Неточные совпадения
Но вот наступает вечер. Заря запылала пожаром и обхватила полнеба. Солнце садится. Воздух вблизи как-то особенно прозрачен, словно стеклянный; вдали ложится мягкий
пар,
теплый на вид; вместе с росой падает алый блеск на поляны, еще недавно облитые потоками жидкого золота; от деревьев, от кустов, от высоких стогов сена побежали длинные тени… Солнце село; звезда зажглась и дрожит в огнистом море заката…
Темное небо уже кипело звездами, воздух был напоен сыроватым
теплом, казалось, что лес тает и растекается масляным
паром. Ощутимо падала роса. В густой темноте за рекою вспыхнул желтый огонек, быстро разгорелся в костер и осветил маленькую, белую фигурку человека. Мерный плеск воды нарушал безмолвие.
Еще роса блестела на травах, но было уже душно; из-под ног
пары толстых, пегих лошадей взлетала
теплая, едкая пыль, крепкий запах лошадиного пота смешивался с пьяным запахом сена и отравлял тяжелой дремотой.
Каких соусов нет тут! все это варится, жарится, печется, кипит, трещит и
теплым, пахучим
паром разносится повсюду.
«
Пар костей не ломит», — выдумали поговорку у нас; но эта поговорка заключает отрицательную похвалу
теплу от печки, которая, кроме
тепла, ничего и не дает организму.
В
теплое время над водой поднимается
пар.
Пар этот поднимается выше, и когда остынет наверху, то падает вниз каплями дождя.
От
тепла все вещи раздаются. Вода от
тепла раздается и вся разойдется на такие маленькие частички, что их глазом не видать, и уйдет в воздух. Частички эти,
пары, носятся в воздухе, и их не видно, покуда воздух тепел. Но остуди воздух, и сейчас
пар остынет и станет виден.
Если летом вынесешь из погреба холодный горшок, по нем сейчас сядут капли воды. Откуда взялась эта вода? Она тут и была. Только пока
тепло было, ее не видно было, а как ушло
тепло из воздуха в холодный горшок, воздух вокруг горшка остыл, и капли сели. То же бывает и на окнах. В горнице
тепло, и
пары держатся в воздухе; но с надворья остынут окна, и снутри, подле окон, воздух охолодеет, и потекут капли.
Ночь светлая, тихая,
теплая, июльская, река широкая,
пар от нее поднимается, свежит нас, слегка всплеснет рыбка, птички замолкли, все тихо, благолепно, все Богу молится.
Викентьеву это молчание, сдержанность, печальный тон были не по натуре. Он стал подговаривать мать попросить у Татьяны Марковны позволения увезти невесту и уехать опять в Колчино до свадьбы, до конца октября. К удовольствию его, согласие последовало легко и скоро, и молодая чета, как
пара ласточек, с веселым криком улетела от осени к
теплу, свету, смеху, в свое будущее гнездо.
Для них не так нужно солнце, как
теплый и насыщенный
парами воздух.
Если хочешь остудить, налей воды и дай ей высохнуть. Отчего так будет? — Оттого, что из воды сделается
пар. А чтобы из воды сделаться
паром, она заберет много
тепла из воздуха.
Если на воздухе из воды делается
пар, высыхает вода — значит, воздух
теплее, он будет стыть, а вода греться.
Во льду нет
тепла, в воде есть немного, а в
паре — очень много.
Когда из воды делается лед, а из
пара делается вода, то в воздух выходит
тепло из воды и из
пара — и воздух становится
теплее. А когда из льда делается вода, а из воды делается
пар, то
тепло из воздуха выходит в воду и в
пар — и воздух становится холоднее.
Льдом нельзя греть, а водой и
паром можно греть. Водой можно вот как греть: провести в холодный дом воду. Когда вода замерзнет, так лед выносить вон; опять замерзнет, — опять выносить вон. И в доме все будет
теплее, и так станет
тепло, что вода не станет уж мерзнуть. Отчего это так будет? — Оттого, что как вода замерзнет, так она выпустит из себя лишнее
тепло в воздух, и до тех пор будет выпускать, пока воздух согреется, и вода перестанет мерзнуть.
А если на лед пустить
пар, то лед
потеплеет, а
пар похолодеет: лед растает, станет водой, а
пар охолодеет и тоже станет водой.
Если насытить воду селитряным порошком, а потом подсыпать еще селитры лишней, всё согреть и не мешавши дать остынуть, то селитра лишняя не ляжет порошком на дне воды, а соберется вся шестигранными столбиками и сядет на дне и по бокам, столбик подле столбика. Если насытить воду селитряным порошком и поставить в
теплом месте, то вода уйдет
паром, а селитра лишняя также сложится столбиками шестигранными.
Отчего это так будет? — Оттого, что как только
пар станет водой, он выпустит из себя лишнее
тепло в воздух.
Паром греют вот как: напустят
пару в холодный дом.
Пар станет охолаживаться, каплями потечет книзу и станет водой. Воду эту выносят, и в доме становится
тепло.
