Мёртвое так и должно быть мёртвое… и мы, вековые богатыри, страшная слава которых давно уже прошла по всему свету, самими людьми достойно воспетая, не посрамимся во-веки…
Идем домой понурые… // Два старика кряжистые // Смеются… Ай, кряжи! // Бумажки сторублевые // Домой под подоплекою // Нетронуты несут! // Как уперлись: мы нищие — // Так тем и отбоярились! // Подумал я тогда: // «Ну, ладно ж! черти сивые, // Вперед не доведется вам // Смеяться надо мной!» // И прочим стало совестно, // На церковь побожилися: // «Вперед не посрамимся мы, // Под розгами умрем!»
Мёртвое так и должно быть мёртвое… и мы, вековые богатыри, страшная слава которых давно уже прошла по всему свету, самими людьми достойно воспетая, не посрамимся во-веки…
Мальчишки справились с заданием лучше: очень уж не хотелось посрамиться друг перед другом.
Да постыдятся и посрамятся ищущие души моей, да возвратятся вспять и устыдятся желающие мне зла (Пс. 69, 2–3) (прп. Амвросий, 3, ч. 2).