, которую, как я тебе уже сказал, для таких исчислений применяет объективная наука.

Прежде всего, ты имей в виду, что той же объективной наукой, согласно тем данным, о которых ты узнаешь тоже после того, когда я буду специально объяснять тебе относительно основных законов Миросоздания и Миросуществования, установлено, что всеми вообще нормальными трехмозгными существами, в том числе, конечно, и существами, возникающими на нашей планете Каратаз, священное «Эгокульнацнарное-действие» ощущается для определения времени в сорок девять раз медленнее, чем это же самое священное действие ощущается священными Индивидуумами, пребывающими на Пресвятейшем Солнце-Абсолют.

Следовательно, процесс течения времени для трехмозгных существ нашего Каратаза протекает в сорок девять раз ускореннее, чем на Солнце-Абсолют, и так оно должно было бы протекать и для существ, водящихся на планете Земля.

Между тем вычислено, что за период времени, в течение которого солнце «Самос» осуществляет свое наибольшее приближение к солнцу «Селосу», каковой период течения времени для планеты Каратаз считается «годом», планета Земля, в отношении к своему солнцу Орс, осуществляет триста восемьдесят девять своих «крен-тональных обходов».

Исходя из этого, наш год, по условно-объективному времяисчислению, в триста восемьдесят девять раз, значит, длиннее того периода времени, который твои любимцы считают и называют своим годом.

Тебе, наверно, будет небезынтересно знать, что про все эти вычисления мне отчасти объяснил великий Архиинженер Вселенной, Его Соразмерность Архангел Алгематант – да усовершенствуется Он до священного Анклада!

Он это объяснил мне именно тогда, когда он, по случаю первого большого несчастья с этой планетой Земля, прибыл, в числе священных членов третьей Превеликой Комиссии, на планету Марс. А отчасти это мне объяснил капитан междупространственного судна «Вездесущий», когда я возвращался на родину и во время этого путешествия имел с ним несколько приятельских разговоров.

Теперь следует заметить еще и о том, что ты, как трехмозгное существо, возникшее на планете Каратаз, в настоящее время являешься только еще двенадцатигодовым мальчиком и в смысле бытия и разумности представляешь из себя точно такого же еще не оформившегося и не осознавшего себя двенадцатигодового мальчика, каковой существенский возраст переживают также и все трехмозгные существа, возникающие на планете Земля, в процессе их возрастания для бытия ответственного существа.

Все «черты» твоей общей психики, так называемые: «характер», «темперамент», «наклонности», словом, все наружу проявляющиеся особенности твоей психики у тебя точно такие же, какие имеются в незрелом и неустановившемся тамошнем трехмозгном существе в возрасте двенадцатигодового мальчика.

И вот, на основании всего вышесказанного, и получается, что хотя, по нашему времяисчислению, ты представляешь из себя еще только такого же неоформившегося и еще неосознавшего себя двенадцатигодового мальчика, какие бывают и там, на планете Земля, но, по их субъективным понятиям и по их существенским ощущениям течения времени, ты, по их времяисчислению, значит, уже существуешь не двенадцать, а целых четыре тысячи шестьсот шестьдесят восемь годов.

Благодаря всему сказанному, ты, кстати, будешь иметь материал для выяснения некоторых из тех факторов, которые позже явились причинами того, что общая, долженствующая быть нормальною, длительность их существования начала постепенно укорачиваться и ныне, в объективном смысле, стала уже почти «ничто».

Для такого постепенного укорачивания общей долготы существования трехмозгных существ этой злосчастной планеты, доведшего, в конце концов, всю длительность их существования до «ничто», собственно послужила не одна, а многие очень разнообразные причины.

Из числа этих многих разнообразных причин первой и главной, конечно, явилась та, что уже сама Природа должна была, соответственно приспособляясь, постепенно изменить их наличие до такого, ныне ими имеющегося.

А относительно всех остальных причин справедливость требует прежде всего подчеркнуть, что на этой злосчастной планете они могли бы и не возникать, если бы там не имела места эта первая причина; так как, по крайней мере по моему мнению, все остальные причины, главным образом, и вытекли из этой первой, но вытекли, конечно, очень постепенно…

Относительно всего этого ты поймешь в течение дальнейших моих рассказов об этих трехмозгных существах, а пока я скажу тебе только о первой и главной причине, а именно о том, почему и каким образом сама Великая Природа принуждена была считаться с их наличием и оформливать его в такое новое наличие.

Прежде всего следует тебе сказать, что во Вселенной вообще существуют два «рода» или два принципа долготы существенского существования.

Первый «род» или «принцип-существенского-существования», который называется «фуласнитамным», свойственен существованию всех трехмозгных существ, возникающих на каких бы то ни было планетах нашей Великой Вселенной, и основной целью и смыслом существования таких существ и является то, что через них должна происходить трансформация космических веществ, требующихся для так называемого «Общекосмического-Трогоавтоэгократического-процесса».

А по второму принципу существенского существования существуют вообще все одномозгные и двухмозгные существа, тоже где бы они ни возникли.

А смысл и цель таких существований существ тоже заключается в том, чтобы через них трансформировались космические вещества, но требующиеся не в целях общекосмического характера, а только для той солнечной системы или даже только для той планеты, в которой и на которой возникают такие одномозгные и двухмозгные существа.

Во всяком случае, для дальнейших выяснений странности психики этих понравившихся тебе трехмозгных существ тебе необходимо знать и о том, что вначале, после того, как из их наличия был изъят орган Кундабуфер со всеми его свойствами, они имели длину существования по «фуласнитамному» принципу, т. е. и они обязательно должны были существовать до тех пор, пока в них облекалось и окончательно усовершенствовалось разумом так называемое «тело-Кесджан», или, как они сами позже стали называть такую свою существенскую часть – о которой, кстати сказать, современные существа уже знают только понаслышке, – именно «астральное-тело».

Но позже, мой мальчик, когда они, по причинам, о которых ты узнаешь в течение дальнейших моих рассказов, начали существовать уже чересчур ненормально, т. е. совершенно неподобающе трехмозгным существам, и вследствие этого, с одной стороны, перестали излучать из себя вибрации, требуемые природе для поддержания отделившихся кусков их планеты, а с другой стороны, стали уничтожать, из-за главной особенности их странной психики, другие формы существ своей планеты и тем самым постепенно уменьшать численность источников, требуемых для той же цели, вот тогда-то, именно, сама природа и была принуждена наличие этих трехмозгных существ осуществлять постепенно по второму принципу, а именно по принципу «Итокланоц», т. е. так же, как она осуществляет у одномозгных и двухмозгных существ, для того, чтобы тем самым достигалось уравновешение требуемых по качеству и количеству вибраций.

А что касается значения принципа «Итокланоц», то я объясню тебе и о нем тоже как-нибудь специально.

А пока запомни, что хотя основными мотивами для сокращения долготы существования трехмозгных существ этой планеты явились не от них зависящие причины, но тем не менее впоследствии главным основанием для всех печальных результатов послужили и в особенности ныне продолжают служить ими же самими установленные ненормальные условия обычного внешнего существенского существования. Благодаря этим условиям и поныне длительность их существования продолжает все укорачиваться и укорачиваться, и теперь она сократилась уже до того, что в настоящее время разница между длительностью процесса существования у трехмозгных существ других планет всей Вселенной и у существ планеты Земля стала уже почти такой, какая имеется между реальной длительностью существования у этих существ планеты Земля и у бесконечно малых существ, взятых нами в пример, в капле воды.

Понимаешь ли ты теперь, мой мальчик, что даже величайший Геропас, или Время, в наличии этих несчастных трехмозгных существ, возникающих и существующих на этой планете Земля, тоже принужден осуществлять такую явную несуразность.

А благодаря всему, что я только что объяснил тебе, ты можешь войти в положение и понять беспощадного, но во всем и всегда справедливого Геропаса!!

Сказав эти последние слова, Вельзевул умолк, а когда снова обратился к своему внуку, с тяжелым вздохом сказал:

– Эх!! Дорогой мальчик!

После того, как я тебе расскажу побольше фактов, касающихся трехцентровых существ этой злосчастной планеты Земля, ты сам все поймешь и составишь свое собственное мнение относительно всего.

Ты сам очень хорошо поймешь, что хотя основными причинами всей неразберихи, которая в настоящее время царит на этой злосчастной планете Земля, и явились некоторые «непредвиденности», Свыше исходившие от разных священных Индивидуумов, но что, для развития дальнейшей злостности, все-таки главными причинами послужили только те ненормальные условия обыкновенного существенского существования, которые они сами, постепенно, устанавливали и поныне продолжают устанавливать.

Во всяком случае, мой милый мальчик, когда ты узнаешь побольше про этих твоих любимцев, ты не только, повторяю, ясно увидишь, что длительность существования у этих несчастных стала, постепенно, до печали ничтожной сравнительно с той нормальной длительностью существования, которая уже давно установилась, как закон, для всякого рода трехцентровых существ всей нашей Вселенной, но ты также поймешь, что у этих несчастных, по тем же причинам, постепенно начали исчезать и в настоящее время уже совершенно отсутствуют какие бы то ни было нормальные существенские ощущения относительно каких-либо космических явлений.

Существа этой злосчастной планеты, несмотря на то, что они возникли по условно-объективному времяисчислению уже много десятков годов тому назад, до сих пор еще не только не имеют никакого существенского ощущения космических явлений, что свойственно всем трехцентровым существам всей нашей Вселенной, но у этих несчастных в разумах не имеется даже приблизительного представления о настоящих их причинах.

Они даже не имеют приблизительно правильного представления о тех космических явлениях, которые происходят на их собственной планете, вокруг них самих.

Глава 17

Архиабсурд

По утверждению Вельзевула наше солнце, оказывается, не светит и не греет

Чтобы тебе, дорогой Хассин, иметь, пока, хотя бы приблизительное представление и о том, насколько, именно в наличии трех-центровых существ, водящихся на планете Земля, особенно у тамошних существ самого последнего периода, уже совершенно отсутствует свойственная всяким трехмозгным существам всей нашей Великой Вселенной функция, которая называется «инстинктивное-ощущение-действительности», – будет, по-моему, для начала довольно, если я тебе объясню только о том, как они понимают и объясняют себе причины, почему на их планете периодически происходят те космические явления, которые они называют «дневной свет», «темнота», «тепло», «холод» и т. п.

Все, без исключения, трехмозгные существа этой планеты, уже достигшие возраста ответственных существ, и даже существующие там у них множество разнообразных их «мудрований», которые они называют «науки», категорически уверены в том, что все эти вышеупомянутые, взятые для примера явления приходят на их планету совершенно как бы уже готовыми «пря-ме-хонь-ко» от их солнца и… как бы в таких случаях сказал бы Молла Наср-Эддин, «никаких-других-итальянских-макарон».

Самое странное в данном случае заключается в том, что, кроме некоторых существ, существовавших еще до второй тамошней «тренсапальной-пертурбации», ни у одного из них относительно такой уверенности не вкрадывалось до сих пор решительно никакого сомнения.

Не только ни один из них, имея разум, хотя и странный, но все же с неким подобием здравой логики, еще ни разу не усомнился относительно причин сказанных явлений, но ни один из них не проявил даже, касательно этих космических явлений, того особого странного свойства их общей психики, которое тоже стало свойственным только трехмозгным существам этой планеты и которое называется «фантазировать».

Сказав последние слова, Вельзевул, с горькой улыбкой, продолжал говорить следующее:

– Ты, например, имеешь нормальное наличие трехмозгного существа и намеренно, со стороны, «нарощенное» в твоем наличии «оскиано», или, как говорят там, на Земле – «воспитание», которое основано на морали, базирующейся только на заповедях и указаниях САМОГО ЕДИНОБЫТНОГО и приближенных к нему святейших Индивидуумов. И тем не менее ты не сумел бы, если бы ты случайно оказался там, среди них, не допустить в себе произойти «Существенскому-Нерхитрогулу», т. е. тому именно процессу, который опять-таки там, на Земле, выражают словами – «внутренний-неудержимый-хохот», т. е. ты не удержался бы от такого хохота, видя их удивление, если бы они, каким-нибудь образом, вдруг ясно ощутили и без всякого сомнения поняли, что от самого их Солнца на их планету не только ничего такого, как «свет», «темень», «тепло» и т. п., не приходит, но что этот предполагаемый ими «источник тепла и света» сам почти всегда мерзнет, как «бесшерстная собака» нашего досточтимого Молла Наср-Эддина.

На самом деле поверхность этого «Источника тепла», как это вообще бывает на всех обыкновенных солнцах нашей Великой Вселенной, покрыта льдинами, пожалуй, даже больше, чем поверхность их так называемого «Северного полюса».

Этот очаг «тепла» сам, наверное, заимствовал бы хоть немного «тепла» от какого-нибудь другого источника «космических веществ», чем посылать часть своего собственного тепла на какую-либо вообще планету, а в особенности на ту, которая хотя и принадлежит к его системе, но, вследствие отделения от нее целого бока, стала «однобоким уродом» и в настоящее время является уже причиной «обидного срама» для этой бедной системы Орс.

А ты то сам, мой мальчик, знаешь ли вообще, как и почему в атмосферах некоторых планет, во время Трогоавтоэгократических процессов, происходят «кштацавахт», «клдацахти», «тейнолер», «пейщакир» и т. п. явления, которые твои любимцы называют «дневной свет», «темно», «холод», «тепло» и т. п.? – спросил Вельзевул Хассина. – Если ты еще не представляешь себе этого вполне ясно, я объясню тебе немного и об этом.

Хотя я обещал объяснить тебе про все основные законы Миросоздания и Миросуществования, со всеми подробностями, только позднее, но в данном случае возникает необходимость, не дожидаясь этого обещанного мною специального разговора, хотя бы вкратце, коснуться уже вопросов, относящихся к этим космическим законам.

А это сделать необходимо для того, чтобы ты имел возможность лучше сообразить то, о чем мы в данный момент говорим, и также для того, чтобы сказанное мною раньше претворилось в тебе надлежащим образом.

Прежде всего следует сказать, что все во Вселенной, как намеренно сотворенное, так и автоматически возникшее, существует и поддерживается исключительно на основании так называемого «Общекосмического-Трогоавтоэгократического-процесса».

Этот превеличайший «Общекосмический-Трогоавтоэгократический-процесс» был осуществлен нашим ЕДИНОБЫТНЫМ БЕСКОНЕЧНЫМ, когда наше Превеликое и Пресвятейшее Солнце-Абсолют, на котором наш ВСЕМИЛОСТИВЕЙШИЙ СОЗДАТЕЛЬ БЕСКОНЕЧНЫЙ имел и поныне имеет основное место Своего существования, уже существовало.

Такая система, поддерживающая все возникшее и существующее, была осуществлена нашим СОЗДАТЕЛЕМ БЕСКОНЕЧНЫМ для того, чтобы во Вселенной происходил так называемый «Обмен-веществ» или «Взаимное-питание» всего существующего и чтобы тем самым беспощадный Геропас не мог больше оказывать своего злостного действия на Солнце-Абсолют.

Этот самый превеличайший общекосмический Трогоавтоэгократический процесс осуществляется всегда и во всем на основании двух основных космических законов, первый из которых называется «Основной-первостепенный-священный-Эптапарапаршинох», а второй – «Основной-первостепенный-священный-Триамазикамно».

Благодаря этим двум основным священным космическим законам и происходит то, что из вещества, называющегося «Эфирнокрильно», возникают, в известных условиях, сначала разные так называемые «Кристаллизации», а от них, уже позже, оформливаются, тоже при известных условиях, разнообразные большие и малые, более или менее самостоятельные, космические определенные оформливания.

Вот внутри таких космических определенных оформливаний и на них и происходят, конечно тоже согласно двум упомянутым основным священным законам, процессы так называемых «Инволюций» и «Эволюций», как уже оформлившихся сосредоточений, так и сказанных кристаллизаций, и всякие полученные от таких процессов результаты в атмосферах и дальше, через посредство этих же атмосфер, сливаются и идут на осуществление сказанного «Обмена-веществ», в целях превеличайшего общекосмического Трогоавтоэгократа.

«Эфирнокрильно» является тем первоначальным веществом, которым заполнена вся наша Великая Вселенная и которое является основанием как для возникновения, так и для поддержания всего существующего.

Это «Эфирнокрильно» не только является основанием для возникновения всех, без исключения, больших и малых космических сосредоточений; но и все вообще космические явления происходят как во время каких-либо трансформаций самого этого основного космического вещества, так и во время процессов «Инволюций» и «Эволюций» тех разнообразных «Кристаллизаций», или, как твои любимцы говорят, тех активных элементов, которые первоначальное свое возникновение тоже получали и поныне получают от этого же основного первоисточного космического вещества.

Кстати, запомни, что именно ввиду вышесказанного «объективная-наука» и говорит, что «Во-Вселенной-все-без-исключения-материально».

Дальше тебе следует также знать, что только одна космическая кристаллизация, существующая под наименованием «Вездесущий-Окиданох», хотя и окристаллизовывается тоже через посредство Эфирнокрильно, первоначальное свое возникновение получает от трех святых начал «Священного-Ѳеомертмалогос», т. е. от эманации Пресвятейшего Солнца-Абсолют.

Этот «Вездесущий-Окиданох», или «Вездесущий-Активный-Элемент», принимает участие всюду во Вселенной для образования всех, как больших, так и малых, возникновений и является вообще основной причиной для большинства космических явлений, и в частности для явлений, происходящих в атмосферах.

Чтобы ты имел возможность, тоже хотя бы приблизительно, понять и относительно «Вездесущего-Окиданоха», следует прежде всего сказать тебе, что второй основной космический закон, священный Триамазикамно, состоит из трех самостоятельных сил, т. е. этот священный закон всюду во Вселенной, во всем, без исключения, проявляется в трех «отдельных самостоятельных» аспектах.

И эти три его аспекта существуют во Вселенной под следующими наименованиями:

первый – под наименованием «Святое Утверждение»,

второй – «Святое Отрицание» и

третий – «Святое Примирение».

Вот почему также упомянутая «объективная-наука», относительно этого священного закона и относительно трех его самостоятельных сил, имеет, сверх других формулировок, специально относящихся к этому священному закону, еще следующую формулировку:

«Закон, который выливается всегда в следствие и становится причиной последующих следствий и который всегда функционирует тремя самостоятельными и совершенно противоположными характерными выявлениями, скрытыми в нем в невидимых и не ощущаемых свойствах».

Вот такую же законность приобретает, при первоначальном своем возникновении, и, согласно с нею, результирует, при дальнейших своих осуществлениях, также наш священный «Ѳеомертмалогос», т. е. первоначальная эманация нашего Пресвятейшего Солнца-Абсолют.

И вот, мой мальчик, «Вездесущий-Окиданох» первоначальное свое возникновение получает уже в пространстве, вне Пресвятейшего Солнца-Абсолют, от слития в одно этих трех самостоятельных начал и, при своих дальнейших инволюциях, по мере прохождения через так называемые «Стопиндеры» или «Центротяжестности» основного общекосмического Священного Эптапарапаршинох, соответствующе изменяется в смысле так называемой «животворности-вибраций».

Повторяю, «Вездесущий-Окиданох», в числе других уже определенных космических кристаллизаций, непременно всегда принимает участие как в больших, так и в малых космических образованиях, где бы во Вселенной и в каких бы окружающих их внешних условиях они ни возникали.

Эта общекосмическая «Уник-Кристаллизация» или «Активный-Элемент» имеет несколько особенностей, свойственных только одному этому элементу, и благодаря этим, ему свойственным особенностям, главным образом, и происходит большинство космических явлений, в числе которых, между прочим, имеются также и вышеупомянутые явления, происходящие в атмосферах некоторых планет.

Таких, одному ему свойственных, особенностей у «Вездесущего-Активного-Элемента» имеется несколько; для данной же темы нашей беседы нам достаточно ознакомиться только с двумя из них.

Первая особенность заключается в том, что когда концентрируется новая космическая единица, то «Вездесущий-Активный-Эле-мент» в таком новом возникновении не сливается и не трансформировывается целиком в каком-либо определенном соответствующем месте, как это происходит со всеми прочими космическими кристаллизациями при всех упомянутых космических оформливаниях, а с ним, как только он, в том виде как он есть, целиком попадает в эти космические единицы, сначала сразу происходит так называемый «Джартклом», т. е. он рассыпается на те свои основные три начала, из которых он получил свое первоначальное возникновение, а уже потом эти его начала, каждое в отдельности, приводят к самостоятельной концентрации в данных космических единицах трех новых отдельных соответствующих оформливаний. И таким образом, этот «Вездесущий-Активный-Элемент», в начале всяких таких новых возникновений, осуществляет источники для возможного проявления своего собственного такого же священного закона Триамазикамно.

Надо также непременно заметить, что во всяких космических оформливаниях упомянутые разделенные источники как для восприятия, так и для дальнейшего использования в целях соответствующих осуществлений такой особенности «Вездесущего-Активного-Элемента» существуют и продолжают иметь возможность функционировать все время, пока существует данная космическая единица.

И только после, когда сказанные «единицы» совершенно уничтожаются, эти святые начала священного Триамазикамно, локализированные в «Вездесущем-Активном-Элементе-Окиданох», опять сливаются и вновь превращаются в «Окиданох», но уже с наличием другого качества «животворности-вибраций».

А что касается другой особенности «Вездесущего-Окиданоха», равным образом одному ему свойственной, которую нам тоже необходимо теперь же выяснить для данной темы нашего разговора, то об ней ты можешь понять только если будешь знать кое-что относительно одного второстепенного основного космического закона, который существует во Вселенной под наименованием «Священный-Аиеиоиуоа».

А этот космический закон состоит в том, что со всякими, как с большими, так и с малыми, возникновениями, при непосредственном прикосновении их с эманацией как самого Солнца-Абсолют, так и других каких-либо солнц, происходит так называемое «Угрызение», т. е. такой процесс, когда каждая часть, возникшая от результатов какого-либо святого начала священного Триамазикамно, как бы «возмущается» и «критикует» неподобающие бывшие восприятия и теперешние проявления другой части всего своего целого, полученной от результатов другого уже святого начала того же основного священного космического закона Триамазикамно.

Такой священный процесс «Аиеиоиуоа», или «Угрызение», происходит всегда и с «Вездесущим-Активным-Элементом-Окиданох».

Особенность же этого последнего, во время этого священного процесса, заключается в том, что пока вокруг всего его наличия имеется непосредственное действие священного «Ѳеомертмалогос» или эманации какого-либо другого, обыкновенного солнца, то он, этот «Активный-Элемент», распадается на свои три первоначальные части, которые и существуют почти самостоятельно; а когда упомянутые действия прекращаются, части эти опять сливаются и продолжают существовать уже как единое целое.

Здесь, по-моему, не мешает, между прочим, относительно странности психики обыкновенных трехмозгных существ понравившейся тебе планеты сказать про один интересный, мною замеченный, факт, который имел место в истории их существования и который касается их, как они говорят, «научного-соображения».

В периоды моих долговековых наблюдений и изучений их психики мне несколько раз пришлось констатировать то, что, несмотря на появление у них почти с самого начала их возникновения «науки», которая, кстати сказать, периодически, как и все там происходит, совершенствовалась до более или менее высоких пределов, и несмотря на то, что, как во время сказанных периодов, так и во все прочие времена, возникали и опять уничтожались много миллионов тамошних трехмозгных существ, так называемых «ученых», никому из них, за исключением одного, именно некоего так называемого китайца «Чун-Киль-Тез», о котором я позже тебе расскажу подробно, даже не приходила в голову мысль о том, что между теми двумя космическими явлениями, которые они называют «эманация» и «излучение», есть какая-либо разница.

Ни один из тамошних «горе-ученых» и не подумал, что разница между этими двумя космическими процессами именно такова, о какой разнице наш досточтимый Молла Наср-Эддин как-то раз выразился следующими словами:

«Между ними такое же сходство, как между бородой знаменитого английского Шекспира и французским, не менее знаменитым, „арманьяком“».

Для последующих выяснений происходящих в атмосферах явлений и вообще относительно «Вездесущего-Активного-Элемента» тебе следует знать и запомнить еще и о том, что в периоды, когда, благодаря священному процессу «Аиеиоиуоа» с «Окиданохом», происходит «Джартклом», то из него временно удаляется та пропорция чистого, т. е. совершенно «не слитого» Эфирнокрильно, какая обязательно входит во все космические образования и служит для них как бы для связывания между собой всех активных элементов данного любого образования, а после, когда его три основные части сливаются, то упомянутая пропорция опять восстанавливается.

Теперь следует коснуться также, конечно, опять-таки только вкратце, вопроса о том, какое именно отношение «Вездесущий-Активный-Элемент-Окиданох» имеет для общего наличия всяких существ и какие космические результаты осуществляются благодаря ему.

Следует коснуться, главным образом, потому что тогда ты будешь иметь еще один очень яркий выясняющий факт для лучшего понимания разницы между разносистемностями мозгов существ, именно системами, называемыми «одномозгная», «двухмозгная» и «трехмозгная».

Первым долгом знай, что вообще всякое такое космическое образование, которое называется «мозг», получает свое оформление от таких кристаллизаций, для возникновения которых, согласно священному Триамазикамно, утверждающим началом является та или другая соответствующая святая сила основного священного Триамазикамно, локализированная в «Вездесущем-Окиданохе». И последующие осуществления этих же святых сил через посредство наличия существа происходят как раз через такие локализации.

Я в будущем как-нибудь объясню тебе специально относительно самого процесса возникновения в наличии существ соответствующих существенских мозгов, а пока будем говорить только приблизительно о том, какие именно результаты «Вездесущий-Окиданох» осуществляет через посредство этих существенских мозгов.

«Вездесущий-Активный-Элемент-Окиданох» в наличие существ попадает через все три рода существенской пищи.

Это последнее происходит потому, что, как я уже тебе говорил, и для образования всяких продуктов, служащих в целях всех трех существенских питаний, тоже обязательно принимает участие этот же самый «Окиданох», который всегда имеется в наличии этих продуктов.

И вот, мой мальчик…

Главная особенность вездесущего Окиданоха состоит в данном случае в том, что с ним процесс «Джартклом» происходит и в самом наличии всяких существ, но происходит с ним упомянутый процесс не вследствие соприкосновения эманаций каких-либо больших космических сосредоточений, а факторами для такого его процесса в наличии существ являются или результаты от сознательных со стороны самих существ процессов «Парткдолгдюти», о каких процессах я позже подробно тебе тоже объясню, или тот процесс самой Великой Природы, который во Вселенной существует под наименованием «Керкульнонарное-осуществление», какой процесс означает: «Извлекать-требуемую-совокупность-вибраций-посредством-приспособляемости».

Процесс этот в существах происходит совершенно без участия их сознания.

В обоих случаях, когда Окиданох попадает в наличие существ и с ним происходит процесс «Джартклом», то каждая из основных его частей сливается с теми, в данный момент имеющимися в существе восприятиями, которые отвечают ему, согласно так называемой «родственности-вибраций», и дальше сосредоточиваются на соответствующую локализацию, т. е. на соответствующий мозг.

Вот такие слития и называются «Существенские-Импульсакри».

Здесь требуется еще отметить, что такие локализации или «мозги» в существах служат не только аппаратами для трансформации соответствующих космических веществ, в целях превеличайшего общекосмического Трогоавтоэгократа, но также и теми средствами для существ, через посредство которых и возможно сознательное усовершенствование.

Вот эта самая последняя цель и зависит от качества наличия «Существенских-Импульсакри», которые сосредоточиваются или, как иначе говорят, осаждаются на упомянутые соответствующие «существенские-мозги».

Относительно качеств «Существенских-Импульсакри» имеется даже в числе непосредственных заповедей нашего ВСЕОБЪЕМЛЮЩЕГО БЕСКОНЕЧНОГО специальная заповедь, которая очень строго выполняется всеми трехмозгными существами нашей Великой Вселенной и которая выражается следующими словами:

«Остерегайся всегда таких восприятий, которые могут загрязнить чистоту твоих мозгов».

Возможность личного усовершенствования у трехмозгных существ имеется вследствие того, что в них локализировываются три таких центра общего их наличия, или три таких существенских мозга, на которые, после того, когда с вездесущим Окиданохом происходит процесс «Джартклом», осаждаются и приобретают возможность для дальнейшего уже самостоятельного осуществления три святые начала священного Триамазикамно.

Вот, в том именно и состоит дело, что существа, имеющие в себе эту трехмозгную системность, через посредство сознательного и намеренного выполнения существенских «Парткдолгдюти», могут использовать от процесса «Джартклом» вездесущего Окиданоха три его святые начала для собственного своего наличия и довести это свое наличие до так называемого «Секронуланцакного-состояния», т. е. могут становиться такими индивидуумами, которые имеют свой собственный священный закон Триамазикамно и тем самым имеют возможность сознательно воспринимать и облекать, в своем общем наличии, все то «святое», которое, между прочим, также способствует осуществлению в космических единицах функционизации объективной или божественной разумности.

В том то и заключается, мой мальчик, большой ужас, что в заинтересовавших тебя трехмозгных существах, водящихся на планете Земля, возникают и до самого их совершенного уничтожения имеются такие три самостоятельные локализации, или три «существенских-мозга», через которые трансформировываются и идут для дальнейшего соответствующего осуществления в отдельности все три святые начала священного Триамазикамно, которые они и могли бы использовать тоже для своего собственного усовершенствования; но зло именно в том, что, главным образом, из-за неправильных, ими же самими установленных условий обычного существенского существования, эти имеющиеся в них возможности всегда витают всуе.

Интересно отметить, что и у этих трехмозгных существ, возникающих на планете Земля, упомянутые существенские мозги местонахождение имеют в тех же частях планетного тела, как и в нас, а именно:

1. Тот мозг, который предназначен Великой Природой для сосредоточения и дальнейшего осуществления первой святой силы святого Триамазикамно, именуемой «Святое Утверждение», локализирован и находится в их голове.

2. Второй мозг, который трансформировывает и окристаллизировывает вторую святую силу священного Триамазикамно, а именно «Святое Отрицание», точно так же, как и в нас, помещается в их общем наличии вдоль всей их спины, в так называемом «позвоночном столбе».

3. А что касается до места сосредоточения и источника для дальнейшего проявления третьей святой силы священного Триамазикамно, а именно «Святое Примирение», то внешняя форма этого существенского мозга у тамошних трехмозгных существ совершенно не походит на нашу.

Надо заметить, что в первоначальных тамошних трехмозгных существах упомянутый существенский мозг локализировывался в той же части их планетного тела и внешнюю форму имел точно такую же, как и у нас; но по многим причинам, о которых ты при дальнейших моих рассказах сам сообразишь, Великая Природа принуждена была постепенно перерождать его и придать ему ту форму, какую этот мозг имеет в современных существах.

Такой «существенский-мозг» в современных тамошних трехмозгных существах локализировывается не в одну общую массу, как ему свойственно локализировываться в наличии всяких других трехмозгных существ нашей Великой Вселенной, а частями, согласно так называемой «специфической-функционизации», и каждая такая часть локализировывается в разных местах их общего планетного тела.

Хотя, по внешнему виду, этот их существенский центр имеет уже такое разноместное сосредоточение, но тем не менее все отдельные его функционизации имеют между собою соответствующие связи, и пока вся эта разбросанная совокупность может функционировать точно так же, как ей вообще свойственно функционировать.

Сами они эти отдельные локализации в их общем наличии называют «нервные-узлы».

Интересно отметить, что большая часть отдельных частей этого существенского мозга локализировывается в них именно в той части их планетного тела, в которой и должен был быть такой нормальный существенский мозг, а именно в области их груди, и совокупность этих своих грудных «нервных-узлов» они называют «плексус-солярис».

И вот, мой мальчик, и в наличии каждого из этих твоих любимцев с вездесущим Окиданохом происходит процесс «Джартклом», и в них все три его святые начала сливаются самостоятельно с прочими космическими кристаллизациями и идут на соответствующие осуществления; но так как, главным образом, благодаря уже упомянутым ненормальным условиям существенского существования, ими же самими постепенно установленными, они окончательно перестали выполнять существенские «Парткдолгдюти», то, вследствие этого, из этих святых начал всего существующего для их собственного наличия, кроме одного отрицающего начала, ничто другое не претворяется.

Кристаллизации, возникающие в их наличии от первого и третьего святого начала, почти все идут только на обслуживание общекосмического Трогоавтоэгократического процесса, а для облекания их собственного наличия идут только кристаллизации от второй части вездесущего Окиданоха, а именно от «Святого Отрицания», и потому большинство из них остаются с наличием, состоящим только из планетного тела, и так, сами для себя, уничтожаются навсегда.

И относительно всех одному ему свойственных особенностей вездесущего всюду-проникающего активного элемента Окиданох, а также относительно дальнейших результатов, ими осуществляемых, ты будешь иметь полное представление только после того, когда я, как уже обещал, как-нибудь объясню тебе более или менее подробно касательно основных законов Миросоздания и Миро-поддержания.

Теперь же, пока, я расскажу тебе еще о тех выяснительных экспериментах, которые относились к этой вездесущей космической кристаллизации и при которых я присутствовал лично.

Но предупреждаю тебя, что я был очевидцем упомянутых выяснительных экспериментов не на этой, понравившейся тебе планете Земля, и производили их не твои любимцы, а на планете Сатурн, где их производило как раз то трехмозгное существо, которое почти за весь период моей ссылки в эту солнечную систему было моим настоящим другом и про которое я недавно обещал рассказать тебе немного подробнее.

Глава 18

Архифантазия

Дальше Вельзевул продолжал так:

– Поводом первой встречи с тем трехцентровым существом, у которого я увидел упомянутые эксперименты с вездесущим Окиданохом и которое существо впоследствии сделалось моим «сущностным-другом», послужило следующее:

Чтобы иметь лучшее представление относительно событий данного моего рассказа, тебе очень необходимо прежде всего знать также о том, что в самом начале моей ссылки в эту солнечную систему одни мои сущностные друзья, непричастные к событиям, послужившим причиной моей ссылки, а именно друзья, находившиеся тогда здесь, произвели над некоторыми соответствующими трехмозгными существами этой системы относительно моей личности тот священный процесс, который существует во Вселенной под наименованием «Священный-Взнушлицвал», т. е. в наличии сказанных трехмозгных существ посредством другого священного космического процесса, называющегося «Аскальнуазар», относительно моей личности было привито то существенское, что объективная наука определяет понятием «Подобосамомусебедоверие».