От этого бывает холоднее, когда идет дождь, и
теплее, когда собирается дождь. Когда идет дождь, то вода сохнет, испаряется и забирает в себя
тепло. А когда собирается дождь, то в воздухе ходят
пары и охлаждаются в тучи: от них-то и
тепло.
Это было для нас непоправимым несчастьем. В лодке находилось все наше имущество:
теплая одежда, обувь и запасы продовольствия. При себе мы имели только то, что могли нести: легкую осеннюю одежду, по одной
паре унтов, одеяла, полотнища палаток, ружья, патроны и весьма ограниченный запас продовольствия. Я знал, что к северу, на реке Един, еще живут удэгейцы, но до них было так далеко и они были так бедны, что рассчитывать на приют у них всего отряда нечего было и думать.
Водяные и ветряные мельницы вертятся и мелют. Кто их двигает? Ветер и вода. А ветер кто гонит?
Тепло. А воду кто гонит?
Тепло же. Оно подняло воду
парами вверх, и без этого вода не падала бы книзу. Машина работает, — ее движет
пар; а
пар кто делает? Дрова. А в дровах
тепло солнечное.
Рамы в оранжереях сняты, и воздух пропитан
теплым, душистым
паром созревающих плодов.
В один из хороших,
теплых дней, — именно в тот день; когда случился нижеследующий анекдот, — Ревякин, Красин и Мечникова с Агатой наняли карету и отправились в Парголово. Оставив экипаж, они пошли побродить по лесу и разбрелись. Агата шла с Красиным, а Мечникова как-то приотстала с Ревякиным, и очень долго одна
пара не могла в лесу найти другую.
У него уже была своя
пара лошадей и кучер Пантелеймон в бархатной жилетке. Светила луна. Было тихо,
тепло, но
тепло по-осеннему. В предместье, около боен, выли собаки. Старцев оставил лошадей на краю города, в одном из переулков, а сам пошел на кладбище пешком. «У всякого свои странности, — думал он. — Котик тоже странная, и — кто знает? — быть может, она не шутит, придет», — и он отдался этой слабой, пустой надежде, и она опьянила его.
Теплою июльскою ночью бричка, запряженная
парою лошадей, остановилась на ночлег в поле, у опушки леса. Утром, на самой заре, двое слепых прошли шляхом. Один вертел рукоятку примитивного инструмента: деревянный валик кружился в отверстии пустого ящика и терся о туго натянутые струны, издававшие однотонное и печальное жужжание. Несколько гнусавый, но приятный старческий голос пел утреннюю молитву.
Станция Лазарево. Блестящая пролетка с
парой на отлете, кучер в синей рубашке и бархатной безрукавке, в круглой шапочке с павлиньими перьями. Мягкое покачивание, блеск солнечного утра, запах конского пота и дегтя, в
теплом ветре — аромат желтой сурепицы с темных зеленей овсов. Волнение и ожидание в душе, Зала с блестящим паркетом. Накрытый чайный стол. Володя исчез. Мы с Мишей робко стояли у окна.
По наступлении
теплой погоды они разбиваются на
пары и немедленно, ранее куликов, занимают всякого рода болота, потные места и поемные луга.
Прошло несколько минут, и темнота еще гуще скутала эту
пару, и магнетизм шевелившейся на голове Висленева нежной руки, вместе с усыпляющим
теплом камина, помутил ясность представлений в его уме до того, что он изумился, увидя над своим лицом лицо Глафиры.
Утро было тихое,
теплое, серое. Иногда казалось, что вот-вот пойдет дождь; но протянутая рука ничего не ощущала, и только глядя на рукав платья, можно было заметить следы крохотных, как мельчайший бисер, капель; но и те скоро прекратились. Ветра — точно на свете никогда не бывало. Каждый звук не летел, а разливался кругом; в отдалении чуть сгущался беловатый
пар, в воздухе пахло резедой и цветами белых акаций.
Скинув половик и пальто, я уселся. Аромат райский ощущался от
пара грибных щей. Едим молча. Еще подлили.
Тепло. Приветливо потрескивает, слегка дымя, лучина в светце, падая мелкими головешками в лохань с водой. Тараканы желтые домовито ползают по Илье Муромцу и генералу Бакланову…
Тепло им, как и мне. Хозяйка то и дело вставляет в железо высокого светца новую лучину… Ели кашу с зеленым льняным маслом. Кошка вскочила на лавку и начала тереться о стенку.
— Коллега, вы еще не все знаете, — шепнул Андреа. — Послушайте-ка, я сейчас скажу
пару теплых слов.
Стоял Юрка у своей машины. Два нагретых металлических вала медленно ворочались друг другу навстречу и втягивали отвешенные порции разного сорта каучука: темно-коричневый смокед-шитс, вкусно пахнувший ветчиною, красиво-палевую
пара, скучно-серый регенерат. Материал втягивался в горячие валы, расплющивался, перемешивался, пестрея, лез опять вверх, и постепенно из разноцветной, некрасивой лохматой смеси образовывался один равномерно тягучий, черный,
теплый пласт резины.
