Счёт

Счёт — многозначное слово:

Счёт - как слово появилось в древней руси, и было дано первой вычислительной машине, как попросту "Счёты"

• Счёт — действие по значению глагола «считать»; вычисление, определение каких-либо количественных показателей или перечисление элементов последовательности чисел. См. устный счёт
• В спорте и играх, счёт — числа, показывающие текущую позицию команд или игроков в игре, выигрышность этой позиции.
• Счёт, в экономике — банковский вклад, имеющий определённый идентификационный номер и позволяющий проводить безналичные расчёты с ним. См.:
• Текущий счёт
• Корреспондентский счёт
• Лицевой счёт
• Расчётный счёт
• Накопительный счёт
• Единый казначейский счёт
• Счёт — учётная запись в организации, имеющая уникальный номер.
• Лицевой счёт
• Счёт в бухгалтерском учёте — определённая учётная позиция для финансов. См. план счетов, а также:
• Балансовый счёт и Забалансовый счёт
• Счёт-экран
• Активный и пассивный счёт, Активно-пассивный счёт
• Ссудный счёт
• Контокоррентный счёт
• Счёт — долговая расписка, документ, по которому можно провести оплату.
• Счёт-фактура
• Счёт.

Источник: Википедия

Упоминания в литературе

Способ записи обсуждаемых наречий открывает нам загадку четверки. Мы привыкли считать десятками, но так было не всегда. Самая первая русская система счисления основывалась на числе «четыре». Единицы счета – один, два, три, четыре – находились в равном положении, после произнесения их при пересчете чего-либо надо было сделать паузу, отсюда «жди» в связанных с ними наречиях. Пятерка выступала первым элементом второй четверки, она открывала новый цикл счета. Сосчитав до четырех, древний вычислитель переходил к новой четверке. Поэтому синонимом слова «опять», в котором первая буква ненароком прилепилась, приросла к более древнему корню, служит наречие «снова». В этом слове первая буква – декоративная, оно родилось из словосочетания «cе (это) ново». По такому правилу в русском языке образовано также множество глаголов и существительных, например, делать – сделать, мена – смена и т. д.

Анатолий Абрашкин, Русские боги. Подлинная история арийского язычества, 2013

Еще одно великое изобретение переводчика находим уже в следующем предложении. Оригинальный текст «Сказали русь, чудь, словене, кривичи и весь…» переведен как «Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь…» (выделения мои. – в. Е.). Эта замена всего лишь одной буквы и вставка запятой, в корне меняющие смысл не только этой фразы, не только всего контекста, но и, возможно, самой концепции образования Руси, давно служит предметом споров, и вокруг нее сломано немало копий. Мы не будем наращивать горы обломков, вообще не будем отвлекаться, а просто перекинем еще одну кость на счетах темных мест «Повести» и вернемся к нашим баранам, то есть пунктам.

Владимир Борисович Егоров, У истоков Руси: меж варягом и греком, 2010

Имя главного героя печорской былины – Лука – наводит на новые размышления. Мужские имена Лука, Лукьян и женское Лукерья в недавнем прошлом были чрезвычайно распространены на Руси (менее популярны имена западного происхождения, имеющие ту же корневую основу, – Люциан, Люций). Происходят они все в конечном счете от хорошо известного современному человеку латинского слова lux, означающего «свет» (хотя в российский обиход они пришли через греческий язык и православные святцы). В фольклоре ничего просто так не бывает. В его мифологемах, сюжетах и образах всегда закодировано некоторое архаичное знание, ключи к пониманию которого, как правило, утрачены. Но не всегда и не во всем. Позднейшие лингвистические трансформации поддаются просвечиванию, и в глубине обнаруживается искомый первичный смысл.

Валерий Демин, Гиперборейские тайны Руси, 2006

Для начала мы зададимся вот каким вопросом. Что означает слово арии или, как еще пишут, арийцы? Мнение справочной литературы на этот счет гласит следующее: «в древнейших памятниках индоиранских народов эти народы называют себя арии, что обозначало полноправных людей, в отличие от соседних или покорённых народов» (БСЭ). Почему они называли себя именно таковым словом, а не как-либо иным, справочная литература не особенно распространяется. Поскольку на этот счет в разного рода исторических трудах бытуют различные же мнения, попробуем разобраться с этим вопросом.