И вот, когда в самом начале моего прибытия в эту солнечную систему Орс я стал бывать на разных планетах этой системы и когда я в первый раз спустился на поверхность планеты Сатурн, то оказалось, что одним из таких существ, подвергшихся относительно моей особы священному действию «Взнушлицвал», был также сам, как его там называют, «Харахрахрухри» над всеми трехцентровыми существами, возникающими и существующими на этой планете Сатурн.

«Харахрахрухри» на планете Сатурн называется такое существо, которое является единым главой над всеми прочими существами этой планеты.

Такие существа-главы существуют и на всех других планетах, на которых водятся трехмозгные существа, и их на разных планетах именуют разно; а на твоей планете Земля такого главу называют «Царь».

Разница только в том, что всюду, даже на планетах этой же системы, имеется для всей данной планеты один такой «царь», а на твоей оригинальной планете Земля для каждой, случайно отделившейся группы этих твоих любимцев имеется один отдельный царь, а иногда даже несколько таких самостоятельных «царей».

Итак…

Когда я спустился в первый раз на поверхность планеты Сатурн и начал водиться с тамошними трехцентровыми существами, то случилось так, что на другой же тамошний день мне пришлось иметь свидание с упомянутым «Харахрахрухри», который во время, как говорят, «обмена-субъективных-мнений» предложил мне на все время моего пребывания на их планете иметь основным местом моего существования в его собственном «хархурхи», т. е. в его «дворце».

Я так и сделал.

И вот, мой мальчик, однажды, когда мы разговаривали просто, согласно течению так называемого «существенско-ассоциативного-мышления», мы, между прочим, коснулись вопроса относительно того, какие иногда странные результаты осуществляются проявлениями особенностей вездесущего Окиданоха. Вот тогда именно почтенный «Харахрахрухри» планеты Сатурн и сказал мне впервые, что один из его подданных ученых-существ, по имени «Хархарх», недавно изобрел для выяснения многих до тех пор не выясненных свойств этого космического вещества в высшей степени интересные искусственные приспособления, которые он называет «рхахарахр», а главную показательную часть всего этого своего нового изобретения называет «хрхахархцаха».

И далее он предложил мне, что если мне угодно, то он сделает соответствующее распоряжение о том, чтобы мне показали все эти новые изобретения и дали бы относительно них возможные объяснения.

Результатом всего этого было то, что я на другой же день в сопровождении одного из приближенных этого почтенного «Харахрахрухри» отправился к месту существования того самого Горнахура Хархарха, у которого я и увидел впервые те, тогда еще новые, выяснительные эксперименты с вездесущим Окиданохом.

Горнахур Хархарх, как я уже сказал, стал впоследствии моим сущностным другом. Он считался тогда во всей Вселенной одним из лучших ученых из среды обыкновенных трехмозгных существ; всякие его констатирования, а также изобретенные им выяснительные аппараты уже распространялись повсюду, и прочие ученые существа на разных планетах начинали тогда пользоваться ими все больше и больше.

Кстати не мешает заметить, что и я, только благодаря его учености, позже, на планете Марс, стал иметь в моей обсерватории то Тескуано, которое, после окончательной его установки, дало моему «зрению» возможность воспринимать «видимость» или, как говорят, «приближало-видимость» дальних космических сосредоточений в семь миллионов двести восемьдесят пять раз.

Собственно говоря, благодаря этому именно Тескуано впоследствии моя обсерватория и стала во всей Вселенной считаться одним из самых лучших подобных искусственных сооружений. А главное, благодаря такому Тескуано я сам с тех пор стал иметь полную возможность, даже оставаясь дома, т. е. на планете Марс, почти свободно видеть и наблюдать процессы существования, происходившие на поверхности тех частей других планет этой солнечной системы, которые, согласно так называемому «общесистемному-гармоническому-движению», в данный момент могли восприниматься «существенским-зрением».

После того как Горнахур Хархарх осведомился, кто мы такие и зачем мы пришли, он подошел к нам и тут же очень любезно начал свои объяснения.

Прежде чем пересказывать тебе тогдашние его объяснения, по-моему, не мешает раньше раз навсегда предупредить тебя, что все разговоры, которые я имел с разными трехцентровыми существами, возникающими и существующими на разных планетах в той системе, где я принужден был существовать за мои «грехи-молодости», и каковые именно я и собираюсь передавать тебе за время этого нашего путешествия на пространственном судне Карнак, как, например, в данном случае – разговор с этим Горнахуром Хархархом, – все они происходили на совершенно еще незнакомых тебе разговорных наречиях, иногда даже, кстати сказать, на таком наречии, созвучия которого были весьма трудно воспроизводимыми нормальными существенскими функциями, служащими для этой цели.

Ввиду этого, мой мальчик, я не буду повторять такие разговоры дословно, а передавать тебе только смысл их на нашем «разговорном языке», но, конечно, буду продолжать употреблять те всякие «термины» и «специфические-наименования» или, вернее сказать, те созвучия, производимые существенскими, так называемыми «голосовыми-связками», которые употребляются твоими любимцами на планете Земля и которые за время моих рассказов о них, благодаря моим многократным повторениям, стали уже для тебя привычными и легковоспринимаемыми.

Да… следует еще, кстати, заметить, что слово «Горнахур» трехмозгные существа на планете Сатурн применяют для величания друг друга, произнося его перед именем того, к кому они обращаются.

Это подобно тому, как твои любимцы с планеты Земля также придумали добавлять к имени каждого другого слово «Господин» или целую бессмысленную фразу, выражающую такое понятие, относительно какого понятия наш почтенный Молла Наср-Эддин имеет следующее изречение.

А именно, он говорит: «Все-таки в нем больше действительности, чем в мудрованиях „знатока“ обезьяньего дела».

Итак, мой мальчик…

Осведомившись о том, что от него требуют, мой будущий сущностный друг Горнахур Хархарх знаком пригласил нас ближе к одному из отдельных специальных приспособлений его создания, что, как после оказалось, и было им названо «хрхахархцаха».

Когда мы подошли ближе к сказанному специальному и очень странному сооружению, он, указывая на него одним из перьев своего правого крыла, сказал:

«Вот это специальное приспособление и есть самая главная часть всего моего нового изобретения, и в ней и обнаруживаются и показываются результаты почти всех особенностей вездесущего вещества Окиданох».

И далее, указывая на все прочие, там же в «кхрх» находящиеся отдельные специальные приспособления, он добавил:

«Чрезвычайно важные выяснения относительно вездесущего и всюду возникающего Окиданоха мне удалось получить потому, что благодаря всем этим отдельным мною изобретенным, специальным приспособлениям, приобреталась возможность получить сначала из всяких происходящих напланетных и впланетных процессов все три основные части вездесущего Окиданоха и искусственно слить их опять в одно целое, а потом, также искусственно раздробляя, выяснить специфические свойства каждой его части в отдельности в ее проявлениях».

Сказав это, он указал опять на «хрхахархцаха» и добавил, что благодаря этому выяснительному «аппарату», всякое обыкновенное существо не только может ясно понять детали свойств всех трех совершенно самостоятельных, одна с другой ничего общего в своих проявлениях не имеющих частей «Уник-Активного-Элемента», особенности которого являются главной причиной всего существующего во Вселенной, но также каждое обыкновенное существо может категорически убедиться в том, что всякие результаты, нормально полученные от процессов, происходящих с этим вездесущим мировым веществом, никогда существами ни восприниматься, ни ощущаться не могут; воспринимаются же некоторыми существенскими функциями только те результаты упомянутых процессов, которые происходят почему-либо ненормально, по причинам, приходящим со стороны и исходящим или от сознательных источников, или от случайных механических результатов.

Та часть нового изобретения Горнахура Хархарха, которую он сам называл «хрхахархцаха» и которую считал самой главной, по внешнему виду очень походила на «тирцикиано», или, как бы сказали твои любимцы, – на «громадную-электрическую-лампу».

Это специальное искусственное приспособление с внутренней стороны представляло собой подобие небольшой комнаты с одной дверью, закрывающейся совершенно герметически.

Стенки этого оригинального сооружения были сделаны из некой прозрачной массы, видимость которой напоминала то, что на твоей планете называют «стекло».

Как я после узнал, главная особенность сказанной «прозрачной-массы» заключалась в том, что хотя существа посредством органа зрения и могли воспринимать сквозь нее видимость всяких космических сосредоточений, но эта масса не пропускала через себя ни извне внутрь, ни изнутри вовне, никаких лучей, возникающих от каких бы то ни было причин.

Когда я начал рассматривать эту часть упомянутого удивительного существенского изобретения, я сквозь ее прозрачные стенки ясно мог различить, что внутри, в самой середине, стояли нечто вроде стола и двух стульев, а над столом висели три одинаковых «нечто», вроде теперешних на планете Земля «электрических ламп», очень похожие на «момонодуары».

На столе и рядом с ним лежали и стояли несколько разных, мне пока незнакомых, аппаратов и инструментов.

Позже выяснилось, что как упомянутые, находившиеся внутри этого «хрхахархцаха» предметы, так и все то, что нам потом пришлось надеть на себя, было изготовлено из особых материалов, изобретенных тем же Горнахуром Хархархом.

Впрочем, и относительно этих материалов я тебе немного подробнее объясню в свое время, в течение дальнейших объяснений касательно изобретений Горнахура Хархарха.

А пока прими во внимание, что, кроме уже упомянутого «хрхахархцаха», в громадном «кхрх» или в «ателье» Горнахура Хархарха стояли еще несколько больших самостоятельных приспособлений, в числе которых были два совсем особых, так называемых «жизньчакан», которые сам Горнахур Хархарх называл «крхррхихирхи».

Интересно отметить, что подобие «жизньчакан» или «крхррхихирхи» имеется также и у твоих любимцев, которые такой аппарат называют «динамомашина».

Там стояло также отдельно одно тоже самостоятельное большое приспособление, которое, как после выяснилось, было особой конструкции специальный «солухнорахуна», или, как бы сказали твои любимцы, «сложной-конструкции-насос-для-выкачивания-атмосферы-до-абсолютной-пустоты».

Пока я с удивлением разглядывал все сказанное, сам Горнахур Хархарх подошел к упомянутому «особой-конструкции-насосу» и левым своим крылом подвинул одну из его частей, благодаря чему в этом насосе началась работа какого-то механизма. После этого он опять подошел к нам и, указывая тем же специальным пером своего правого крыла на самую большую «жизньчакан», или «крхррхихирхи» или, наконец, на «динамомашину», продолжал свои дальнейшие объяснения.

Он сказал, что вначале посредством этого специального приспособления из атмосферы или из всякого впланетного и напланетного образования «всасываются» в отдельности имеющиеся в них все три самостоятельные части вездесущего активного элемента Окиданох и только после того эти отдельные его самостоятельные части уже в самой этой «крхррхихирхи» искусственно, известным образом сливаются опять в одно целое. Окиданох уже в обычном своем состоянии протекает и концентрируется вон в то «вместилище». При этом он опять тем же своим специальным пером указал на нечто, очень похожее на так называемый «конденсатор».

«А уже оттуда, – сказал он, – Окиданох протекает вон в ту другую „крхррхихирхи“ или „динамомашину“, и через ее посредство с ним происходит процесс „Джартклом“ и каждая его отдельная часть сосредоточивается вон в тех других „вместилищах“», – и он на этот раз указал на что-то, подобное так называемым «аккумуляторам».

«И только тогда я из этих второстепенных „вместилищ“ разнообразными искусственными приспособлениями беру каждую активную часть Окиданоха в отдельности для своих выяснительных экспериментов.

Первым долгом, – продолжал он, – я продемонстрирую вам один из тех результатов, когда в процессе стремления отдельных частей вездесущего Окиданоха слиться опять в одно целое почему-либо отсутствует одна из его активных частей.

В настоящий момент это специальное сооружение заключает в себе пространство действительно абсолютной пустоты, достигнутой, кстати сказать, только благодаря особому устройству выкачивающего насоса, а также особому по своим свойствам и крепости материалу, из которого сделаны стенки данной части моего изобретения. Из особенного качества материала сделаны и инструменты, посредством которых только и возможно производить эксперименты в абсолютной пустоте».

Сказав это, он передвинул еще какой-то рычаг и опять продолжал:

«Благодаря последней сделанной мною перестановке одного из рычагов, в данный момент в этом абсолютно пустом пространстве начался тот процесс, когда с отдельными частями вездесущего Окиданоха происходит так называемое „стремление-слиться-опять-в-целое“.

Но, вследствие того, что намеренно, со стороны „могущего“ разума, как в данном случае с моей стороны, в упомянутом процессе искусственно исключено участие третьей части Окиданоха, которая существует под наименованием „Парижрахатнатиус“, сказанный процесс там, в данный момент, и происходит только между двумя его частями, а именно между теми его двумя самостоятельными частями, которые в науке именуются: первая – „Аноднатиус“, а вторая – „Катоднатиус“. И по причине всего только что сказанного там, вместо долженствующего быть закономерного результата от слития трех частей, в данный момент осуществляется тот незакономерный результат, который существует под наименованием „результата-процесса-взаимного-слития-двух-противоположных-сил“, или, как это выражают обыкновенные существа, – „причина-искусственного-света“.

Происходящее в данный момент там, в этом абсолютно пустом пространстве „стремление-слиться-опять-в-целое“ двух активных частей вездесущего Окиданоха имеет силу, исчисляемую объективной наукой в три миллиона сорок тысяч так называемых „пружанос“, или, как еще говорят, „вольт“, напряжение каковой силы показывается стрелкой вон того специального приспособления».

И он, указав на «нечто», очень похожее на существующий тоже на твоей планете аппарат, который называется там «вольтметр», сказал:

«Одно из преимуществ этого моего нового изобретения для демонстрации данного явления заключается в том, что, несмотря на необычную мощность происходящего там теперь процесса „силы-стремления“, долженствующие получиться и исходить от такого процесса так называемые „сальничицинуарные-инерционные-колебания“, которые, кстати сказать, большинство существ считают тоже „лучами“, не исходят вне из места их возникновения, т. е. из этого искусственного сооружения, в котором и выясняются особенности вездесущего Окиданоха.

А для того, чтобы существам, находящимся вне этой части моего изобретения, все же было возможно выяснить силу и данного процесса, я состав массы стенок моего сооружения намеренно сделал в одном месте таким, чтобы она пропускала через себя упомянутые „сальничицинуарные-инерционные-колебания“ или „лучи“».

Сказав это, он подошел ближе к «хрхахархцаха» и нажал какую-то кнопку, в результате чего весь его громадный «кхрх» или «ателье» вдруг так осветился, что наши органы зрения временно перестали функционировать, и только по прошествии довольно долгого времени мы могли с большим трудом поднять веки и кое-как смотреть на окружающее.

Когда мы немного пришли в себя и Горнахур Хархарх передвинул еще какой-то рычаг, вследствие чего все окружающее пространство приняло опять обычную видимость, он своим как всегда ангельским голосом сначала обратил наше внимание опять на «пружанометр», стрелка которого указывала все на те же цифры, а потом продолжал так:

«Вы видите, что хотя процесс столкновения двух противоположных составных частей вездесущего Окиданоха все еще и продолжается с прежней мощностью „силы-стремления“ и хотя та часть окружности данного сооружения, которая имеет свойство пропускать упомянутые „лучи“ еще открыта, несмотря на все это, теперь уже не стало больше того явления, которое обыкновенные существа определяют как „причина-искусственного-света“.

А не стало сказанного явления только вследствие того, что я последним моим передвижением известного рычага к процессу сталкивания двух составных частей Окиданоха прибавил приток третьей самостоятельной составной его части, которая начала пропорционально сливаться с другими двумя его частями, и благодаря этому результат, вытекающий от такого рода слития трех составных частей вездесущего Окиданоха, в противоположность процессу незакономерного слития его двух частей, уже не может быть воспринимаем существами никакими их существенскими функциями».

После сказанного объяснения Горнахур Хархарх предложил мне решиться вместе с ним войти в эту самую показательную часть всего его нового изобретения, чтобы там в ней самой стать очевидцем многих особых проявлений вездесущего и во все проникающего «Активного-Элемента».

Я, конечно, недолго думая, сразу решился и изъявил ему свое согласие.

Решился я сразу главным образом тогда по той причине, что от этого в моем существе ожидалось получиться никогда не изменяющееся и не разлагающееся «объективно-сущностное-удовлетворение».

Когда этот мой будущий сущностный друг получил мое согласие, он тут же дал одному из своих помощников соответствующее распоряжение.

Оказалось, что для осуществления предположенного требовалось предварительно делать разные приготовления.

А именно, его помощники прежде всего как на меня, так и на самого Горнахура Хархарха надели какие-то особые очень тяжелые «костюмы», вроде тех, какие твои любимцы называют «водолазные скафандры», но с очень многими наружу торчащими головками так называемых «болтов», и когда эти в высшей степени оригинальные костюмы были на нас надеты, те же его помощники начали в известной последовательности завинчивать головки этих «болтов».

С внутренней стороны упомянутых «скафандров» на концах сказанных «болтов» имелись, как оказалось, особые пластинки, которые известным образом прижимали части нашего «планетного-тела».

После и для меня стало окончательно ясно, что это было необходимо для того, чтобы с нашими планетными телами не произошло так называемое «тарануранура», или, как можно было бы иначе сказать, чтобы наши планетные тела не «рассыпались», что вообще происходит со всякими «напланетными» и «впланетными» образованиями, попавшими в совершенно безатмосферное пространство.

Кроме этих специальных костюмов на наши головы надели еще «нечто», вроде так называемых тоже водолазных «шлемов», но с исходящими от них очень сложными так называемыми «соединителями».

Один из этих «соединителей» назывался «хархринхрарх», что означало «поддержатель-пульсации», и представлял из себя нечто длинное, наподобие «резиновой трубки». Один ее конец посредством имевшихся на «шлемах» сложных приспособлений герметически пригонялся к месту на шлеме, соответствовавшему дыхательному органу, а другой ее конец после, когда мы уже вошли в ту странную «хрхахархцаха», привинтили к находившемуся там аппарату, имевшему в свою очередь связь с пространством, наличие которого соответствует «второй-существенской-пище».

Между мной и Горнахуром Хархархом был проведен так же особый «соединитель», через посредство которого мы, находясь уже внутри «хрхахархцаха», откуда атмосфера была выкачена до абсолютной пустоты, могли свободно сноситься друг с другом.

Один конец этого «соединителя», тоже при помощи особых приспособлений, имевшихся на том же «шлеме», известным образом пригонялся к моим так называемым органам «слуха» и «речи», а другой конец к тем же органам Горнахура Хархарха.

Таким образом, через этот «соединитель» между мною и моим будущим сущностным другом был установлен, как бы тоже сказали твои любимцы, своеобразный «телефон».

Без такого искусственного приспособления мы тогда никак не могли бы сноситься друг с другом главным образом потому, что Горнахур Хархарх был в то время еще существо с наличием, усовершенствованным только до состояния, называвшегося «Священное-Инкоцарно», а существо с таким наличием не только совершенно не может проявляться, но и не может и существовать в абсолютно пустом пространстве, даже в том случае, если ему в таком пространстве искусственно проводили бы продукты всех трех существенских пищ.

Из числа всех «соединений», имевшихся для разных целей на тех странных «скафандрах» и «шлемах», самым «любопытным» и, как говорят, «тонко-хитро-разумным» было то «соединение», которое великим ученым Горнахуром Хархархом было сотворено для того, чтобы и в «абсолютно-пустом-пространстве» «орган-зрения» даже обыкновенных существ мог воспринимать видимость всяких окружающих предметов.

Один конец этого удивительного «соединения» известным образом, тоже посредством имевшихся на «шлемах» приспособлений, пригонялся к нашим вискам, а другой конец соединялся с тем так называемым «амскомутатором», который, в свою очередь, известным образом, через посредство так называемых «проволок», соединен был со всеми предметами, находившимися как внутри самого «хрхахархцаха», так и вне его, именно с теми предметами, видимость которых требовалась во время экспериментов.

Очень интересно отметить и то, что к обоим концам этого искусственного приспособления почти немыслимого для сознания существенского разума обыкновенных трехмозгных существ, в свою очередь были проведены два самостоятельных, тоже проволочных, соединения, через которые извне протекали особые, так называемые «магнитные токи».

Подобные соединения и сказанные особые «магнитные токи» были, как мне после тоже подробно объяснили, этим действительно великим ученым Горнахуром Хархархом созданы для того, чтобы в ученых трехмозгных существах, даже не усовершенствованных до «Священного-Инкоцарно», благодаря одному качеству «магнитного тока», для их сущностности «рефлектировалось» наличие упомянутых предметов и чтобы тем самым с их несовершенными органами существенского зрения осуществлялось восприятие реальности упомянутых предметов также и в этом пустом пространстве, где совершенно отсутствуют факторы или результаты разных космических сосредоточений с получающимися от них колебаниями, от осуществления которых только и возможна функционизация каких бы то ни было существенских органов.

Пригнав на нас сказанные очень тяжелые искусственные приспособления для возможного существования существ в несоответствующей сфере, помощники этого, тогда еще Великого Всевселенского ученого Горнахура Хархарха, опять-таки с помощью специальных приспособлений втащили нас в самую «хрхахархцаха» и, привинтив исходящие от нас другие концы искусственных «соединений» к имеющимся в самом «хрхахархцаха» соответствующим аппаратам, сами вышли и герметически закрыли за собою тот единственный путь, через который еще было возможно иметь какую-либо связь с так называемым «Из всего едино-представляющим миром».

Когда мы остались в этом самом «хрхахархцаха» одни, Горнахур Хархарх, переставив один из имевшихся там так называемых «рубильников», сказал:

«Теперь уже началась работа „насоса“, и он скоро выкачает все без исключения имеющиеся здесь результаты каких бы то ни было космических процессов, совокупность каковых результатов именно и представляет как основу и смысл, так и процесс поддержания существования всего существующего во всем этом „Из всего едино-представляющем мире“».

И дальше он полусаркастическим тоном добавил:

«Скоро мы будем совершенно изолированы от всего существующего и функционирующего во всей Вселенной; но благодаря моему новому изобретению и нами лично ранее достигнутым знаниям, мы имеем теперь возможность не только вернуться в сказанный мир и опять стать частицей всего существующего, но также скоро сподобиться стать безучастными очевидцами некоторых таких мировых законов, которые для непосвященных обыкновенных трехцентровых существ являются тем, что они называют: „великие-непостижимые-тайны-природы“, но что на самом деле является только естественными и очень немудреными „друг-от-друга-вытекающими-результатами“».

Пока он говорил, начало уже чувствоваться, что «насос», т. е. другая, тоже очень важная часть его нового изобретения, в совершенстве осуществляет предназначенную ему существенским разумом работу.

Чтобы ты лучше представил себе и понял относительно совершенства и этой части нового изобретения Горнахура Хархарха, надо непременно сказать тебе еще следующее:

Несмотря на то, что и мне лично, как тоже трехмозгному существу, только благодаря некоторым совершенно особым причинам, но все-таки много раз до этого приходилось попадать в безатмосферные пространства и иногда даже в течение довольно долгого времени существовать только при посредстве «Священного-Кримбулацунара», и что в моем наличие уже до этого было приобретено от частого повторения обыкновение, постепенно и почти не испытывая неудобства от изменяющегося наличия «второй-существенской-пищи», переходить из одной сферы в другую, какие изменения происходят в связи с изменениями наличия космических веществ, трансформирующихся и всегда имеющихся вокруг как больших, так и малых космических сосредоточений; и несмотря на то, что даже самые причины моего возникновения и дальнейший процесс моего существенского существования сложились и протекали совершенно особым образом, вследствие чего имеющиеся в моем наличии разные существенские функции постепенно до того стали, волей-неволей, тоже особенными, – тем не менее выкачивание атмосферы упомянутым «насосом» начало тогда происходить с такой мощностью и на отдельные части всего моего наличия запечатлело такие сильные ощущения, что я и поныне могу очень ясно переживать процесс течения тогдашнего моего состояния и детально передать тебе о нем.

Это в высшей степени странное состояние началось во мне после начала выкачивания, когда Горнахур Хархарх стал полусаркастическим тоном говорить о предстоящем для нас положении.

Во всех моих трех «существенских-центрах», именно в тех моих трех центрах, которые вообще локализируются в наличии всякого трехцентрового существа и существуют под наименованиями «мыслительный», «чувствительный» и «двигательный» центры, – в каждом из них начали в отдельности очень странным и непривычным образом самостоятельно восприниматься определенные впечатления о том, что с отдельными частями моего общего «планетного-тела» стал происходить самостоятельный процесс священного «Раскуарно» и что космические кристаллизации, составляющие наличие этих частей, начали протекать опять «всуе».

Вначале, так сказать, «инициатива-констатирования» происходила во мне обычным образом, т. е. согласно так называемой «центротяжестности-ассоциативного-переживания».

Но позже, когда сказанная «инициатива-констатирования» всего происходящего во мне постепенно почти незаметно начала становиться только функцией моей сущности, эта последняя не только сделалась единым всеобъемлющим инициатором констатирования всего происходящего во мне, но в ней только и стало восприниматься и зафиксироваться все без исключения вне ее новопроисходившее.

С этого момента сущность моя и начала уже непосредственно воспринимать впечатления и самостоятельно констатировать, что от происходившего тогда в моем общем наличии стали как бы совершенно уничтожаться сначала отдельные части моего «планетного-тела», а потом постепенно также и локализация «второго» и «третьего» существенских центров. В то же время определенно констатировалось, что функционизация этих двух центров постепенно переходила к моему «мыслительному центру» и делалась присущей ему, благодаря чему этот последний с увеличившейся интенсивностью функционизации становился уже «единомощным-воспринимателем» всего вне его осуществляющегося и автономным инициатором констатирования всего происходящего как во всем моем наличии, так и вне его.

Пока во мне происходило сказанное странное и моему разуму тогда еще непонятное «существенское-переживание», сам Горнахур Хархарх был занят перестановкой каких-то «рычагов» и «рубильников», имевшихся во множестве по бокам стола, за которым нас посадили.

Случившееся вдруг с самим Горнахуром Хархархом происшествие изменило все это мое существенское переживание и в моем общем наличии началось опять обычное «внутреннее-существенское-переживание».

А случилось следующее:

Горнахур Хархарх со всеми теми необычайно тяжелыми приспособлениями, которые были надеты и на него, вдруг очутился на известной высоте над стулом и начал там «барахтаться» наподобие, как говорит наш дорогой Молла Наср-Эддин, «щенка-попавшего-в-глубокий-пруд».

Как потом выяснилось, друг мой Горнахур Хархарх во время перестановок упомянутых «рычагов» и «рубильников» ошибся и напряг некоторые части своего «планетного-тела» свыше требуемого. От этого его наличие, со всем, что было на нем, получив сначала толчок, а потом породившуюся от этого толчка «инерцию», стало, благодаря «темпу», происходившему в его наличии от восприятия «второй-существенской-пищи» и отсутствию в этом совершенно пустом пространстве какого-либо сопротивления, блуждать или, как я уже сказал, «барахтаться» наподобие «щенка-попавшего-в-глубокий-пруд».

Сказав это с улыбкой, Вельзевул замолк, а немного погодя сделал своей левой рукой очень странный жест и с несвойственной его голосу интонацией продолжал так:

– Теперь, когда я, постепенно вспоминая, рассказываю тебе обо всем, относящемся к событиям уже давно минувшего периода моего существования, во мне возникает желание искренно признаться тебе, именно тебе одному из тех моих прямых наследников, который тоже неизбежно должен стать итогом всех моих деяний за периоды процесса моего прошедшего существенского существования. А именно, я хочу искренно признаться тебе в том, что в то время, когда моя сущность при участии подвластных только ей частей моего наличия самостоятельно решила принять личное участие в научных выяснительных экспериментах с показательной частью нового изобретения Горнахура Хархарха, и я без всякого принуждения со стороны вошел внутрь этой показательной части, сущность моя, несмотря на сказанное, все же допустила вкрасться в мое существо и развиться в нем, параллельно с упомянутым странным переживанием, преступному эгоистическому опасению за цельность моего общего личного существования.

Все-таки, мой мальчик, для того, чтобы ты в данный момент не слишком сокрушался, я нахожу нелишним добавить, что это произошло во мне тогда в первый и последний раз за все периоды моего существенского существования.

Впрочем, пока, пожалуй, и не следовало бы вовсе касаться вопросов, которые относятся исключительно только к нашему роду.

Вернемся лучше к начатому рассказу, касавшемуся вездесущего Окиданоха и моего сущностного друга Горнахура Хархарха. Этот последний, кстати сказать, считавшийся когда-то всюду среди обыкновенных трехмозгных ученых существ «великим ученым», ныне, хотя и продолжает существовать, не только не считается уже «великим», но благодаря своему собственному результату, т. е. сыну, как говорит наш дорогой Молла Наср-Эддин, уже «тавось», или как он же иногда в подобных случаях изрекает: «Он-уже-сел-в-старую-американскую-резиновую-калошу».

Итак, когда барахтавшийся Горнахур Хархарх, только благодаря произведенному им над собой особому и очень сложному маневру, опять кое-как с большими трудностями спустил наконец свое планетное тело, с нагруженными на него разными необычайно тяжелыми приспособлениями, на стул и на этот раз закрепил все это с помощью имевшихся для такого случая на стуле специальных винтов, и когда мы оба более или менее приспособились и нам стало возможным сноситься друг с другом посредством упомянутого искусственного соединения, он, Горнахур Хархарх, первым долгом обратил мое внимание на три над столом висевших аппарата, которые, как я тебе уже сказал, очень походили на «момонодуары».

При близком рассмотрении они все три имели одинаковую внешность и представляли из себя подобие трех одинаковых «стержней», в конце которых выступали по одной так называемой «угольной-свечи», какие бывают в аппаратах, каковые твои любимцы называют: «дуговые-электрические-лампы».

Обратив мое внимание на эти три подобия «момонодуаров» или «стержней», он сказал:

«Каждый из трех, по внешности одинаковых, аппаратов имеет непосредственное соединение с теми второстепенными „вместилищами“, на которые я уже указывал, когда мы находились еще вне „хрхахархцаха“, и в которых после искусственного „Джартклома“ с Окиданохом все его активные части собираются каждая в отдельности в общую массу.

Эти три самостоятельных аппарата сконструированы мною таким образом, что мы, находясь здесь в абсолютно пустом пространстве, можем из упомянутых второстепенных „вместилищ“ получать для требуемых экспериментов сколько угодно каждой активной части Окиданоха в чистом виде, а также по желанию изменять ту приобревшуюся в них силу „стремления-слиться-опять-в-одно-целое“, которая становится присущей им от степени уплотнения массового сосредоточения.

И здесь в этом абсолютно пустом пространстве я прежде всего покажу вам то самое незакономерное явление, которое мы недавно наблюдали, находясь вне места его происхождения. А именно, я опять продемонстрирую вам то космическое явление, когда, после какого-либо закономерного „Джартклома“, отдельные части Окиданоха встречаются в пространстве вне какого-либо закономерного возникновения и без участия какой-либо одной части „стремятся-слиться-опять-в-целое“».

Сказав это, он сначала закрыл ту часть окружности «хрхахархцаха», масса которой имела свойства пропускать через себя «лучи», а потом, переставив два «рубильника» и нажав какую-то кнопку, вследствие чего имевшаяся на столе небольшая площадка из какой-то тоже особой мастики автоматически передвинулась к упомянутым «угольным-свечам», он, обратив опять мое внимание на «амперметр» и «вольтметр», добавил:

«Я опять открыл приток частей Окиданоха, а именно „Аноднатиуса“ и „Катоднатиуса“, с той же силой „стремления-к-слитию“».

Когда я посмотрел на «амперметр» и «пружанометр» и действительно увидел, что их стрелки передвинулись и остановились на тех же цифрах, которые я заметил в первый раз, находясь еще вне «хрхахархцаха», я очень удивился, так как, несмотря на указание стрелок и на предупреждение самого Горнахура Хархарха, я не замечал и не ощущал никакого изменения степени восприятия видимости окружающих предметов.

И потому, не дожидаясь дальнейших его объяснений, я спросил: «Почему же нет никакого результата от такого незакономерного „стремления-слиться-в-целое“ частей Окиданоха?»

Прежде чем ответить на такой мой вопрос, он выключил единственную лампу, действовавшую от особого магнитного тока. Удивление мое возросло еще более, так как несмотря на сразу наступившую темноту, все же сквозь стенки «хрхахархцаха» с достаточной ясностью можно было видеть, что стрелки «амперметра» и «вольтметра» все еще стояли на прежних местах.

Только когда я кое-как стал свыкаться с таким удивившим меня констатированием, Горнахур Хархарх сказал:

«Я вам уже говорил, что состав массы, из которой сделаны стенки этого искусственного сооружения, в каковом мы в данный момент находимся, имеет свойство не пропускать через себя никаких колебаний, возникающих из каких бы то ни было источников, за исключением некоторых колебаний от сосредоточений, находящихся вблизи, но эти колебания могут быть воспринимаемы лишь органами зрения трехмозгных, и то, конечно, только нормальных существ.

Кроме этого, на основании закона, называющегося „Эттератогетар“, „сальничицинуарные-инерционные-колебания“ или „лучи“ приобретают свойство действовать на органы восприятия существ только после прохождения границы, которая определяется наукой следующей формулировкой: „Результат-проявления-пропорционально-равен-силе-стремления-полученной-от-толчка“.

И вот, так как данный процесс столкновения двух частей Окиданоха имеет силу большой мощности, то и результат этого столкновения проявляется намного дальше его возникновения.

Теперь смотрите!!!»

Сказав это, он нажал какую-то другую кнопку, и вдруг вся внутренность «хрхахархцаха» заполнилась таким же ослепительным светом, какой я уже испытал, когда находился вне «хрхахархцаха».

Оказалось, что сказанный свет получился от того, что Горнахур Хархарх последним своим нажатием кнопки открыл опять ту часть стенки «хрхахархцаха», которая имела свойства пропускать через себя «лучи».

Как он дальше пояснил, свет этот был только последствием результата, получившегося от «стремления-слиться-в-целое» частей Окиданоха, происходившего в этом абсолютно пустом пространстве, здесь в «хрхахархцаха», и проявившемуся, благодаря так называемому «отражению» извне, обратно на место своего возникновения.

