Неточные совпадения
Весело было пить из плоской
чаши теплое красное
вино с водой, и стало еще веселее, когда священник, откинув ризу и взяв их обе руки в свою, повел их при порывах баса, выводившего «Исаие ликуй», вокруг аналоя.
Богослужение состояло в том, что священник, одевшись в особенную странную и очень неудобную парчевую одежду, вырезывал и раскладывал кусочки хлеба на блюдце и потом клал их в
чашу с
вином, произнося при этом различные имена и молитвы.
— А вино-то на что? — перервал ее речи Колышкин. — Сперва шампанское да венгерское, потом сладенькие ликерцы, а потом дело дошло и до коньяка… Теперь не дошло ли уж и до хлебной слезы, что под тын человека кладет… Совсем скружилась девка и стыд и совесть утопила в
вине, а перед Марьей Гавриловной, в угоду любовнику, стала дерзка, заносчива, обидлива. Терпит Марья Гавриловна, пьет
чашу горькую!
После киселя покойницу «тризной» помянули: выпили по доброму стакану смеси из пива, меду и ставленной браги [Эту смесь, в которую прибавляется также и виноградное
вино, зовут «тризной», а также «
чашей».
Угостились трудники Манефины, угостились и трудники Бояркины, чествуя небывалого именинника. Пили
чашу мертвую, непробудную, к
вину приходили на двух, уходили на всех четырех. До утра ровно неживые лежали и наутре как слепые щенята бродили.
В толпе могучих сыновей,
С друзьями, в гриднице высокой
Владимир-солнце пировал;
Меньшую дочь он выдавал
За князя храброго Руслана
И мед из тяжкого стакана
За их здоровье выпивал.
Не скоро ели предки наши,
Не скоро двигались кругом
Ковши, серебряные
чашиС кипящим пивом и
вином.
Они веселье в сердце лили,
Шипела пена по краям,
Их важно чашники носили
И низко кланялись гостям.
Тогда лишь только стало явно,
Зачем бежала своенравно
Она семейственных оков,
Томилась тайно, воздыхала
И на приветы женихов
Молчаньем гордым отвечала,
Зачем так тихо за столом
Она лишь гетману внимала,
Когда беседа ликовала
И
чаша пенилась
вином...
Под Азовым
Однажды я с царем суровым
Во ставке ночью пировал:
Полны
вином кипели
чаши,
Кипели с ними речи наши.
Молодых водили в венцах вокруг аналоя с пением «Исаия ликуй: се дева име во чреве»; давали им испить
вино из одной
чаши, заставили поцеловаться и обменяться кольцами.
Не колеблясь ни минуты, князь поклонился царю и осушил
чашу до капли. Все на него смотрели с любопытством, он сам ожидал неминуемой смерти и удивился, что не чувствует действий отравы. Вместо дрожи и холода благотворная теплота пробежала по его жилам и разогнала на лице его невольную бледность. Напиток, присланный царем, был старый и чистый бастр. Серебряному стало ясно, что царь или отпустил
вину его, или не знает еще об обиде опричнины.
Смотрел я на тебя, как ты без оружия супротив медведя стоял; как Басманов, после отравы того боярина, и тебе
чашу с
вином поднес; как тебя на плаху вели; как ты с станичниками сегодня говорил.
Помнишь ли, мой брат по
чаше.
Как в отрадной тишине
Мы топили горе наше
В чистом пенистом
вине?
Ендова — большая медная или жестяная
чаша для
вина, пива или меда.
После каждого блюда, заедаемого по обыкновению лавашами и чади [Чади — густая каша кусками вместо хлеба.] или солоноварным вкусным квели, деда поднимался с места и с полной
чашей в руке восхвалял того или другого гостя.
Вина как верующий магометанин он не пил, и каждый раз передавал свой кубок кому-либо из почетнейших гостей.
Напрасно хочет он забыть свои преждевременные опасения, напрасно хочет упиться
вином любви: в ту самую минуту, когда уста его уже отваживаются прикоснуться к
чаше, вдруг что-то словно кольнет его в бок: «А про земские-то учреждения и забыл?»
Старый Чекко поднимает длинные усталые руки над головою, потягивается, точно собираясь лететь вниз, к морю, спокойному, как
вино в
чаше.
А в
чаше, на поверхности темно-красного
вина, качаются алые лепестки цветов.