Константин Пензев, Альтернативная история России. От Михаила Ломоносова до Михаила Задорнова, 2016

Другие археологи истолковали эти данные как появление мирных торговых поселений или даже как волны ищущих пристанища беженцев; все эти выводы основывались на вере в то, что новые уруканские поселения были основаны выходцами из родного города. Однако не следует недооценивать силу идей, которые без принуждения привлекали новых приверженцев модного образа жизни. Наша недавняя история ясно показывает, как модная идеология, вроде марксизма-ленинизма, может быть широко и с энтузиазмом воспринята и воплощена во многих самозваных и недолговечных демократических социалистических республиках безо всякого насилия. Более того, вера в «современность» западных технологий, архитектуры, одежды, пищи быстро распространилась по всему миру даже до тех мест, которые никогда не являлись или лишь на короткий промежуток времени были частью какой-либо европейской империи. В настоящее время едва ли найдется на земле уголок, где нет западных брендов. Все выглядит так, будто что-то похожее происходило и давным-давно, в 4-м тысячелетии до н. э., и ему суждено было иметь более глубокие последствия, чем чему-либо еще в истории, так как в конечном счете это дало толчок к изобретению письменности.

Пол Кривачек, Вавилон. Месопотамия и рождение цивилизации. MV–DCC до н. э., 2010

Возможно, что топоним Москов, хотя он и имеет определенное отношение к Москве, не обозначал в свое время (1147 г. и ранее) какого-то неукрепленного поселения обнесенного впоследствии (1156 г.) рвом и стенами, а обозначал некую область, хотя и достаточно небольшую, но все-таки область, называемую так вовсе не по наименованию реки Москвы, но однокоренным с ним словом. Но что же может означать основа моск? На этот счет существует великое множество теорий, из которых наиболее обоснованной представляется теория акад. В.Н. Топорова[5]. По его мнению, данная основа выводится из балтских языков[6]. Я же приму к рассмотрению еще и гипотезу историка Н.И. Шишкина, который в 1947 году высказался в том смысле, что толковать значение гидронима Москва следует как «река мосхов» или «племенная река мосхов»[7]. Впрочем, Н.И. Шишкин не был первым историком, который поставил данный вопрос и, что очевидно, оказался не последним.

Пензев К. А., Праотец Мосох, 2010

Варвара – русская форма греческого имени Барбара. Происхождение имени до сих пор неясно. Существует 2 гипотезы на этот счет. Согласно первой, имя имеет греческие корни и переводится как "иноземка, чужестранка". По второй версии, имя – латинское, обозначающее "жестокая, грубая, дикая".

Лещинская В. В., Что скрыто в имени твоем?, 2010

Ныне представление о прямом родстве славяноруссов со скифами и другими древними народами Евразии считается не иначе как наивным. Между тем позиция Татищева – Ломоносова – Забелина может быть существенно подкреплена за счет аргументов, заимствованных из исторического языкознания, мифологии и фольклора. Линия, идущая от историков XVII – XVIII веков, была продолжена и закреплена в трудах Дмитрия Ивановича Иловайского (1832–1920) и Георгия Владимировича Вернадского (1877–1973), написавшего по-английски книгу «Древняя Русь» (1938 год; рус. издание – 1996 год), где история русского народа начинается с каменного века и проводится через последующие этапы: киммерийский, скифский, сарматский и т. д. Нельзя пройти и мимо исторических сочинений Александра Нечволодова и Льва Гумилева. Известный в прошлом археолог и историк русского права Дмитрий Яковлевич Самоквасов (1843–1911) также отстаивал скифское происхождение русского народа, а прародину славяноруссов именовал Древней Скитанией[6]. Естественно, речь должна идти не об одном только русско-скифском родстве, но и о генетическом единстве множества народов, населявших в древности просторы Евразии.

Демин В. Н., Северная прародина Руси, 2017

Ныне представление о прямом родстве славяноруссов со скифами и другими древними народами Евразии считается не иначе как наивным. Между тем позиция Татищева – Ломоносова – Забелина может быть существенно подкреплена за счет аргументов, заимствованных из исторического языкознания, мифологии и фольклора. Линия, идущая от историков ХVII–ХVIII веков, была продолжена и закреплена в трудах Дмитрия Ивановича Иловайского (1832–1920) и Георгия Владимировича Вернадского (1877–1973), написавшего по-английски книгу «Древняя Русь» (1938 г.; рус. издание – 1996 г.), где история русского народа начинается с каменного века и проводится через последующие этапы: киммерийский, скифский, сарматский и т. д. Нельзя пройти и мимо исторических сочинений Александра Нечволодова и Льва Гумилева. Известный в прошлом археолог и историк русского права Дмитрий Яковлевич Самоквасов (1843–1911) также отстаивал скифское происхождение русского народа, а прародину славяноруссов именовал Древней Скитанией. Естественно, речь должна идти не об одном только русско-скифском родстве, но и о генетическом единстве множества народов, населявших в древности просторы Евразии.