После этого он продолжал так:

«Теперь я покажу вам на деле, каким образом и при каких комбинациях процессов „Джартклома“ и „стремления-слиться-опять-в-целое“ активных частей Окиданоха в планетах из так называемых „минералов“, составляющих внутреннее наличие планет, возникают определенные образования разнообразной плотности, как, например, так называемые „минералоиды“, „газы“, „металлоиды“, „металлы“ и т. д. и как потом эти последние, благодаря этим же факторам, постепенно трансформируются одни в другие и как вытекшие от этих трансформаций вибрации составляют тем самым ту „совокупность-вибраций“, которая и осуществляет для самих планет возможность устойчивости в процессе так называемого „общесистемного-гармонического-движения“.

Для такой предполагаемой мною демонстрации мне придется, как я всегда это делаю, вытребовать извне нужные материалы, которые через посредство тоже мною предусмотренных приспособлений передадут мне мои ученики».

Интересно отметить, что, пока он говорил, он одновременно «постукивал» своей левой ногой по какому-то «нечто», очень похожему на то, что твои любимцы называют «передаточным аппаратом» знаменитого «Морзе», знаменитого впрочем, конечно, только на планете Земля.

Немного погодя из нижней части «хрхахархцаха» стало медленно подыматься небольшое «нечто» наподобие коробки, тоже с прозрачными стенками, внутри которой, как после оказалось, находились некоторые «минералы», «металлоиды», «металлы» и разные газообразные вещества в жидких и твердых состояниях.

Из коробки он с помощью разных, имевшихся на одной стороне стола приспособлений прежде всего вынул сложной манипуляцией так называемую «красную медь» и положил ее на упомянутую площадку, а потом сказал:

«Этот металл является определенной планетной кристаллизацией, представляющей одну из требуемых плотностей для сказанной устойчивости. Он является образованием предшествовавших процессов действия частей вездесущего Окиданоха, и в данный момент я хочу искусственно и ускоренно дать произойти последующим превращениям этого металла через посредство особенностей тех же факторов.

Я хочу искусственно способствовать эволюции и инволюции его элементов в сторону большего уплотнения или, наоборот, превращению этих элементов в первоначальное их состояние.

Чтобы вам была более ясна картина предстоящих выяснительных экспериментов, я нахожу нужным прежде всего, хотя бы вкратце, посвятить вас в мои первые личные научные выводы относительно очевидности причин и условий, по которым и в которых происходит в самых планетах окристаллизование отдельных частей Окиданоха в тех или других сказанных определенных образованиях.

Очевидно сначала, от какого-либо с вездесущим Окиданохом незакономерного Джартклома, имеющего место также и в наличии всяких планет, отдельные его части локализовываются в среду той части наличия планет, т. е. в тот именно минерал, которому в данный момент соответствовало находиться в том самом месте, где произошел сказанный незакономерный Джартклом.

И вот, если так называемая „вибрация-плотности-элемента“ сказанной среды имеет „родственность-вибрации“ с упомянутой активной частью вездесущего Окиданоха, то, на основании мирового закона, называющегося „Симметричное-вхождение“, она сливается с наличием упомянутой среды и становится ее нераздельной частью. И с этих пор данные части вездесущего Окиданоха начинают, совместно со сказанными элементами упомянутой среды, предоставлять требуемые в планетах соответствующие плотности, т. е. разного рода металлоиды или даже сразу и металлы, подобно металлу, поставленному мною в сферу, в которой в данный момент по моему желанию будут происходить искусственные действия „стремления-слиться-в-целое“ частей Окиданоха, и какой металл, как я уже сказал, существует под наименованием „красная медь“.

И дальше, когда в планетах возникают таким образом сказанные разнообразные „металлоиды“ и „металлы“, они, как это вообще становится присущим всяким возникновениям, в которых принимает участие Окиданох или какая-либо активная его часть, начинают на основании общемирового закона, называющегося „Взаимное-питание-всего-существующего“, излучать из своего наличия результаты внутреннего так называемого „Обмена-веществ“. А излучения этих металлоидов и металлов, как это свойственно всяким излучениям, исходящим от напланетных и впланетных образований, которые в своих колебаниях приобретают свойства Окиданоха или активных его частей, имеющихся в так называемых центротяжестностях всяких сказанных образований, – имеют свойства почти подобные свойствам самого Окиданоха или той или другой активной его части.

Когда таким образом возникшие в планетах сказанные массы разной плотности в нормальных окружающих условиях излучают из своих общих наличий требуемые для упомянутого мирового закона „Взаимное-питание-всего-существующего“ колебания, между этими их разносвойственными колебаниями, на основании основного мирового закона „Троемедехфе“, восстанавливается также взаимодействующий контакт.

Результат же такого контакта и является, главным образом, фактором для постепенного изменения разных плотностей в планетах.

Мои долгогодовые наблюдения дали мне почти полное убеждения в том, что только благодаря сказанному контакту и его результатам осуществляется „устойчивость-гармонического-равновесия“ планет.

Этот металл, называющийся „красная медь“, который я поместил в сферу для предполагаемого мною искусственного осуществления действий активных частей Окиданоха, имеет в данный момент так называемую „удельную-плотность“, исходя от плотности священного элемента „Ѳеомертмалогос“ как единицы, – 444 т. е. атом этого металла четыреста-сорок-четыре раза плотнее и в столько же раз менее животворен, чем атом священного „Ѳеомертмалогоса“.

Теперь смотрите, в каком порядке будет протекать искусственно ускоренная трансформация его…»

Сказав это, он сперва установил перед моим органом зрения автоматически передвигающийся Тескуано, а потом начал с известной последовательностью включать и выключать разные «рубильники». А когда я стал наблюдать через этот Тескуано, он начал объяснять следующее:

«Теперь я открыл в сферу нахождения этого металла приток всех трех частей Окиданоха, и вследствие того, что все эти три активные части имеют одинаковое „качество-уплотнения“, а следовательно, и одинаковую „силу-стремления“, они, ничего не изменяя в наличии находящегося там металла, сливаются опять в этой сфере в целое; получившийся таким путем вездесущий Окиданох через специальное соединение вытекает в обычном своем состоянии обратно из этого „хрхахархцаха“ и концентрируется опять в первом, мною уже указанном вместилище.

Смотрите дальше!! Я начинаю намеренно увеличивать „силу-стремления“ только одной из активных частей Окиданоха. Для примера, я увеличиваю силу, называющуюся „Катоднатиус“, и вследствие этого вы видите, что элементы, составляющие наличие этой „красной меди“, начали инволюционировать по направлению других веществ, по качеству составляющих обычное наличие планет».

Объясняя это последнее, он в то же время с известной последовательностью включал и выключал разные «рубильники».

Несмотря на то, мой мальчик, что я смотрел тогда на все происходившее очень внимательно и что все мною виденное запечатлелось в моем наличии «пестолнутиарно», т. е. навсегда, несмотря на все это, я, пожалуй, при всем моем желании не сумел бы теперь описать тебе словами и сотую часть происходившего тогда в том одном небольшом куске из определенного планетного образования.

Я не буду пытаться описать тебе словами относительно виденного мною тогда еще и потому, что я только что вспомнил о возможности вскоре показать тебе все это на деле; тогда и ты будешь сам очевидцем такого странного и удивительного мирового процесса.

Все же я пока скажу тебе, что тогда в том куске «красной меди» начало происходить нечто, немного похожее на те ужасающие картины, какие я иногда наблюдал с Марса через мое Тескуано среди твоих любимцев на планете Земля.

Я сказал «немного» похожее, ибо то, что происходило иногда среди твоих любимцев, имело возможную для наблюдения видимость только вначале, тогда как в упомянутом куске «красной меди» такая видимость продолжалась до окончательного трансформационного завершения.

Провести приблизительную параллель между происходящим иногда на твоей планете и происходящим тогда в том небольшом куске меди, можно было бы, если представить себе будто ты находишься высоко и смотришь вниз на большую площадь, на которой тысячи твоих любимцев, охваченные самой высшей градацией тамошнего главного психоза, начинают всякими ими придуманными способами уничтожать друг у друга существование, причем вместо них моментально появляются их так называемые «трупы», у которых, благодаря издевательствам над ними оставшимися пока еще не уничтоженными, очень заметно изменяется их расцветка, вследствие чего постепенно также изменяется и общая видимость поверхности упомянутой большой площади.

Тогда, мой мальчик, этот впоследствии мой сущностный друг Горнахур Хархарх, включая и выключая приток всех трех активных частей Окиданоха и изменяя их силу стремления, изменял также плотность элементов сказанного металла и этим самым превращал его, т. е. «красную медь», во всякие другие тоже определенные планетные «металлы» низшей или высшей градации животворности.

Здесь, для выяснения странности психики понравившихся тебе трехмозгных существ, будет очень важно и интересно для тебя отметить следующее: когда Горнахур Хархарх искусственно, с помощью своего нового изобретения, намеренно производил эволюцию и инволюцию плотности и животворности элементов «красной меди», я очень определенно заметил, что раз на упомянутой площадке этот металл «красная медь» превратился в тот самый определенный металл, из-за которого «горе-ученые» существа твоей планеты, в течение почти всего времени их возникновения и существования, «мудрили» в надежде превратить в этот металл другие металлы, чем постоянно вводили в заблуждение своих, и без того уже, как говорят иногда твои любимцы, «сбившихся-с-панталыку».

Этот металл там называют «золото».

«Золото» есть ни что иное, как тот металл, который мы называем «прцатхалавр», «удельный-вес» которого, исходя тоже из элемента священного Ѳеомертмалогоса, равен тысяче четыреста тридцати девяти, т. е. элемент его является в три с чем-то раза менее животворным, чем элемент металла «красная медь».

Что же касается того, что я внезапно решил не пытаться подробнее объяснить тебе словами все, происходившее тогда в куске упомянутой «красной меди», ввиду выраженного мною предположения о возможности скоро показать тебе на деле в определенных планетных образованиях процессы разных комбинаций проявления действия активных частей Окиданоха, то это я сделал, так как вдруг вспомнил всемилостивейшее обещание, данное мне нашим Всечетвертьдержителем Превеликим Архихерувимом Пештвогнером.

Такое всемилостивейшее обещание было мне дано, как только я вернулся из ссылки и должен был первым долгом представиться Его Всечетвертьдержителю Архихерувиму Пештвогнеру и, припав к стопам Его, произвести перед ним так называемый «Сущностной-Священный-Алямизурнакалу».

Это я должен был сделать все из-за тех же грехов моей молодости, потому что когда я был прощен ЕГО ЕДИНОБЫТНЫМ БЕСКОНЕЧНЫМ и мне было разрешено вернуться на родину, некоторыми священными Индивидуумами было решено потребовать от меня произвести на всякий случай над моей сущностью такой священный процесс, дабы я не мог проявить себя как тогда, в период моей молодости, и чтобы из-за этого не получилось бы того же самого и в разумах большинства индивидуумов, обитающих здесь в центре Великой Вселенной.

Ты еще наверно не знаешь, что значит священный «Алямизурнакалу» над сущностью.

Как-нибудь позже я объясню тебе очень подробно про это, а пока скажу просто словами нашего дорогого Молла Наср-Эддина, который объясняет этот процесс как «Дать-честное-слово-не-совать-своего-носа-в-дела-начальства».

Тогда, после того как я представился Его Всечетвертьдержителю, он, между прочим, изволил спросить меня, взял ли я с собою все заинтересовавшие меня и собранные мною существенские произведения с разных планет той солнечной системы, в которой я существовал в период моей ссылки.

Я ответил, что взял почти все, кроме тех громоздких аппаратов, которые соорудил для меня на планете Марс мой друг Горнахур Хархарх.

Вот тогда он и обещал мне распорядиться, чтобы при следующих рейсах пространственного судна «Вездесущий», при первой же возможности было захвачено все, на что я укажу.

Вот почему, мой мальчик, я надеюсь, что на нашу планету Кара-таз привезут все требуемое и что поэтому, когда мы вернемся, тебе будет возможно увидеть собственными глазами и мне на деле все детально объяснить тебе.

А пока здесь, на пространственном судне Карнак, за время этого нашего путешествия, я буду, как я тебе уже обещал, рассказывать по порядку о моих спусках туда, на твою планету, равно как и о причинах таких моих так называемых «персональных-явлений»!

Глава 19

Рассказы Вельзевула о своем втором спуске на планету «Земля»

Вельзевул начал так:

– На эту твою планету Земля я спустился во второй раз только через одиннадцать их веков после моего первого на нее спуска.

Вскоре после этого моего первого спуска на поверхность этой планеты, с ней и случилось второе серьезное несчастье, которое, однако, имело лишь местный характер и не предвещало никакого несчастья в большом масштабе общекосмического характера.

Во время сказанного второго серьезного несчастья с этой планетой материк Атлантида, являвшийся в период первого моего спуска самым большим материком и главным местом существенского существования трехмозгных существ этой планеты, в числе других больших и малых твердынь тоже вошел внутрь планеты со всеми бывшими на нем трехмозгными существами и почти со всем тем, что ими в течение прошедших долгих их веков было достигнуто и приобретено.

Вместо всего этого изнутри планеты выступили тогда другие твердыни и образовали другие материки и острова, большинство которых существует еще и поныне.

На упомянутом материке Атлантида как раз и находился тот город Самлиос, где, как ты помнишь, я уже говорил тебе, существовал тот наш молодой земляк, из-за которого состоялся мой первый «персональный-спуск».

Во время упомянутого второго большого несчастья с этой планетой, многие из понравившихся тебе трехцентровых существ, благодаря всевозможным случаям, уцелели, и от них и пошел их ныне уже чересчур размножившийся род.

Ко времени второго моего «персонального-спуска» они уже настолько размножились, что водились опять почти на всех новообразовавшихся твердынях.

А какие именно закономерно вытекающие причины породили в результате такое чрезмерное их размножение, ты поймешь тоже в течение дальнейших моих рассказов.

По-моему, в этом месте моих рассказов очень не мешает, в связи с этой земной катастрофой, кстати, заметить кое о чем, касающемся трехмозгных существ нашего племени, именно о том, благодаря чему все существовавшие на этой планете существа нашего племени, во время упомянутой с ней катастрофы, избежали рокового, так называемого «апокалипсического-конца».

Избегли они этого благодаря следующему:

В наших предшествовавших беседах я как-то уже говорил тебе, что большинство существ нашего племени, которые местом своего существования избрали эту твою планету, во время первого моего спуска существовали преимущественно на материке Атлантида.

И вот оказывается, что за год до сказанной катастрофы наша тамошняя так называемая «партийная-пифия» в своем пророчестве потребовала, чтобы все наши оставили материк Атлантида и переселились на недалеко находящийся другой небольшой материк и продолжали бы свое существование на определенной, указанной ею, части его поверхности.

Этот небольшой материк назывался тогда «Грабонцы» и указанная «пифией» его часть действительно избегла той ужасающей пертурбации, которая произошла тогда со всеми прочими частями общего наличия этой злополучной планеты.

Вследствие сказанной пертурбации, этот небольшой материк «Грабонцы», существующий под наименованием «Африка» и поныне, намного даже увеличился, благодаря выступившим из водных пространств планеты и соединившимся с ним другим твердыням.

И вот, мой мальчик, наша тамошняя «партийная-пифия» сумела заранее предупредить существ нашего племени, существовавших в то время по принуждению на этой планете, и этим самым уберечь их от неизбежной, как я тебе уже сказал, «апокалипсической-участи», только благодаря одному особому существенскому свойству, могущему, кстати сказать, быть приобретаемым существами исключительно намеренно, при посредстве так называемых существенских «Парткдолгдюти», о чем я тебе после расскажу.

На этот раз я лично спустился на поверхность планеты Земля по причинам, вытекшим из следующих событий.

Как-то на планете Марс мы получили из Центра эфирограмму о предстоящем новом явлении на эту планету некоторых высочайших священных Индивидуумов. И действительно, через полмарсового года туда явились несколько Архангелов, Ангелов, Херувимов и Серафимов, большинство которых были из числа членов той Превеликой Комиссии, которая уже появлялась на нашей планете Марс при первом большом несчастье с твоей планетой.

В числе этих высочайших священных Индивидуумов был опять Его Сообразность, Ангел – ныне уже Архангел – Луизос, о котором, помнишь, я тебе недавно рассказывал, что он во время первого большого несчастья с планетой Земля был одним из главных сподвижников в деле устранения последствий этого общекосмического несчастья.

И вот, мой мальчик! На другой же день после этого вторичного появления упомянутых священных Индивидуумов, Его Сообразность явился в мой дом в сопровождении одного из Серафимов, второго его помощника.

После благословения меня и после некоторых моих расспросов относительно Великого Центра, Его Сообразность соизволил тогда сказать мне, между прочим, что после столкновения кометы Кондур с планетой Земля он или другие ответственные космические Индивидуумы, ведающие делами «гармонического-миросуществования», часто спускались в эту солнечную систему для наблюдения за течением осуществления мероприятий, предпринятых ими для устранения последствий этого общекосмического недоразумения.

«А спускались мы, – продолжал Его Сообразность, – так как, хотя мы тогда и приняли все возможные меры и уверили всех, что все будет в порядке, мы сами все же не были категорически убеждены, что не могли бы произойти какие-либо непредвиденные неожиданности.

Эти наши опасения отчасти и оправдались, но, „слава случаю“, в смысле общекосмического масштаба не в серьезной форме, так как это новое несчастье коснулось только самой планеты Земля.

Это второе несчастье с планетой Земля, – продолжал Его Сообразность, – случилось благодаря следующему:

Когда во время первого несчастья от этой планеты отделились два значительных куска, то по некоторым причинам так называемый „центр-тяжести“ всего ее наличия не успел сразу переместиться в соответствующее новое место. Поэтому все время, до этого второго несчастья, планета эта существовала с неправильно расположенным „центром-тяжести“, благодаря чему движение ее все это время не было „равномерно-гармоническим“, и в ней и на ней часто случались разные сотрясения и большие перемещения.

Когда же недавно „центр-тяжести“ планеты переместился наконец в самый ее центр, то тогда-то и случилось это новое второе с ней несчастье.

Но зато теперь, – с оттенком самодовольства добавил Его Сообразность, – существование этой планеты пойдет уже вполне нормально в связи с общекосмической гармонией.

Это второе несчастье с планетой Земля наконец и нас окончательно успокоило и убедило, что из-за этой планеты не может уже произойти несчастье в большом общекосмическом масштабе.

В настоящее время не только сама эта планета приобрела опять нормальное движение в общекосмическом равновесии, но и оба отделившиеся от нее куска, которые в настоящее время называются „Луна“ и „Анулиос“, тоже приобрели нормальное движение и стали хотя малыми, но самостоятельными „кофенщарными“, т. е. добавочными, планетами этой солнечной системы Орс».

Немного задумавшись, Его Сообразность сказал мне потом:

«Ваше Преподобие, я и явился к вам именно для переговоров относительно будущего благополучия того большого куска этой планеты, который в настоящее время существует под наименованием „Луна“».

Дело в том, – продолжал Его Сообразность, – что этот кусок не только стал самостоятельной планетой, но в данный период времени на нем начался даже процесс образования атмосферы, необходимой для всякой планеты, служащей для осуществления превеличайшего общекосмического Трогоавтоэгократа.

И в то же время правильному процессу образования сказанной атмосферы на этой непредвиденно возникшей маленькой планете теперь мешает одно нежелательное обстоятельство, которое исходит от трехмозгных существ, возникших и существующих на планете Земля.

Вот относительно этого именно я и решился обратиться к вам, ваше Преподобие, и просить вас согласиться взять на себя, во имя ЕДИНОБЫТНОГО ОТЦА творца, задачу попытаться избавить нас от необходимости прибегнуть к каким-либо крайним священным процессам, неподобающим быть применяемыми для каких бы то ни было трехцентровых существ, и с этой целью устранить это нежелательное явление каким-нибудь обычным путем, через имеющийся в их наличии собственный их существенский разум.

И в дальнейших подробных своих разъяснениях Его Сообразность сказал тогда еще, между прочим, что после второй катастрофы с планетой Земля случайно спасшиеся двуногие трехмозгные существа опять размножились, причем теперь весь процесс их существенского существования сосредоточен на другом новообразовавшемся, тоже большом, материке, который называется «Ашхарх»; что на этом большом материке «Ашхарх» из них образовались три самостоятельные большие группы, первая из которых обосновалась в местности в то время называемой «Тиклямыш», вторая в месте называемом «Моралплейси» и третья группа в поныне существующей местности, которая тогда называлась «Жемчания»; и что в психике существ, принадлежащих ко всем этим трем самостоятельным группам, образовались некие своеобразные «Хаватвернони», т. е. некое психическое стремление, совокупность процесса какового общепсихического стремления они сами прозвали «Религия».

«Хотя эти их „Хаватвернони“, или „Религия“, ничего общего между собою не имеют, – продолжал Его Сообразность, – но тем не менее, среди существ всех трех групп на почве этих их религий очень сильно распространен одинаковый обычай, называющийся „жертвоприношение“.

А основанием для такого их обычая служит одно, только их странным разумом могущее быть осознанным, понимание, согласно которому, если они в честь своих богов и кумиров будут уничтожать существование существ других форм, то этим воображаемым ими богам и кумирам якобы будет очень и очень приятно, и они за это непременно всегда и во всем должны будут им помогать и способствовать осуществлению всяких их фантастических и сумасбродных идей.

В настоящее время этот обычай там так распространен и уничтожение существования существ разных форм для этой злостной цели приняло там такие размеры, что получается уже излишество священного „Аскокина“, требуемого от планеты Земля для бывших ее частей, т. е. излишество тех колебаний, которые возникают при священном процессе „Раскуарно“ существ всяких внешних форм, возникающих и существующих на той планете, от которой требуется сказанное священное космическое возникновение.

Для нормального образования атмосферы нововозникшей планеты Луна, сказанное излишество священного „Аскокина“ уже начало серьезно мешать правильному обмену веществ между самой планетой Луна и ее атмосферой, и в настоящее время явилось уже опасение, что она от этого оформится неправильно и впоследствии станет помехой для гармоничного движения всей этой системы Орс и что, чего доброго, опять породит фактор, предвещающий угрозу катастрофы в большом общекосмическом масштабе.

И вот, ваше Преподобие, моя просьба к вам и заключается, как я вам уже сказал, в том, чтобы вы, раз у вас установилось обыкновение часто бывать на разных планетах этой солнечной системы, согласились взять на себя задачу специально спуститься на планету Земля и там на месте попытаться внедрить в сознание этих странных трехмозгных существ идею о бессмысленности такого их понимания».

Сказав еще несколько слов, Его Сообразность начал возноситься и, поднявшись уже довольно высоко, громким голосом еще добавил: «Этим самым вы, ваше Преподобие, окажете большую услугу нашему ЕДИНОБЫТНОМУ ВСЕОБЪЕМЛЮЩЕМУ БЕСКОНЕЧНОМУ».

После отбытия с планеты Марс этих священных Индивидуумов я решил во что бы то ни стало добиться сказанного и хотя бы такой своей явной помощью нашему ЕДИНОТЯЖЕСТЬНЕСУЩЕМУ БЕСКОНЕЧНОМУ сподобиться стать частицей, но уже самостоятельной, всего существующего в общей Вселенной.

И вот, мой мальчик, проникшись этим, я на другой же день на том же судне Оказия полетел во второй раз на твою планету Земля.

На этот раз наше судно спустилось на море, тоже вновь образовавшееся от пертурбаций во время второго большого несчастья с планетой Земля и называвшееся в тот период течения времени «Кольхидюс».

Сказанное море находилось на северо-западной стороне того новообразовавшегося большого материка Ашхарх, который в тот период являлся главным центром существования тамошних трехмозгных существ.

Другие стороны этого моря обхватывали тоже нововыступившие присоединившиеся к материку Ашхарх твердыни, которые в общей сложности назывались сначала «Фрянкцанарали», а немного позже «Кольхидшиси».

Надо заметить, что как сказанное море, так и перечисленные твердыни существуют и поныне; они, конечно, носят уже другие наименования. А именно, материк Ашхарх в настоящее время называется «Азия», море «Кольхидюс» – «Каспийским морем», а все «Фрянкцанарали» вместе существуют ныне под наименованием «Кавказ».

Оказия спустилась на это море «Кольхидюс» или «Каспийское море» еще и потому, что оно являлось самым подходящим как для стоянки нашей Оказии, так и для дальнейшего намеченного мною путешествия.

А для дальнейшего путешествия это море являлось очень подходящим, потому что с восточной его стороны в него тогда впадала большая река, которая протекала почти через всю страну, именовавшуюся тогда «Тиклямыш» и являющуюся как раз местом существования сказанной первой группы двуногих существ, обосновавшихся на этом материке; на ее берегах стояла столица этой страны, город «Куркаляй», куда я и решил прежде всего направиться, так как эта страна «Тиклямыш» являлась тогда самым большим центром существования твоих любимцев.

Здесь не мешает кстати отметить, что упомянутая большая река, называвшаяся тогда «Оксосерия», существует и в настоящее время, но она больше уже не впадает в теперешнее Каспийское море, потому что после одного небольшого планетотрясения она почти на половине своей длины повернула направо и начала вливаться в одно из углублений поверхности материка Ашхарх, на котором постепенно и образовала существующее и поныне небольшое море, называющееся «Аральское море». Старое русло этой большой реки, которая ныне уже называется «Аму-Дарья», при внимательном наблюдении можно, однако, заметить и в настоящее время.

В период этого моего второго персонального спуска страна Тиклямыш считалась и действительно являлась самой богатой и благодатной из всех существовавших тогда на этой планете твердынь, годных для обычного существенского существования.

Но когда с этой злосчастной планетой случилось третье большое несчастье, эта, тогда самая благодатная страна на поверхности твоей планеты, в числе других более или менее цветущих твердынь ее, засыпалась «кашмануном», или, как они говорят, – «песками».

После этого третьего несчастья эта страна Тиклямыш долгие периоды называлась просто «голодная пустыня»; в настоящее время части ее называются разно, а бывшая главная часть ее называется «Каракум», т. е. «Черные пески».

В тот период на этом же материке обитала и вторая, совершенно самостоятельная, группа трехмозгных существ твоей планеты, и эта часть материка Ашхарх называлась тогда «страна Моралплейси».

Позже, когда эта вторая группа тоже стала иметь центральный пункт своего существования и пункт этот назвали «город Гоб», то вся эта страна долгое время называлась «Гобландия».

Эта местность впоследствии тоже засыпалась «кашмануном», и в настоящее время бывшую основную часть этой, когда-то тоже цветущей, страны называют просто «пустыня Гоби».

А что касается третьей группы тогдашних трехмозгных существ планеты Земля, то эта, тоже совершенно самостоятельная группа место своего существования имела на самой юго-восточной стороне материка Ашхарх, в противоположном от Тиклямыша направлении, на другой совсем стороне от тех ненормальных выступов на материке Ашхарх, которые образовались тоже во время второй пертурбации с этой злосчастной планетой.

Место существования этой третьей группы называлось тогда, как я уже сказал, «Жемчания».

Название и этой местности позже много раз менялось, а в настоящее время вся эта твердынная часть на поверхности планеты Земля существует под наименованием «Индостан» или «Индия».

Здесь непременно следует заметить и о том, что в тот период, т. е. во время этого моего второго персонального спуска на поверхность твоей планеты, во всех этих понравившихся тебе трехмозгных существах, принадлежавших к трем перечисленным самостоятельным группам, вместо долженствующего иметься во всяких трехмозгных существах импульса, называющегося «потребное-стремление-совершенствоваться», имелось и было уже хорошо окристаллизовано тоже «потребное», но очень странное «стремление» к тому, чтобы все прочие существа их планеты называли и считали их страну «культурным-центром» всей планеты.

Такое странное «потребное-стремление» имелось тогда во всех трехмозгных существах твоей планеты и для каждого из них являлось как бы главным смыслом и целью их существования. И вследствие этого в тот период между существами этих трех самостоятельных групп для достижения упомянутой цели постоянно происходила ожесточеннейшая борьба, как материальная, так и интеллектуальная.

Итак, мой мальчик…

С моря Кольхидюс или, по-современному, с Каспийского моря мы поплыли тогда на «сельчанах», т. е. на особого рода плотах, вверх по течению реки «Оксосерия», или, по-современному, по реке «Аму-Дарья». Плыли мы пятнадцать земных дней и прибыли наконец в столицу существ сказанной первой азиатской группы.

По прибытии туда и после устройства на месте нашего постоянного там существования я начал первым долгом посещать «калтааны» города «Куркаляй», т. е. такие тамошние учреждения, которые позже там же, на материке Ашхарх, стали называться «чайхана», «ашхана», «караван-сарай» и т. д. и которые современные тамошние существа, особенно водящиеся на так называемом материке Европа, называют «кофейни», «рестораны», «клубы», «дансинги», «дома-свиданий» и т. д.

Я начал посещать прежде всего такие именно их учреждения, потому что там, на планете Земля, как прежде, так и теперь, нельзя нигде так хорошо наблюдать и изучать специфические особенности психики местных существ, как именно в таких пунктах их сборищ, а мне как раз это и надо было для выяснения себе действительного внутреннего их сущностного отношения к их обычаю «жертвоприношения», чтобы лучше и легче придумать затем план действия для достижения той цели, для которой и состоялось это мое второе личное пребывание там.

Во время моих хождений по тамошним «калтаанам» я стал встречаться с разными существами, и в числе их был один, с которым мне случайно пришлось встречаться чаще.

Это тамошнее трехмозгное существо, с которым мне пришлось много раз встречаться, имело профессию «жреца» и звали его «Абдил».

Ввиду того, мой мальчик, что почти вся личная моя деятельность в этот мой второй спуск туда слилась с внешними обстоятельствами жизни этого самого жреца Абдила, и ввиду того, что в этот мой спуск мне из-за него пришлось иметь очень много забот, то поэтому относительно этого тамошнего трехмозгного существа я расскажу тебе более подробно; тем более, что из рассказов о нем ты одновременно поймешь также о том, каких именно результатов я достиг тогда в целях искоренения из странной психики твоих любимцев потребности уничтожения существования существ других форм для «умилостивления» их богов и чтимых ими кумиров и для «угождения» им.

Хотя это земное существо, которое позже сделалось мне как бы родным, было и не первого ранга жрец, но он очень хорошо знал все детали учения господствовавшей тогда во всей стране Тиклямыш религии, особенно, конечно, психику существ, принадлежавших к его так называемой «пастве», для которых он являлся «жрецом».

Вскоре после того как у меня с ним установились «хорошие отношения», я выяснил, что благодаря очень многим внешним обстоятельствам, в числе которых имелась также и наследственность этого жреца Абдила и условия подготовки его быть ответственным существом, функция, долженствующая иметься во всех трехцентровых существах и называемая «совесть», в существе этого жреца была еще не совсем атрофирована. И потому он, после осознания разумом некоторых, мною разъясненных ему космических истин, сразу приобрел в своем наличии к подобным ему окружающим существам почти такое же отношение, какому свойственно иметься во всех нормальных трехмозгных существах всей Вселенной, именно – он сделался, как там же говорят, «жалостливым» и «отзывчивым» по отношению окружающих существ.

Прежде чем рассказывать дальше относительно этого жреца Абдила, необходимо выяснить твоему разуму, что упомянутый ужасный обычай «жертвоприношения» был там, именно на материке Ашхарх, в тот период во всем своем, как говорят, «разгаре» и что уничтожение разных слабых «одномозгных» и «двухмозгных» существ происходило повсеместно в неисчислимом количестве.

Если в тот период они в каком-либо доме, по тому или иному случаю, обращались к своим воображаемым богам или к какому-нибудь своему фантастическому «святому», они всегда давали обещание, что в случае той или другой удачи они в честь этих богов или святых уничтожат существование того или другого существа или нескольких существ одновременно. И если такая удача случайно осуществлялась, они выполняли это свое обещание с величайшим благоговением; а если она не осуществлялась, они еще более увеличивали подобные убиения, чтобы добиться наконец умилосердения своих воображаемых ими патронов.

Твои любимцы в это время даже подразделяли для этой цели существ всех прочих форм на «чистых» и «нечистых».

«Нечистыми» они называли те существа, уничтожение существования которых якобы не угодно «богам», а «чистыми» – таких, уничтожение существования которых якобы очень и очень угодно этим разным воображаемым и почитаемым ими кумирам.

Такие жертвоприношения делались ими не только у себя дома и не только отдельными существами, но производились и целыми группами, а иногда даже всенародно, и для таких общих убийств существовали тогда специальные места, которые находились преимущественно около известных сооружений в память чего-нибудь или кого-нибудь; большею же частью в память «святых», но, конечно, таких «святых», которых они сами возвеличивали и производили в таковые, т. е. святых в кавычках.

Таких специальных общественных мест, где производилось уничтожение существ разных внешних форм, на стране Тиклямыш существовало тогда несколько, из числа которых больше всех славилось одно, расположенное на небольшой горе, откуда якобы когда-то какой-то чудотворец Алиман был «взят-живым» на «какое-то-небо».

Как на этом, так и на других подобных местах, особенно в специально установленные времена года, уничтожалось бесчисленное количество существ, так называемых «быков», «баранов», «голубей» и т. д. и даже существ себе подобных.

В последнем случае по обыкновению приносили в жертву сильные менее сильных, вроде: отец – сына; муж – жену; старший брат – младшего и т. д., но большей частью в «жертву» приносились «рабы», каковыми там обыкновенно делались и поныне делаются так называемые «пленники», т. е. существа покоренной общественности или некоторые из каст той общественности, которая на основании закона, называемого «Солиуненсиус», в данный период имеет ослабленное значение для их главной особенности, именно в периоды, когда в их наличии более интенсивно сказывается их потребное влечение к взаимному уничтожению.

Обычай делать «приятное-своим-богам» уничтожением существования других существ там, на твоей планете, производится и поныне, но только не в таком масштабе, в каком это самое злодеяние совершали твои любимцы тогда на материке Ашхарх.

Итак, мой мальчик, с этим упомянутым тамошним моим другом жрецом Абдилом, я с первых же дней моего прибытия в город «Куркаляй» часто беседовал на разные темы, но, конечно, и с ним я не говорил о таких вопросах, которые могли бы выдать мою настоящую природу. Подобно почти всем трехмозгным существам твоей планеты, с которыми я встречался во время всех моих спусков, и он тоже принимал меня за существо этой планеты, но считал за большого ученого и знатока психики подобных ему существ.

