Шкатулка царицы Клеопатры

Галина Сергеевна Горшкова, 2014

В одну многодетную семью попадает древний магический предмет, за которым уже много лет ведётся охота. А в другой семье юноша-инвалид мечтает вернуть себе способность ходить. Он берёт виртуальные уроки по восстановлению здоровья, но взамен обещает своему учителю оказать некую услугу… И в наше время есть место волшебству и чуду. Главное, чтобы рядом были верные друзья, а в сердце жила любовь.

Оглавление

ПРЕДИСЛОВИЕ. Египетский сувенир

Ноябрь, 2006 год. Египет. Каир. Гостиница.

— Дорогая, я вернулся! Ты собрала чемоданы? Нам пора ехать в аэропорт. Хотя, если бы ты знала, как я не хочу покидать эту сказочную страну! Мир фараонов, легенд, романтики и волшебства, — Виктор прошёл в комнату мимо запакованных чемоданов и огляделся в поисках супруги. — Маша, ты где?

Мария, услышав голос любимого, покинула балкон гостиничного номера и вышла мужу навстречу. Молодая женщина была на четвёртом месяце беременности, но уже заботливо прикрывала свой едва заметный живот рукой.

— Витя! Почему так долго? Я начала волноваться!

— И совершенно напрасно! Для ребёнка волнения могут быть вредными, — Виктор нежно погладил её по животу, затем притянул женщину к себе и поцеловал. — Мне чертовски нравится Египет! Я так жалею, что мы не взяли с собой детей! Ладно, Пашка ещё совсем малыш. А вот Полине эта страна пришлась бы по душе. Я уверен в этом! Здесь каждый камень, каждая песчинка дышит историей.

Мария заулыбалась:

— Вырастим им братика или сестричку, а потом свозим сюда всех троих. Ну что? В аэропорт?

— Угу. А я не показывал, какой сувенир я купил Полине?

Виктор вытащил из сумки небольшой свёрток.

— Ещё один сувенир? — притворно сурово спросила женщина. — Но мы ведь всем купили по подарку. И моей маме, и брату, и детям. Или ты хочешь избаловать нашу дочь?

— Очень хочу! — Виктор рассмеялся и развернул подарок.

В свёртке были обыкновенные бусы: крепкая нить, крупные шарики из стекла с какими-то иероглифами на одной из поверхностей — ничего особенного.

— Нравится?

Мария смешно поводила носом:

— Вряд ли Поля захочет носить их в школу или во двор. Я, конечно, догадываюсь, бусы сделаны под старину. Грани некоторые сколоты и потёрты, стекло словно потускнело. Но всё равно — дешёвые украшения у нас не в моде. И Поля в этом разбирается, уж извини. Боюсь, судьба твоих бус — пролежать до конца дней где-нибудь в ящике с ненужными сувенирами под толстым слоем пыли. Да… Так, сколько ты заплатил за этот подарок? Признавайся!

Мужчина отмахнулся.

— А! Сто два доллара. Не в деньгах счастье.

— Сто два доллара за нитку стекляшек?! Витя! Ты истратил последние свободные деньги на это…? Витя, да им красная цена всего два доллара!

— Я и заплатил за них два доллара. А сто долларов стоит легенда. Представляешь, продавец мне сказал, что эта нить из уникальной коллекции древностей, а первой владелицей данного ожерелья была сама Клеопатра! Она принесла много украшений в храм, и египетский бог Амон-Ра в ответ на её молитвы поддержал женщину своим могуществом. Он наделил ожерелья, перстни и амулеты способностью исполнять желания, что стало мощнейшим источником власти для царицы. С помощью украшений она сумела очаровать римских полководцев и не просто повелевала Египтом как своей страной, но начала копить силы, чтобы покорить весь мир! И это бы произошло, если бы её сокровища не украли. Так, во всяком случае, гласит легенда. Безумно романтично, правда?