Демин В. Н., Загадки Гипербореи, -1

Конкретное тождество русов и варягов здесь не может быть поставлено под сомнение. Но, как это ни покажется странным, оно ровным счетом ничего не говорит о происхождении этнонима русь. События, описанные Фадланом, имели место около 922 г. К этому времени Русь с центром в Киеве уже заявила о себе миру походами на Константинополь и каспийские города. Установила договорные отношения с Византией и Хазарией. Русами стали не только варяжские князья, но и все подданные Киевского государства. В том числе, по-видимому, и люди, прибывшие по торговым делам в Булгар или Итиль.

Толочко П. П., Откуда пошла Руская земля, -1

В течение нескольких веков официально считалось, что до прихода Романовых русские земли простирались от Днепра до Поволжья. И была это страна необразованных дикарей. Откуда такие штампы? Все просто. Во-первых, так считал сам Петр Первый. Понятно почему – выбрав европейский путь развития для страны, которая одной ногой стояла в Азии, он и бороды брил, и кулебяки не ел, воспринимая русскую самобытность – отсталостью. И, конечно, так считали европейские специалисты, друзья и прихлебатели нашего самодержца из немецкой слободы, где в присутствии Петра потешаться над русским укладом жизни было просто выгодно. Так и вошла в историю Древняя Русь неграмотной и немытой. Но так ли Русь была немыта, отстала и некультурна? Какие существуют на этот счет исторические версии и гипотезы?

Прокопенко И. С., Загадки Древней Руси, 2017

А факт знания сагами Владимира, княжившего в Киеве в 980—1015 гг. (до 977 г. он семь лет сидел в Новгороде в качестве наместника киевского князя), и молчания о его предшественниках представляет собой временной маркер, безошибочно показывающий, что годы его правления и есть то время, когда норманны, по большому счету, открыли для себя Русь и начали систематически прибывать на ее территорию. Причем численность норманнов, посещавших русские земли при нем и при его сыне Ярославе, не отличалась массовостью и постоянным проживанием в их пределах, на что указывает факт самых смутных представлений скандинавов о Руси, по сравнению, например, с немцами. Так, если «Хроника» Титмара Мерзебургского (ум. 1018) очень подробно рассказывает о столице Руси Киеве, а Адам Бременский, описывая в 70-х – 80-х гг. XI в. морской путь из южнобалтийской Юмны (Волина) в Новгород, отмечал, что столица Руси – «Киев, который соперничает с царствующим градом Константинополем»[111], то, согласно сагам, ее столицей является Новгород.

Фомин В. В., Голый конунг. Норманнизм как диагноз, 2013

По большому, как говорится, счету этот подход нельзя так просто забраковать. Скажем, английский полиглот прошлого века Дж. Боуринг мог говорить на ста языках и читал еще на ста отнюдь не потому, что его кто-то хорошо научил. Скорее всего, игра генов. Но всегда ли колоссальные природные способности приводят к овладению языками? Возьмем такой феномен, как неограниченная память.

Спивак Д. Л., Как стать полиглотом, 1989

Скифы… Что это за народ? Какова степень его родства с русскими? Как это ни парадоксально, но у историков на этот счет нет убедительных ответов. Нерешенным до сих пор остается и ключевой вопрос скифологии – откуда произошли скифы?

Абрашкин А. А., Да, скифы мы! «Откуда есть пошла Русская Земля», 2014

Петербургский ученый А.С. Мыльников, исследовавший эту легенду о трех славянских братьях, связывает ее появление с польско-литовскими спорами за территориальное и частично духовное наследие Киевской Руси, имевшими место в XIV в[137]. Борьба Польши и Литвы за Галицко-Волынскую Русь наметилась в середине 1320-х годов, достигнув апогея в 40-е годы и завершившись неустойчивым компромиссом в 1352 г., когда большая часть Галичины и западная часть Подолии отошли к Польше, а большая часть Волыни осталась за Литвой[138]. Великое княжество Литовское расширяло свои пределы за счет русских юго-западных земель, входивших ранее в состав Киевской Руси, что приводило к неуклонному повышению удельного веса западнорусского элемента, составившего в середине XV в. не менее 40 % населения страны. Русский язык до конца XVII в. оставался государственным языком Великого княжества Литовского. Претензии Литвы на русские земли нашли отражение в титулатуре литовских правителей: «Dux magnus Lithuanorum Russiaeque dominus et heres (Великий князь Литовский и господин и наследник Русский)», «Magnus dux Lithuaniae Russiaeque (Великий князь Литвы и России)»[139]. В свою очередь, Польша пыталась обосновать свои претензии в отношении наследия Киевской Руси, и идее литовской государственно-политической общности с Русью она противопоставляет идею этногенетической общности поляков и западнорусского населения. Это и обусловило появление в «Прологе» к «Великопольской хронике» Руса – еще одного брата Леха (помимо уже известного в то время Чеха), и в этой связи становится понятным, почему он в этом варианте легенды занял второе по старшинству место, расположившись сразу же после Леха. То есть образ Руса в этой хронике выступает как символ не только этногенетической общности славян, но и особых, близкородственных отношений между поляками и русскими, дающими право Польше претендовать на земли Киевской Руси.