Еще с самого начала наших встреч, когда нам приходилось говорить о других ему подобных существах, его отзывчивость и переживания относительно этих других меня каждый раз очень трогали. А когда мой разум окончательно выяснил мне, что перешедшая по наследству в его наличие коренная для трехцентровых существ функция, а именно «совесть», у него еще не совсем атрофирована, то с этого времени в моем наличии в отношении его начало постепенно возникать и в результате окристаллизовываться «реальнофункционирующее-потребное-стремление» как к родному существу моей породы.

С этого времени, конечно, и он на основании космического закона – «всякая-причина-порождает-соответствующий-ей-результат», начал иметь в отношении меня «Сильнуегордпана» или, как бы сказали твои любимцы, «чувствование-подобно-самому-себе-доверия».

И вот, мой мальчик…

Когда только что сказанное было уяснено разумом, тогда именно во мне и возникла идея осуществить через этого моего первого земного друга задачу, для которой и состоялся этот мой второй персональный спуск.

Тогда я и начал всякие наши разговоры намеренно наводить на вопрос об обычае жертвоприношения.

Несмотря на то, мой мальчик, что протекло уже очень много времени с тех пор, когда я разговаривал с этим моим земным другом, но, пожалуй, я и теперь еще могу дословно вспомнить и повторить один мой тогдашний разговор с ним.

Я хочу вспомнить и повторить тот именно тогдашний разговор, который был последним и послужил началом всех дальнейших событий, хотя и обусловивших для планетного существования этого моего земного друга страдательный конец, но зато приведших его к возможностям для вечного вселенского существования.

Этот последний разговор происходил в его доме.

На этот раз я начал уже открыто объяснять ему относительно совершенной нелепости и абсурдности обычая жертвоприношения.

Я говорил ему тогда следующее:

«Хорошо, у тебя есть религия, вера во что-то… Очень хорошо иметь веру во что бы то ни было, даже если точно не знать в кого и во что веришь и не представлять себе значения и возможностей того, во что веришь. Верить сознательно или даже совершенно бессознательно для всякого существа очень необходимо и желательно.

Желательно потому, что только благодаря вере появляется необходимая для всякого существа интенсивность существенского самосознания и оценка личного бытия как частицы всего существующего во Вселенной.

Но при чем тут существование другого существа, которое ты уничтожаешь, и главное – во имя его СОЗДАТЕЛЯ?!

Ведь и эта „жизнь“ для создателя, который создал ее и твою, – точно такая же, как и твоя.

Благодаря твоей психической силе и твоей хитрости, т. е. тем именно свойственным тебе данным, которыми тот же наш общий СОЗДАТЕЛЬ наделил тебя для усовершенствования твоего разума, ты пользуешься психической слабостью другого существа и уничтожаешь его существование.

Понимаешь ли ты, несчастный, какое в объективном смысле действительное злое деяние ты совершаешь этим?!

Во-первых, уничтожением существования других существ ты уменьшаешь для самого себя число факторов совокупности всех результатов, которые только и могут составить требуемые условия для мочи усовершенствоваться подобным тебе существам, а во-вторых, этим самым ты определенно умаляешь или совершенно уничтожаешь надежды нашего ОБЩЕГО ОТЦА СОЗДАТЕЛЯ на вложенные в тебе, как в трехмозгном существе, возможности, на которые он и рассчитывает как на помощь себе впоследствии.

Явная абсурдность такого ужасного существенского действия ясна уже из того, что ты воображаешь, будто делаешь приятное, уничтожением существования другого существа, именно ТОМУ, кто намеренно создал и это существо.

Неужели в твою голову не приходит даже мысль, что если наш ОБЩИЙ ОТЕЦ СОЗДАТЕЛЬ создал и эту самую „жизнь“, то, наверное, для какой-либо определенной цели.

Послушай, – сказал я ему дальше, – подумай немного не так, как ты привык думать во все время своего существования, подобно „хорасанскому ослу“, а подумай немного честно и искренно, как свойственно думать „богоподобному-существу“, каким ты сам себя называешь.

Когда бог создал тебя и этих существ, у которых ты уничтожаешь их существование, неужели тогда наш СОЗДАТЕЛЬ на лбах некоторых Своих творений написал, что эти существа должны быть уничтожены в Честь и во Славу Его?

Если серьезно и искренно подумать об этом, то всякий, даже идиот с „Альбионских островов“, способен будет понять, что этого никогда не могло быть.

Это выдумали только люди, называющие себя „богоподобны-ми“, но, конечно, не Тот, Кто создал людей и этих других разных форм существ, которых люди уничтожают, якобы для Его угоды и удовольствия.

Для Него жизнь людей и жизнь существ всяких других форм не представляет никакой разницы.

И люди – „жизнь“, и существа других внешних форм – „жизнь“.

Им Самим премудро предусмотрено, чтобы природа приспособляла разность внешней формы существ в согласии с теми условиями и обстановкой, в каких предназначено протекать процессу существования той или другой формы „жизни“.

Возьми в пример самого себя: вот с этими самыми своими внутренними и внешними органами разве мог бы ты сейчас пойти броситься в воду и плавать, как рыба?

Конечно нет! Потому что у тебя нет таких „жабр“, „плавников“ и такого „хвоста“, какие имеет рыба, т. е. „жизнь“, которой предназначено существовать в той сфере, какой является „вода“.

Если бы ты вздумал броситься в воду, то моментально задохнулся бы и пошел бы ко дну на закуску тех же рыб, которые в той, свойственной им сфере, конечно, окажутся бесконечно сильнее тебя.

В таком же положении находятся и рыбы. Разве могла бы какая-либо из рыб прийти теперь к нам, посидеть с нами за этой трапезой и „в компании“ выпить этого „зеленого чая“, который мы сейчас пьем?

Тоже, конечно, нет, потому что она не имеет соответствующих органов для такого рода проявления.

Она создана для воды, и все ее как внутренние, так и внешние органы приспособлены для требуемых проявлений в воде. Она может хорошо и удачно проявляться и выполнять предназначенный творцом смысл ее существования только в этой, свойственной ей сфере.

Точно так же и твоя внешность и все твои внутренние органы созданы нашим ОБЩИМ ТВОРЦОМ соответствующим образом. Тебе даны ноги, чтобы ты ходил; даны руки, чтобы приготовлять и брать требуемую тебе пищу; твой нос и связанные с ним органы приспособлены для того, чтобы ты мог воспринимать и трансформировывать в себе те космические вещества, какими в подобных тебе трехмозгных существах облекаются оба высшие существенские тела, на одно из которых уповается надежда нашего общего всеобъемлющего творца в помощь Своим нуждам, в целях Им предвиденных осуществлений для блага всего существующего.

Короче говоря, нашим общим творцом предвидено и дано соответствующее начало Природе, чтобы она облекала и приспособляла все твои, как внутренние, так и внешние, органы согласно той сфере, в которой предназначено протекать процессу существования существ такой системности мозгов, какой именно являешься ты.

Очень хорошим примером для выяснения этого может служить твой „собственный осел“, который в данный момент стоит на привязи в твоей конюшне.

Даже в отношении этого твоего „собственного-осла“ ты злоупотребляешь данными тебе нашим общим творцом возможностями, так как и этот осел, если в данный момент и стоит принужденно в неволе, в твоей конюшне, то стоит только потому, что он создан двухмозгным, а создан он двухмозгным потому, что такая именно организация его общего наличия необходима для общекосмического существования на планетах.

И вследствие этого в наличии твоего осла законно отсутствует возможность „логического-мышления“, следовательно, он должен законно являться, как ты определяешь, существом „неразумным“ или „глупым“.

А ты, хотя ты и создан не только для сказанной цели общекосмического существования на планетах, но еще и как „надеждородная-нива“ будущих упований нашего общего всемилостивейшего творца, т. е. создан с возможностями облекать в своем наличии то „высшее-священное“, для возможного возникновения которого и был сотворен Им весь ныне существующий наш Мир, тем не менее, несмотря на данные тебе сказанные возможности, именно несмотря на то, что ты создан трехмозгным, т. е. с возможностями „логического-мышления“, ты это свое священное свойство не применяешь для предназначенной цели, а проявляешь как „хитрость“ в отношении других его творений, как в данном случае в отношении этого твоего собственного осла.

Этот твой осел, за исключением имеющихся в тебе возможностей сознательно облекать в своем наличии упомянутое „высшее-священное“, представляет для общекосмического процесса, а следовательно для нашего ОБЩЕГО ТВОРЦА, такую же ценность, как и ты, так как каждый из вас предназначен для какой-либо определенной цели, какие определенные, отдельные цели в совокупности и осуществляют смысл всего существующего.

Разница между тобой и твоим собственным ослом только в форме и качестве функционизации внешней и внутренней организации в ваших общих наличиях.

Например, у тебя только две ноги, а у осла целых четыре, и при этом любая из них несоразмеримо сильнее твоих. Можешь ли ты на этих твоих слабых ногах тащить на себе столько, сколько может этот осел?

Конечно нет, потому что твои ноги тебе даны только для ношения себя самого и того немногого, что необходимо для природой предусмотренного нормального существования трехмозгного существа.

А такое на первый взгляд кажущееся несправедливое со стороны нашего СПРАВЕДЕЙШЕГО ТВОРЦА распределение сил и мощности сделано через Великую Природу только потому, что то излишество космических веществ, которое предусмотрительно разрешается тебе творцом и Природой для использования, в целях твоего личного усовершенствования, твоему ослу не дано, а вместо этого сама Великая Природа это же излишество космических веществ трансформировывает в его наличии для сил и мощности некоторых его органов, конечно, без личного осознания этого самим ослом, только для существования в настоящем, и потому это дает ему возможность несравненно больше и лучше твоего выявлять сказанную мощь.

А эти разномощные выявления разных форм существ в совокупности и могут осуществлять те именно внешние условия, в которых только и возможно для подобных тебе, т. е. трехмозгных существ, сознательное усовершенствование вложенного в их наличие „зачатия-разума“ до требуемой градации чистого объективного разума.

Повторяю, все без исключения существа всех системностей мозгов, возникающие и существующие на Земле, в земле, в воде и в воздухе, как большие, так и самые малые, для нашего общего творца все одинаково необходимы для общей гармонии существования всего существующего.

И так как все перечисленные формы существ в общей сложности осуществляют требуемую для нашего СОЗДАТЕЛЯ форму процесса существования всего существующего, то потому для Него сущность любого существа является одинаково Ему ценной и одинаково дорогой.

Все существа для нашего ОБЩЕГО ТВОРЦА только части существования целой Им одухотворенной сущности.

А что же мы видим теперь здесь?

Одна форма из существ, Им сотворенных, именно та форма существ, в наличие которых Он и вложил все свое упование для будущих благ всего существующего, пользуясь имеющимися в них преимуществами, стала господствующей над другими формами и уничтожает здесь их существование направо и налево, да еще якобы „во Имя Его“.

Весь ужас в том, что, хотя здесь и происходит такое феноменальное противобожеское деяние в каждом доме и на каждой площади, никому из этих несчастных даже в голову не приходит, что эти существа, существование которых я или мы сейчас уничтожаем, одинаково дороги Тому, Кто сотворил их, и что если и эти и другие формы существ созданы Им, как и мы, то наверное для какой-нибудь цели».

После всего этого сказанного я тогда тому тамошнему приятелю жрецу Абдилу еще сказал:

«А всего досаднее, что любой человек, который уничтожает в честь своих почитаемых кумиров существование других существ, делает это от всего своего сердца и убежден без всякого сомнения, что он этим делает „благое“ и „доброе“ дело.

Я вполне уверен, что если бы каждый из них осознал, что уничтожением существования любого другого существа он делает для настоящего Бога и всякого настоящего Святого не только злое дело, но даже этим причиняет в их сущности печаль и сокрушение о том, что в Великой Вселенной имеются такие „богоподобные“ существа-изверги, которые по отношению к другим творениям нашего ОБЩЕГО ТВОРЦА могут проявлять себя так бессовестно и безжалостно, если бы, повторяю, люди сознали это, то, наверное, никто из них, тоже от всего сердца, не стал бы больше уничтожать существование других форм существ для жертвоприношения.

Пожалуй, тогда и на Земле начала бы осуществляться восемнадцатая личная заповедь нашего ОБЩЕГО СОЗДАТЕЛЯ, гласящая:

„Любите всякое дыхание“.

Приношение Богу жертв уничтожением существования других Его творений – то же самое, как если бы сейчас ворвался кто-либо с улицы в твой дом и без всякой причины начал бы уничтожать все находящееся здесь в твоем доме „добро“, которое ты годами собирал и для приобретения которого ты тоже годами трудился и страдал.

Подумай, но подумай опять-таки искренно и представь себе только что мною сказанное и ответь, было ли бы тебе приятно и стал ли бы ты за это благодарить того ворвавшегося с улицы нахала-разбойника.

Конечно нет! Без конца раз нет!

Наоборот, ты всем своим существом возмутился бы и захотел бы наказать этого разбойника и всеми фибрами твоей психики стал бы стараться придумать, как бы отомстить ему за это…

Ты сейчас, наверно, мне ответишь, что хотя это действительно так, но „я ведь только человек“!

Это верно, что ты только человек. Хорошо, что Бог есть Бог и не такой мстительный и злой, как человек.

Он, конечно, не накажет тебя и не будет тебе мстить, как ты наказал бы упомянутого разбойника, который уничтожил твою собственность и твое, годами накопленное, добро.

Слов нет, Бог за все прощает. Это даже стало законом в Мире.

Но Его творения, в данном случае люди, не должны злоупотреблять этой Его всемилостивейшей и всюду проникающей добротой и обязаны не только беречь, но даже поддерживать Им сотворенное.

А люди у нас на Земле даже поделили все другие формы здешних существ на каких-то „чистых“ и „нечистых“.

Скажи, чем они руководствовались, когда делали такое подразделение?

Почему, например, баран – „чистый“, а лев – „нечистый“? Разве оба не одинаково – существа?!

Это тоже выдумали люди… А почему они это выдумали и так подразделили? Просто потому, что баран существо очень слабое и вдобавок глупое и они могут с ним поэтому делать что угодно.

А льва люди назвали „нечистым“ только потому, что со львом они что угодно делать не смеют.

Лев умнее, а главное – сильнее их.

Лев не только не даст уничтожить себя, но даже не позволит людям близко подойти к себе. А если кто-либо из людей как-нибудь осмелится близко подойти к нему, то этот „господин-лев“ так даст подошедшему по башке, что у такого смельчака моментально собственная его жизнь полетит туда, где „люди с острова Альбион“ еще не бывали.

Повторяю, лев „нечистый“ только потому, что люди его боятся; он в сто раз выше и сильнее их; а баран „чистый“ только потому, что он намного слабее их и, опять-таки, повторяю, – во много раз глупее их.

Каждое существо, согласно своей природе и по градациям своей разумности, перешедшей к нему по наследственности, достигнутой его предками, занимает свое определенное место среди других форм существ.

Хорошим примером для выяснения только что мною сказанного может служить разность уже определенно окристаллизовавшегося наличия психики твоей собаки и твоей кошки.

Если эту твою собаку ты будешь немного баловать и приучать к тому, что тебе именно нравится, то она сделается очень послушной тебе и до унижения ласковой с тобой.

Она будет за тобой бегать и выкидывать всякие „сальто-мортале“ только для того, чтобы еще больше нравиться тебе.

Ты можешь с ней фамильярничать, можешь бить, оскорблять ее, она никогда на тебя не рассердится и всегда будет еще более унижаться перед тобой.

Теперь попробуй-ка то же самое сделать с твоей кошкой.

Как ты думаешь? Будет она на твои оскорбления отвечать тем же, чем на них отвечала собака, и проделывать для твоего удовольствия то же унизительное „сальто-мортале“? Конечно нет!

Если у кошки не хватает физической силы, чтобы сейчас же наказать тебя за эти оскорбления, то она будет это твое отношение к ней долго помнить и когда-нибудь все же за него чем-нибудь отомстит.

Говорят, бывали, например, не раз случаи, что кошка перегрызала спящему человеку горло. Я этому вполне верю, зная, какие мотивы могут быть у кошки для подобного поступка.

Нет, кошка постоит за себя, она знает себе цену, она горда. И это только потому, что она кошка и ее природа на том месте разумности, на каком по заслугам своих предков и должна быть.

Во всяком случае, никакое существо, также и человек, не должен обижаться за это на кошку.

Чем она виновата, что она кошка и что ее наличие, благодаря заслугам ее предков, занимает такую градацию по „Самосознанию“?

Кошку за это не надо ни ненавидеть, ни бить, ни оскорблять, напротив, надо отдавать ей должное как занимающей на лестнице эволюции „Самосознания“ более высокую ступень».

Недаром, относительно взаимного отношения существ, бывший знаменитый пророк с планеты «Дезагроанскрад», великий «Архунило», в настоящее время уже помощник главного следователя всего Мегалокосмоса, о деталях объективной морали как-то сказал:

«Если существо по разумности выше тебя, следует всегда преклоняться перед ним и стараться во всем подражать ему; если же оно ниже тебя, надо быть с ним справедливым, потому что и ты когда-то занимал такое же место по Священному Измерителю градаций разумности нашего ТВОРЦА ВСЕДЕРЖИТЕЛЯ».

И вот, дорогой мой мальчик, особенно этот мой последний разговор с этим моим земным приятелем произвел на него настолько сильное впечатление, что он после этого в течение двух дней все думал и думал.

Короче говоря, результатом всего этого было то, что этот жрец Абдил в конце концов стал сознавать и ощущать относительно обычая жертвоприношения почти так, как действительно подобает.

Через несколько дней после этого моего разговора с ним был один из двух больших религиозных праздников всего Тиклямыша, называвшийся «Задик», и в том храме, где мой приятель Абдил состоял первым жрецом, он после храмовой церемонии, вместо обычной религиозной речи, начал вдруг говорить о жертвоприношении.

Я в этот день случайно тоже попал в этот большой храм и был в числе слушателей его речи.

Несмотря на то, что тема его речи для подобных случаев и в подобном месте была необычна, она, однако, никого не поразила, так как жрец Абдил на этот раз говорил небывало хорошо и красиво.

Действительно, он говорил настолько хорошо и искренно и в этой своей красивой речи приводил так много убедительных и картинных примеров, что многие из находящихся там существ «Куркаляйя» во время его речи начали даже плакать навзрыд.

Сказанное им произвело на всех его прихожан настолько сильное впечатление, что хотя речь его против обыкновения затянулась вместо полу или одного часа до следующего дня, тем не менее, даже после окончания ее, никто не хотел расходиться, и долгое время все стояли как зачарованные.

С этого же дня отрывки из его речи начали распространяться и среди тех, кто не слыхал ее лично.

Интересно отметить, что тогда было принято, чтобы жрецы существовали только подношениями своих прихожан, также и этот жрец Абдил всякие продукты для своего обычного существования имел от прихожан в виде подношений разных жареных и вареных, так называемых «трупов» разных внешних форм существ, как то: «кур», «гусей», «баранов» и т. п. Так вот, после этой знаменательной речи никто не стал делать ему таких обычных подношений, а стали приносить и присылать только фрукты, цветы, какие-либо рукоделия и тому подобное.

Этот мой земной приятель с первого же дня после своей этой речи сразу стал для всех горожан города Куркаляй, как там вообще в таких случаях говорят, – «модным жрецом», и не только храм, в котором он состоял жрецом, всегда переполнялся существами города Куркаляй, но его стали умолять, чтобы он приходил говорить речи и в другие храмы.

Такие речи относительно жертвоприношения он произносил много раз и с каждым разом число его поклонников все росло и росло, так что скоро он стал популярным не только среди существ города Куркаляй, но и всего Тиклямыша.

Не знаю, чем бы все это кончилось, если бы все жречество, т. е. существа-люди той же профессии, какую имел и мой приятель, не заволновалось и, обеспокоенное его популярностью, не восстало бы против всего того, что он проповедывал.

Очевидно, его коллеги испугались, что с исчезновением обычая жертвоприношения они не будут уже иметь такого хорошего дохода и что авторитетность их начнет ослабевать, а в конце концов и совсем уничтожится.

С каждым днем число врагов жреца Абдила все росло, и вместе с тем, чтобы как-нибудь уронить или уничтожить его популярность и значение, появлялись в отношении его все новые выдумки и наговоры.

Коллеги его начали произносить в своих храмах речи, доказывая совершенно противоположное тому, что в своих речах говорил жрец Абдил.

И наконец, дошло до того, что жречество начало уже подкупать разных существ со свойствами «Хаснамус», чтобы они придумывали и осуществляли всякие подлости в отношении этого бедного Абдила. И действительно, эти земные ничтожества с упомянутыми свойствами несколько раз даже пытались уничтожить его существование через подсыпание яда в приносимые ему разные съедобные подношения.

Несмотря на все это, с каждым днем увеличивалось также и число искренних поклонников его проповедей.

Наконец вся корпорация жречества не вытерпела и в один печальный для моего приятеля день устроила над ним общежреческий суд, продолжавшийся в течение четырех дней.

Приговором этого общежреческого суда этот мой земной приятель был не только совершенно исключен из жреческого сословия, но на этом же собрании коллегами его были организованы и дальнейшие способы гонения на него.

Конечно, это мало-помалу сильно повлияло на психику обыкновенных существ, и потому даже существа, окружавшие и почитавшие жреца Абдила, начали постепенно тоже избегать его и говорить всякие непристойные о нем вещи. И даже те, которые еще вчера присылали ему цветы и разные другие подношения и почти боготворили его, благодаря продолжавшимся наговорам, стали скоро также настолько ярыми его врагами, как будто он не только их лично оскорбил, но даже зарезал и уничтожил всех им близких и дорогих существ.

Такова уже психика существ этой оригинальной планеты.

Словом, из-за своего искреннего желания добра своим окружающим этот мой добрый приятель перенес очень и очень много. Это еще было бы, пожалуй, ничего, если бы не последний аккорд бессовестности со стороны коллег моего приятеля и других окружающих его земных «богоподобных» существ, который положил этому конец, а именно – он был ими убит.

Произошло это следующим образом:

У моего приятеля родных в городе Куркаляй совсем не было, так как он был родом из дальних мест.

Что же касается сотни слуг и других обыкновенных земных ничтожеств, окружавших его из-за его бывшего важного положения, то они за это время постепенно разошлись, потому что, конечно, мой приятель не имел уже прежнего значения.

В последнее время с ним оставалось только одно очень старое существо, которое долго существовало совместно с ним.

Собственно говоря, и этот старик остался при нем только из-за той старости, к которой большинство тамошних существ приходят благодаря ненормальному существенскому существованию, т. е. из-за совершенной негодности к чему бы то ни было требуемому в тамошних условиях существенского существования.

Ему просто некуда было деваться, потому он и не ушел от моего приятеля, а оставался существовать с ним даже во время потери им всякого значения и гонения на него.

Вот этот самый старик, в одно печальное утро зайдя в помещение моего приятеля, увидел, что тот убит и что его планетное тело разрублено на несколько кусков.

И он, зная, что я дружил с ним, сразу побежал ко мне и сообщил об этом.

Я тебе уже сказал, что я его полюбил как близкого. Потому, когда я узнал об этом ужасном факте, в цельном моем наличии чуть не произошел «Скиникунарцино», т. е. чуть не оборвались связи между моими отдельными существенскими центрами.

Когда в тот же день возникло опасение, что те же или другие такие же бессовестные существа могут еще издеваться и над частями его планетного тела, я первым долгом решил предупредить возможность осуществления хотя бы такого их злого умысла.

И потому я немедленно за очень большие деньги нанял несколько соответствующих существ и тайно от других унес его планетное тело и временно поместил его на моем «сельчане», т. е. на моем плоту, который стоял недалеко на реке «Оксосерия», где я еще оставил его, так как думал отсюда на нем же отплыть обратно опять на море Кольхидюс к нашему судну Оказия.

Печальный конец существования моего приятеля не помешал тому, чтобы произведенное на многих, даже очень многих его проповедями и убеждениями сильное впечатление дало свои результаты.

Действительно, количество убийств для жертвоприношений начало очень заметно уменьшаться, и было видно, что само время может сделать многое и что если этот обычай и не уничтожится совсем, то, по крайнем мере, намного сократится.

Для меня пока и этого уже было достаточно.

А так как мне более оставаться там было незачем, я и решил немедленно вернуться обратно на море Кольхидюс и уже там обдумать, как дальше быть с планетными телом моего друга.

Когда я прибыл на наше судно Оказия, я застал там эфирограмму с Марса, в которой мне сообщалось о прибытии туда еще партии существ с планеты Каратаз и о желательности моего скорейшего возвращения.

Благодаря этой эфирограмме мне пришла в голову очень оригинальная идея, а именно, я вздумал планетное тело моего приятеля не оставлять на планете Земля, а взять с собой на планету Марс и там уже предать его в лоно космической концентрации, называющейся планета «Марс».

Я решил осуществить эту мою идею ввиду опасения, что ненавидящие моего приятеля враги станут искать его планетное тело и если случайно узнают, где оно предано наличию этой планеты, или, как твои любимцы говорят, – «похоронено», то, без сомнения, разыщут его и станут производить над ним те или иные нежелательные действия.

Итак, с моря Кольхидюс я скоро на судне Оказия поднялся на планету Марс, и уже там наши и несколько добрых марсиан, узнав о событиях, случившихся на планете Земля, приняли очень заботливое участие в совершении установленного обычая над привезенным мною планетным телом.

Они «похоронили» его с принятыми на планете Марс обрядностями и над этим местом воздвигли соответствующее сооружение.

Во всяком случае, это первая и наверное последняя, как твои любимцы называют, «могила» для существ планеты Земля на этой такой близкой, в то же время такой далекой и совершенно недоступной для земных существ планете Марс.

Впоследствии я узнал, что эта история дошла и до сведения Всечетвертьдержителя Превеличайшего Архиархангела Сетреноцынару, являющегося Всечетвертьдержителем той части Вселенной, к которой принадлежит и эта система Орс, и что он выразил по этому поводу свое одобрение и дал, кому следует, повеление относительно души этого моего земного приятеля.

На планете Марс меня, действительно, ожидали несколько новоприбывших с планеты Каратаз существ нашего племени. Кстати сказать, в числе их была также твоя бабушка, которая, согласно указаниям главного «цирликнера» планеты Каратаз, была предназначена мне как пассивная половина для дальнейшего продолжения моего рода.

Глава 20

Третий прилет Вельзевула на планету «Земля»

После небольшой паузы Вельзевул продолжал говорить дальше так:

– На этот раз дома, т. е. на планете Марс, я оставался не долго, лишь столько, сколько было необходимо для свидания и разговоров с новоприбывшими туда существами нашего племени и для отдания некоторых распоряжений общеплеменного характера.

Освободившись от сказанных дел, я спустился опять на твою планету с намерением продолжать добиваться своей цели, а именно искоренения у этих странных трехцентровых существ их ужасающего обычая делать якобы Божеское дело уничтожением существования существ разносистемных мозгов.

В этот мой третий спуск на Землю наше судно Оказия спустилось не на море Кольхидюс, которое в современности там называют «Каспийское море», а уже на море, называвшееся в тот период «море Благодать».

Мы решили спуститься на это море потому, что на этот раз я хотел попасть в столицу существ второй группы материка Ашхарх, называвшуюся тогда «город Гоб» и находившуюся на юго-восточном берегу этого моря.

В это время и город Гоб был уже большим городом и по всей планете был известен как место производства самых лучших тканей и самых лучших их так называемых «драгоценных-украшений».

Город Гоб стоял по обеим сторонам устья впадавшей в «море Благодать» большой реки, называвшейся «Керия-Чи», которая брала свое начало с восточных возвышенностей этой страны.

В «море Благодать» с западной его стороны впадала еще другая большая река, под наименованием «Нария-Чи».

По долинам этих двух больших рек, главным образом, и существовали существа второй группы материка Ашхарх.

Если хочешь, милый мальчик, я немного расскажу тебе тоже историю возникновения этой группы существ материка Ашхарх, – спросил Вельзевул Хассина.

– Да, дедушка, да!.. Я тебя буду слушать с большим интересом и великой благодарностью, – ответил его внук.

Тогда Вельзевул начал так:

– Задолго долго до того тамошнего периода, к которому будет относиться мой данный рассказ, а именно задолго до второго большого несчастья с этой злосчастной планетой, когда существовал еще и был в полном расцвете материк Атлантида, какое-то из обыкновенных трехцентровых существ этого материка «выдумало», как выяснили мои позднейшие детальные исследования и изыскания, что толченый рог существа одной особой внешней формы, которого тогда именовали «пирмарал», очень хорошо помогает от всяких, как они говорят, «недугов». Эта его «выдумка» потом разными тогдашними «чудаками» начала сильно распространяться на твоей планете, и постепенно в разумах тогдашних обыкновенных существ окристаллизовался и такой эфемерный руководящий фактор, из каких факторов, кстати сказать, в цельном наличии каждого из твоих любимцев, особенно в современных, вообще образовывается разумность так называемого «бодрственного» существования, каковые факторы главным образом и являются причинами частого изменения складывающихся в них убеждений.

Благодаря такому именно фактору, окристаллизовавшемуся в наличиях трехмозгных существ твоей планеты того периода, вошло в обычай, чтобы каждому, как они говорят, «заболевшему» той или иной болезнью всегда давать глотать этот толченый рог.

Здесь небезынтересно будет отметить, что «пирмаралы» водятся там и в настоящее время, но, так как современные существа принимают их просто за один вид существ, которых они огулом называют «олени», они этих существ специально никак не называют.

И вот, мой мальчик, вследствие того, что ради этих рогов существа материка Атлантида уничтожали очень много «пирмаралов» или оленей, их там вскоре вовсе не стало.

Тогда некоторые из существ этого материка, которые за это время охоту за «пирмаралами» сделали уже своей профессией, начали ездить для такой охоты на другие материки и острова.

Охота эта была очень трудная, и так как для поимки «пирмаралов» требовалось очень много существ-охотников, то поэтому профессионалы-охотники в помощь себе брали всегда всю свою семью.

И вот как-то раз, несколько таких охотничьих семей, соединившись вместе, отправились на охоту за существами «пирмарал» на один очень далекий материк, который назывался тогда «Иранан» и который позже, изменившись благодаря второму несчастью, стал именоваться «материк Ашхарх».

Это и есть тот самый материк, который современные твои любимцы ныне именуют «Азия».

Для последующих моих рассказов относительно этих понравившихся тебе трехмозгных существ, по-моему, будет для тебя очень полезно подчеркнуть здесь то, что во время второго земного несчастья некоторые части материка «Иранан» вошли вследствие разных пертурбаций внутрь планеты и вместо них выявились и присоединились к нему другие твердыни, благодаря чему он значительно изменился и по величине стал почти таким же, каким для планеты Земля до несчастья являлся материк Атлантида.

Итак, мой мальчик, сказанная группа охотников, преследуя как-то раз со своими семьями стадо этих «пирмаралов», попала на берега одного водного пространства, которое впоследствии стало называться «море Благодать».

Как самое это море, так и его благодатные, богатые берега так сильно понравились этой группе охотников, что они не захотели больше возвращаться на материк Атлантида и с тех пор остались существовать там на этих берегах.

В те времена страна эта была действительно так хороша и так «суптанинальна» для обычного существенского существования, что каждому маломальски мыслящему существу она не могла не понравиться.

В тот период на этой «твердынной» части поверхности твоей планеты не только существовали еще во множестве в числе других двухмозгных существ и существа упомянутой внешней формы, именовавшиеся «пирмарал», но вокруг этого водного пространства образовалась богатая растительность со множеством разнообразных «фруктовых деревьев», плоды которых тогда еще служили и для твоих любимцев основным продуктом для их «первой-существенской-пищи».

Там водилось тогда также так много одномозгных и двухмозгных существ, называемых ими «птицы», что когда они летали стаями, то от этого делалось, как твои любимцы говорят, «совершенно-темно».

А упомянутое, находящееся в центре этой страны водное пространство, называвшееся тогда «море Благодать», изобиловало рыбами в таком количестве, что их можно было ловить, как тоже они говорят, почти «голыми руками».

Что же касается почвы побережья моря Благодать и долин обеих впадавших в него больших рек, то любое место их можно было приспособить для посевов всего чего угодно.

Короче говоря, климат и все прочее в этой местности охотникам и их семьям тогда так понравились, что никто из них, как я уже сказал, не захотел больше возвращаться обратно на материк Атлантида, и с тех пор они остались там и скоро ко всему приспособились и начали существовать и размножаться, как говорится, «припеваючи».

В этом месте моего рассказа надо тебе упомянуть про одно редкое стечение обстоятельств, которое имело позже большие последствия как для первоначальных существ этой второй группы, так и для их поколений самых позднейших времен.

Дело в том, что в период, когда сказанные охотники с материка Атлантида попали к морю Благодать и решили совсем остаться там, на берегах этого же моря уже существовало одно очень в те времена важное существо с материка Атлантида, состоявшее там в секции «Астросоворов» членом такого «научного-общества», каких на планете Земля позже уже не было и, вероятно, не будет.

Это научное общество существовало тогда под наименованием «Ахлдан».

Попал же этот член «Ахлдан» сюда, на берега моря Благодать, по следующей причине.

Перед самым вторым большим несчастьем существовавшие тогда на материке Атлантида настоящие ученые, организаторы этого тамошнего, действительно великого, научного общества Ахлдан, как-то усмотрели, что в природе скоро должно случиться что-то очень серьезное, и начали тогда очень внимательно следить за всякими явлениями природы своего материка; но, как они ни старались, им никак не удавалось узнать, что именно должно случиться. Немного позже они для той же цели отправили некоторых своих членов на другие материки и острова, чтобы путем таких повсеместных наблюдений все же суметь, может быть, узнать что-нибудь о предстоящем.

Разосланные члены должны были наблюдать не только за явлениями природы планеты Земля, но и за всякими, как они тогда выражались, «небесными-явлениями».

Один из этих членов, а именно упомянутое важное существо, выбрал для своих наблюдений материк «Иранан» и, переселившись туда со своими слугами, обосновался как раз на берегах сказанного водного пространства, позже называвшегося «море Благодать».