Мария лишь надрывно вздохнула:

— Господи, научи моего мужа обращаться с финансами! Витя, ты совсем не знаешь цену деньгам! Как так можно? Поверить первому встречному продавцу! А тот и рад облапошить доверчивого туриста. Наплёл красивую небылицу и всучил тебе дешёвенький стеклянный сувенир за несоразмерную цену в сто два доллара!

— Машенька, милая! Но я же для любимой дочери необычный подарок искал. Это стекло не должно пылиться в тёмном ящике, иначе можно разгневать египетского бога. Бусы должны видеть свет солнца и полный диск луны. Продавец пообещал, что теперь Амон-Ра будет исполнять наши желания! Я не обманываю: царица Клеопатра выкупила их слезами и молитвами, а воспользоваться дарами не успела. Зачем же сокровищу пропадать, когда у нас столько желаний? Ах, Египет полон очарования!

— Действительно! — женщина нервно хохотнула. — Продать целый мешок желаний всего за сто два доллара, когда сам продавец мог загадать египетскому богу стать царём или, на худой конец, просто миллионером! Ну, не дурак он после этого, а? Или, Витя, у него под прилавком магазина целый ящик таких бус находился, не припомнишь? Сто два доллара! Ха-ха! Да, твой торгаш в древнем волшебстве не нуждается. Ведь он сколотит себе состояние намного раньше и своими силами!

Виктор смутился, понимая справедливость упрёков жены и вспоминая обстоятельства общения со странным продавцом.

— Вообще-то, у этого парня нет даже магазина. Он разносит товар в подвесном лотке. Он остановил меня на площади и… Если честно, я сам удивился его щедрости и спросил, почему бы ему не оставить бусы себе? Загадывать желания, смотреть, как они исполняются. К тому же, раз бусы древние, то, наверняка, стоят дороже! Но продавец ответил, что он чем-то разгневал бога Торговли и теперь у него всё идёт из ряда вон плохо. Старейшина, к которому он обратился за советом, сказал, что если он не принесёт в жертву ничего ценного, то окончательно разорится. А из ценного у него только эти бусы и есть. Хм. Думаешь, Маша, его ещё можно найти и потребовать вернуть назад наши деньги?

— Я думаю, если мы с тобой не поторопимся, то опоздаем на самолёт и останемся в чужой стране без средств. А Полина, так уж и быть, пусть получает два подарка. Не каждой девочке родители привозят из поездок такие дорогие и «легендарные» сувениры…

Тот же день. Юго-восточная окраина Каира.

— Я привёз Ваши документы, госпожа! — ещё издали завидев свою хозяйку в тени пустующего дома, радостно по-английски закричал пожилой слуга. — Всё, как Вы приказали: билеты, деньги. Всё здесь. Мы можем ехать.

Женщина средних лет отошла от прохладной стены дома и направилась к остановившемуся на дороге потрёпанному джипу. За рулём сидел её слуга Кларк.

Вот уже добрую четверть века он сопровождал хозяйку по заграничным поездкам, обеспечивая ей надёжный сервис, транспорт и прочие организационные вопросы.

Кларк был далеко не молод, но весьма энергичен. Он не обладал острым умом, но безмерно гордился своей практичностью и житейской мудростью. У Кларка не было семьи, и, возможно, именно поэтому он был столь предан своей повелительнице и всегда слепо исполнял любые её поручения.

Заметив одобрение на лице госпожи, Кларк с облегчением выдохнул. Ведь Аурелия только на первый взгляд выглядела как обыкновенная женщина. Европейская внешность. Высокая, худощавая, элегантная… Длинная туника и свободные брюки защищают сегодня её белоснежную кожу от обжигающих лучей солнца, но в то же время не прячут природную красоту и грацию. Чёрные волосы, туго забранные на затылке в большой пучок, блестят не менее чем кольца с драгоценными камнями на её руках. А глаза этой дамы по своей проницательности сравнимы разве что с двумя кинжалами, которые неожиданно могут вонзиться в любого и пробить душу насквозь. Впрочем, и эта особенность женщины может быть простительна. Страшно другое: Аурелия — ведьма. Самая настоящая колдунья тёмных сил. И Кларк знает: вызвать подлинный гнев его госпожи равносильно смерти.

