Эстонское государство ещё не сформировалось, в дни независимости его скорее ломали, нежели строили. Силы наших т. н. политиков истрачены в основном на борьбу за власть, на драки, разжигание вражды, алчность и т. д. Есть и те, для кого объединение с Евросоюзом станет бегством от ответственности за несделанное сейчас и в будущем. Коль скоро присоединимся, то можно будет свалить все беды на шею Брюсселя. Но есть много и тех, кто осмелились бы взять на себя ответственность за превращение Эстонии в сильное национальное государство вне Евросоюза (уже не управляемого и стремящегося стать федерацией). Верю, ибо знаю, что самостоятельная Эстония сможет справиться со своими делами так же успешно, как Швейцария, Норвегия, Исландия и все другие, оказавшиеся вне евроловушки.
Других богов не существует. Их придумали себе люди. Из страха перед тайной. Когда нет желания разумом отгадать тайну, начинают делать богов. Сколько тайн, столько и богов, на которых легко свалить всё. Когда человек проявляет слабость он часто объясняет это вмешательством непонятных сил. А порой и силу свою начинает приписывать им. Это уж совсем недостойно человека.
Когда женщина пошла против тебя, забудь про неё. Они могут любить, но потом что-то у них внутри переворачивается. И они могут спокойно смотреть, как ты подыхаешь в канаве, сбитый машиной, и им плевать на тебя.
Толпа обожала нокауты. Она орала, когда кого-нибудь из боксёров вырубали. Били ведь они сами. Может, тем самым лупили своих боссов или жён. Кто знает? Кому какое дело? Ещё пива.
Судьба подчас чересчур уж сильно замахивается, когда хочет легонько стукнуть нас. Казалось, она вот-вот нас раздавит, а на самом-то деле она всего лишь комара у нас на лбу прихлопнула.
Ноги для меня — первое дело. Это первое, что я увидел, когда родился. Но тогда я пытался вылезти. С тех пор я стремлюсь в обратную сторону, но без большого успеха.
Обращайтесь с женщиной осторожно! Она сделана из кривого ребра, Бог не сумел создать её прямее; если захочешь выпрямить ее, она поломается; оставишь её в покое, она станет ещё кривее.
Если море двумя ударами опрокидывает тех, кто, не понимая его языка, вознамерился одолеть его волны с трусливым сердцем в груди, то кто в этом виноват – море? Или те, кто его не понимают?
…Увезите меня подальше отсюда, — в этой гадкой стране я уже достаточно всего натерпелся, с меня довольно! Им удалось отнять у меня всё, даже святой восторг перед моим искусством — моё последнее прибежище.
А потом начал его ругать. Стоит ординарец, смотрит прямо в глаза командира, но молчит. Знает характер Будённого: пусть он погорячится, покричит, а потом ему все можно объяснить.
Я не струсил, не схитрил, не применил уловок в битве. И вот это было моей второй ошибкой! Я сам дал врагу возможность возвести железную крепость перед моими несчастными кази.