Четверо людей вздрогнули, сердито вскинули пыльные головы — девочка била в ладоши и смеялась, притопывая маленькими ногами, сконфуженная мать ловила ее руку, что-то говоря высоким голосом, мальчишка — хохотал, перегибаясь, а в
чаше, по темному
вину, точно розовые лодочки, плавали лепестки цветов.
Остановясь за спиною старого мостовщика, замолчала, приподнялась на носки и через плечо старика серьезно смотрит, как течет
вино в желтую
чашу, течет и звучит, точно продолжая ее песню.
Залив — точно
чаша, полная темным пенным
вином, а по краям ее сверкает живая нить самоцветных камней, это огни городов — золотое ожерелье залива.
Кто начал кормить из полы кафтана свою лошадь, кто стал распивать круговую
чашу запасного
вина.
— Дети мои, — кротко и величественно отвечал Феофил, — сознавайтесь,
чашу горшую должны допить вы за прошедшую
вину свою ни чем неискупимую.
Вручение ножа от имени царя и питье
вина из общей
чаши, при лобызании всех присягавших между собою, заключали этот страшный обряд безвозвратного закабаления на кровавую службу [«Царский суд», историческая повесть Н. Петрова.].
Не то чтобы он отказывался от круговой
чаши, напротив, он пил и, пожалуй, более других, но
вино потеряло над ним свою силу, не туманило ему голову, занятую гнетущею мыслью.
После трапезы, к которой был приглашен и приезжий московский гость, царь начал шутить с своими любимцами, приказывая то и дело наполнять их
чаши, как и
чашу князя Василия, дорогим фряжским
вином.
— Дети мои, — кротко и величественно отвечал Феофил, — сознавайтесь,
чашу горшую должны допить вы за прошедшую
вину свою, ничем неискупимую.
То, что снилося мне, того нет наяву!
Кто мне скажет, зачем, для чего я живу?
Кто мне смысл разгадает загадки?
Смысла в ней беспокойной душой не ищи,
Но, как камень, сорвавшись с свистящей пращи,
Так лети все вперед, без оглядки!
Невозможен мне отдых! Несносен покой!
Уж я цели нигде не ищу никакой,
Жизнь надеждой мою не украшу!
Не упился я ею, как крепким
вином,
Но зато я, смеясь, опрокинул вверх дном
Бесполезно шипящую
чашу!
— Пейте
вино, Шерамур, — поднимайте прощальную
чашу, — ведь мы с вами прощаемся, — пошутил я, заговорив in hoch romantischem Stile. [в высокоромантическом стиле — нем.]
Я сяду на место моего господина и буду пробовать хорошие
вина из его
чаши.
Наверху жертвенника дымилась ароматная курильница, и тут же стояла большая серебряная
чаша с
вином, растворенным водою.
Точно будто ему кто говорит:"ведь у ней в чаше-то не
вино, а яд!"И он кивает головой, в знак понимания, и думает про себя:"что ж тут удивительного? так и должно быть; хорошо еще, что с цветами в волосах пьет".
Певец
На поле бранном тишина;
Огни между шатрами;
Друзья, здесь светит нам луна,
Здесь кров небес над нами,
Наполним кубок круговой!
Дружнее! руку в руку!
Запьём
вином кровавый бой
И с падшими разлуку.
Кто любит видеть в
чашах дно,
Тот бодро ищет боя…
О всемогущее
вино,
Веселие героя!
Воины
Кто любит видеть в
чашах дно,
Тот бодро ищет боя…
О всемогущее
вино,
Веселие героя!
Сидят за честным они рядом столом,
И вот, когда звон отзвонили,
Владимир взял
чашу с хиосским
вином:
«Хочу, чтоб меня поминали добром
Шурья Константин да Василий...
Да, пока играет в
чаше Всемогущее
вино,
Горе в Лету снесено,
В Лете тонет горе наше!
Лишь сверкнет в застольной
чашеБлагодатное
вино,
В Лету рухнет горе наше
И пойдет, как ключ, на дно.
За
чашей светлого
винаБеседуй с умными мужами;
Когда же тихая луна
Явится на небе с звездами,
Спеши к возлюбленной своей —
Забудь… на время мудрость с ней.
Радостны стали Мудрые девы и перестали плакать. Они налили
вино в свои
чаши, и разломили хлеб, и ели, и пили, и веселились.