Мы не такие, как эти необузданные солдафоны, ужасный инструмент в руках кровавого тирана, мирные жители которые только своей отваге обязаны тому ореолу злодеев, который их сегодня окружает.
В книге не одно прошедшее; она составляет документ, по которому мы вводимся во владение настоящим, во владение всей суммы истин и усилий, найденных страданиями, облитых иногда кровавым потом; она программа будущего.
У отдельно взятого человека есть копилка опыта — память. В кровавых муках нарождается память человечества, память земли. Память — избавление от повторения ошибок. Забвение — катастрофично.
Из всего этого выглядывает жестокий кровавый тиран, лишённый каких бы то ни было родственных или дружеских привязанностей.
Мы не такие, как эти необузданные солдафоны, ужасный инструмент в руках кровавого тирана, мирные жители которые только своей отваге обязаны тому ореолу злодеев, который их сегодня окружает.
Мы поговорили, пришли к мнению, что пока не готовы к воскрешению кровавого тирана, и направились за тобой, но опоздали.