Вот этот самый ученый член общества Ахлдан как-то раз случайно встретился на берегах сказанного моря Благодать с некоторыми из упомянутых охотников и, узнав, что они тоже прибыли с материка Атлантида, конечно, очень обрадовался этому и начал иметь общение с ними.

Когда вскоре после этого материк Атлантида вошел внутрь планеты и этому ученому члену Ахлдан уже некуда было возвращаться, он остался существовать вместе с этими охотниками в этой местности, будущей стране «Моралплейси».

Немного позже эта группа охотников выбрала этого ученого, как самого разумного среди них, своим начальником, а еще позже этот член великого общества Ахлдан женился на дочери одного из охотников, по имени Римала, после чего за ним уже совсем закрепилось родоначальство над существами этой второй группы материка Иранан или по-современному – «Азия».

С тех пор прошло много времени.

Существа этой местности планеты Земля тоже рождались и опять уничтожались, и общий уровень психики и этой группы земных существ тем самым менялся, конечно, то к лучшему, то к худшему.

Размножаясь, существа эти постепенно заселяли эту страну все шире и шире, предпочитая все же заселять побережье моря Благодать и долины обеих упомянутых больших впадающих в него рек.

Только намного позже у них образовался центр общего существования на самом, как я уже говорил, юго-восточном берегу моря. Место это было названо ими, как я уже упоминал, «город Гоб», и он сделался главным местом существования для главы или, как они стали впервые называть, «царя» этой второй группы существ материка, который теперь называют «Азия».

Должность такого царя и здесь стала наследственной и эта наследственность начиналась от их первого выбранного начальника, упомянутого ученого члена научного общества Ахлдан.

В тот самый период времени, о котором я начал данный мой рассказ, у существ этой второй группы являлся царем уже внук его правнука, по имени «Конюцион».

Позднейшие мои детальные изыскания и исследования выяснили, что этим самым царем Конюционом была осуществлена в высшей степени мудрая и преблаготворная мера для искоренения ужасающего зла, возникшего среди существ, сделавшихся волею судеб ему подвластными.

Осуществлена же упомянутая мудрейшая и благотворная мера была им по следующему поводу:

Как-то раз этот самый царь Конюцион констатировал, что существа его общественности становятся все менее и менее работоспособными и что среди них небывало увеличиваются скандалы, воровство, насилия и многое другое такое, чего раньше никогда не случалось, а если и случалось, то только в виде совершенно исключительных явлений.

Эти констатирования удивили и в то же время опечалили царя Конюциона, который очень задумался над ними и решил доискаться причины сказанного прискорбного явления.

После долгих наблюдений он уяснил себе наконец, что эта причина заключается в одной новой привычке существ его общественности, а именно в привычке жевать семена растения, которое тогда называлось «гюльгюлян» и каковое напланетное образование и в настоящее время возникает на планете Земля и твоими любимцами, считающими себя «образованными», называется «папаверум», а обыкновенными – просто «цветок мака».

Следует непременно заметить при этом, что существа Моралплейси пристрастились тогда жевать только такие семена упомянутого напланетного образования, которые были собраны обязательно в период так называемого «доспевания».

При дальнейших своих внимательных наблюдениях и беспристрастних исследованиях царь Конюцион ясно понял, что в этих семенах содержится «нечто» такое, что способно совершенно менять на время все установившиеся привычки психики существ, вводящих в себя это «нечто», так что они начинали видеть, понимать, чувствовать, ощущать и действовать совершенно иначе, чем они за время своего существования привыкли видеть, ощущать, действовать и т. д.

Так, например, ворона кажется им павлином, корыто воды – морем, грубый стук – музыкой, доброжелательность принимается ими за враждебность, оскорбление – за любовь и т. д., и т. д.

Когда царь Конюцион во всем этом ясно убедился, он немедленно разослал повсеместно преданных ему приближенных подданных существ, чтобы его именем строго приказать всем существам его общественности прекратить жевание семян упомянутого растения, причем им было предусмотрено также и наказание и оштрафование невыполнявших этого его приказа.

Благодаря таким его мерам употребление сказанных семян для жевания в стране Моралплейси как будто уменьшилось; но по прошествии очень короткого времени оказалось, что число жевавших уменьшилось только на первый взгляд, в действительности же оно стало еще больше.

Поняв это, мудрый царь Конюцион решил еще строже наказывать тех, которые будут продолжать жевание, и усилил как наблюдение вообще за своими подданными, так и самый надзор за точностью выполнения наказания виновных.

А в городе Гоб он стал сам везде бывать, лично допрашивать виновных и воздействовать на них разнообразными наказаниями, как телесными, так и нравственными.

Несмотря на все это, желательного результата не получилось. Число жевавших возрастало в городе Гоб все больше и больше, и с каждым днем увеличивались также соответствующие донесения и из других мест подвластных ему территорий.

Тогда выяснилось, что число жующих увеличивалось, между прочим, еще и потому, что многие из тогдашних трехмозгных существ, которые ранее никогда не жевали, теперь начинали тоже жевать только из-за так называемого «любопытства», являющегося и поныне одной из особенностей психики трехмозгных существ этой понравившейся тебе планеты, а именно из желания узнать, как действуют эти семена, жевание которых преследуется и наказывается царем так настойчиво и неуклонно строго.

Кстати, надо подчеркнуть, что хотя упомянутая особенность психики начала окристаллизовываться в твоих любимцах сразу после гибели Атлантиды, но ни в каких существах прошедших эпох она не функционировала так сильно и выпукло, как теперь в современных тамошних трехмозгных существах, у которых ее имеется, пожалуй, больше, чем волос у «тусука».

Итак, мой мальчик…

Когда наконец мудрый царь Конюцион окончательно убедился, что принимаемыми им до этого мерами невозможно искоренить страсть жевания семян «гюльгюлян» и увидел, что результатом его мер была только смерть некоторых наказуемых, он прекратил все до того им предпринимавшееся и начал опять серьезно задумываться над изысканием какого-либо другого действительного средства для уничтожения этого, прискорбного для его общественности зла.

Как я узнал гораздо позже – узнал же благодаря одному очень древнему уцелевшему монументу, – великий царь Конюцион заперся тогда у себя в опочивальне, восемнадцать дней ничего не ел и не пил и все время только очень серьезно думал и думал.

Сказанные мои позднейшие изыскания выяснили, что царь Конюцион тогда особенно сильно хотел найти способ искоренения этого зла, так как все дела его общественности становились все хуже и хуже.

Существа, предававшиеся этой страсти, почти переставали работать; поступления так называемых денег в кассу общественности совершенно прекратились и окончательный крах общественности был неминуем.

Тогда мудрый царь в конце концов решил бороться с этим злом косвенным образом, а именно через слабые струнки психики существ своей общественности. С этой целью он придумал очень оригинальное «религиозное-учение», отвечавшее психике тогдашних существ, и эту свою выдумку всякими имевшимися у него возможностями начал широко распространять среди всех своих подданных.

В этом религиозном учении говорилось, что далеко от этого материка Ашхарх находится большой остров, на котором и пребывает наш «Господин Бог». Надо тебе сказать, что в те времена никто из обыкновенных земных существ еще не знал, что кроме их планеты Земля существуют еще какие-либо другие космические сосредоточения.

Существа планеты Земля тех времен были даже уверены, что еле видневшиеся далеко в пространстве «беленькие точки» не что иное, как рисунок покрывала «мира», т. е. их именно планеты, так как весь «мир», по их тогдашним понятиям, заключался, как я сказал, только в их планете.

Они еще были уверены в том, что это «покрывало» держится в виде «балдахина» на особых столбах, концы которых упираются в их планету.

В остроумно-оригинальном «религиозном-учении» мудрого царя Конюциона говорилось, что «Господин Бог» к нашим душам намеренно приделал те органы и члены, которые мы теперь имеем, чтобы они защищали нас от окружающего и давали бы нам возможность хорошо и с пользой служить как лично Ему самому, так и «душам», уже взятым на Его остров.

Когда же мы умираем и душа наша освобождается от всех этих специально приданных нам органов и членов, она становится такой, какой должна быть на самом деле, и тогда именно ее сейчас же берут на этот его остров и сообразно тому, как она с добавочными своими частями существовала здесь, на нашем материке Ашхарх, наш «Господин Бог» назначает ей там соответствующее место для дальнейшего ее существования.

Если душа обязанности свои выполняла честно и добросовестно, «Господин Бог» оставляет ее для дальнейшего существования на Своем острове; душу же, которая здесь, на материке Ашхарх, лодырничала, относилась к своим обязанностям лениво и пренебрежительно, словом, существовала только для удовлетворения желаний приданных ей частей, или, наконец, не соблюдала Его заповедей, – такую душу наш «Господин Бог» отправляет для дальнейшего существования на соседний, меньших размеров остров.

Здесь, на материке Ашхарх, существует много приближенных Ему «духов», которые ходят среди нас под «шапками-невидимками» и благодаря им, невидимо для нас, всегда следят за нами и о всех наших поступках доносят нашему «Господину Богу» или докладывают Ему во время «страшного-суда».

У нас нет никакой возможности скрывать от них не только наши поступки, но и наши помышления.

Еще дальше говорилось, что, подобно нашему материку Ашхарх, и все прочие материки и острова «мира» сотворены нашим «Господином Богом» и теперь существуют тоже исключительно для служения Ему самому и для заслуженных «душ», уже обитающих на Его острове.

Все материки и острова «мира» являются как бы местом приготовления и складом всего необходимого для этого его острова.

Тот остров, на котором существует сам «Господин Бог» и заслуженные «души», называется «Рай» и существование на нем просто – «лафа»!

На нем все реки – молочные, а берега – кисельные. Никому не нужно там ни трудиться, ни работать. Там имеется все, что только требуется для самого счастливого, беззаботного, блаженного существования, так как все требуемое доставляется туда в большом излишке с нашего и других материков и островов «мира».

Этот остров «Рай» полон красивых и молодых женщин всех племен и рас мира, и любая из них, без всяких разговоров, делается собственностью «души», ее пожелавшей.

На площадях этого великолепного острова имеются всегда горы украшений из разных изделий, начиная с самых блестящих бриллиантов и кончая самой темной бирюзой, и каждая «душа», тоже без всяких препятствий, может брать все, что пожелает.

А на других площадях этого блаженного острова насыпаны горы особо приготовленных сластей из «маковой» и «конопляной» эссенции, и каждая «душа» может брать и их сколько ей угодно во всякое время дня и ночи.

Там нет никаких болезней, а также, конечно, никаких «вшей» и «блох», которые здесь никому из нас не дают покоя и отравляют все наше существование.

А другой, поменьше остров, на который наш «Господин Бог» отправляет для дальнейшего существования те души, чьи временно наращенные здесь материальные части лодырничали и не существовали по Его заповедям, называется «Ад».

На этом острове все реки из горючей смолы; весь воздух его пропитан запахом, подобным запаху защищающегося хорька; на каждой площади его сотни страшных существ все время свистят в полицейские свистки; а все имеющееся на нем: «мебель», «ковры», «постели» и т. п. – тканы из тонких иголок, остриями наружу.

Каждой душе на этом острове дается в день только по одной очень соленой лепешке, причем там нет ни капли питьевой воды. Имеется там также и многое еще другое в этом роде, чего существа планеты Земля не хотели бы не только испытать на самом деле, но даже и мысленно пережить.

Когда я впервые попал в страну Моралплейси, все трехмозгные существа ее были последователями «религии», построенной на только что упомянутом остроумном «религиозном-учении», и эта «религия» была тогда в полном своем расцвете.

С выдумщиком этого остроумного «религиозного-учения» мудрым царем Конюционом к тому времени уже давно произошло «Священное-Раскуарно», т. е. он давно «умер».

Но выдумка его, опять-таки, конечно, благодаря странности психики твоих любимцев, укоренилась там так сильно, что во всей стране Моралплейси не было ни одного существа, которое сомневалось бы в правильности ее оригинальных истин.

По прибытии в город Гоб я и здесь с первого же дня начал посещать тамошние «калтааны», называвшиеся уже тогда «чайхана».

Следует заметить, что хотя и здесь, в стране Моралплейси, в тот период процветал обычай жертвоприношения, но процветал он не в таком большом масштабе, как это было на стране Тиклямыш.

В городе Гоб я уже намеренно стал искать соответствующее существо, чтобы завести с ним дружбу по примеру того, как это было в городе Куркаляй.

И я также и здесь скоро нашел такого приятеля, но уже не «жреца» по профессии.

Здешний приятель оказался владельцем одной большой «чайхана». Хотя я с ним был, как там говорят, в очень хороших отношениях, но во мне все же не имелось того странного «родственного-стремления», какое в моей настоящей сущности возникло тогда в отношении жреца Абдила в городе Куркаляй.

Несмотря на то, что я существовал уже в течение целого месяца в городе Гоб, я еще ничего дельного для моей цели не придумал и не предпринял. Мы, т. е. я и всюду меня сопровождавший мой старый слуга Ахун, только ходили по улицам города Гоб, посещая вначале разные чайханы, а позже только чайхану здешнего моего нового приятеля.

За это время я узнал о многих нравах и обычаях существ и этой второй группы, а также о разных тонкостях их религии, и через месяц я решил и здесь достигнуть своей цели через эту их религию.

После серьезного обдумывания я нашел нужным кое-что добавить к существовавшему там «религиозному-учению», рассчитывая, что сумею, подобно мудрому царю Конюциону, как следует распространить среди них это мое добавление.

Вот тогда я и выдумал, что те духи с «шапками-невидимками», которые, как говорится в учении этой великой религии, следят за нашими поступками и помышлениями, чтобы после доносить о них нашему «Господину Богу», суть ни кто иные, как существующие среди нас существа других форм.

Это они именно следят за нами и обо всем доносят нашему «Господину Богу».

Между тем мы, люди, не только не оказываем им нужного почитания и почтения, но даже уничтожаем их существование, как для нашего питания, так и для жертвоприношения.

В моих проповедях я особенно подчеркивал, что не только не следует уничтожать в честь «Господина Бога» существование существ других форм, но что, наоборот, надо стараться выслужиться перед ними и молить их, чтобы они не доносили «Господину Богу» хотя бы о тех наших мелких нехороших проявлениях, которые мы совершаем невольно.

Это мое добавление я начал распространять всевозможными способами, конечно, очень осторожно.

Вначале распространение этой моей выдумки я стал делать через упомянутого здешнего нового приятеля, владельца чайханы.

Надо сказать, что его чайхана была по величине почти первою в городе Гоб и очень славилась своей красноватой жидкостью, которую существа планеты Земля очень любят пить.

Поэтому посетителей в ней было всегда множество и она функционировала день и ночь.

Приходили сюда не только обитатели самого города, но и все заезжие со всего Моралплейси.

Я уже скоро наловчился в разговорах уверять в одном и том же как единичных посетителей, так и всех вместе присутствовавших в чайхане.

Сам этот мой новый приятель, содержатель чайханы, так поверил этой моей выдумке, что не находил себе места от раскаяния в своем прошлом.

Он все время волновался и страшно каялся в прежних непочтительных отношениях и в своем обращении с существами разных других форм.

Становясь с каждым днем все более ярым проповедником моей выдумки, он этим самым не только помогал распространению ее у себя в чайхане, но стал даже сам по своей доброй воле посещать другие чайханы города Гоб, чтобы распространять взволновавшую его и всецело им овладевшую истину.

Он проповедывал и на базарных площадях и несколько раз ездил даже специально по так называемым «святым местам», которых в окрестностях города Гоб тогда имелось уже много и которые тоже были учреждены в честь кого-нибудь или в память чего-нибудь.

В этом месте будет кстати очень интересно отметить, что сказания, служащие для возникновения на планете Земля каких-либо святых мест, появляются обыкновенно благодаря каким-нибудь земным существам, так называемым «врунам».

Эта болезнь «вранье» там тоже очень распространена.

На планете Земля врут сознательно и несознательно. Сознательно там врут тогда, когда от этого вранья можно иметь какую-либо личную материальную пользу, а несознательно – тогда, когда заболевают болезнью, которая называется там «истерией».

В городе Гоб, кроме хозяина чайханы, очень скоро начали мне несознательно помогать еще несколько других существ, которые за это время, так же как хозяин чайханы, стали ярыми поклонниками моей выдумки; скоро и все вообще существа этой второй группы азиатских существ начали эту мою выдумку яростно распространять и доказывать друг другу как выявившуюся вдруг непреложную «истину».

Результатом всего этого было то, что там, в этой стране Моралплейси, действительно, не только уменьшилось жертвоприношение, но начали даже выказывать существам другой формы небывало хорошее отношение.

Очень скоро там начались такие комические курьезы, что мне самому, несмотря на то, что я был автором этой выдумки, очень трудно было не смеяться.

Начались комические курьезы вроде следующих примеров: очень почтенный богатый купец города Гоб едет утром на собственном осле в свою лавку, а по дороге толпа разных существ стаскивает с осла этого почтенного купца и избивает его за то, что тот осмелился сесть на осла, а потом осла, на котором ехал купец, сказанная толпа с низкими поклонами провожает туда, куда он сам пожелает.

Или некий так называемый «дровосек» везет из леса в город на своих быках дрова для продажи.

Толпа горожан его тоже снимает с арбы и избивает, а потом эта же толпа очень нежно распрягает быков и провожает их тоже туда, куда сами быки пожелают.

А если толпа заставала эту арбу на таком месте города, где она могла мешать обычному движению, то толпа горожан сама тащила арбу на базар и там бросала ее на произвол судьбы.

В городе Гоб, благодаря этой моей выдумке, очень скоро образовались разные совершенно новые обычаи.

Так, например, установилось обыкновение ставить на всех площадях и перекрестках улиц города специальные вместилища, называвшиеся ими «богадельное-корыто», куда по утрам всякий обыватель города Гоб бросал свои лучшие куски провизии для собак и других бродячих существ разных форм, а при восходе солнца, бросать в море Благодать всякую пищу для существ, называющихся «рыбы».

Самым же оригинальным из новых обычаев было не относиться к звукам, издаваемым голосами двухмозгных и одномозгных существ разных форм, равнодушно.

Лишь только бывало услышат они выявление голоса существ какой-либо формы, сейчас же они начинают восхвалять имена своих богов в ожидании от них благодати.

Крик ли петуха, лай ли собаки, мяуканье ли кошки, писк ли обезьяны и т. д. – все это всегда их полошило.

Интересно отметить, что в таких случаях они почему-то всегда подымали головы и смотрели вверх, хотя согласно учению их религии предполагалось, что их Бог и помощники Его существуют на одном с ними уровне, а не там, куда они возносили свои взгляды и молитвы.

В высшей степени забавно было смотреть в эти моменты на их физиономии.

– Виноват, ваше Высокопреподобие, – прервал в это время Вельзевула его старый преданный слуга Ахун, с большим тоже интересом слушавший его рассказы.

– Помните, ваше Высокопреподобие, сколько раз мы сами в этом городе Гоб падали на его улицах ниц во время криков существ разных форм?!.

На это замечание Вельзевул сказал:

– Конечно, помню, дорогой Ахун. Как не помнить таких комических впечатлений!

Дело в том, – продолжал он, обращаясь уже опять к Хассину, – что существа планеты Земля неимоверно горды и обидчивы. Если кто-нибудь не разделяет их взглядов и не соглашается делать то же самое, что делают они, или если кто-либо критикует их проявления, они очень и очень возмущаются и обижаются.

Если при этом данное существо имеет какую-нибудь власть, то он прикажет этого другого, осмелившегося не делать того же самого, что и он, или критиковать его действия, запереть в такое помещение, где обыкновенно бывает очень много так называемых «крыс» и «вшей».

Иногда же обиженный, если он имеет больше физической силы и если его не может увидеть другой власть-имущий, поважнее его и с которым он не в очень хороших отношениях, просто-напросто избивает обидчика как, по выражению нашего мудрого Молла Наср-Эддина, некий Сидор избил однажды свою любимую козу.

Очень хорошо зная и эту сторону их странной психики, я не хотел их обижать и навлекать на себя их гнев, тем более что во мне всегда было очень сильно осознание, что оскорбление какого бы то ни было религиозного чувства другого является противным всякой морали. Вследствие этого я, существуя среди них, всегда старался делать то же самое, что и они, чтобы не выделяться и этим самым не стать заметным среди них.

Кстати здесь не мешает заметить, что из-за существующих там ненормальных условий обыкновенного существования, у твоих любимцев, трехмозгных существ этой странной планеты Земля, особенно за последние их века, действительно делаются заметными и, следовательно, почитаемыми другими только те именно существа, которые проявляются не так, как проявляется большинство из них, а как-нибудь несуразнее, и чем несуразнее и глупее его проявления, чем подлее и нахальнее выкидываемые им «коленца», тем такое существо становится более заметным и известным и тем большее число существ данного материка и даже прочих материков знают его лично или, по крайней мере, по имени.

И наоборот, порядочное существо, у которого нет несуразных проявлений, как бы добр и разумен он сам по себе ни был, никогда не будет для прочих существ ни известным, ни даже просто заметным.

И вот, мой мальчик, то, о чем с таким злорадством напомнил мне наш Ахун, как раз и касалось развившегося там в городе Гоб обычая придавать значение выявлению голоса существ разных форм, и в частности голоса так называемых «ослов», которых тогда в городе Гоб почему-то было очень много.

Существа всех прочих форм этой планеты проявляются голосом в определенное время. Так, например, петух кричит в полночь, а обезьяна – утром, когда она голодна и т. д. Ослы же тамошние орут, когда это им вздумается, и потому голос этого глупого существа можно услышать там во всякое время дня и ночи.

Там установилось, чтобы, как только раздастся звук голоса осла, все услышавшие его сразу падали ниц и возносили молитвы к своему богу и к чтимым ими кумирам; ослы же вообще от природы имеют очень громкий голос, и крик их слышен на большое расстояние.

И вот, когда мы проходили по улицам города Гоб и видели, что при крике осла горожане падали ниц, то мы, чтобы не выделяться от других, тоже падали ниц, и этот-то комический обычай, как я теперь вижу и послужил в удовольствие нашему старому Ахуну.

Наверно ты, дорогой Хассин, заметил, с каким удовлетворением и удовольствием наш старик после стольких веков ядовито напомнил мне про это мое тогдашнее комическое положение.

Сказав это, Вельзевул с улыбкой продолжал дальше свой начатый рассказ:

– Нечего говорить, что и там, во втором культурном центре трехмозгных существ твоей планеты, водившихся тогда на материке Ашхарх, уничтожение существ других форм для жертвоприношения совсем прекратилось, а если и бывали там единичные случаи, то сами существа этой группы немилосердно расправлялись с виновными.

Когда я таким образом убедился, что и здесь, среди второй группы существ материка Ашхарх, мне так легко удалось на долгое время искоренить обычай жертвоприношения, я решил отсюда уехать. Но на всякий случай я надумал побывать еще в ближайших больших пунктах, где водились существа этой же второй группы, и выбрал для этого район течения реки «Нария-Чи».

Вскоре после такого решения мы с Ахуном отплыли к устью этой реки, начали плыть вверх по ее течению и убедились во время наших остановок, что в больших пунктах, которые населены были существами этой группы, к ним от существ города Гоб уже перешли те же новые обычаи и те же понятия относительно жертвоприношения уничтожением существования других существ.

Наконец мы прибыли в местечко, называемое «Аргения», которое в те времена считалось самым отдаленным пунктом страны Моралплейси.

И здесь тоже существовало порядочное число существ этой второй азиатской группы, которые занимались главным образом тем, что добывали из природы так называемую «бирюзу».

В местечке Аргения я начал, по обыкновению, посещать разные их чайханы, продолжая и здесь свой образ действия в отношении моей основной цели посещения на этот раз твоей злосчастной планеты, так как туда, ввиду отдаленности этой местности от центра, еще не успели перейти и в достаточной мере распространиться новые взгляды и обычаи их одноплеменников.

Глава 21

Первое посещение Вельзевулом Индии

Вельзевул продолжал говорить так:

– В этом местечке «Аргения» я услышал раз в одной «чайхане» разговор нескольких сидевших невдалеке от меня существ.

Они говорили и решали, когда и как им отправиться с караваном в «Жемчанию».

Прислушиваясь к их разговору, я понял, что они хотели отправиться туда для того, чтобы обменять имеющуюся у них «бирюзу» на так называемый «жемчуг».

Здесь само собой напрашивается подчеркнуть, кстати, и о том, что и жемчуг и упомянутая бирюза, равно как и многие другие так называемые «драгоценные-безделушки», твои любимцы, как прошедших эпох, так и современной эпохи, очень любили и любят носить на себе с целью, как они говорят, «украшения» своей внешности. А по-моему, они, если хочешь знать, делают это, конечно инстинктивно, чтобы хотя бы этим повысить, как бы они выразились, – «цену-своего-внутреннего-самого-по-себе-ничтожного-значения».

В тот период, к которому относится данный мой рассказ, упомянутый жемчуг среди существ второй азиатской группы являлся большой редкостью и имел там большую цену. В то же время в стране «Жемчания» этого жемчуга имелось очень много, и он был там намного дешевле, потому что в тот период этот жемчуг добывался исключительно только в водных пространствах, окружающих эту страну.

Упомянутый разговор невдалеке от меня сидевших существ из «чайхана» местечка «Аргения» сразу заинтересовал меня, потому что как раз тогда я и намеревался уже попасть в эту самую «Жемчанию», в которой водились трехмозгные существа материка Ашхарх третьей группы.

Услышанный мною тогда разговор сразу вызвал в моем мышлении ассоциацию в том смысле, что не будет ли лучше отправиться в страну Жемчания прямо отсюда с большим караваном этих существ, вместо того чтобы возвращаться обратно той же дорогой к морю Благодать и оттуда на том же судне Оказия вновь добираться до этой страны.

Хотя такое путешествие, кстати сказать, почти непреодолимое для существ Земли в те времена, должно было отнять много времени, но мне думалось, что обратный путь к морю Благодать с его непредвиденностями потребует, пожалуй, не намного меньше времени.

А такая ассоциация возникла тогда в моем мышлении, главным образом, потому, что я уже задолго до того очень много слышал относительно редких особенностей природы тех частей этой оригинальной планеты, через которые должен был проходить путь предполагаемого каравана, вследствие чего во мне имелась окристаллизовавшаяся уже так называемая «существенская-любознательность», которая, получив тогда от слышанного толчок к функционизации, сразу начала диктовать моему общему наличию потребность убедиться во всем лично, непосредственно своими собственными воспринимательными органами.

И вот, мой мальчик, благодаря сказанному, я тогда намеренно подсел к разговаривавшим существам и принял участие в их суждениях.

В результате всего этого я и Ахун тоже попали тогда в состав их каравана и через два дня тронулись с ним в путь.

Мы проходили тогда через места действительно очень необычайные, необычайные даже для общей природы этой оригинальной планеты, некоторые части которой, кстати сказать, стали таковыми только потому, что до этого периода эта злосчастная планета уже перенесла две, почти небывалые во Вселенной, так называемые «тренсапальные-пертурбации».

С первого же дня нам пришлось проходить исключительно в обстановке разных «твердынных-выступов» необычных форм, с наличиями конгломератов всевозможных «внутрипланетных-минералов».

Только через один «месяц» пути, по их времяисчислению, наш караван из Аргении попал в места, в почве которых еще не совсем была уничтожена возможность оформливания природою напланетных образований и созидания соответствующих условий для возникновения и существования разных одномозгных и двухмозгных существ.

После всевозможных трудностей мы, идя раз в ясное утро по одной возвышенности, вдруг увидели, наконец, на горизонте очертания большого водного пространства, охватывавшего тот край материка Ашхарх, который тогда и назывался «Жемчания».

А через четыре дня мы пришли в главный пункт существования существ этой третьей группы, в тогдашний город «Каямонь».

Устроивши там место нашего постоянного существования, мы, т. е. я и Ахун, в первые дни только и делали, что ходили по улицам города и наблюдали специфические проявления существ этой третьей группы в процессе их обычного существования.

Ничего не поделаешь, мой дорогой Хассин!

Раз я тебе рассказал историю возникновения второй группы трехцентровых существ материка Ашхарх, мне теперь уже необходимо рассказать тебе также историю возникновения и этой третьей группы.

– Обязательно расскажи, мой дорогой и милый дедушка! – воскликнул с радостью Хассин, и на этот раз он с большим благоговением, простирая руки кверху, искренно произнес:

– Да сподобится мой дорогой и добрый дедушка усовершенствоваться разумом до степени «Священного-Анклада»!

Ничего не сказав на это, Вельзевул только улыбнулся и продолжал рассказывать следующее:

– История возникновения и этой третьей группы азиатских существ начинается очень немногим позже того периода времени, когда семьи охотников за пирмаралами с материка Атлантида впервые попали на берега моря Благодать и, оставшись там, положили начало второй группе азиатских существ.

Вот в эти для современных твоих любимцев бесконечно отдаленные времена, а именно незадолго до второй «тренсапальной-пертурбации» с этой злосчастной планетой, в наличии тогдашних трехцентровых существ материка Атлантида уже начинали окристаллизовываться некоторые последствия свойств органа Кундабуфера, ввиду чего в них возникла и уже имелась, в числе других странных для трехмозгных существ потребностей, также и потребность ношения на себе, как я тебе уже сказал, разных безделушек, якобы для украшения себя, а также в качестве какого-то, выдуманного ими, «пресловутого» так называемого «талисмана».

И вот, мой мальчик, одной из таких «безделушек», как тогда на материке Атлантида, так и в настоящее время на других материках планеты Земля, являлся и является этот самый «жемчуг».

Сказанный «жемчуг» образовывается в одномозгных существах, которые водятся в «салякуриапе» также и твоей планеты Земля, именно в части ее, называющейся «Хантралиспана», что в переводе на разговорный язык твоих любимцев означает «кровь-планеты», имеющейся в общем наличии всякой планеты, служащей частью осуществления процесса превеличайшего общекосмического Трогоавтоэгократа, и называющейся там, на твоей планете, «вода».

Это одномозгное существо, в котором образовывается упомянутый «жемчуг», вначале водилось в «салякуриапных», т. е. водных пространствах, окружавших Атлантиду, но скоро, вследствие большого спроса на сказанный жемчуг и вследствие большого поэтому истребления этих одномозгных «жемчугоносных» существ, их вблизи материка Атлантида больше не стало. Тогда те тамошние существа, которые истребление таких «жемчугоносных» существ сделали целью и смыслом своего существования, т. е. стали уничтожать их существование только для того, чтобы, овладевая частью их общего наличия, удовлетворять свой совершенно бессмысленный эгоизм, когда в ближайших водных пространствах материка Атлантида этих «жемчугоносных» существ не стало, и начали искать их в других водных пространствах, постепенно все более и более удаляясь от своего материка.

Однажды, во время таких их исканий, плоты их по причине долгодневных так называемых «салякуриапных-перемещений» или, как они говорят, «бурь», случайно попали в такое место, где оказалось много таких «жемчугоносных» существ и где само место представляло большие удобства для уже усвоенного ими способа истребления их.

Эти водные пространства, куда случайно попали тогда истребители жемчугоносных существ и где существа эти водились во множестве, как раз и были те именно водные пространства, которыми и поныне окружена местность, именовавшаяся тогда «Жемчания», а в настоящее время именующаяся «Индостан» или «Индия».

Упомянутые земные профессионалы-искатели жемчуга того времени, попавшие туда случайно, в первые дни только и делали, что удовлетворяли вовсю свою сделавшуюся уже присущей их наличию потребность по части истребления таких одномозгных существ своей планеты. Только позднее, когда они также случайно выяснили, что на ближайшей твердыне возникает в изобилии почти все требуемое для обычного существования, они решили в Атлантиду больше не возвращаться, а обосноваться здесь для постоянного существования.

Только некоторые из числа этих истребителей жемчугоносных существ вернулись тогда обратно на материк Атлантиду и, обменяв жемчуг на разные еще не имевшиеся на новом месте предметы, а также забрав как свои семьи, так и семьи там оставшихся, поплыли опять обратно туда.

После этого и другие из этих первых поселенцев «новой» для тогдашних существ страны часто бывали на своей прежней родине для обмена жемчуга на требуемые там предметы и, возвращаясь обратно, каждый раз захватывали с собою еще по несколько существ своих родственников, свойственников или просто рабочих, которые им были необходимы в их большой работе.

И вот, мой мальчик, с тех пор и эта часть поверхности планеты Земля стала известной всем, тогда еще преимущественно на материке Атлантида существовавшим трехмозгным существам, под наименованием «Изобильный-край».

Таким образом, еще до второго большого несчастья с планетой Земля, на этой части материка Ашхарх тоже уже существовали многие существа материка Атлантида, а когда случилась вторая катастрофа с твоей планетой, то многие случайно спасшиеся существа с материка Атлантида, главным образом те, которые имели уже на этой Жемчании своих родственников и свойственников, стали постепенно собираться туда же.

Благодаря все той же их «плодовитости», они и здесь постепенно размножились и стали все больше и больше заселять и эту часть твердынной поверхности их планеты.

Вначале они там, в Жемчании, заселяли только два определенных района, а именно местность вокруг устьев двух больших рек, которые протекали из глубины Жемчании и вливались в большое водное пространство, как раз в таких местах, близи которых водилось много упомянутых жемчугоносных существ.

Когда же население там очень увеличилось, они начали заселять также глубь этой части материка Ашхарх; но излюбленными их районами остались все же долины упомянутых двух рек.

Когда я впервые попал в Жемчанию, я решил и там добиваться своей цели через существующее там «хаватвернони», т. е. через их религию.

Но оказалось, что там у существ этой третьей группы материка Ашхарх имелось несколько своеобразных «хаватвернони» или религий и что все они базировались на разных, совершенно самостоятельных, между собой ничего общего не имевших так называемых «религиозных-учениях».

Ввиду этого я первым долгом начал серьезно изучать эти существовавшие там «религиозные-учения» и, когда во время этих моих изучений я констатировал, что одно из них, в основу которого было положено учение одного настоящего посланника нашего ОБЩЕГО СОЗДАТЕЛЯ БЕСКОНЕЧНОГО, названного впоследствии святым Буддой, имеет больше всего последователей, я и посвятил свое внимание преимущественно ознакомлению с ним.

