16
Из уважения к новоиспеченному работодателю, ехать приходится на переднем пассажирском сидении. Неизвестно, как бы Камиль отнесся, заберись я задний диван и скомандуй: «Печку убавьте, пожалуйста, а еще по пути в супермаркет заскочим». Оставил бы глотать пыль у обочины, скорее всего.
— Почему Ауди? — интересуюсь я, разглядывая серебристую табличку с надписью «long». Не молчать же теперь всю дорогу, как два дурака.
Хозяин машины бросает на меня быстрый вопросительный взгляд.
— В каком смысле?
— Ильдар сказал, что когда ты заказываешь такси, то всегда выбираешь Ауди. И водишь ты тоже Ауди. Вот и хочу узнать, откуда такая привязанность?
— В детстве это была первая иномарка, которую я увидел. Парковалась в нашем дворе. Захотелось себе такую же.
Это короткое пояснение почти меня умиляет. Получается, осуществил мечту детства?
— Но времени-то уже достаточно прошло. Вкусы могли поменяться, тем более, когда деньгами не обделен. Чем плохи порши и мерседесы?
— В этой модели у меня все устраивает, поэтому не вижу смысла искать что-то новое, — невозмутимо отвечает Камиль. — А я консервативен.
Я беззвучно фыркаю.
— Это заметно.
— А ты? Не водишь?
— Не — а. Дома пыталась сдать на права, но забросила. Мне пешком или на такси привычнее.
— Здесь пешком не находишься.
— И на такси не наездишься, — вставляю я, с удивлением отмечая, что мы с Камилем — о боже! — нормально общаемся.
— Если у тебя в работе и дальше пойдет, как сейчас, то рано или поздно ты задумаешься о покупке машины.
Я сначала хочу возразить, что, мол, уже сотню раз об этом думала и тратиться на авто точно не планирую, но потом осекаюсь. Так я думала у себя дома. В этом городе реальность диктует другие условия, так что вполне вероятно скоро я изменю свое мнение.
— В будущем рассмотрю вариант Мерседеса с личным водителем, — шучу.
Но Камиль моего юмора, кажется, не понимает, и это удручает. Мне не нравится выглядеть заносчивой балаболкой в глазах новоиспеченного работодателя.
— А пока лет пять поезжу на метро, — брякаю я и от этого неуклюжего пояснения ощущаю себя еще более неловко.
— Вряд ли. В этом городе такие, как ты, быстро поднимаются. Профессия и хватка у тебя подходящие.
— Такие, как я — это какие?
— Пересказывать не буду. Все есть в твоем резюме.
Я пытаюсь вспомнить, что такого про себя понаписала. С момента отправки портфолио Ильдару прошло уже два месяца.
Целеустремленная, умеющая работать с условиях многозадачности, амбициозная, настойчивая… Видимо, что-то из этого Камиль и имеет в виду.
— Приму это за комплимент, — выговариваю я как можно небрежнее.
Ничего не ответив, Камиль продолжает крутить руль. Но и отрицать, что только что меня похвалил, не пытается. Это хорошо.
Отвернувшись к окну, я заново проматываю в голове детали собеседования и остаюсь крайне довольной. Будто и не к бывшему бандиту на работу устраивалась. Надо признать, что о делах говорит Камиль четко и по существу, и речь у него правильная и приятная.
Ох уж этот когнитивный диссонанс, с которым все чаще приходится иметь дело! Я, конечно, допускаю, что мир не делится на черное и белое, но сама предпочитаю не копаться в оттенках. Насилие и убийства — это плохо, любовь и милосердие — хорошо. Овощи и фрукты — полезны, картошка фри — вредная, но если очень хочется, то изредка поесть можно. В этой теории меня все устраивает: помогает иметь твердую опору под ногами и не слишком много рефлексировать. А тут…
— Я думала, что собеседование будет проводить Булат, — говорю я вслух.
— Делами автосалона преимущественно занимаюсь я, — парирует Камиль, тем самым подтверждая мою недавнюю догадку о разделе полномочий.
— Еще я была приятно удивлена.
Иронично усмехнувшись, Камиль поворачивается в мою сторону.
— И чем же?
— Твоей компетентностью, и тем как шел разговор.
— А как я, по-твоему, должен был говорить? Через слово материться и стучать по столу кастетом?
— Мне стоит напоминать о случае в лифте? — не выдержав, огрызаюсь я.
— Запомни одну вещь. — Из непринужденного тон Камиля становится строгим и поучающим. — В будущем, возможно, пригодится. Только отморозки кусают без причины. Мне, по большому счету, все равно, что ты обо мне думаешь, но открыто в себя плеваться я не позволяю даже женщинам.
Нахмурившись, я смотрю перед собой. Меня разрывает от желания ответить что-то в свою защиту, но правильных слов не находится. Во-первых, я уже согласилась на него работать, и вступать в перепалку будет равносильно самому тупому увольнению, и во-вторых, в чем — то, самую малость, он возможно и прав. Открыто осуждая прошлое Камиля, я должна бы предвидеть возможность ответных действий с его стороны. Я же в глубине души рассчитывала, что дружба с его младшим братом дарует мне неприкосновенность. Не люблю, но умею признавать свои ошибки.
— На месте. — Щелчок коробки передач заставляет меня вынырнуть из омута мыслей и поднять глаза. Машина подъехала к дому.
— Я даже не заметила, — бормочу я, отстегивая ремень безопасности. — Так и быть, в будущем вместо Мерседеса рассмотрю Ауди.
— Лучше рассмотри внедорожник.
— Это почему еще? — переспрашиваю я с любопытством.
— На первых порах тебе точно подойдет, — толкнув дверь, Камиль смотрит на меня с усмешкой. — Сохраннее будешь.
