Неточные совпадения
Из полукруглого окна были видны вершины деревьев сада, украшенные инеем или
снегом, похожим на куски ваты; за деревьями возвышалась серая пожарная каланча, на ней медленно и скучно
кружился человек в сером тулупе, за каланчою — пустота небес.
Самгин стоял, защищая рукой в перчатке лицо от
снега, ожидая какого-то молодого человека, ему казалось, что время ползет необыкновенно медленно и даже не ползет, а как бы
кружится на одном месте.
За окном буйно
кружилась, выла и свистела вьюга, бросая в стекла
снегом, изредка в белых вихрях появлялся, исчезал большой, черный, бородатый царь на толстом, неподвижном коне, он сдерживал коня, как бы потеряв путь, не зная, куда ехать.
Ветер сдувал
снег с крыш, падал на дорогу,
кружился, вздымая прозрачные белые вихри, под ногами людей и лошадей, и снова взлетал на крыши.
Снег поднимался против них с мостовой, сыпался на головы с крыш домов, на скрещении улиц
кружились и свистели вихри.
Между тем погода начала хмуриться, небо опять заволокло тучами. Резкие порывы ветра подымали
снег с земли. Воздух был наполнен снежной пылью, по реке
кружились вихри. В одних местах ветром совершенно сдуло
снег со льда, в других, наоборот, намело большие сугробы. За день все сильно прозябли. Наша одежда износилась и уже не защищала от холода.
Вдруг
снег начал
кружиться.
Крупный мокрый
снег лениво
кружится около только что зажженных фонарей и тонким мягким пластом ложится на крыши, лошадиные спины, плечи, шапки.
Перины распарывали и выбрасывали пух на улицу, и еще долго потом — дня два — летали и
кружились над Ямками, как хлопья
снега, бесчисленные пушинки.
Кожемякин некоторое время чувствовал себя победителем; голова его приятно
кружилась от успеха и вина, но когда он, дружелюбно приглашённый всеми в гости и сам всех пригласив к себе, вышел на улицу и под ногами у него захрустел
снег — сердце охладело, сжалось в унынии, и невольно с грустью он подумал...
И над вершинами Кавказа
Изгнанник рая пролетал:
Под ним Казбек, как грань алмаза,
Снегами вечными сиял,
И, глубоко внизу чернея,
Как трещина, жилище змея,
Вился излучистый Дарьял,
И Терек, прыгая, как львица
С косматой гривой на хребте,
Ревел, — и горный зверь, и птица,
Кружась в лазурной высоте,
Глаголу вод его внимали...
Он чувствовал себя худо — со всех сторон его окружала тьма, было холодно, изо рта в грудь проникал клейкий и горький вкус пива, сердце билось неровно, а в голове
кружились, точно тяжёлые хлопья осеннего
снега, милые мысли.
В это время белые густые тучи, висевшие так неподвижно на небе, как бы разом тронулись, и пушистые хлопья первого
снега повалили,
кружась и вертясь, на землю.
Вечное возвращение. Снова Она объемлет шар земной. И снова мы подвластны Ее очарованию. Вот Она кружит свой процветающий жезл. Вот Она кружит меня… И я
кружусь с Нею… Под голубым… под вечерним
снегом…
Синий
снег.
Кружится. Мягко падает. Синие очи. Густая вуаль. Медленно проходит Она. Небо открылось. Явись! Явись!
Мороза не было, и уже таяло на крышах, но шел крупный
снег; он быстро
кружился в воздухе, и белые облака его гонялись друг за другом по полотну дороги.
Вот переезд и темный домик, где живет сторож. Шлагбаум поднят, и около намело целые горы, и, как ведьмы на шабаше,
кружатся облака
снега. Тут линию пересекает старая, когда-то большая дорога, которую до сих пор еще зовут трактом. Направо, недалеко от переезда, у самой дороги, стоит трактир Терехова, бывший постоялый двор. Тут по ночам всегда брезжит огонек.
Тихий барин сидел в тени берёз за большим столом, в одной руке он держал платок, а другою, с циркулем в ней, измерял что-то на листе ослепительно белой бумаги. И сам он был весь белый, точно
снегом осыпан от плеч до пят, только шея, лицо и шляпа — жёлтые, разных оттенков, шляпа — ярче, а кожа темнее. Над ним
кружились осы, он лениво взмахивал платком и свистел сквозь зубы.
«А Лесницкий лежит, — думал Лыжин, глядя на вихри
снега, которые
кружились неистово на сугробах. — Лесницкий лежит, понятые ждут…»
Я долго чистил
снег. Прозрачно серела чаща голых сучьев и прутьев. Над березами
кружились галки и вороны. Вдали звонили к вечерне. Солнце село.
В воздухе от земли до крыш
кружится что-то белое, очень похожее на
снег. Мостовая бела, уличные фонари, крыши, дворницкие скамьи у ворот, плечи и шапки прохожих — всё бело.
Кругом стало однообразно, бело, спокойно, и только миллионы снежинок, больших, плоских, пушистых, порхая и
кружась, сыпались на воду, на весла, на лодку, на лица гребцов. Скоро края лодки, лавки, одежда побелели под толстым слоем
снега.
В воздухе, куда ни взглянешь,
кружатся целые облака снежинок, так что не разберешь, идет ли
снег с неба, или с земли.
А на дворе всё еще, бог знает чего ради, злилась зима. Целые облака мягкого крупного
снега беспокойно
кружились над землей и не находили себе места. Лошади, сани, деревья, бык, привязанный к столбу, — всё было бело и казалось мягким, пушистым.