Прежде чем продолжать рассказывать тебе о трехмозгных существах, водящихся именно на этой части поверхности планеты Земля, по-моему, следует пока отметить, хотя бы вкратце, что с тех пор, как там у твоих любимцев возникло и начало существовать обыкновение иметь своеобразные «хаватвернони» или «религии», у них стали существовать и существуют вообще два основных вида «религиозных-учений».

Один из них выдумывается самими тамошними трехмозгными существами, в которых почему-либо возникает функционизация психики, свойственная «Хаснамусам», а другой вид религиозного учения обосновывается там на тех детализированных якобы указаниях, которые были проповедоваемы настоящими посланниками Свыше, какие действительно, нет да нет, посылаются некоторыми ближайшими помощниками нашего ОБЩЕГО ОТЦА в целях оказания трехмозгным существам твоей планеты помощи в деле уничтожения в их наличиях окристаллизовавшихся последствий свойств органа Кундабуфер.

Та религия, последователями которой было большинство существ страны Жемчания, ознакомлению с которой я посвятил тогда свое внимание и о которой я нахожу нужным теперь же немного разъяснить тебе, возникла там следующим образом.

Оказалось, как я позже выяснил, что когда трехмозгные существа этой третьей группы размножились и из среды их стали оформливаться в ответственные существа многие со свойствами «Хаснамусов», и когда такие существа начали распространять больше обычного среди прочих существ этой группы злостные идеи, то в наличии большинства трехцентровых существ этой третьей группы стало окристаллизовываться такое особое психическое свойство, которое, в совокупности, уже начинало порождать фактор, очень мешающий нормальному «обмену-веществ», осуществляемому превеличайшим общекосмическим Трогоавтоэгократом. Вот тогда, как только был замечен и такой, также исходящий от этой планеты, прискорбный результат, некоторыми пресвятейшими Индивидуумами и было соизволено отправить туда специально для этой группы тамошних существ соответствующего священного Индивидуума для более или менее сносного урегулирования их существенского существования в соответствии с существованием всей этой солнечной системы.

Тогда и был отправлен к ним вышеупомянутый священный Индивидуум, который, облекшись планетным телом земного существа, стал, как я сказал, называться святой Будда.

Облекание сказанного священного Индивидуума планетным телом земного трехмозгного существа осуществилось там за несколько веков до первого моего посещения страны Жемчания.

В этом месте рассказов Вельзевула Хассин обратился к нему со словами:

– Дорогой дедушка, ты уже много раз в своих рассказах употребляешь выражение «Хаснамус». Относительно этого выражения я до сих пор пока понял, и то только по интонации твоего голоса и по созвучанию самого этого слова, что ты этим выражением определяешь таких трехмозгных существ, которых ты всегда выделяешь из числа других в том смысле, что они якобы заслуживают «объективное-презрение».

Будь добр, как всегда, и объясни мне настоящее значение и точный смысл этого слова.

На это Вельзевул с присущей ему улыбкой сказал следующее:

– Касательно «типности» трехмозгных существ, к которым я применяю это словесное определение, я в свое время объясню тебе подробно, а пока знай, что этим самым словом обозначается всякое уже определившееся общее наличие трехмозгных существ, как состоящих только из одного планетного тела, так и с наличием уже облекшихся высших существенских тел, в котором почему-либо не окристаллизовались данные для Божественного импульса «объективная-совесть».

Сказав в определение слова «Хаснамус» только это, Вельзевул продолжал говорить так:

– Вот именно тогда, мой мальчик, во время моих детальных исследований упомянутого религиозного учения, я также выяснил, что когда этот священный Индивидуум, окончательно облекшись наличием тамошнего трехмозгного существа, начал серьезно размышлять, как выполнить возложенную на него Свыше задачу, он и решил достигнуть этого через просвещение их разума.

Здесь непременно следует отметить, что к этому времени в наличии святого Будды, как выяснили те же мои детальные изыскания, уже было окристаллизовано очень ясное понимание того факта, что разумность трехцентровых существ планеты Земля в процессе своего ненормального оформливания становится в результате разумностью, так называемой – «инстинктотеребильной», т. е. функционирующей только благодаря соответствующим, извне приходящим, толчкам. Но, несмотря на это, святой Будда все же решил тогда достигнуть своей задачи через посредство этого их своеобразного для трехцентровых существ разума и потому первым долгом начал осведомлять этот их оригинальный разум о всяких объективных истинах.

Вначале святой Будда собрал вместе много главарей существ этой группы и сказал им следующее:

«Существа, имеющие наличие подобное ВСЕСОТВОРИВШЕМУ!

На основании некоторых „Всепрозревших и Всесправедливо руководящих Препресвятейших Законченных Результатов осуществления всего существующего во Вселенной“, моя сущность послана к вам, чтобы она служила способствующим фактором на пути стремления каждого из вас избавиться от последствий тех ненормальных существенских свойств, которые по причинам очень важных общекосмических необходимостей были привиты в наличии ваших предков и, переходя по наследию из рода в род, дошли и до вас».

Святой Будда говорил касательно этого самого еще раз, но уже только некоторым тамошним существам, им самим «посвященным», и немного подробнее.

Во второй раз по поводу этого же самого он тогда, как оказалось, выразился следующими словами:

«Существа с наличием осуществления надежды нашего ОБЩЕГО ОТЦА!

С самого почти начала возникновения вашего рода, в процессе нормального существования всей данной солнечной системы, непредвиденно случилось недоразумение, предвещавшее серьезные последствия для всего существующего.

Для урегулирования этого общевселенского недоразумения, по выяснению некоторых высочайших препресвятейших Индивидуумов, тогда потребовались также известные изменения функционизации общего наличия ваших предков, а именно, в их наличии был привит некий орган с особыми свойствами, благодаря которым все внешнее воспринималось их целым наличием и, трансформировываясь для их собственного облекания, проявлялось в них не в соответствии с действительностью.

Несколько позже, когда уже установилось устойчивое нормальное существование данной солнечной системы и минула необходимость в некоторых намеренно созданных осуществлениях, наш ВСЕМИЛОСТИВЕЙШИЙ ОБЩИЙ ОТЕЦ не преминул дать сразу повеление отменить некоторые искусственные меры и в том числе изъять из общего наличия ваших предков ненужный уже орган Кундабуфер со всеми его особыми специфическими свойствами, что и было немедленно исполнено соответствующими священными Индивидуумами, ведующими подобными космическими осуществлениями.

По прошествии довольно длительного течения времени вдруг выяснилось, что, хотя упомянутыми святейшими Индивидуумами действительно и был изъят из наличия ваших предков сказанный орган со всеми его свойствами, ими не был предусмотрен и уничтожен в их наличии тот законно вытекающий космический результат, который существует под наименованием „предрасположение“ и который возникает во всяком космическом более или менее самостоятельном наличии, вследствие многократного в нем повторения действия какой бы то ни было функции.

И вот оказалось, что благодаря этому „сокопредрасположению“, которое начало переходить по наследию в последующие поколения, в их наличиях начали постепенно окристаллизовываться последствия многих свойств органа Кундабуфера.

Как только впервые выяснен был такой прискорбный факт, происходивший в наличии водящихся на этой планете Земля трехмозгных существ, здесь, среди вас, по Всемилостивейшему соизволению нашего ОБЩЕГО ОТЦА, немедленно был проявлен соответствующий священный Индивидуум, дабы, облекшись наличием земного трехцентрового существа и усовершенствовавшись объективным разумом в условиях здесь уже зафиксировавшихся, он мог бы лучше выяснить и указать вам пути для искоренения из вашего наличия как уже окристаллизовавшихся последствий свойств органа Кундабуфера, так и имеющееся наследственное „сокопредрасположение“ для новых окристаллизований.

В тот период, когда упомянутый священный Индивидуум, облекшись вашим наличием и достигши уже ответственного возраста трехмозгного существа подобного вам, начал непосредственно руководить обычным процессом существенского существования ваших предков, многие из них действительно совершенно освобождались от последствий свойств органа Кундабуфера и этим самым или приобретали „Бытие“ лично для себя, или становились нормальными источниками для возникновения нормальных наличий себе подобных „результатов“.

Но вследствие того, что еще до того, как был проявлен здесь сказанный священный Индивидуум, долгота вашего существования, благодаря очень многим уже прочно зафиксировавшимся ненормальным, вами созданным, условиям обычного существования, была уже ненормально коротка, то и с ним – с этим священным Индивидуумом – процесс священного „Раскуарно“ должен был произойти как и у вас, т. е. он тоже должен был умереть очень скоро и преждевременно, не успев целиком выполнить свои предназначения, и потому здесь после его смерти постепенно опять восстановилось прежнее, с одной стороны, благодаря прочно зафиксировавшимся ненормальным условиям обычного существенского существования, а с другой стороны, благодаря злостной особенности вашей психики, „мудрить“.

Благодаря этой сказанной особенности вашей психики, здешние существа уже только второго поколения современников упомянутого, Свыше посланного, священного Индивидуума все разъясненное и указанное им постепенно стали изменять и в конце концов все это начало совершенно уничтожаться.

Препресвятейшими Высочайшими Общекосмическими Окончательными Результатами то же самое выявление было осуществлено еще несколько раз, и каждый раз получались такие же бесплодные последствия.

В данный период течения времени, когда ненормальное существенское существование трехмозгных существ планеты Земля, особенно существ возникающих и существующих на этой части ее поверхности, которая называется „Жемчания“, начало уже серьезно мешать нормальному гармоническому существованию всей этой солнечной системы, сущность моя проявлена Свыше среди вас для того, чтобы она здесь на месте, сообща с вашими сущностями, изыскала пути искоренения из ваших наличий, в условиях здесь уже зафиксировавшихся упомянутых последствий, ныне имеющихся благодаря непредусмотрительности некоторых Препресвятейших Окончательных Космических Результатов».

После сказанного святой Будда с тех пор и начал, через посредство собеседований с ними, сначала выяснять себе, а потом разъяснять им, как следует проводить процесс своего существования и в какой последовательности следует сознательно руководить своею положительной частью проявлениями своих несознательных частей, чтобы из общего наличия постепенно исчезли как уже окристаллизовавшиеся последствия свойств органа Кундабуфера, так и наследственное к ним предрасположение.

Как выяснили мне тогда мои все те же детальные изыскания, в тот период, когда внутренней психикой существ этой части поверхности Земли руководил этот настоящий посланник Свыше, святой Будда, из наличия многих из них действительно опять начали постепенно исчезать сказанные, очень злостные для них, последствия.

Но, к сожалению всякого Индивидуума, имеющего чистый разум какой бы то ни было градации, и к несчастью трехмозгных существ всех последующих поколений, возникших на этой планете, благодаря все той же особенности их психики «мудрить», которая и поныне является одним из главных результатов ненормально устанавливающихся там условий обычного существенского существования, уже первое поколение современников этого настоящего посланника Свыше, святого Будды, относительно всех его указаний и советов начало тоже «мудрить» и на этот раз так все «перемудрило», что до существ третьего и четвертого поколений дошло уже только то, что наш достопочтенный Молла Наср-Эддин определяет словами:

«Только-сведения-относительно-его-специфического-запаха».

Они эти его советы и указания постепенно так переиначили, что если бы невзначай опять явился туда сам святой их автор и почему-либо захотел ознакомиться с ними, то едва ли он мог бы даже заподозрить, что эти советы и указания преподаны именно им самим.

Здесь нельзя не выразить сущностной досады относительно одного оригинального обыкновения, имеющегося у этих твоих любимцев, которое постепенно в течение долгих их веков, в процессе их обычного существования, тоже сделалось для них как бы закономерным.

И в данном случае, для переиначивания всех истинных указаний и точных советов святого Будды и для создания из всего этого для себя лишнего фактора для еще большего разжижения своей психики, послужило это же самое установившееся и уже зафиксировавшееся там оригинальное обыкновение.

Это тамошнее, уже давно установившееся обыкновение заключается в том, что для них бывает достаточным маленькой, другой раз почти ничтожной причины, чтобы начать изменять к худшему и даже совершенно уничтожать всякие, в объективном смысле, хорошие внешние или внутренние, уже установившиеся так называемые «темпы-обычного-существования».

Ввиду того, мой мальчик, что выяснение некоторых деталей возникновения для данного случая такой маленькой причины, которая послужила основанием для исковеркования всех истинных разъяснений и точных указаний и этого настоящего посланника Свыше, святого Будды, могут тебе послужить очень хорошим материалом для лучшего ощущения и понимания странности психики понравившихся тебе этих трехмозгных существ, – я расскажу тебе об этом по возможности подробнее, а также объясню, в какой именно последовательности проявилось тогда упомянутое обыкновение, приведшее ко всему дальнейшему «печальному недоразумению», каковое недоразумение с тех пор и стало существовать там и особенно ярко проявляться ныне.

Прежде всего следует тебе сказать, что про это их «недоразумение» я выяснил себе гораздо позже того периода времени, к которому относится данный мой рассказ. Оно выяснилось для меня, когда мне при моем шестом спуске на эту планету понадобилось по поводу одного вопроса касательно святого Ашиата Шиемаш, про которого я тебе скоро тоже объясню подробно, между прочим узнать относительно одного факта из действительности этого настоящего посланника Свыше, святого Будды.

Оказалось, что основанием для досадного «недоразумения» послужили, к сожалению, подлинные слова самого святого Будды, сказанные им в одном из его разъяснений.

Однажды святой Будда в кругу ближайших, им самим посвященных, при своих объяснениях еще очень определенно выразился относительно средств возможного уничтожения в их натурах перешедших по наследию упомянутых последствий свойств органа Кундабуфера.

Он тогда, между прочим, сказал им очень определенно следующее:

«Одним из самых лучших средств для обезвреживания имеющегося в ваших натурах предрасположения окристаллизовываться последствиям свойств органа Кундабуфера является „намеренное-страдание“, и самое большое „намеренное-страдание“ в нашем наличии может получиться, если мы будем заставлять себя мочь перетерпевать в отношении себя „ненравящиеся-нам-проявления-других“».

Такое объяснение святого Будды его ближайшие посвященные тоже распространили тогда в числе других его определенных указаний среди обыкновенных существ, а после священного с ними процесса «Раскуарно» оно начало тоже передаваться из рода в род.

И вот, мой мальчик, когда, как я тебе уже сказал, к несчастью обыкновенных трехцентровых существ того периода, а также к несчастью существ всех дальнейших поколений даже и настоящего времени, те тамошние трехцентровые существа из числа второго и третьего поколений современников святого Будды, которые, – благодаря все той же особенности, зафиксировавшейся в их психике уже со времени гибели Атлантиды, а именно особенности, называвшейся «органо-психическая-потребность-мудрить», – начали и относительно этого самого совета святого Будды «мудрить» и «перемудровывать», то тогда в результате и зафиксировалось там и тоже начало переходить из рода в род очень определенное понятие, что это самое «терпение» должно производиться непременно в уединении.

В данном случае странность психики твоих любимцев как тогда выразилась, так и теперь выражается в том, что они не сообразили и не соображают тот очевидный для всякого более или менее здравого разума факт, что Божественный Учитель, святой Будда, советуя им прибегать к такого рода терпению, конечно, имел в виду, чтобы они производили это «терпение», именно существуя среди прочих подобных себе существ, для того чтобы, когда они будут часто производить в своем наличии такое святое существенское осуществление по отношению «ненравящихся-им-проявлений» других себе подобных существ, тем самым в них мог бы вызываться так называемый «Трентрудианос» или, как бы они сами сказали, «химико-физический-результат», который в наличии всяких трехцентровых существ вообще образовывает то существенское святое, что в общем наличии трехцентровых существ осуществляет одну из трех святых сил священного существенского Триамазикамно и каковая святая сила в существах всегда становится утверждающей по отношению всех уже имеющихся в них отрицательных свойств.

И вот, мой мальчик, с тех пор, как начало там существовать упомянутое определенное понимание, твои любимцы стали уходить от тех уже установившихся условий существенского существования, благодаря которым именно и становилось интенсивным имевшееся в их наличии предрасположение к окристаллизованию последствий свойств органа Кундабуфера и в каких условиях, как предполагал Божественный Учитель Будда, сказанное «терпение в отношении себя неприятных проявлений других» только и могло окристаллизовывать в их общем наличии требуемые для всех вообще трехцентровых существ Парткдолгдюти, и без каких намеренных осуществлений совсем невозможно и это самое «себя-усовершенствование».

Тогда для таких своих пресловутых «страданий» многие трехмозгные существа этой твоей планеты стали уходить из среды себе подобных или в одиночку или группами, т. е. с другими такими же своими единомышленниками.

Для этой цели они даже начали организовывать специальные поселения, где они хотя и существовали совместно, но тем не менее организовывали по возможности все так, чтобы такие свои «терпения» производить в уединении.

Вот тогда именно впервые и возникли существующие и поныне там их пресловутые так называемые «монастыри», в которых некоторые и современные твои любимцы якобы, как они говорят, – «спасают свои души».

Итак, мой мальчик, когда я посетил впервые эту Жемчанию, большинство тамошних трехмозгных существ, как я уже сказал, были последователями этой самой религии, которая и базировалась якобы на точных советах и указаниях святого Будды, и в каждом из них вера в эту свою религию была непоколебимо сильна.

В начале моего изучения всех тонкостей учения этой тамошней религии во мне еще не имелось никакого определенного решения, как именно применять ее для достижения моей цели, но, когда во время такого изучения я случайно выяснил очень определенное и всем последователям этой религии свойственное одно понимание, возникшее там, опять же по недоразумению, на основании собственных слов, действительно сказанных самим святым Буддой, я тогда сразу и решил, каким образом мне и здесь действовать через эту их своеобразную «хаватвернони» или «религию».

Оказалось, что святой Будда в своих объяснениях им о космических истинах, между прочим, также говорил, что вообще трехцентровые существа, существующие на разных планетах нашей Великой Вселенной, конечно так же как и все трехцентровые существа Земли, должны в результате являться ни чем иным, как частью того Величайшего Великого, которое является Всеобъемлением всего существующего, и основа этого Величайшего Великого находится там, наверху, для удобства объемления сущности всего существующего.

Это Величайшее Великое Основание Всеобъемления всего существующего постоянно эманируется по всей Вселенной и из его частиц на планетах, в некоторых трехцентровых существах, которые достигают в своем общем наличии способности иметь собственную функционизацию обоих основных космических законов, «Священного-Эптапарапаршинох» и «Священного-Триамазикамно», облекается в такую определенную единицу, в которой Объективная Божественная Разумность и приобретает только возможность концентрироваться и зафиксироваться.

А это так предусмотрено и сотворено нашим общим творцом для того, чтобы, когда эти части Великого Всеобъемления, уже одухотворенные Божественной Разумностью, будут возвращаться и сливаться опять с Великим Первоисточником Всеобъемления, они – эти части – составляли бы то Целое, которое, в надеждах нашего ОБЩЕГО ЕДИНОБЫТНОГО БЕСКОНЕЧНОГО, и должно осуществлять смысл и стремление всего существующего во всей Вселенной.

Дальше святой Будда, оказывается, им еще говорил:

«Вы, трехцентровые существа планеты Земля, как имеющие возможность приобрести в себе оба главных основных вселенских священных закона, имеете полную возможность также облекаться этой святейшей частью Великого Всеобъемления всего существующего и усовершенствовать ее требующимся Божественным Разумом.

А этот Великий Всеобъемлющий Всеобъемлемого есть и называется „святая Прана“».

Это вполне определенное разъяснение святого Будды современники его хорошо поняли и многие из них начали, как я уже сказал, с жаждой стремиться сначала воспринимать и облекать в своем наличии частицы этого Величайшего Великого, а потом посредством его выявить Божественную Объективную Разумность.

И вот, когда второе и третье поколения современников святого Будды начали «мудрить» с его разъяснениями космических истин, они и «намудрили» своим оригинальным разумом и для дальнейшей передачи зафиксировали очень определенное понятие о том, что этот самый «Господин Прана» уже начинает иметься в них сразу при их возникновении.

Благодаря такому недоразумению существа того периода и всех последующих поколений, а также современные, воображали и еще воображают, что они без всяких существенских Парткдолгдюти уже являются частью того Величайшего Великого, о котором и разъяснил очень определенно лично сам святой Будда.

И вот, мой мальчик, как только я уяснил себе это недоразумение и ясно констатировал, что существа этой страны Жемчания все без исключения были убеждены, что они уже являются частицей самого «Господина Прана», я и решил сразу использовать это недоразумение и достигнуть и здесь своей цели через эту их религию.

Прежде чем дальше говорить об этом, непременно следует еще заметить, что личные мои детальные изыскания касательно этого самого разъяснения святого Будды, а именно, якобы он сказал, что существа при самом своем возникновении уже имеют в себе частицу Величайшего Великого, вполне ясно мне показали, что именно этого он сказать им никак не мог.

Не мог, ибо те же мои детальные изыскания выяснили мне, что святой Будда, находясь однажды в кругу своих преданных учеников, в местности «Сенкуори», определенно сказал:

«Если в вас окристаллизуется эта святейшая Прана, сознательно или бессознательно со стороны вашего „Я“, вы должны обязательно усовершенствование индивидуальной разумности этой совокупности пресвятейших Атомов довести до требуемой градации; в противном случае это святейшее облекание будет, меняя разные внешние облекания, вечно страдать и маяться».

Здесь интересно отметить, что относительно этого самого их предупредил еще другой святой Индивидуум, тоже настоящий посланник Свыше, а именно святой Кирмининаша.

А этот святой настоящий посланник такое предупреждение сделал им в следующих словах:

«Блажен, кто имеет душу; блажен также, кто вовсе ее не имеет; но горе и несчастье тому, кто будет иметь в себе только зачатие ее».

И вот, мой мальчик, когда я в этой Жемчании выяснил себе такой факт, то я сразу решил использовать это их заблуждение для выполнения моей цели.

Я и здесь, в Жемчании, так же, как и в городе Гоб, сначала придумал детальное добавление к упомянутому религиозному учению, а потом всякими возможными способами начал распространять эту мою выдумку.

Здесь, в Жемчании, я начал распространять о том, что святейшая Прана, о которой разъяснял наш Божественный Учитель, святой Будда, уже имеется не только в нас, людях, но также и во всех прочих существах, которые возникают и существуют на нашей планете Земля.

Частица того основного Превеличайшего Великого Всеобъемления, а именно Пресвятейшая Прана, с самого начала уже вселяется в каждую форму существ всех размерностей, как водящихся на поверхности самой планеты, так и внутри нее, равно как и в воде и в атмосфере.

Здесь, мой мальчик, я должен с сожалением отметить, что я тогда принужден был не один раз подчеркнуть, будто эти слова были произнесены собственными устами святого Будды.

Те несколько здешних существ, с которыми у меня за это время установились «приятельские» отношения и которых я начал прежде всего уверять здесь про такую мою выдумку, сразу без всяких споров не только вполне уверовали в нее, но потом стали, конечно несознательно, очень хорошо помогать мне в распространении и этой моей тамошней выдумки.

И здесь эти мои приятели всегда и всюду очень усердно и яростно доказывали другим, себе подобным, что это именно так и никак иначе быть не могло.

Короче говоря, в Жемчании, благодаря этой второй моей выдумке, начали получаться неожиданно скоро очень желательные результаты.

Твои любимцы, исключительно благодаря моей выдумке, так изменили свои сущностные отношения к другим формам существ, что не только перестали уничтожать их существование для своего пресловутого жертвоприношения, но даже начали очень искренно этих других форм существ считать такими же существами, как они сами.

Если бы все это продолжалось хоть только так, и то было бы очень хорошо; но и здесь, как в стране Моралплейси, они, как им свойственно, начали скоро «мудрствовать» и проявлять всевозможные комические формы своего «Хаватвернони».

Например, только через четверть их года после начала моей проповеди, уже на улицах города Каямонь, чуть ли не на каждом шагу можно было видеть тамошних существ, идущих на так называемых «ходулях».

А стали они ходить на «ходулях», чтобы случайно не раздавить какое-либо насекомое, именно такое же, как они начали думать, «маленькое существо», как они сами.

Многие из них начали бояться пить воду, которая была не только что взята из источника или речки, так как они думали, что если вода будет долго находиться вне источника или речки, то в нее попадут маленькие существа и они, не видя их, могут нечаянно проглотить эти маленькие «подобные им бедные творения».

Многие из них, из-за той же осторожности, начали надевать на свои лица так называемые «вуали», чтобы эти бедные маленькие, им подобные существа, находящиеся в атмосфере, случайно не попали в их рот или в нос и т. п., и т. п.

С этого времени здесь в Жемчании, как в городе Каямонь, так и в его окрестностях, стали возникать всевозможные общества, целью которых было защищать разные формы «беззащитных» существ, как существующих среди них, так и тех, которых они называют «дикими».

Во всех подобных обществах имелись правила, на основании которых запрещалось не только уничтожение их для жертвоприношения, но также употребление их планетных тел для своей «первой-пищи».

Э-э-эх, мой мальчик!..

«Намеренные-страдания-и-сознательные-труды» и этого священного Индивидуума, святого Будды, специально для них осуществленного с планетным подобным им наличием, опять-таки только из-за странности их психики, с тех пор витают пока всуе и еще не осуществили никаких законно-ожидавшихся действительных результатов, а только породили и поныне продолжают порождать всевозможные тамошние «псевдоучения», вроде существующих там в последнее время под наименованием «оккультизм», «теософизм», «спиритуализм», «психоанализм» и т. д., которые, как прежде, так и теперь, являются только средствами «обморочивания» их и без того уже обмороченной психики.

Нечего и говорить, что от указанных самим святым Буддой истин до существ настоящего времени не уцелело и не дошло решительно ничего.

Впрочем, половина одного его слова дошла даже до современных существ этой бесподобной планеты.

А это полуслово дошло следующим образом.

Святой Будда, между прочим, тоже объяснил существам Жемчании, каким образом и в какой части тела у их предков был приделан упомянутый знаменитый орган Кундабуфер.

Он тогда сказал им, что этот орган Ангелом Луизосом был особым образом выращен у их предков в самом конце того мозга, который, как у их предков, так и у них самих, помещен природой вдоль спины, в так называемом «позвоночном столбе».

Святой Будда, как я тоже выяснил, сказал тогда еще, что хотя свойства этого органа у их предков были уничтожены совершенно, но материальное образование этого органа осталось в самом нижнем конце этого мозга. И это материальное образование, переходя по наследию из рода в род, дошло и до них:

«Это материальное образование теперь в вас не имеет никакого значения и оно от времени может совершенно уничтожиться, если ваше существенское существование будет идти как подобает трех-центровым существам».

И как раз, когда они начали «мудрить» и придумывать всякие формы выдуманного ими того пресловутого «страдания», вот в это самое время относительно этого названия они тоже выкинули одно из своих обычных «коленцев».

А именно, во-первых, так как корень второй половины этого слова случайно совпал с тем словом тогдашнего языка, которое означало «отражение», и так как относительно этого материального образования ими тоже был выдуман «способ», чтобы оно уничтожалось скорее, а не от времени, как им сказал святой Будда, они и по поводу этого самого названия «намудрили» по следующему соображению своего куцего разума.

Когда этот орган был в действии, он, конечно, в своем названии должен был иметь также корень слова «отражать». Теперь же, раз мы уничтожаем даже его материальную основу, это наименование уже должно оканчиваться словом, корень которого обозначает «бывший», и так как «бывший» на тогдашнем их разговорном языке произносилось «лина», они вторую половину этого слова заменили и вместо «отражение» всунули упомянутую «лину», и вместо слова «Кундабуфер» получилось «Кундалина».

И вот таким образом половина слова «Кундабуфер» уцелела и, передаваясь из рода в род, в конце концов дошла и до современных твоих любимцев, конечно в сопровождении тысячи разнообразных объяснений.

Даже современные так называемые «ученые» для этой части спинного мозга тоже имеют название, скомпонованное из очень мудреных латинских корней.

В настоящее время там вся так называемая «индусская-философия» построена тоже на этом пресловутом «Кундалини», и относительно этого слова существуют тысячи ничего не объясняющих, разных «сокровеннейших тайных и явных наук». А как современные земные ученые так называемых точных «наук» определяют значение этой части спинного мозга – это уже, мой мальчик, очень большая тайна.

А тайной она сделалась потому, что несколько веков тому назад это «объяснение» без всякой причины вдруг вошло в любимую родинку знаменитой «Шехеразады», которую эта бесподобная арабская фантазерка случайно имела на правой стороне своего восхитительного пупка.

И там это «научное объяснение» и остается до сих пор в неприкосновенной сохранности.

Когда я окончательно убедился, что и там, в Жемчании, мне так легко удалось уничтожить, может быть на долгое время, у существ этой группы этот их ужасный обычай, я решил там более не оставаться, а вернуться опять к морю Благодать на наше судно Оказия.

Когда мы окончательно собрались уехать из этой Жемчании, во мне вдруг возникло намерение вернуться не по той дороге к морю Благодать, по какой мы пришли сюда, а по другой, уже совсем необычайной в те времена.

А именно, я решил вернуться через ту местность, которая впоследствии стала называться «Тибет».

Глава 22

Вельзевул впервые на Тибете

Вследствие того, что предполагаемый мною на этот раз путь был для тамошних трехмозгных существ тех времен еще совсем необычен и поэтому нельзя было рассчитывать на возможность присоединиться к какому-либо их «каравану», мне пришлось организовать свой собственный караван, и я с того же дня начал готовить и приобретать все для этого требуемое.

Я приобрел тогда несколько десятков четвероногих существ, так называемых «лошадей», «мулов», «ослов», «чамиананских коз» и т. д., и нанял несколько существ из твоих двуногих любимцев для ухода за перечисленными существами и для исполнения требуемой в дороге во время такого рода передвижения полусознательной работы.

После приобретения всего необходимого я в сопровождении Ахуна тронулся в путь.

На этот раз мы проходили по местам еще более оригинальным и с еще более необычайными частями общей природы этой злосчастной планеты; а также на этот раз нам встречались и попадались в сферу нашего зрения намного больше разных форм одномозгных и двухмозгных существ, которых там называют «дикими» и которые в те времена приходили туда из очень отдаленных мест материка Ашхарх, чтобы, как там говорят, – «охотиться» для добывания своей первой существенской пищи.

Упомянутые «дикие» существа были в тот период особенно «опасны» для тамошних трехмозгных существ и для тех форм четвероногих существ, которые твои любимцы со свойственной им «хитростью» тогда уже сумели превратить в своих рабов, принуждая их трудиться исключительно в целях удовлетворения своих эгоистических потребностей.

Особенно же опасны тамошние упомянутые «дикие» существа были тогда потому, что как раз в тот период в наличии таких диких существ окристаллизовывалась та особая функция, которая в них возникла тоже благодаря ненормально установившимся условиям существенского существования тамошних трехмозгных существ, и про какую особую функцию я, в свое время, объясню тебе подробно.

Места, по которым на этот раз шла наша дорога, были в тот период почти недоступны для тогдашних трехмозгных существ, главным образом из-за таких диких существ.

Трехмозгным существам в те времена по этим местностям возможно еще было проходить только, как они говорят, «днем», т. е. когда в атмосфере их планеты с активным элементом Окиданох происходит процесс «Аиеиоиуоа».

Днем они могли проходить, потому что почти все эти дикие земные существа в это время «крентонального» положения их планеты в отношении их солнца находятся в существенском состоянии так называемого «сна», т. е. в состоянии автоматического вырабатывания в их наличии той энергии, которая необходима для обычного их существенского существования, и какое вырабатывание энергии у них происходит именно в это время; это же самое в тамошних трехцентровых существах вырабатывается наоборот только тогда, когда упомянутое священное свойство в атмосфере не происходит, и какое время суток они называют «ночь».

И вот, мой мальчик, по сказанной причине твоим любимцам в те времена возможно было по этим местностям проходить, как я уже сказал, только «днем», «ночью» же требовались очень большая бдительность и применение всевозможных искусственных прикрытий для защиты от этих диких существ как самих себя, так и своего «Добра».

В период упомянутого «крентонального» положения планеты Земля эти тамошние дикие существа совершенно бодрствуют и употребляют свою первую существенскую пищу. А так как в тот период они были уже приспособлены употреблять для этой цели почти одни только планетные тела возникающих на их планете слабых существ других форм, то они в это время суток всегда и стремились завладеть каким-либо таким существом, чтобы использовать его планетное тело для удовлетворения этой своей потребности.

Эти тамошние дикие существа, особенно самые мелкие из них, в тот период уже были, конечно тоже благодаря существующим на этой твоей планете ненормально установившимся условиям обычного существенского существования трехмозгных существ, до идеала усовершенствованы в смысле как сообразительности, так и хитрости, вследствие чего во время этого второго нашего пути нам и особенно нашим рабочим в их полусознательной работе приходилось быть по ночам чрезвычайно внимательными и бдительными, чтобы уберечь как себя и четвероногих рабочих существ, так и нашу провизию.

По ночам вокруг нашей стоянки обыкновенно образовывалось целое «сборище» этих диких существ, приходивших сюда поживиться чем-нибудь подходящим для первой их пищи; это «сборище» напоминало «сборища» твоих любимцев во время так называемой «котировки» их «биржевых бумаг» или «выборов» ими своих представителей в какое-либо из обществ, в целях совместного якобы изыскания средств для благополучного существования подобных им существ всех без различия тамошних пресловутых каст.

Хотя мы всю ночь жгли костры, пылавшие большим огнем и очень устрашающе действовавшие на этих диких существ, и хотя наши двуногие рабочие, несмотря на запрещение, с помощью так называемых отравленных стрел «кильнапара» уничтожали тех из этих существ, которые слишком близко подходили к нашей стоянке, не было все же ни одной ночи, чтобы разные тамошние так называемые «львы», «тигры» или «гиены» не уносили одного или нескольких наших четвероногих существ, и их число вследствие этого с каждым днем уменьшалось.

Эта обратная дорога к морю Благодать, правда, отняла у нас, мой мальчик, намного больше времени, чем та, по которой мы шли к Жемчании, но все увиденное и услышанное нами тогда касательно странности психики твоих любимцев во время прохождения по тем местам вполне оправдало потраченное нами лишнее время.

В сказанных условиях мы шли больше их «месяца» и, наконец, случайно наткнулись на небольшое поселение трехмозгных существ, которые, как после выяснилось, только недавно переселились туда из Жемчании.