Аурелия нервно посмотрела на часы.

— Ах, если бы все мои слуги были такими пунктуальными, как ты, Кларк! Мы никуда не можем уехать, пока не дождёмся здесь Мозеджи с моим сокровищем. А у этого египтянина, судя по всему, вообще нет никакого представления о времени!

Она растерянно огляделась по сторонам. Ни души. А между тем прошло уже достаточно времени, чтобы дважды исполнить её поручение и явиться сюда.

— Вы думаете, госпожа, случилось что-то непредвиденное? И Мозеджи не нашёл на площади торговца по имени Калуф?

— Моё знание будущего, Кларк, не даёт сбоев. Калуф был сегодня на площади. А Мозеджи мог не найти его только если ослеп, обезумел или потерял страх перед своей хозяйкой. Других причин для его неявки я не нахожу. Вот и не верь после этого в справедливость изречения: «Хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам». Надо было лично отправиться на поиски Калуфа.

— Но госпожа! Найти незнакомца в чужой стране, в людном месте, зная о нём лишь его имя, и при этом ни к кому не обращаться за помощью — это же нереально! Там полно полиции, а Вы не в чести у них после нашего прошлого «путешествия» по Египту.

— Да, это так. Потому и положилась на Мозеджи. Он всё-таки египтянин и здесь как дома… О! Лёгок на помине. Ишь, как несётся. Надеюсь, ему есть чем меня порадовать.

Аурелия, маскируя нетерпение и поджидая, когда запыхавшийся слуга подбежит к ней ближе для детального доклада, надменно подняла голову и напустила на себя строгий вид:

— Ты заставил меня ждать, бестолковый. И я недовольна. Где тебя носило и почему так долго?.. Ну! Хватит дышать как загнанный пёс. Где оно?

Египтянин действительно с трудом восстанавливал сбившееся от быстрого бега дыхание.

— Простите меня, Ваше чародейство. Я не нашёл того ожерелья. Но я Вам принёс кучу других. Вот целый мешок драгоценностей и сувениров.

— Что? — нервно взвизгнула женщина. — Мозеджи! Ты настолько туп или притворяешься? Учти, я не отличаюсь терпением, и лучше не шути так со мной! Испепелю на месте! Где ожерелье?

— Я его не нашёл. Точнее, его не было у торговца Калуфа.

— Лжёшь!!!

— Нет, это так! Ваш информатор ошибся, предположив… — египтянин попятился назад от наступающей на него женщины.

Аурелия разом взмахнула руками, и Мозеджи встал как вкопанный. Ведь прямо из ниоткуда на песчаной дороге по обе стороны от мужчины появились гигантские огненные львы. И огненными они были не в смысле ярко-рыжей окраски, а в том понимании, что это и впрямь был живой огонь, лишь внешне принявший форму грозных животных. Отряхивая «гривы» от песка и дорожной пыли, рыча и демонстрируя прожорливые «пасти», «звери» всё более увеличивались в размерах, обдавая нерадивого слугу жаром пламени и снопом искр.

— Мой информатор? — переспросила Аурелия. — Ты что же, бездельник, до сих пор не уяснил, с кем имеешь дело?

Женщина вновь взмахнула руками, и огненные львы, повинуясь хозяйке, начали приближаться к Мозеджи. То и дело, вскидывая «лапы», они норовили зацепить свою жертву и причинить мужчине болезненный ожог.

Понаблюдав с минуту за тем, как египтянин пытается увернуться от справедливого, с её точки зрения, наказания, как он стойко переносит боль и всё ещё на что-то надеется, Аурелия усмехнулась и кивнула, позволяя огню немного поутихнуть. Оба «льва» разом ударились о землю, рассыпались на множество искр, а затем, перекатываясь по дороге жёлтой змейкой, взяли мужчину в плотное кольцо огня, выйти за границы которого без разрешения госпожи было невозможно.

