Неточные совпадения
Смутное сознание той ясности, в которую были приведены его дела, смутное воспоминание о дружбе и лести Серпуховского, считавшего его нужным человеком, и, главное, ожидание свидания — всё соединялось в общее впечатление радостного
чувства жизни.
Чувство это было так сильно, что он невольно улыбался. Он спустил ноги, заложил одну на колено другой и, взяв ее в руку, ощупал упругую икру ноги, зашибленной вчера при
падении, и, откинувшись назад, вздохнул несколько раз всею грудью.
Всё, что постигнет ее и сына, к которому точно так же как и к ней, переменились его
чувства, перестало занимать его. Одно, что занимало его теперь, это был вопрос о том, как наилучшим, наиприличнейшим, удобнейшим для себя и потому справедливейшим образом отряхнуться от той грязи, которою она зaбрызгала его в своем
падении, и продолжать итти по своему пути деятельной, честной и полезной жизни.
Носители прежней власти, теряя веру в церковную для нее опору и живое
чувство религиозной связи с подданными, все больше становились представителями вполне светского абсолютизма, борющегося с подданными за свою власть под предлогом защиты своих священных прав: священная империя, накануне своего
падения, вырождается в полицейское государство, пораженное страхом за свое существование.
Тон общества менялся наглазно; быстрое нравственное
падение служило печальным доказательством, как мало развито было между русскими аристократами
чувство личного достоинства. Никто (кроме женщин) не смел показать участия, произнести теплого слова о родных, о друзьях, которым еще вчера жали руку, но которые за ночь были взяты. Напротив, являлись дикие фанатики рабства, одни из подлости, а другие хуже — бескорыстно.
Карнеев понял, что его друг сам не сознает всей глубины своего
падения, всего ужаса им самим созидаемого своего несчастья и, вместо грозного осуждения его поступков, в нем явилось к нему
чувство безграничного сострадания.
В его душе проснулся тогда русский человек, понявший всю пропасть своего
падения. Первою мыслью его было броситься к ногам этого монарха-отца и молить, подобно блудному сыну, о прощении, но его грех показался ему настолько великим, неискупимым, что тяжесть его парализовала все его
чувства, и он дал себя увлечь стоявшему рядом с ним Якубовичу.
В обычном христианском сознании истина о человеке-микрокосме задавлена
чувством греха и
падения человека.
В эти минуты в нем, быть может помимо собственной его воли, но одною только неотразимою силою жизненного факта, совершался внутренний переворот: из грязи
падения, оправдываемого принципом народной, исторической вражды, вырастало хорошее, честное
чувство уважения, любви и благодарности.
Общее ликование, повторяем, было в Петербурге. Да и немудрено, так как разгар национального
чувства, овладевшего русскими в описываемое нами время, дошел до своего апогея. Русские люди видели, что наверху при
падении одного немца возникал другой, а дела все ухудшались. Про верховных иностранцев и их деяния в народе ходили чудовищные слухи. Народ говорил, указывая на окна дворца цесаревны...
Но тут все та же несмелость, угловатость неопытной молодости, неловкое
чувство; и было впечатление растерянности, как будто кто вдруг постучал в дверь. Анна Сергеевна, эта «дама с собачкой», к тому, что произошло, отнеслась как-то особенно, очень серьезно, точно к своему
падению, — так казалось, и это было странно и некстати. У нее опустились, завяли черты и по сторонам лица печально висели длинные волосы, она задумалась в унылой позе, точно грешница на старинной картине.
— Ужели я способен на подобную низость? — спрашивал он самого себя. — Ужели моя любовь, сотканная из поклонения и уважения, омытая слезами, удобренная отречением, могла вырасти в плотское
чувство и сделаться причиной нравственного
падения для меня и для любимого мною существа? Возможно ли, что, любя графиню Конкордию как неземное создание, я могу соблазниться ею, как женщиной?.. Конечно, нет!
Но
падение стен, причем это совершилось так безупречно плавно, что не заколебалось даже вино в стакане, — выколотило из меня все
чувства одним ужасным ударом.
Дочь преобразователя силою вещей выдвигалась на первый план в разгаре национального
чувства, которое овладевало русскими, видевшими, что наверху, при
падении одного немца возникал другой, а дела все ухудшались.
Князь Никита вздрогнул, лицо его исказилось страшными судорогами, он подскочил к брату и с неимоверною силою вонзил ему нож в горло по самую рукоятку… Ратники выпустили из рук бездыханный труп, шум от
падения которого гулко раздался среди наступившей в палате мертвой тишины. Братоубийца обвел присутствующих помутившимся взглядом, дико вскрикнул и упал без
чувств рядом со своею жертвою…
Русский народ должен был пройти через неслыханные унижения и
падения, чтобы в нем пробудилось сознательное национальное
чувство и сознательная национальная активность.
Столярова жена всё еще находила людей, не слыхавших ее истории, и вновь рассказывала о том, как ее нежные
чувства были поражены неожиданным видом, и как Бог спас ее от
падения с лестницы.
Замедлили свой бешеный бег тысячи разрозненных, сцепившихся мыслей, тысячи незавершенных
чувств: замедлили, остановились, замерли — мгновение страшной пустоты, стремительного
падения, смерти, — и всколыхнулось в груди что-то огромное, неожиданно радостное, неожиданно прелестное.
На другой день утром он стоял в кабинете исправника, смотрел круглыми глазами на красное, в седых баках, сердитое лицо Вормса, бил себя кулаком в грудь против сердца и, захлебываясь новым для него
чувством горечи и
падения куда-то, рассказывал...
Долго-долго не мог Лука Иванович овладеть собою. Точно какое жало мозжило его, нервность не шла ему на помощь, ни в чем не находил он облегчения: ни слез не являлось, ни
падения сил, а с ним и тяжкой напряженности. Вот он и один теперь: что же такое гложет его и мозжит?.. Страстное ли
чувство, пришибенное сразу? Горечь ли мужского тщеславия, или простая жалость к этой мечущейся в пустоте женщине?..
— Жалуются на
падение в народе религиозного
чувства… — вздохнул он. — Еще бы! Они бы еще больше понасажали сюда таких попов!