Поселение это называлось «Синкраторца», а когда впоследствии вся эта местность заселилась и это самое место стало главным пунктом всех существ этого района, то и вся эта страна стала называться этим именем.

Позже наименование этой местности несколько раз менялось, а в настоящее время она называется «Тибет».

Так как эта случайная встреча с упомянутыми существами совпала со временем наступления ночи, мы попросили у них, как там говорится, «ночлега».

Когда они разрешили нам ночевать за их ограждениями, мы очень обрадовались предстоящей спокойной ночи, так как мы все, действительно, очень устали от постоянной борьбы с дикими существами и для нас, особенно для наших двуногих работников, было уже очень необходимо хотя бы одну ночь провести в спокойствии.

Во время вечернего разговора с этими приютившими нас поселенцами выяснилось, что они принадлежали к секте, известной тогда в Жемчании под наименованием «Самоукротители», образовавшейся из числа последователей как раз той религии, которая, как я тебе уже сказал, была якобы основана на прямых указаниях святого Будды.

Здесь не мешает, кстати, отметить, что у существ этой планеты есть еще одна особенность, которая тоже давно уже стала свойственной только им и состоит в том, что как только у них возникает какая-нибудь общая «хаватвернони», или «религия», ее последователи сейчас же начинают разделяться на разные партии, каждая из которых очень скоро и создает свою самостоятельную, обособленную, так называемую «секту».

Специфическая курьезность такой их особенности заключается в том, что те, которые принадлежат к какой-нибудь такой секте, сами себя «сектантами» не называют, так как они считают такое название оскорбительным; «сектантами» их называют только существа, к их секте не принадлежащие.

Последователи какой-либо секты для прочих существ там являются сектантами только до тех пор, пока у них нет «пушек» и «пароходов», а как только они приобретают достаточное число таковых, своеобразное сектанство их сразу делается господствующей религией.

Существа как этого поселения, так и многих других местностей Жемчании стали сектантами, отделившись как раз от той религии, учение которой, как я тебе уже сказал, я изучал там детально и которая впоследствии стала называться «Буддизм».

Эти сектанты, именовавшие себя «Самоукротители», возникли на почве исковерканного понимания буддийской религии, которая, как я тебе уже сказал, была ими истолкована как «страдание-в-уединении».

Вот для того, чтобы без всякой помехи со стороны других себе подобных производить над собою упомянутое пресловутое «страдание», эти существа, у которых мы ночевали, и забрались так далеко от своих.

Так как, мой мальчик, все, касающееся последователей этой секты, узнанное мною в ту ночь и виденное на другой день, произвело на меня тогда такое удручающее впечатление, что я в течение очень многих их веков не мог вспоминать обо всем этом, как говорится, «без содрогания» – пока я, значительно уже позже, не уяснил себе с полной ясностью всех причин странностей психики этих твоих любимцев, – я теперь и хочу рассказать относительно всего мною виденного и узнанного более подробно.

Главарями этой новой секты буддийской религии, как я это тогда выяснил во время ночного разговора, было еще там, в Жемчании, до переселения последователей секты в это уединенное место, выдумано «страдание» особой формы. А именно, ими было решено уединиться в какое-нибудь труднодоступное место, чтобы другие им подобные существа, не принадлежащие к их секте и не посвященные в ее «тайну», не мешали им производить над собою это самое, ими выдуманное, особой формы «страдание».

Когда после долгих исканий они, наконец, нашли это самое почти недоступное для обыкновенных их земляков место, куда и мы случайно попали, очень подходящим для такой их цели, будучи уже солидно сорганизованы и материально обеспечены, они с большими трудностями переселились туда, вместе со своими семьями, и впервые назвали его тогда, как я тебе уже сказал, «Синкраторца».

Вначале, пока они устраивались там, на новом месте, они между собой более или менее еще ладили; но когда они принялись на деле осуществлять выдуманное ими особой формы «страдание», семьи их, и в особенности их жены, узнав, в чем заключается эта особая форма страдания, восстали против этого и подняли большой скандал, в результате чего в среде их произошел раскол.

Упомянутый раскол между ними произошел незадолго до нашей случайной с ними встречи, и в то время, когда мы попали в этот «Синкраторца», они начали уже понемногу переселяться в другие, вновь найденные ими места, еще больше подходящие для обособленного существования.

Для ясного понимания дальнейшего тебе надо знать об основной причине раскола между этими сектантами.

Оказалось, что главари этой секты еще в Жемчании заключили между собою условие уйти совсем из среды подобных себе существ и, ни перед чем не останавливаясь, добиться освобождения себя от последствий свойств того органа, про который говорил Божественный Учитель, святой Будда.

В условие их входило, что они будут существовать известным образом до окончательного планетного их уничтожения или, как они говорят, до самой их смерти, чтобы такой особой формой существования очистить свою, как они говорили, «душу» от всяких посторонних наслоений, полученных ею из-за того органа Кундабуфера, который, как сказал святой Будда, имели их предки, и, освободившись от этих последствий, тем самым приобрести возможность, как сказал Божественный Учитель, опять слиться с Всеобъемлющей Святой Праной.

Когда же, как я уже сказал, они после своего устройства приступили к осуществлению на деле такого выдуманного ими «страдания» особой формы и жены их, узнавши самую суть этого страдания, подняли скандал, то многие из них, попав под влияние своих жен, отказались выполнить взятые ими на себя еще в Жемчании обязательства, и в результате они разделились тогда на две самостоятельные партии.

С этих пор эти сектанты, именовавшиеся раньше «Самоукротители», начали уже иметь разные наименования, а именно, те из Самоукротителей, которые остались верными взятым на себя обязательствам, стали называться «Ортодоксхайдураки», а другие, отказавшиеся от некоторых взятых на себя на родине обязательств, стали называться «Катошкихайдураки».

Ко времени нашего прибытия в Синкраторца те из сектантов, которые стали именоваться «Ортодоксхайдураки», имели не очень далеко от этого их первоначального поселения свой хорошо организованный так называемый «монастырь», в котором уже происходило полностью упомянутое особой формы «страдание».

Когда мы на другой день после спокойно проведенной ночи стали продолжать наш путь, мы проходили совсем близко от этого монастыря сектантов буддийской религии толка «Ортодоксхайдураки».

И так как в это время дня мы имели обыкновение делать привал для кормления наших четвероногих рабочих, то потому попросили монахов позволить сделать нам требуемый привал под прикрытием их монастыря.

Как это ни странно и небывало, но тамошние существа, носящие название «монахи», нам в такой в объективном смысле справедливой просьбе на этот раз не отказали и сразу без всякого, ставшего для тамошних монахов всех веков и всех толков свойственного «куражения» и «оссвонорования», это нам позволили. Таким образом мы неожиданно и попали тогда в самый центр сферы тайны этого толка, какую сферу существа планеты Земля с самого начала их возникновения очень наловчились, нет да нет, изолировывать от наблюдения даже Индивидуумов с чистым разумом.

Другими словами, они наловчились «намудровывать» что-либо, делать из этого, как они говорят, «тайну» и эту свою «тайну» так окутывать от других всякими способами, что даже существа с чистым разумом не могут разоблачить эти их «сокровенные тайны».

Монастырь секты «Ортодоксхайдураков» буддийской религии занимал большую площадь, с крепко сколоченным огораживанием, защищавшим все внутри имевшееся как от им подобных, так и от диких существ.

В середине этой громадной огороженной площади стояла большая, тоже крепко сколоченная постройка, которая и была главной частью монастыря.

В одной половине этой большой постройки происходило их обычное существенское существование, а в другой они производили те свои особые манипуляции, которые и были особенностью формы верования последователей их секты и для других являлись тайной.

Кругом внешней ограды, с внутренней ее стороны, стояли в ряд крепко заколоченные, одно к другому близко прилегающие, маленькие отделения, подобия «келий».

Вот эти самые «келии» и являлись тем, что представляло собой разницу между этим монастырем и вообще другими монастырями планеты Земля.

Эти будкообразные сооружения были со всех сторон совершенно заколочены и только в нижней их части имелось по одному очень небольшому отверстию, через которое с большим трудом можно было просунуть кисть руки.

Служили же эти будкообразные крепкие сооружения для того, чтобы навсегда замуровывать в них уже «заслуженных» существ этой секты, которые должны были заниматься в них известной манипуляцией над своими, как они называют, «чувствами» и «мыслями» до окончательного уничтожения их планетного существования.

Вот, когда про это самое узнали жены «сектантов-Самоукротителей», они и подняли упомянутый большой «бунт».

В основном религиозном учении этой секты имелось полное разъяснение, сколько времени и какие именно манипуляции следует производить над собой, чтобы в результате заслужить быть замурованным в одной из этих, крепко заколоченных «келий», получая раз в сутки кусок хлеба и небольшой кувшин воды.

Когда мы попали в ограду этого ужасного монастыря, все такие чудовищные «келии» его были уже заняты. Ухаживание за замурованными, т. е. всовывание раз в сутки через упомянутые небольшие отверстия куска хлеба и маленького кувшина воды, с большим благоговением выполняли сектанты-кандидаты на такое же замурование, которые в ожидании своей очереди существовали пока в сказанном большом помещении, расположенном в середине монастырского участка.

Замурованные твои любимцы существовали в сказанных чудовищных склепах действительно до тех пор, пока такое их полное лишений, полуголодное, неподвижное существование совершенно не прекращалось.

Когда товарищи замурованных узнавали о прекращении существования кого-нибудь из них, планетное тело умершего извлекалось из импровизированного склепа и тут же, на место самоуничтожившегося таким способом существа, замуровывался другой, такой же злосчастный фанатик такого их злостного религиозного учения; а ряды этих несчастных «фанатиков-монахов» заполнялись другими членами этой оригинальной секты, постепенно прибывавшими из Жемчании.

В Жемчании все последователи этой секты уже знали о существовании такого специального «удобного» места для осуществления последнего аккорда их «религиозного-учения», базировавшегося якобы на «точных» указаниях святого Будды, и во всех больших пунктах имелись даже так называемые «агенты», которые помогали им попадать туда.

Отдохнув и накормив наших двуногих и четвероногих рабочих, мы уехали из этого печального места жертв того злосчастного органа, который, по соображениям некоторых Высочайших Космических Индивидуумов, почему-то непременно потребовалось тогда привить в наличие первых трехмозгных существ этой злосчастной планеты…

Э-э-э!.. мой мальчик, уезжали мы оттуда, как ты себе можешь ясно представить, нельзя сказать, чтобы с приятными ощущениями и веселыми мыслями.

Продолжая наш путь по направлению к морю Благодать, мы проходили опять мимо очень разнообразных форм твердынных выступов, тоже с конгломератами впланетных минералов, но только выступивших на поверхность планеты из еще более, пожалуй, глубоких недр ее.

Здесь, кстати, не мешает сказать относительно одного констатированного мною позже в высшей степени странного факта, тесно связанного с той самой частью поверхности твоей планеты, которая ныне именуется «Тибет».

Дело в том, что в тот период, когда я впервые проходил по Тибету, имевшиеся на нем выступы хотя тоже необычайно превышали поверхность Земли, но они не особенно отличались от подобных же выступов, имевшихся как на других материках, так и на этом самом материке Ашхарх или Азия, частью которой является и Тибет.

А когда во время моего шестого и последнего персонального пребывания на планете Земля мне пришлось проходить опять по этим мне уже хорошо памятным местам, то я тогда и констатировал, что за эти какие-нибудь несколько десятков их веков вся эта местность так выступила из планеты, что никакие выступы других материков не могут быть с ним даже и сравнимы.

Та, например, главная полоса этой возвышенной местности, через которую мы тогда проходили, а именно полоса возвышений, которую тамошние существа называют «горные-цепи», за это время так выступила из планеты, что некоторые ее выступы в настоящее время являются самыми высокими из всех ненормальных выступов этой «безрезультатно-многострадальной» планеты, и если подняться на них, то, пожалуй, через посредство Тескуано можно будет «ясно видеть» чуть ли не противоположную сторону этой оригинальной планеты.

Когда я впервые констатировал и такое странное явление, происходящее с этой твоей до феноменальности оригинальной планетой, я сразу подумал, что по всей вероятности и такой факт в будущем станет зачатием для возникновения какого-нибудь несчастья в большом общекосмическом масштабе.

Это мое первоначальное опасение стало очень скоро во мне все больше и больше усиливаться после того, как я относительно этого ненормального явления в одной из рубрик заведенной мною статистики начал отмечать за период каждого десятилетия, какое и когда земное «планетовздрагивание» происходило в зависимости от этих чрезмерно высоких тибетских выступов.

Хотя «планетовздрагивания» или «землетрясения» с этой твоей планетой часто происходят и от других внутрипланетных в ней дисгармоний, возникших от двух упомянутых больших «тренсапальных-пертурбаций», о причинах которых я тебе как-нибудь тоже объясню, но большинство тамошних «планетотрясений», особенно за последние века, происходят все же исключительно из-за этих чрезмерных выступов.

Они происходят вследствие того, что из-за этих чрезмерных выступов и атмосфера этой планеты приобрела и продолжает приобретать в своем наличии такие же чрезмерные выступы, т. е. так называемая «пластегоклорная-окружность» атмосферы планеты Земля в некоторых местах приобрела и продолжает приобретать излишне выступающее материализованное наличие для так называемого «взаимного-слития-результатов-всех-планет-данной-системы», и потому во время движения этой планеты ее атмосфера в процессе так называемой «общесистемной-гармонии» начала в некоторые периоды как бы «зацеплять» атмосферы других планет или комет этой же системы.

И вот благодаря таким «цепляниям» и происходит в соответствующих местах общего наличия этой твоей планеты сказанное «планетовздрагивание» или «трясение».

Тебе следует также объяснить о том, что происхождение от такой причины «планетовздрагиваний» в той или иной области общего наличия планеты зависит от того, какое положение в процессе «общесистемного-гармонического-движения» имеет сама планета по отношению других сосредоточений, принадлежащих к данной системе.

Как бы там ни было, но если такой ненормальный рост тибетских гор будет и впредь так же продолжаться, то рано ли, поздно ли, большой катастрофы общекосмического масштаба не избежать…

Впрочем, когда предполагаемая мною угроза уже станет явной, то высочайшие пресвятейшие космические Индивидуумы без сомнения и относительно этого примут в свое время соответствующие меры.

– Позвольте, позвольте, ваше Высокопреподобие! – так прервал Вельзевула Ахун и скороговоркой сказал следующее:

– Позвольте доложить вам, ваше Высокопреподобие, случайно узнанные мною сведения, касающиеся как раз роста этих самых тибетских гор, о которых вы только что изволили говорить.

Дело в том, – продолжал Ахун, – что перед самым нашим отлетом с планеты Каратаз я имел счастье встретиться с Архангелом Вилоуаром, правителем нашей солнечной системы, и Его Велелепие изволил узнать меня и говорить со мною.

Помните, ваше Высокопреподобие, когда мы существовали на планете «Зернакур», Его Велелепие Архангел Вилоуар был еще обыкновенным ангелом и часто захаживал к нам.

И вот, когда Его Велелепие во время разговора со мною услышал название той солнечной системы, куда мы были сосланы, он сказал мне, что на последнем препревысочайшем, препресвятейшем приеме окончательно вернувшихся обратно Космических Результатов некий Индивидуум, святой Лама, имел счастье в присутствии всех высочайших Индивидуумов положить лично к стопам нашего ЕДИНОБЫТНОГО БЕСКОНЕЧНОГО какую-то просьбу по поводу ненормального роста каких-то выступов какой-то планеты, как раз, кажется, этой солнечной системы, и наш ВСЕМИЛОСТИВЕЙШИЙ БЕСКОНЕЧНЫЙ, приняв эту просьбу, тут же повелел отправить в эту солнечную систему Архангела Луизоса, чтобы он, как уже бывавший в этой системе, там, на месте, выяснил причины сказанных выступов и принял бы соответствующие меры.

Вот почему в настоящее время Его Сообразность Архангел Луизос спешно заканчивает свои текущие дела, чтобы отправиться туда.

– Так, так, дорогой Ахун, – сказал на это Вельзевул и добавил: – Спасибо тебе за эти сведения, слава нашему творцу! Только что сказанное тобой будет по всей вероятности содействовать уничтожению в моем наличии беспокойства, возникшего с тех пор, когда я впервые констатировал ненормальный рост упомянутых тибетских гор, а именно беспокойства относительно совершенного исчезновения из нашей Вселенной вместе с этой планетой дорогой мне памяти о нашем без конца чтимом, над всеми мудрецами мудром, Молла Наср-Эддине.

Сказав это и придав своему лицу обычное выражение, Вельзевул продолжал так:

– По этой местности, которая в настоящее время называется «Тибет», мы продолжали тогда свой путь со всевозможными трудностями и наконец пришли к истокам реки, называвшейся Керия-Чи, спустя несколько дней поплыли по ее течению к морю Благодать и как раз попали к нашему судну Оказия.

Хотя после этого моего третьего спуска на твою планету Земля я долгое время «персонально» и не бывал на ней, но все же от времени до времени внимательно наблюдал за этими твоими любимцами через мой большой Тескуано.

А не пришлось мне долгое время лично бывать на ней по следующей причине.

Когда мы вернулись на планету Марс, я вскорости заинтересовался там одной работой, которую трехмозгные существа планеты Марс в тот именно период начали производить на поверхности своей планеты.

Чтобы тебе ясно понять, какой тамошней работой я заинтересовался, тебе необходимо прежде всего знать, что планета Марс, принадлежа к системе Орс, является для нее в трансформации космических веществ так называемым «Мднелаутным-звеном», вследствие чего она имеет так называемую «Кескестасентную-твердынную-поверхность», т. е. одна половина ее поверхности состоит из твердынного наличия, а другая – из салякуриапной массы или, как бы сказали твои любимцы, одна ее половина представляет сушу, как бы один сплошной материк, а другая половина покрыта водой.

И вот, мой мальчик, ввиду того что трехмозгные существа планеты Марс для своей первой существенской пищи употребляют исключительно только «просфору» или, как это называют твои любимцы, «хлеб», они для получения такой «просфоры» на твердынной половине своей планеты сеяли всегда так называемую «пшеницу». Такая пшеница требуемую ей для так называемого «эволюционирующего-Джартклома» влагу получала исключительно от так называемой «росы», а потому в результате от одного зерна этой пшеницы получалась только седьмая часть свершительного процесса священного Эптапарапаршинох, т. е. урожай получался, как говорится, «сам-семь».

Но так как такого «размножения» пшеницы им было недостаточно, а для получения ее в большом количестве необходимо было воспользоваться наличием планетной салякуриапы, то тамошние трехцентровые существа с самого начала нашего прибытия туда много толковали о том, чтобы провести эту самую салякуриапу в потребном количестве с противоположной стороны своей планеты на ту ее сторону, на которой происходило существенское их существование.

Когда же они через несколько их годов окончательно порешили этот вопрос и приготовили все в данном случае нужное, они как раз перед самым моим возвращением с планеты Земля и приступили к осуществлению своего решения на деле, т. е. начали для проведения салякуриапы рыть специальные каналы.

Эти работы, мой мальчик, были чрезвычайно сложны, и существа планеты Марс изобрели и продолжали изобретать для выполнения их всевозможные машины и приспособления…

Среди этих изобретенных ими машин и приспособлений было очень много оригинальных и интересных, и я, как всегда, интересуясь всякого рода новыми изобретениями, очень увлекся сказанными работами существ планеты Марс.

Пользуясь любезностью добрых марсиан, я почти все свое время проводил тогда на этих работах и потому в этот период очень редко спускался на другие планеты этой солнечной системы.

Только иногда я улетал для отдыха на планету Сатурн к Горнахуру Хархарху, о котором я тебе уже рассказывал и который сделался за это время моим настоящим сущностным другом; благодаря нему я стал владельцем такого чуда, как мой большой Тескуано, который, как я уже говорил, приближал дальние видимости в семь миллионов двести восемьдесят пять раз.

Глава 23

Четвертое самоличное пребывание Вельзевула на планете «Земля»

Вельзевул продолжал так:

– В четвертый раз на эту планету Земля я спустился из-за просьбы моего сущностного друга Горнахура Хархарха.

Прежде всего надо тебе сказать, что, после того как я сошелся с этим Горнахуром Хархархом и стал дружить с ним, я при встречах, во время наших «субъективных-обменах-мнениями», всегда делился с ним моими впечатлениями о странной психике трехцентровых существ этой твоей планеты.

В результате таких наших собеседований касательно твоих любимцев, в конце концов и он заинтересовался ими так, что раз даже очень серьезно попросил меня держать его всегда, хотя бы приблизительно, в курсе моих наблюдений над ними, и с тех пор я и ему, так же как и твоему дяде Туилану, начал посылать копии всех моих конспективных записей относительно странных особенностей их психики.

А то, что Горнахур Хархарх явился причиной моего этого спуска, вытекло из следующего:

Я как-то тебе уже говорил, что после третьего моего самоличного спуска на твою планету я иногда для отдыха поднимался только на планету Сатурн к этому моему другу.

Когда я во время таких моих прилетов к нему убедился в его большой учености, у меня как-то раз возникла идея попросить его спуститься на нашем судне Оказия на планету Марс, чтобы там лично на месте своими знаниями помочь мне в оборудовании деталей моей обсерватории, свершительная постройка которой к этому времени как раз заканчивалась.

Здесь не мешает подчеркнуть и то, что если эта моя обсерватория впоследствии стала известной и действительно самой лучшей из всех подобных искусственных сооружений во всей Вселенной, то этому я, главным образом, и обязан учености этого самого моего сущностного друга.

И вот тогда, когда я попросил Горнахура Хархарха об этом, он, немного только подумав, дал свое согласие, и мы тут же вместе приступили к обсуждению, как именно привести это наше намерение в исполнение.

Дело в том, что наш путь от планеты Сатурн до планеты Марс должен был проходить по таким космическим сферам, наличия которых не соответствовали наличию Горнахура Хархарха, как существа, имеющего возможности еще только обыкновенного планетного существования.

Результатом нашего обсуждения тогда и было, что на другой же день ближайшие его помощники начали под его руководством устраивать в самом нашем судне Оказия особое помещение и устанавливать в нем всевозможные приспособления и приборы для выработки таких веществ, из которых состояла атмосфера планеты Сатурн и к которым природой было приспособлено существование Горнахура Хархарха.

Когда все упомянутые приготовления были закончены, мы через один Хрх-хр-ху тронулись в путь по направлению планеты Марс и благополучно спустились там к моему дому.

А там, на планете Марс, которая имела почти такую же атмосферу, как и планета Сатурн, мой сущностный друг Горнахур Хархарх очень скоро акклиматизировался и стал существовать почти как на своей планете.

Вот во время своего пребывания на Марсе он и придумал то Тескуано или ту, как твои любимцы называют, «подзорную-трубу», благодаря которой, главным образом, как я уже сказал, моя обсерватория впоследствии и стала особенной и известной по всей Вселенной.

Сконструированное им Тескуано является действительно чудом существенского разумения, так как оно увеличивает до семи миллионов двухсот восьмидесяти пяти раз видимость дальних космических сосредоточений, как при известных процессах, происходящих с космическими веществами в атмосферах, окружающих почти все космические сосредоточения, так и при известных процессах с космическим Эфирнокрильно в междупространственных сферах.

Благодаря этому Тескуано я иной раз имел полную возможность, сидя в моем доме на Марсе, наблюдать почти за всем, что происходило на тех частях поверхности других планет этой солнечной системы, которые в процессе так называемого общесистемного движения оказывались в данное время в поле зрения моей обсерватории.

И вот, дорогой мой мальчик, когда Горнахур Хархарх гостил тогда у меня, и мы как-то раз наблюдали вместе за существованием этих твоих любимцев, один случайно подмеченный нами факт послужил причиной очень серьезного обмена мнениями между нами относительно трехцентровых существ этой твоей оригинальной планеты.

Следствием этого нашего «обмена-мнений» и было то, что я обязался спуститься на поверхность этой планеты и привезти оттуда на планету Сатурн известное количество существ, называемых там «обезьянами», с тем чтобы над ними произвести некоторые выяснительные эксперименты относительно подмеченного нами, удивившего нас тогда факта.

В этом места рассказа Вельзевула ему подали «лейтучанброс», т. е. особую металлическую пластинку, на которой обычно отмечается текст получаемых откуда-нибудь эфирограмм, причем адресату достаточно приложить ее к своему воспринимательному слуховому органу, чтобы услышать все, о чем ему сообщается.

Когда Вельзевул выслушал сказанным образом содержание поданного ему «лейтучанброс», он, обращаясь к своему внуку, сказал:

– Видишь, мой мальчик, какие в нашей Вселенной бывают совпадения.

Содержание этой эфирограммы относится как раз к твоим любимцам в связи с только что мною упомянутыми тамошними «существами-обезьянами».

Она послана мне с планеты Марс и в ней, между прочим, сообщается, что трехцентровых существ планеты Земля опять начал «волновать» так называемый «обезьяний-вопрос».

Прежде всего надо тебе сказать, что в наличии этих странных трехмозгных существ, возникающих и существующих на планете Земля, уже давно, по причине, тоже вытекшей из тамошнего ненормального существенского существования, окристаллизовался и периодически усиливается в своей функционизации странный фактор, временами порождающий в их наличии «крещендирующий-импульс», согласно которому, в периоды его действия, им хочется во что бы то ни стало узнать, они ли произошли от этих обезьян, или эти самые обезьяны произошли от них.

Судя по этой эфирограмме, на этот раз такой вопрос больше всего волнует тех тамошних двуногих существ, которые водятся на материке, называемом «Америка».

Хотя этот вопрос всегда время от времени волнует их, но иногда он делается там на долгое время, как они сами выражаются, «злобой-дня».

Я очень хорошо помню, что в первый раз «волнение-умов» у них относительно происхождения этих самых обезьян возникло тогда, когда их, как они тоже любят выражаться, «культурным-центром» являлся «Тиклямыш».

Началом такого «волнения-умов» послужило «мудрование» одного тамошнего ученого «новой-формации», по имени Мениткел.

Этот Мениткел сделался тогда ученым, во-первых, потому, что его бездетная тетка была очень хорошей так называемой «свахой» и вращалась среди «власть-имущих» существ, а во-вторых, благодаря тому, что он, когда по возрасту подошел уже к «преддверию-бытия» ответственного существа, получил в день своего рождения в подарок книгу под названием «Руководство-для-хорошего-тона-и-для-писания-любовных-писем». И вот, будучи благодаря оставленному ему его дядей, бывшим владельцем «ломбарда», наследству материально хорошо обеспеченным и следовательно совершенно свободным, он от скуки и написал тогда толстую научную книгу, в которой «набалабрендил» о происхождении этих самых обезьян целую теорию со всевозможными «логическими доказательствами», но, конечно, с такими «логическими доказательствами», какие могут восприниматься и окристаллизовываться только в разумах этих понравившихся тебе чудаков.

Этот Мениткел «доказал» тогда своей теорией, что эти их «земляки-обезьяны» происходят не больше и не меньше как от так называемых «одичавших-людей».

А прочие тамошние существа того периода, как им уже и тогда начинало становиться свойственным, без всякой «сущностной-критики» вполне поверили этому «теткиному-племяннику», и вот с тех пор и этот взволновавший тогда странный разум твоих любимцев вопрос сделался предметом споров и фантазирований и продержался вплоть до так называемого «седьмого-очередного-большого-общепланетного-процесса-взаимоуничтожения».

В тот период благодаря такой злостной идее в инстинктах большинства этих несчастных даже зафиксировался еще один ненормальный так называемый «диктаторский-фактор», который в их общем наличии стал порождать и такое ложное ощущение, будто эти существа-обезьяны являются существами «священными»; и такой ненормальный фактор, породивший сказанный кощунственный импульс, переходя по наследию из рода в род, дошел до инстинкта очень многих существ даже и настоящего времени.

Такая ложная идея, возникшая и зафиксировавшаяся там благодаря сказанному «ломбардному-отпрыску», просуществовала приблизительно в течение двух их веков и являлась неотъемлемой частью разума большинства из них, и только разные события, вытекшие из упомянутого общепланетного процесса взаимного уничтожения, продолжавшегося почти полвека, постепенно вытравляли ее, и она в конце концов совершенно исчезла из их общего наличия.

Но, когда их так называемое «культурное-существование» сосредоточилось на материке именуемом «Европа», и когда для тамошней оригинальной болезни «мудрить», кстати сказать уже давно подпавшей под основной космический закон Эптапарапаршинох, согласно которому она должна, в смысле интенсивности, функционировать тоже с известной периодичностью, – опять наступило время ее максимально-интенсивного проявления, то тогда, к досаде трехмозгных существ всей Вселенной, опять возник этот «обезьяний-вопрос» и, окристаллизовавшись, снова сделался частью наличия ненормального разума твоих любимцев, а именно вопрос о том, кто от кого происходит.

Толчком для возрождения этого «обезьяньего-вопроса» на этот раз явилось одно, тоже «ученое» существо и, конечно, тоже «великое», но «ученое» совсем уже «новой-формации», по имени Дарвин.

А этот «великий» ученый, обосновывая свою теорию на такой же их логике, стал «доказывать» совсем обратное тому, что говорил Мениткел, а именно, что они сами происходят от этих господ Обезьян.

Относительно объективной действительности обеих теорий этих «великих» земных «ученых» мне вспоминается одно из мудрых изречений нашего почтенного Молла Наср-Эддина, а именно:

«Они оба очень успешно и, конечно, не без участия их счастливого рока, в залежалом навозе нашли настоящую крестную мать несравненной Шехеразады».

Во всяком случае знай и хорошо запомни, что в течение уже многих веков и этот вопрос, в числе других таких же эфемерных вопросов, является материалом для такого мышления, какое у твоих любимцев считается «высшим-проявлением-разума».

По-моему, эти твои любимцы получили бы совершенно правильный ответ на такой всегда их волнующий вопрос, именно на вопрос, каким образом возникла обезьяна, если бы они и к данному случаю сумели уместно применить одно из изречений опять-таки нашего дорогого Молла Наср-Эддина, который по очень многим поводам говорил:

«Причину-всякого-недоразумения-следует-искать-только-в-женщине».

Если бы они с такой его мудростью подошли к разрешению и этого «недоразуменного» вопроса, то, пожалуй, и сообразили бы наконец, откуда и как произошли эти их земляки.

Вследствие того, что вопрос о генеалогии этих тамошних обезьян действительно в высшей степени сложен и необычаен, то я и об этом осведомлю твой разум по возможности всесторонне.

На самом деле не они произошли от обезьяны и не обезьяна произошла от них, а… причиной происхождения этой обезьяны является в данном случае, как и во всяких других тамошних недоразумениях, тоже их женщина.

Прежде всего надо тебе сказать, что род земных существ-обезьян, возникающий там ныне в нескольких разновидностях внешних форм, до второй тамошней «тренсапальной-пертурбации» вовсе еще не существовал, и только после нее и начинается генеалогия их рода.

Причинами возникновения и такого «недоразуменного» существа, как и причинами всех прочих в объективном смысле более или менее серьезных фактов, происходящих на поверхности этой злосчастной планеты, являются два, друг от друга совершенно независимых, начала.

Первым из них явилась все та же непредусмотрительность некоторых высочайших препресвятейших космических Индивидуумов, а вторым послужили и для данного случая все те же, ими самими установленные, ненормальные условия обычного существенского существования.

Дело в том, что когда с этой злосчастной планетой произошла вторая «тренсапальная-пертурбация», то, кроме главного ее материка Атлантида, внутрь планеты вошли еще и многие другие большие и малые твердыни и вместо них на поверхности планеты появились новые.

Такие перемещения частей общего наличия этой злосчастной планеты происходили тогда в течение нескольких тамошних дней с многократными планетосодроганиями и всевозможными такими проявлениями, которые не могли не вызывать ужаса в сознании и ощущениях всякого рода существ.

В этот самый период многие из случайно уцелевших там твоих любимцев трехмозгных существ, вместе с тоже случайно уцелевшими одномозгными и двухмозгными существами прочих форм, попали на другие новообразовавшиеся твердыни, на совершенно новые, незнакомые им места.

Вот тогда многим из этих странных «кесчапмартных» трехмозгных существ активного и пассивного пола или, как они говорят, «мужчинам» и «женщинам» пришлось несколько тамошних годов существовать порознь без противоположного пола.

Прежде чем продолжать рассказывать, как все это тогда произошло, следует объяснить тебе немного подробнее относительно того священного вещества, которое является конечным результатом эволюционных трансформаций всякой существенской пищи и образовывается в наличии каждого существа без различия «системности-мозгов».

Это священное вещество, возникающее в наличии всяких существ, почти всюду именуется «Эксиоэхари», а на планете Земля твои любимцы называют его «сперма».

Благодаря Всемилостивейшему предусмотрению и повелению нашего ОБЩЕГО ОТЦА ТВОРЦА и согласно осуществлению Великой Природы это священное вещество в наличии всяких существ без различия «системности-мозгов» и «внешнего-облекания» возникает главным образом для того, чтобы посредством его все существа сознательно или автоматически выполняли ту часть своего существенского долга, которая заключается в продолжении своего рода; а в наличии трехмозгных существ возникает еще и для того, чтобы сознательно трансформировать его в своем общем наличии для облекания высших существенских тел для своего собственного бытия.

Еще до второй тамошней «тренсапальной-пертурбации», какой период своей планеты современные трехмозгные существа определили бы словами: «до-гибели-материка-Атлантида», когда в их наличии уже начинали окристаллизовываться разные последствия свойств органа Кундабуфера, в них начинал оформливаться тот существенский импульс, который впоследствии стал над всем главенствовать.

Импульс этот именуется ныне «удовольствие», и удовлетворяя его, они начали существовать уже так, как не подобает существовать трехцентровым существам, а именно, большинство из них удаление из себя этого самого священного существенского вещества постепенно приспособили только для удовлетворения упомянутого импульса.

И вот, мой мальчик, вследствие того, что большинство трехмозгных существ планеты Земля с тех пор начали процессы удаления из себя этого, постоянно образовывающегося в них вещества производить не в известные периоды, нормально установленные для существ Великой Природой в соответствии с их организацией, в целях только продления своего рода, и большинство из них также перестали сознательно использовывать его для облекания своего высшего существенского тела, то в результате получилось, что они при неудалении его из себя уже к этому времени намеханизированными способами, естественно должны были испытывать ощущение, называемое «Сирклинимана» или, как сказали бы там твои любимцы, такое состояние, какое определяется словами «быть-не-в-своей-тарелке», и какое состояние даже непременно должно было сопровождаться так называемым «механическим-страданием».