Аурелия продолжила свою мысль:

— Значит, ты сомневаешься, несчастный, что я заранее, за несколько месяцев или даже лет смогу предсказать и вычислить, где будет находиться тот или иной предмет? Ты сомневаешься в моей силе?

— Нет, я… Простите меня, госпожа! Я знаю, что Вы очень сильная колдунья.

Голос женщины стал ледяным:

— В чём же тогда дело, Мозеджи? Ещё год назад я получила информацию о том, что ожерелье Клеопатры вдруг неожиданным образом вернётся на свою родину в Египет. И что сегодня днём его можно будет найти на центральной площади у торговца Калуфа. И где же оно? Где, я спрашиваю?!

Аурелия снова произвела какие-то манипуляции по отношению к огню, и её нерадивый помощник вдруг почувствовал, что пламя сделалось сильнее. Кольцо медленно начало сжиматься к центру, грозя сжечь всё на своём пути.

Египтянин взмолился:

— Пощадите меня, Ваше чародейство! Я виноват и признаю это! Я опоздал сегодня на площадь и долго искал торговца. А когда нашёл, Калуф сказал, что за пару минут до моего появления он продал ожерелье какому-то туристу из России. Калуф не знает ни имени его, ни гостиницы, где тот остановился. Найти его не представляется возможным. Но я отобрал у торговца все сувениры, какие были. Может, что-то из этого Вам придётся по вкусу? Тут есть и бусы, и медальоны…

Женщина презрительно фыркнула и отвернулась от Мозеджи.

— До чего же сложно в современном мире найти для себя достойного раба! Слишком умные для этой цели не годятся. А с тупыми да ленивыми — одни проблемы и хлопоты… Что стоишь, Кларк? Заводи мотор. Нам давно пора ехать. В Египте мне теперь делать нечего. Ожерелье временно от меня уплыло.

— Слушаюсь, моя госпожа, — пожилой слуга засеменил к автомобилю. — Прикажете по приезду домой заняться подготовкой документов для путешествия в Россию?

— Не сразу, Кларк. Сначала нам с тобой предстоит увлекательная поездка в Дрезден. А после — не менее интересные приключения в Швеции. Умение видеть будущее — большой подарок судьбы.

Аурелия с благодарностью погладила висящий у неё на шее амулет, затем гордо уселась в джип и требовательно посмотрела на слугу. «Ну? В чём дело? Заводи мотор!» — читалось в её взгляде.

— А-а, как же Мозеджи? — неуверенно спросил Кларк, не находя себе места от криков товарища и его просьб о пощаде.

— Мозеджи?

Колдунья, казалось, только сейчас вспомнила о том, что заключила провинившегося слугу в сжимающееся кольцо огня. Женщина приоткрыла дверцу автомобиля, наклонилась вперёд, чтобы в деталях разглядеть всё происходящее на улице, и очень громко, чтобы за криками о помощи египтянин смог расслышать её вопросы, обратилась к нему:

— Скажи-ка мне, Мозеджи, ты случайно не говоришь по-немецки? А? Или, может быть, ты владеешь шведским языком?

— Нет. Нет, госпожа! Не владею!

Аурелия удовлетворённо кивнула, захлопнула дверцу машины и вновь обернулась к водителю.

— Он не владеет европейскими языками, Кларк. И сам посуди: какая мне польза от египтянина в Европе? От него здесь-то проку не оказалось. А уж там он мне и вовсе не нужен. Так что поехали. Огонь спалит это ничтожество, ветер рассеет его прах по пустыне, а его грешная душа обретёт свободу. И кто знает? Быть может, в следующей жизни он всё же научится отличать подлинные сокровища от бесполезных сувениров.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я