Акашев Юрий, История народа Рос. От ариев до варягов, 2013

Единственное нарушение хронологии в романе: создание статуи Афродиты Милосской (Мелосской) отнесено мною к концу IV века до нашей эры. Традиция датирует ее II или III веком, однако точная датировка не установлена по сие время. Некоторые удивительные находки, неизвестные прежним историкам, я считаю лишь первыми свидетельствами очень больших умозрительных открытий прежних цивилизаций. Счетная машина для планетных орбит существует на самом деле; хрустальные линзы тщательной шлифовки найдены в Междуречье и даже в Трое; счет времени у индийцев, достижения врачевания, астрономии и психофизиологии известны в исторических свидетельствах и в древних философских книгах.

Ефремов И. А., Таис Афинская, 1971

Конечно, нельзя сбрасывать со счетов и тот факт, что археологи сделали множество находок, свидетельствующих: руноподобные знаки использовались людьми в самых разных уголках земного шара еще в первобытную эпоху. Во время своих путешествий по миру я несколько раз побывал на местах, где ведутся раскопки и работают археологи, занимающиеся изучением обнаруженных наскальных рисунков. Например, в итальянских Альпах я общался с Сильвией Камани – историком и археологом. Объект ее интереса – многочисленные изображения и знаки, оставленные людьми эпохи неолита в пещерах и ущельях Валь-Камоники. Но, еще будучи студенткой, она интересовалась вопросом происхождения письменности; конечно же, я не мог не спросить ее о том, когда, по ее мнению, начала складываться руническая система.

Раевский Алексей, Руны. Древняя мудрость для наших дней. Практическое руководство, 2017

Нынешние норманнисты с удовольствием укажут на мечтателей, увлеченных славянскими образами. Укрепятся за их счет на собственном постаменте. А главное, именно они используют Влесову книгу для дискредитации любой концепции, посягающей на основы самого норманнизма. Очень удобно предлагать мнимый выбор – либо «скандинавское происхождение» варягов, либо историческая фальшивка и малоприятный титул «научного фрика». Увы, многие простаки пока подыгрывают и проигрывают в этой игре в одни ворота.

Сборник статей, Влесова книга. Троянский конь норманнизма, 2013

Прекрасно понимаю: очень многим большинство из высказанных выше соображений придутся не по нраву. Господствующая научная парадигма на сегодня совершенно иная. Но на то она и парадигма, чтобы рано или поздно уступить место иной концепции. Избранная тема необъятна, и в попытке разобраться в ее основаниях я, к счастью, не одинок. В конце ХХ века наибольший вклад в разработку данной проблемы внес известный математик и философ Василий Васильевич Налимов (1910–1997). Главная идея его собственно философских публикаций, которую ему удалось изложить незадолго до смерти: исходные смыслы любых понятий, коими мы оперируем, находятся вне человеческого сознания, образуя объективное семантическое поле мироздания. (До выхода в 1989 году монографии «Спонтанность сознания: Вероятностная теория смыслов и смысловая архитектоника личности», изданной за счет средств автора, философские работы профессора Налимова в России игнорировались и не публиковались.) По существу же он отстаивал и развивал на математической основе старую платоновскую концепцияю мира идей-эйдосов, извечно и независимо от людей, существующих во Вселенной.

Демин В. Н., Русь нордическая, 2005

Наш обзор славянского ономастического материала в регионе не может не быть суммарным и выборочным, и выбор мы останавливали преимущественно на архаичных и локально ограниченных, в том числе эндемичных, образованиях. Поскольку ономастика своими путями сообщается с апеллативной лексикой, а через последнюю – с языком, как правило, языком более древним, это гарантировало нам определенные, пусть не самые богатые, возможности для заключений, характеризующих эту юго-восточную периферию древнерусского ареала. Во всяком случае, при скудности данных, имевшихся в распоряжении науки на сей счет, это давало дополнительные результаты.

Трубачев О. Н., К истокам Руси. Народ и язык, 2013