Как-нибудь, к слову, ты напомни мне касательно упомянутых мною, Природой установленных, периодов для нормального процесса использования «Эксиоэхари» существами разной «системности-мозгов» в целях продления их рода, и я объясню тебе это подробно.

И вот, вследствие вышесказанного, а также в силу того, что и они, как и мы, являются только «кесчапмартными» существами и нормально выделение из их наличия этого, неизбежно постоянно образовывающегося в них священного вещества, при использовании его через посредство священного процесса «Эльмуарно» для продления рода, должно происходить исключительно только совместно с противоположным полом, и так как они не имели обыкновения использовать его в целях облекания высших существенских тел, то потому те случайно уцелевшие тамошние трехмозгные существа, именно из числа тех, которые к этому времени уже существовали, как не подобает существовать трехмозгным существам, когда им пришлось в течение нескольких их годов существовать без противоположных своему полу существ, стали для извлечения из себя образовывающегося в них священного вещества «Эксиоэхари» прибегать к разным противоестественным приемам.

Существа «мужского-пола» стали тогда прибегать к противоестественным способам, называемым «мурдуртен» и «андроперидаст», какие ненормальности там, на планете Земля, именуются «онанизм», «педерастизм» и т. д., и эти противоестественные способы их вполне удовлетворяли.

Но для тогдашних трехмозгных существ «пассивного-пола», или, как они именуют их – «женщин», упомянутые неестественные приемы оказались недостаточно их удовлетворяющими, и потому тогдашние бедные «женщины-сироты», будучи уже и тогда намного хитрее и изобретательнее тамошних мужчин, начали находить и приучать существа других форм данного места быть их «партнерами».

И вот, после таких «партнерств» в нашей Вселенной начал появляться и такой род существ, представляющий из себя, как сказал бы наш дорогой Молла Наср-Эддин, «ни-то-и-ни-се».

Относительно возможности такого ненормального слития двух разнородных «Эксиоэхари» для зачатия и возникновения нового планетного тела существа, надо тебе объяснить еще следующее.

Как на планете Земля, так и на других планетах нашей Вселенной, где только водятся и существуют кесчапмартные трехмозгные существа, у которых образование Эксиоэхари, в целях возникновения нового существа, обязательно должно происходить в наличиях двух отдельных самостоятельных разного пола существ, основная разность священного Эксиоэхари, образовывающегося в наличии отдельных противоположных полов кесчапмартных существ, и в «мужчине» и в «женщине» заключается в том, что в Эксиоэхари, образовывающемся в наличии существ «мужского-пола», принимает участие локализованная святая «утверждающая» или «положительная» сила священного Триамазикамно, а для свершительного образования Эксиоэхари в наличии существ «женского-пола» принимает участия локализированная «отрицательная» или «отталкивающая» сила того же священного закона.

И благодаря тому же всемилостивейшему предусмотрению и повелению нашего ОТЦА всего существующего во Вселенной и согласно осуществлению Великой Матери Природы, при известных окружающих условиях и при участии третьей отдельно локализованной святой силы священного Триамазикамно, именно святой силы, именующейся «Примирение», слитие этих двух Эксиоэхари, возникающих в двух отдельных разнородных самостоятельных существах, и дает, благодаря процессу, именующемуся «процесс-священного-Эльмуарно» и происходящему между этими разнополыми существами, начало для возникновения нового существа.

Возможность же такого ненормального слития двух разнородных Эксиоэхари для данного случая произошла тогда только благодаря одному космическому закону, называющемуся «родственность-чисел-совокупности-вибраций», вытекшему благодаря второй «тренсапальной-пертурбации» с этой злосчастной планетой и продолжавшему тогда еще действовать для общего ее наличия.

Относительно только что упомянутого космического закона непременно следует теперь же сказать тебе, что он возник и стал существовать во Вселенной после того, когда основной священный закон «Триамазикамно» был изменен нашим ТВОРЦОМ в целях обезвреживания Геропаса и священные части «Триамазикамно», до этого совершенно самостоятельные, стали зависимы от извне приходящих сил.

Впрочем, и этот космический закон ты всесторонне поймешь только тогда, когда я тебе, как уже обещал, разъясню подробно касательно вообще всех основных законов Миросоздания и Миросуществования.

А пока относительно этого вопроса знай, что вообще всюду, на нормально существующих планетах нашей Великой Вселенной, Эксиоэхари, образовывающееся в наличии трехмозгных существ, в которых имеются воспринимательные и трансформирующие органы для локализации утверждающей святой части священного «Триамазикамно», т. е. в наличии кесчапмартных существ мужского пола, на основании только что упомянутого космического закона, никогда не может слиться с Эксиоэхари, образовывающимся в наличии кесчапмартного существа двухмозгного существа противоположного пола.

А в то же время Эксиоэхари, образовывающееся в трехмозгном кесчапмартном существе «женского-пола» иногда, в подобных случаях, когда получается особая комбинация слития космических сил и начинает действовать упомянутый закон «родственность-чисел-совокупности-вибраций», при известных окружающих условиях вполне может слиться с Эксиоэхари, образовывающимся в двухмозгном кесчапмартном существе «мужского-пола», но только уже в качестве активного фактора такого осуществляющегося процесса основного священного «Триамазикамно».

Короче говоря, в упомянутые ужасные годы на этой твоей планете получился и такой очень редкий во Вселенной результат, т. е. получилось слитие Эксиоэхари двух разносистемных мозгов кесчапмартных существ противоположных полов, и результатом этого возникли прародители этих земных «недоразуменных-существ», ныне называемых «обезьяны», которые не дают покоя твоим любимцам, нет да нет волнуя их странный разум.

Когда же после упомянутого ужасного тамошнего периода на твоей планете восстановился относительно нормальный процесс обычного существования и твои разнополые любимцы начали вновь находить друг друга и существовать опять совместно, то с тех пор и у этих существ-обезьян продолжение рода стало осуществляться уже между себе подобными.

А такое продолжение рода этих тамошних ненормально возникших существ-обезьян могло в дальнейшем продолжаться уже между собою, потому что зачатие для возникновения первых таких ненормальных существ происходило на основании тех же упомянутых внешних условий, благодаря которым вообще определяется наличие будущего кесчапмартного существа активного или пассивного пола.

Самым интересным результатом такого уже чересчур ненормального проявления трехмозгных существ твоей планеты является то обстоятельство, что в настоящее время там существует очень много разнообразных по внешней форме видов поколений этих существ-обезьян, причем каждый из таких разнообразных видов имеет очень определенное выраженное подобие какой-либо, и поныне там существующей, формы двухмозгного четвероногого существа.

Это так получилось вследствие того, что слитие Эксиоэхари тамошних кесчапмартных трехмозгных существ «женского-пола», послужившее началом возникновения прародителей этих обезьян, происходило тогда с активным Эксиоэхари самых разнообразных и поныне существующих четвероногих существ.

И действительно, мой мальчик, когда мне, в период моего последнего персонального пребывания на планете Земля, приходилось во время моих путешествий на ней встречаться со сказанными разными самостоятельными видами обезьян и когда я по привычке, сделавшейся моей сущностью, наблюдал и за ними, я очень определенно констатировал, что вся внутренняя функционизация и так называемые «автоматические позы» каждого отдельного вида этих тамошних современных обезьян точно такие, какие имеются в цельном наличии какого-либо другого тамошнего нормально возникшего четвероногого существа, и даже их так называемые «черты-лица» очень определенно такие же, как у сказанных четвероногих; но так называемые «черты-психики» у всех отдельных видов этих тамошних обезьян совершенно одинаковы и до мелочей подобны чертам психики тамошних трехмозгных существ «женского-пола».

В этом месте своих рассказов Вельзевул сделал долгую паузу и начал с улыбкой, выражавшей очень явно двусмысленность, смотреть на своего любимца Хассина и после, продолжая еще улыбаться, сказал:

– В тексте только что полученной мною эфирограммы говорится еще, что эти твои любимцы-чудаки на этот раз, дабы окончательно разрешить вопрос – кто от кого происходит, они ли от обезьян или обезьяны от них, – решили даже сделать «научные-эксперименты» и что некоторые из них уже отправились на материк «Африка», где водится много обезьян, с целью привезти оттуда требуемое число их для таких своих «научных-исследований».

Судя по этой эфирограмме, понравившиеся тебе существа планеты Земля опять выкидывают свое очередное «экстраординарное-коленце».

Согласно всему тому, что я узнал о них за время моих наблюдений, я уже предвижу, что такой «научный-эксперимент», конечно, очень серьезно заинтересует и прочих тамошних твоих любимцев и некоторый период времени он для странного их разума будет служить материалом для бесконечных споров и пересудов.

И все это будет там в порядке вещей.

Что же касается самого «научного-эксперимента», который они предполагают делать с привезенными из Африки обезьянами, то я могу с уверенностью наперед сказать, что по крайней мере первая его половина выйдет у них без сомнения «на-славу».

А выйдет «на-славу» потому, что сами обезьяны, будучи существами так называемого «теребильного-результата», уже по своей природе очень и очень любят заниматься «тереблением» и несомненно уже через день будут принимать участие и сильно помогать таким твоим любимцам в этом их «научном-эксперименте».

Относительно же тех тамошних существ, которые собираются производить такой «научный-эксперимент», и относительно благого результата от такого их «научного-эксперимента» для прочих тамошних трехмозгных существ можно получить представление, если вспомнить глубокомудрое изречение того же нашего досточтимого Молла Наср-Эддина, в котором он говорит: «Уже счастлив тот отец, сын которого занимается даже убийствами и грабежами и потому не имеет времени самого его приучить заниматься тоже „тереблением“».

Да, мой мальчик, кажется я тебе еще не говорил, кто и почему после ухода моего с солнечной системы Орс извещает меня иногда эфирограммами о важнейших событиях, происходящих на разных планетах этой системы, и, конечно, также и о том, что происходит на твоей планете Земля.

Помнишь, я говорил тебе, что мой первый персональный спуск на поверхность этой твоей планеты Земля состоялся из-за одного нашего молодого соплеменника, который тогда не захотел больше оставаться там и вернулся с нами на планету Марс, где впоследствии стал очень хорошим старшиной над всеми существами нашего племени, существующими на планете Марс, а ныне является уже старшиной над всеми вообще существами нашего племени, существующими еще по разным причинам на некоторых планетах этой системы Орс.

Так вот, мой мальчик, когда я уходил с этой системы, я знаменитую мою обсерваторию со всем, что в ней имелось, подарил именно ему; а он в благодарность за это обещал мне ежегодно по времяисчислению планеты Марс доносить о всех важнейших событиях, которые будут происходить на планетах этой системы.

И теперь этот самый старшина очень аккуратно сообщает мне о важнейших событиях, происходящих на всех планетах, на которых имеется существенское существование, и, зная мой большой интерес к трехцентровым существам, водящимся на твоей планете Земля, он, как я теперь вижу, очень старается выяснять и доставлять мне сведения относительно всех таких их проявлений, которые могут дать мне и теперь возможность быть постоянно в курсе всего процесса обычного существования этих трехмозгных существ, несмотря на то, что я нахожусь теперь уже недосягаемо далеко даже для их бесконечно легких мыслей.

Старшина оставшихся там наших существ, собирая разные сообщаемые им сведения касательно трехмозгных существ планеты Земля, узнает по собственным своим наблюдениям за ними через посредство оставленного ему мною большого Тескуано или черпает эти сведения из тех донесений, которые ему, в свою очередь, делают те три существа нашего племени, которые пожелали навсегда остаться существовать на планете Земля и в настоящее время все трое имеют на материке «Европа» разные солидные самостоятельные предприятия, необходимые в нынешних условиях существования для всякого существующего там трехмозгного существа.

Один из них содержит в одном из больших городов «бюро-похоронных-процессий», второй – в другом большом городе имеет «бюро» для так называемых «бракоразводных-дел-и-сводничества», а третий является владельцем многих основанных им в нескольких городах «отделений-контор» для так называемого «обмена-валюты».

Однако, мой мальчик, благодаря этой эфирограмме я очень отвлекся от первоначального своего рассказа.

Вернемся опять к прежней теме.

Итак, в этот мой четвертый прилет на планету Земля наше судно Оказия спустилось уже на море, называемое «Красное море».

Спустились же мы на это море потому, что его западная сторона омывала тот материк, на который я хотел попасть, именно на материк, тогда называвшийся «Грабонцы», а теперь «Африка», и на котором и тогда, больше чем на других твердынных частях поверхности этой твоей планеты, водились требовавшиеся мне существа-обезьяны, и потому, что это море в тот период для стоянки нашего судна Оказия было особенно удобно; главное же потому, что рядом с ним находилась страна, называвшаяся тогда «Нилия», в настоящее время называющаяся «Египет», где в тот период еще существовали те существа нашего племени, которые пожелали остаться существовать на этой планете и с помощью которых я и хотел набрать обезьян.

И вот, когда мы спустились на Красное море, мы от судна Оказия на «иподренехах» поплыли к берегу и после на верблюдах доехали до того города, в котором существовали наши и который являлся тогда столицей будущего Египта.

Этот город-столица назывался тогда «Фивы».

В первый же день моего прибытия в город «Фивы» один из существующих там существ нашего племени в разговоре, между прочим, мне сказал, что существа Земли этой местности придумали новую систему наблюдения со своей планеты за другими космическими сосредоточениями и в настоящее время сооружают все требуемое, чтобы осуществить это на практике, и что удобства и возможности этой новой системы, как все здесь говорят, очень хорошие и до сих пор никогда на Земле небывалые.

И когда он стал рассказывать о всем том, что сам видел, как там говорят «своими глазами», это меня сразу сильно заинтересовало, так как во время описания им некоторых деталей такого тамошнего нового сооружения мне показалось, что этими земными существами уже как будто найдена возможность для устранения того неудобства, о котором в последнее время я сам очень много думал, когда заканчивал сооружение моей обсерватории на планете Марс.

И потому я решил на время отложить свое первоначальное намерение сразу отправиться дальше на юг материка для набора нужных мне обезьян, а раньше направиться туда, где производилось сказанное сооружение, чтобы на месте самому лично всесторонне ознакомиться и выяснить себе, в чем дело.

И вот на другой же день после прибытия в город Фивы я, в сопровождении одного из существ нашего племени, у которого уже имелось там много приятелей, в числе которых был и главный строитель сказанных сооружений, и в сопровождении, конечно, нашего верного Ахуна, отправился на уже так называемом «чуртетеве» вниз по течению той большой реки, которая в настоящее время именуется там «Нил».

Близ того места, где эта река вливалась в большое салякуриапное пространство, как раз заканчивались те искусственные сооружения, часть которых меня тогда и заинтересовала.

Самая местность, на которой производились работы для такой новой, как они называли, «обсерватории» и для нескольких их других сооружений на благо существенского существования, называлась тогда «Авазлин»; спустя несколько тамошних годов ее начали называть «Каиронана», а в настоящее время называют уже просто «окрестность-города-Каира».

Сказанные искусственные сооружения были начаты еще давно одним из тамошних так называемых «фараонов», каким именем существа этой местности называли своих царей, а в период моего четвертого прилета на Землю и первого посещения мною этой местности эти им начатые специальные сооружения заканчивались уже его внуком, тоже фараоном.

Хотя заинтересовавшая меня «обсерватория» еще не совсем была закончена, но с нее уже производились наблюдения за внешней видимостью космических сосредоточений и изучались исходящие от них результаты и взаимное действие этих их результатов.

В тот период на Земле таких тамошних существ, которые занимались такими наблюдениями и изучениями, называли «Астрологами».

Когда же впоследствии там окончательно зафиксировалась их психическая болезнь, именуемая «мудрить», благодаря которой и эти их специалисты тоже «измельчали» и сделались специалистами только по части давания названий далеким космическим сосредоточениям, они стали именоваться «Астрономами».

Ввиду того что разница значения и благого смысла в отношении окружающих существ между тогдашними такими профессионалами из числа понравившихся тебе трехмозгных существ и теперешними, занимающимися якобы тем же самым, может показать тебе, так сказать, «очевидность-неуклонно-ухудшающейся-степени-окристаллизования» данных, порождающих «здравое-логическое-мышление», долженствующее иметься и в общем наличии этих твоих любимцев как существ трехмозгных, то потому я нахожу нужным разъяснить и способствовать тебе иметь приблизительное понимание и про такую изменившуюся тоже к худшему разницу.

В тот период такие земные уже ответственного возраста трехмозгные существа, которых прочие именовали «Астрологи», кроме сказанных наблюдений и изучения разных других космических сосредоточений в целях большего, как говорится, «детализирования» той отрасли общей науки, представителями какой они являлись, выполняли еще несколько других определенных в отношении окружающих их подобных существ, взятых на себя сущностных обязанностей.

В число основных определенных их обязанностей входило и то, что они, так же как наши «цирликнеры», должны были всяким супружеским парам из их, как тогда говорили, «паствы», согласно типности таких супругов, советовать время и форму процессов священного «Эльмуарно» в целях желательного и соответствующего зачатия их результатов и, когда осуществлялись такие результаты или, как они сами говорят, «новорожденные», они должны были составлять их «облекиунериш», т. е. то самое, что современные твои любимцы называют «гороскоп», и после они сами или их заместители должны были в течение всего периода, как оформливания для ответственного возраста, так и для дальнейшего процесса их ответственного существования, руководить и давать соответствующие указания на основании сказанной «облекиунериш» и на основании постоянно ими выясняемых космических законов, вытекающих от воздействия результатов прочих космических больших сосредоточений вообще на процесс существенского существования существ на всяких планетах.

Такие их указания, а также их, так сказать, «предупредительные советы» состояли в следующем:

Когда в наличии какого-либо существа из их паствы дисгармонировалась или только начинала дисгармонироваться какая-нибудь функционизация, то он обращался к такому своего района астрологу и этот, на основании сделанного для него сказанного «облекиунериш» и на основании ожидаемых по их вычислениям изменений происходящих в их атмосфере процессов, вытекающих в свою очередь от воздействия прочих планет их солнечной системы, указывал в какие определенные периоды крентонального движения их планеты, что и как именно следует им делать в отношении своего планетного тела! Например, в каком направлении лежать, как дышать, какие преимущественно производить движения, с какими типностями избегать общения и многое другое подобное этому.

Кроме всего этого они, на основании все тех же «облекиунериш», на седьмом году существования данных существ предназначали им соответствующие противоположные по полу пары в целях выполнения одной из главных сторон существенского долга, а именно для продления своего рода, или, как бы сказали твои любимцы, предназначали или «супруга» или «супругу».

Надо отдать справедливость твоим любимцам того периода, когда существовали среди них эти «Астрологи», они тогда действительно очень строго исполняли указания этих последних и супружеские свои соединения совершали исключительно только по их указаниям.

Поэтому в тот период в смысле своих супружеских соединений они всегда по своим типам отвечали один другому почти так же, как сказанные пары ответствуют всюду на тех планетах, на которых водятся тоже кесчапмартные существа.

Эти тамошние древние «Астрологи» такие подборы делали удачно, так как хотя и были очень далеки от знания многих космических «Трогоавтоэгократических» истин, но, по крайней мере, уже очень хорошо знали законы влияния разных планет их солнечной системы на существа, водящиеся на их планете, а именно, влияние этих планет на существо как во время его зачатия для дальнейшего оформления, так и для полного приобретения им бытия ответственного существа.

Они, имея благодаря сведениям, переходившим к ним из рода в род, многовековую практику знаний, уже знали, какие типы пассивного пола могут отвечать каким типам активного пола.

И благодаря всему этому пары, подобранные по их указанию, почти всегда оказывались соответствующими друг другу, а не такими, как это происходит там в настоящее время, а именно: они соединяются в супружеские пары по типу почти всегда друг другу не соответствующие, вследствие чего там в продолжение всего существования таких супругов около половины их, как они говорят, «внутренней-жизни» уходит только на то, что досточтимый наш Молла Наср-Эддин в одном из своих изречений выражает следующими словами:

«Какой же он хороший муж или какая она хорошая жена, если весь внутренний мир того и другого не занят постоянно „грызней-своей-половины“».

Во всяком случае, мой мальчик, если бы там продолжали существовать такие «Астрологи», то наверно, благодаря дальнейшей их практике, существование существ этой несчастной планеты постепенно дошло бы в настоящее время до того, что хотя бы в семейном отношении оно было бы немного похоже на существование подобных существ на других планетах нашей Великой Вселенной.

Но они и это благое установление в процессе своего существования, как и все другие свои хорошие достижения, не успев даже еще как следует его использовать, тоже «послали-к-обжорливой-свинье» нашего почтенного Молла Наср-Эддина.

Их такие «Астрологи», как обыкновенно там бывает, тоже сначала стали постепенно мельчать, а потом и совершенно, как говорится, «выдохнулись».

После окончательного упразднения среди них должности таких «Астрологов» вместо них появились другие и в этой же области профессионалы, но уже из числа существ «ученых-новой-формации», которые как будто начали наблюдать и изучать тоже исходящие результаты от разных космических больших сосредоточений и их влияние на существование существ их планеты; но таких профессионалов окружающие их обыкновенные существа, вскоре после того как заметили, что такие их «наблюдения» и «изучения» заключаются уже только в том, чтобы выдумывать названия разным, ничего им не говорящим, далеким солнцам и планетам, миллиардами существующими во Вселенной, и еще якобы измерять одним им известным способом, составляющим их профессиональную тайну, расстояние между теми космическими точками, которые они видят со своей планеты через свои «детские-игрушки», именуемые ими тоже «телескоп», начали их, как я уже тебе сказал, называть «Астрономами».

Теперь, мой мальчик, раз мы заговорили и про этих современных «ультра-фантазеров», то не мешает опять, имитируя форму мышления и словесного изложения нашего дорогого учителя Молла Наср-Эддина, тоже «иллюминационно» осветить их почитаемое твоими любимцами значение.

Первым долгом ты знай относительно того обычного космического «нечто», которое осуществлено и для этих самых земных типностей и которое вообще всегда само по себе осуществляется для всякой космической единицы и служит для существ с объективным разумом так называемым «исходным-началом» для соображения в целях выяснения смысла и значения данного космического результата.

Это самое «нечто», служащее «исходным-началом» для распознавания значения таких земных современных типов, является ими самими, конечно, несознательно даваемое наименование ими же «намудрованной» карте, которая называется «карта-инвентаря-небесного-пространства».

Нет надобности нам делать какие-либо другие логические выводы из этого специально для них осуществленного «исходного-начала», достаточно только сказать, что само название такой их карты показывает, что нанесенные на ней обозначения никак не могут быть иными, как только относительными, потому что с поверхности своей планеты при наличии только тех возможностей, которыми они располагают, они могут, даже и ломая свои «почтенные-головы» над придумыванием названий и над исчислением различного рода измерений, видеть только те солнца и планеты, которые на их счастье не очень быстро изменяют пути своих падений в отношении их планеты и тем самым дают возможность в течение долгого времени, конечно сравнительно с краткодлительностью их собственного существования, наблюдать за ними и, как они высокопарно выражаются, «отмечать-их-расположение».

Во всяком случае, мой мальчик, как бы дело ни обстояло с результатами деятельности и таких современных представителей «науки» твоих любимцев, ты, пожалуйста, не сердись на них. Они если и не приносят никакой пользы твоим любимцам, но зато и не делают им большого вреда.

Ведь надо же и им чем-нибудь заниматься!

Недаром они носят очки германского происхождения и особые халаты, сшитые в Англии.

И пусть, пусть они занимаются этим! Создатель с ними!

А то и они будут, как большинство других тамошних чудаков, тоже занимающихся, как там говорят, «высокими-материями», от скуки заниматься «дирижерством-борьбы-пяти-против-одного».

А уже всем известно, что существа, занимающиеся этим делом, всегда излучают из себя очень вредоносные для окружающих себе подобных существ вибрации.

Ну, довольно! Оставим в покое и этих земных современных «теребильщиков» и продолжим нашу прерванную определенную тему.

Но я думаю, мой мальчик, прежде чем продолжать дальше объяснять тебе про упомянутую обсерваторию и про другие воздвигнутые там на благо существенского существования сооружения, ввиду того что такая «сознательная-мочь» трехмозгных существ твоей планеты, а именно «сознательная-мочь», выразившаяся в создании таких небывалых, как до этого периода, так и после, искусственных сооружений, очевидцем которых я тогда стал, явилась тоже результатом достижений существ-членов научного общества Ахлдан, образовавшегося еще на материке Атлантида до второго большого земного несчастья, будет очень уместным, если я предварительно расскажу тебе, хотя бы вкратце, историю возникновения там такого действительно великого научного общества, составившегося из обыкновенных трехмозгных существ, каким тогда на материке Атлантида являлось сказанное «научное общество Ахлдан».

Про это непременно следует осведомить тебя потому, что при моих дальнейших разъяснениях относительно этих понравившихся тебе трехмозгных существ планеты Земля мне, по всей вероятности, придется не раз упомянуть относительно этого общества тамошних ученых существ.

Историю возникновения и существования тогда на материке Атлантида такого общества надо тебе рассказать еще и для того, дабы ты имел понятие также о том, что если и там, на этой планете, какими-либо трехмозгными существами, благодаря существенским Парткдолгдюти, т. е. благодаря своим сознательным трудам и намеренным страданиям, что-либо достигается, то помимо того, что такие достижения использовываются ими самими на благо собственного «бытия», известная часть их, как и у нас, по преемственному наследию переходит и делается достоянием их непосредственного потомства.

Такой имеющийся и там закономерный результат ты можешь усмотреть из того, что хотя под конец существования материка Атлантида уже начинали устанавливаться ненормальные условия обычного существенского существования, а после второго большого несчастья стали ухудшаться таким темпом, что скоро окончательно «пришибли» всякую мочь выявляться имеющимся и в них возможностям, свойственным иметься в наличиях всяких трехмозгных существ, эти их «научные достижения» пусть даже частично, но все же могли механически переходить по преемственному наследию к их далеким непосредственным потомкам.

Прежде всего надо тебе сказать, что эта самая история возникновения и существования научного общества «Ахлдан» лично мне самому стала известной благодаря одному так называемому «Телеогинуару», какие бывают в атмосфере также и этой твоей планеты Земля.

Ты наверное еще точно не знаешь, что такое «Телеогинуара», а потому постарайся претворить в соответствующих частях твоего общего наличия сведения и о таком космическом осуществлении.

«Телеогинуара» – это материализованные идеи или мысли, которые после своего возникновения начинают существовать почти вечно в атмосфере той планеты, на которой они возникают.

«Телеогинуара» может образовываться от такого качества существенского созерцания, какое имеют и могут осуществлять только трехмозгные существа, облекшие в своем наличии свое высшее существенское тело и доведшие усовершенствование разума такой своей высшей существенской части до степени священного «Мартфотаие».

А последовательный ряд таким образом материализованных существенских идей, касающихся одного какого-либо события, называется «коркаптильные-мыслительные-ленты».

Упомянутые «коркаптильные-мыслительные-ленты», которые относятся к истории возникновения научного общества Ахлдан, как я выяснил уже много позже, были, как оказалось, намеренно зафиксированы неким, ныне святым, «Вечным-Индивидуумом» Асуаилоном, облекшимся в общем наличии трехмозгного существа, возникшего на твоей планете как раз на материке Атлантида по имени Тететос и существовавшим там за четыре века до второй большой тамошней «тренсапальной-пертурбации».

Такие «коркаптильные-мыслительные-ленты» никогда не уничтожаются пока существует данная планета, находящаяся в так называемом «темпе-движения-первоначального-возникновения», и не подвергаются никаким трансформациям ни от каких космических причин, которым периодически подвержены все другие космические вещества и космические кристаллизации.

Воспринять и осознать текст таких «коркаптильных-мыслительных-лент», сколько бы времени им ни протекло, может всякое трехмозгное существо, в наличии которого приобретена мочь впадать в существенское существование называемое «сурптакалькное-созерцание».

И вот, мой мальчик, относительно подробностей возникновения там общества Ахлдан я сам узнал отчасти из текста только что упомянутого «Телеогинуара» и отчасти благодаря многим данным, ставшим мне известными много позже, а именно когда я, заинтересовавшись и таким тамошним фактом большой важности, стал делать свои обычные детальные изыскания.

Согласно тексту упомянутого «Телеогинуара» и позднейшим мною узнанным данным, мне и стало ясно и определенно известно, что это научное общество Ахлдан, возникшее тогда на материке Атлантида и состоявшее из трехцентровых существ Земли, основано было за семь веков и тридцать пять годов перед второй тамошней «тренсапальной-пертурбацей».

Оно было основано по инициативе одного тамошнего существа по имени Белькюльтасси, который сумел тогда же усовершенствование своей высшей существенской части довести до бытия святого «Вечного-Индивидуума», и в настоящее время эта его высшая часть уже обитает на святой планете «Чистилище».

При выяснении мною всех тех внутренних и внешних существенских импульсов и проявлений, которые были причиной того, что этот Белькюльтасси явился тогда основателем того действительно великого и сделавшегося в свое время во всей Вселенной так называемым «завидным-подражанию» общества из обыкновенных трехмозгных существ, – оказалось, что когда этот самый будущий святой Индивидуум Белькюльтасси как-то раз по обычаю всех нормальных существ созерцал и по ассоциации мысли его сосредоточивались на самом себе, т. е. на смысле и цели своего собственного существования, он внезапно ощутил и осознал, что процесс функционизации всего его целого происходил в его прошлом не так, как он по здравой логике должен был бы происходить.

Такое неожиданное констатирование так глубоко потрясло его, что с того времени он всего самого себя посвятил только тому, чтобы смочь во что бы то ни стало разобраться в этом и понять.

Первым долгом он решил безотлагательно приступить к достижению такой «мочи», которая дала бы ему силы и возможность быть с самим собой совершенно искренним, т. е. суметь побороть в себе импульсы, ставшие привычными в функционизации его общего наличия от многих возникавших и протекавших в нем разнородных ассоциаций, начинавшихся благодаря всевозможным случайным толчкам, как извне приходящим, так и внутри его порождающимся, а именно импульсы, именующиеся «Самолюбие», «Гордость», «Тщеславие» и т. д.

И когда после невероятных так называемых «органических» и «психических» усилий он достиг этого, он и начал, не щадя таких, сделавшихся присущими его наличию, существенских импульсов, думать и вспоминать, когда именно и какие возникали в период его прошедшего существования в его наличии разные существенские импульсы и как он на них сознательно или несознательно реагировал.

Анализируя себя таким образом, он начал вспоминать, какие именно импульсы вызывали в нем ту или другую реакцию в его самостоятельно-одухотворенных частях, т. е. в его теле, в чувстве и в мыслях, и какой становилась его общая сущность, когда он на что-нибудь реагировал более или менее внимательно, и как и когда вследствие таких своих реагирований он проявлялся сознательно своим «Я» или действовал автоматически, направляемый только своим инстинктом.

Вот именно тогда Белькюльтасси, этот носитель будущего святого Индивидуума, вспоминая таким образом все свои прежние восприятия, переживания и проявления, в результате ясно констатировал, что его внешние проявления совершенно не отвечают ни восприятиям, ни оформлившимся в нем определенным импульсам.

В дальнейшем он свои такие же искренние наблюдения стал уже делать над впечатлениями, как извне приходящими, так и внутри его образовывающимися, воспринимаемыми его общим наличием в настоящем, производя их все с той же всесторонней сознательной проверкой того, как эти впечатления воспринимаются отдельными его одухотворенными частями, в каких случаях, каким образом эти восприятия переживаются его цельным наличием и для каких проявлений они становятся импульсом.

Вот такие всесторонние сознательные наблюдения и беспристрастные констатирования окончательно убедили тогда Белькюльтасси в том, что в его собственном общем наличии происходит что-то не так, как по здравой и существенской логике должно было бы происходить.

Как мне выяснилось во время моих последующих детальных изысканий, Белькюльтасси, убедившись «бессомнительно» в верности своих наблюдений над собой, усомнился в правильности своих собственных ощущений и пониманий, а также в нормальности своей собственной психической организации, и потому поставил себе задачей прежде всего выяснить, нормален ли вообще он сам, ощущая и понимая все это так, а не иначе.

Для выполнения такой своей задачи он и решил выяснить, как ощущают и сознают то же самое другие.

С этой целью он начал расспрашивать своих друзей и знакомых и допытываться узнать от них о том, как они все это ощущают и как именно осознают свои прошлые и настоящие восприятия и проявления, причем делал он это, конечно, очень осторожно, чтобы не затронуть присущих им сказанных импульсов, а именно «Самолюбие», «Гордость» и т. д.

Благодаря таким расспросам Белькюльтасси постепенно сумел в своих друзьях и знакомых вызвать откровенность, в результате чего оказалось, что все они ощущают и видят в самих себе все то же самое, что и он. Вот среди этих друзей и знакомых Белькюльтасси тогда и оказалось несколько серьезных существ, еще не совсем подвергшихся действию последствий свойств органа Кундабуфера, которые, проникшись сутью дела, тоже заинтересовались этим очень серьезно, продолжая проверять происходившее в них самих и самостоятельно наблюдать за окружающими.

Вскоре после этого они, по инициативе того же Белькюльтасси, стали иногда собираться вместе и делиться между собой наблюдениями и новыми констатированиями.

После длительных проверок, наблюдений и беспристрастных констатирований, вся эта группа земных существ, как и сам Белькюльтасси, тоже категорически убедилась, что они не такие, какими должны были бы быть.

Немного позже к этой группе тогдашних земных существ присоединилось много других, тоже со сказанными наличиями.

Позже они и учредили это самое общество, которому и дали наименование «Общества-Ахлдан».

Словом «Ахлдан» тогда выражалось следующее понятие:

«Стремление-осознать-смысл-и-цель-бытия-существ».

С самого начала учреждения этого общества во главе его стал сам Белькюльтасси и последующие действия существ этого общества начали происходить под его общим руководством.

В течение многих тамошних годов это общество существовало под упомянутым наименованием и существ-членов этого общества называли «Ахлдансоворы»; но после, когда члены этого общества для более успешного достижения общей цели разделились на несколько самостоятельных групп, то члены, принадлежащие к