Добродушно ворчала вода в самоваре, тонко свистел
пар, вырываясь из-под крышки, в саду распевала малиновка; оттуда вливались вечерние,
тёплые запахи липы, мяты и смородины, в горнице пахло крепким чаем, душистым, как ладан, берёзовым углём и сдобным тестом. Было мирно, и душа мальчика, заласканная песнью, красками и запахами догоравшего дня, приветно и виновно раскрывалась встречу словам отца.
Зимняя одежда состояла из меховых шапок с наушниками, полушубков,
теплого белья, суконных шаровар, шерстяных перчаток и той же туземной обуви, но только большего размера. Для ног каждый участник экспедиции имел по
паре суконных обмоток. Они хорошо защищают голени от ушибов и гораздо удобнее кожаных голенищ.
Работают одни старшеотделенки, шьют себе приданое для выхода из приюта. Каждой из воспитанниц дается при окончательном отъезде сундук с полдюжиною носильного белья,
теплым пальто, двумя платьями, двумя
парами сапог, шалью и шерстяной косынкой на голову.
Тихо шаркают три
пары ног но темным плитам древней дороги, мощенной разноплеменными рабами Рима; в
теплой тишине ласково и убедительно звучит голос женщины...
—
Пар костей не ломит, батюшка. А про божий рай и поминать не к слову грех:
тепло земное не для душки, — отвечала проворно старушка, засыпая словами. — Видно, поустали путем-дорогой; и то молвить, снег как месиво, так и путает ножонки. Теперь скажите-ка мне, отколь бог вас несет и за каким дельцем.
Дождь яростно, однако ж, хлестал их по спине; но они мало об этом заботились, утешаясь, вероятно, тем, что грудь, руки и ноги оставались в
тепле. Мокрая их одежда, подогреваемая спереди огнем, испускала от себя
пар, подобный тому, какой подымается вечером над водою.
Несмотря на то, что мы давно знакомы с художником по нашему рассказу, здесь будет нелишним сказать еще
пару слов о его
теплой личности. Илье Макаровичу Журавке было лет около тридцати пяти; он был белокур, с горбатым тонким носом, очень выпуклыми близорукими глазами, довольно окладистой бородкой и таким курьезным ротиком, что мало привычный к нему человек, глядя на собранные губки Ильи Макаровича, все ожидал, что он вот-вот сейчас свистнет.
И гость должен был непременно остаться; но, впрочем, вечер в низенькой
теплой комнате, радушный, греющий и усыпляющий рассказ, несущийся
пар от поданного на стол кушанья, всегда питательного и мастерски изготовленного, бывает для него наградою.
В столовой было светло, уютно,
тёплый воздух её насыщен вкусными запахами; на столе, благодушно пофыркивая
паром, кипел самовар; тёща, сидя в кресле, приятно пела четырёхлетней внучке...
Осень в этом году была поздняя. Листья совсем обвалились, а земля все еще дышала
теплой сыростью. Последние, самые упорные дачники давно разъехались, оставив за собой все еще довольно
теплые дни. Парк опустел, поредел и посветлел. Вся его листва лежала теперь красноватым ковром на земле, а между стволами носился сизоватый
пар, пресыщенный пряным запахом прелых листьев и земли. С ветвей капли росы падали на землю, как слезы.
9. Появились нырки по реке стаями, чего никогда не бывает: они показываются всегда
парами или в одиночку. Началось
тепло.
А возле него стоит уставщик огненных работ, Прохор Пантелеич, тоже немаловажная птица в нашей иерархии; уставщик да плотинный — это два сапога —
пара,
теплые ребята и ловко обделывают свои делишки, а Ястребок видит — не видит, потому рука руку моет.
Девушка рассмеялась. В тот же момент ее схватила
пара железных рук, совсем близко, над ухом волна
теплого дыхания обожгла кожу, а в сияющих, полудетских, о чем-то молящих, кому-то посылающих угрозы глазах горело такое отчаяние, что был момент, когда комната поплыла перед глазами Стеллы и резкий испуг всколыхнул тело; но в следующее мгновение все по-прежнему твердо стало на свое место. Она вырвалась.
Чтобы утвердить славу мужественного, смелого, грозного Петра, должна чрез сорок лет после Его царствовать Екатерина; чтобы предуготовить славу кроткой, человеколюбивой, просвещенной Екатерины, долженствовал царствовать Петр: так сильные порывы благодетельного ветра волнуют весеннюю атмосферу, чтобы рассеять хладные остатки зимних
паров и приготовить Натуру к
теплому веянию Зефиров!
Войдя в открытую, висевшую на одной петле дверь щелявой пристройки, расслабленно прильнувшей к желтой, облупленной стене двухэтажного дома, я направился между мешками муки в тесный угол, откуда на меня плыл кисловатый,
теплый, сытный
пар, но — вдруг на дворе раздались страшные звуки: что-то зашлепало, зафыркало.
Для них уже вблизи и степей недоставало; полтвые круторогие волы Дукача сильны, рослы и тоже чуть не сотнями
пар ходили в новых возах то в Москву, то в Крым, то в Нежин; а пчелиная пасека в своем липняке, в
теплой запуши была такая, что колодки надо было считать сотнями.