Неточные совпадения
Услыша эти слова, Чичиков, чтобы не сделать дворовых людей
свидетелями соблазнительной сцены и вместе с
тем чувствуя, что держать Ноздрева было бесполезно, выпустил его руки. В это самое время вошел Порфирий и с ним Павлушка, парень дюжий, с которым иметь дело было совсем невыгодно.
—
То есть, если бы он не так со мной поступил; но он хочет, как я вижу, знаться судом. Пожалуй, посмотрим, кто выиграет. Хоть на плане и не так ясно, но есть
свидетели — старики еще живы и помнят.
От такого предложения никто не мог отказаться.
Свидетели уже при одном наименованье рыбного ряда почувствовали аппетит; взялись все
тот же час за картузы и шапки, и присутствие кончилось. Когда проходили они канцелярию, Иван Антонович кувшинное рыло, учтиво поклонившись, сказал потихоньку Чичикову...
Если каким бы
то ни было образом вы знаете и укажете нам, где он теперь находится,
то, уверяю вас честным словом и беру всех в
свидетели, что дело
тем только и кончится.
— Э, полноте, что мне теперь приемы! Другое бы дело, если бы тут находились
свидетели, а
то ведь мы один на один шепчем. Сами видите, я не с
тем к вам пришел, чтобы гнать и ловить вас, как зайца. Признаетесь аль нет — в эту минуту мне все равно. Про себя-то я и без вас убежден.
— Да, я действительно вошь, — продолжал он, с злорадством прицепившись к мысли, роясь в ней, играя и потешаясь ею, — и уж по
тому одному, что, во-первых, теперь рассуждаю про
то, что я вошь; потому, во-вторых, что целый месяц всеблагое провидение беспокоил, призывая в
свидетели, что не для своей, дескать, плоти и похоти предпринимаю, а имею в виду великолепную и приятную цель, — ха-ха!
— Это денег-то не надо! Ну, это, брат, врешь, я
свидетель! Не беспокойтесь, пожалуйста, это он только так… опять вояжирует. [Вояжирует — здесь: грезит, блуждает в царстве снов (от фр. voyager — путешествовать).] С ним, впрочем, это и наяву бывает… Вы человек рассудительный, и мы будем его руководить,
то есть попросту его руку водить, он и подпишет. Принимайтесь-ка…
Порфирий Петрович несколько мгновений стоял, как бы вдумываясь, но вдруг опять вспорхнулся и замахал руками на непрошеных
свидетелей.
Те мигом скрылись, и дверь притворилась. Затем он поглядел на стоявшего в углу Раскольникова, дико смотревшего на Николая, и направился было к нему, но вдруг остановился, посмотрел на него, перевел тотчас же свой взгляд на Николая, потом опять на Раскольникова, потом опять на Николая и вдруг, как бы увлеченный, опять набросился на Николая.
Слушай внимательно: и дворник, и Кох, и Пестряков, и другой дворник, и жена первого дворника, и мещанка, что о
ту пору у ней в дворницкой сидела, и надворный советник Крюков, который в эту самую минуту с извозчика встал и в подворотню входил об руку с дамою, — все,
то есть восемь или десять
свидетелей, единогласно показывают, что Николай придавил Дмитрия к земле, лежал на нем и его тузил, а
тот ему в волосы вцепился и тоже тузил.
К
тому же давнишнее ипохондрическое состояние Раскольникова было заявлено до точности многими
свидетелями, доктором Зосимовым, прежними его товарищами, хозяйкой, прислугой.
Иначе расскажу
Всю правду батюшке, с досады.
Вы знаете, что я собой не дорожу.
Подите. — Стойте, будьте рады,
Что при свиданиях со мной в ночной тиши
Держались более вы робости во нраве,
Чем даже днем, и при людя́х, и въяве;
В вас меньше дерзости, чем кривизны души.
Сама довольна
тем, что ночью всё узнала,
Нет укоряющих
свидетелей в глазах,
Как давеча, когда я в обморок упала,
Здесь Чацкий был…
Счастлив, кто на чреде трудится знаменитой:
Ему и
то уж силы придаёт,
Что подвигов его
свидетель целый свет.
Но сколь и
тот почтен, кто, в низости сокрытый,
За все труды, за весь потерянный покой,
Ни славою, ни почестьми не льстится,
И мыслью оживлён одной:
Что к пользе общей он трудится.
— Что! — говорил он, глядя на Ивана Матвеевича. — Подсматривать за Обломовым да за сестрой, какие они там пироги пекут, да и
того…
свидетелей! Так тут и немец ничего не сделает. А ты теперь вольный казак: затеешь следствие — законное дело! Небойсь, и немец струсит, на мировую пойдет.
В Крестьцах был я
свидетелем расстания у отца с детьми, которое меня
тем чувствительнее тронуло, что я сам отец и скоро, может быть, с детьми расставаться буду.
— Письма, без сомнения, могут подтвердить отчасти; но улики должны быть добыты прямым путем,
то есть
свидетелями.
Неделю
тому назад, в небольшой приходской церкви, тихо и почти без
свидетелей, состоялись две свадьбы: Аркадия с Катей и Николая Петровича с Фенечкой; а в самый
тот день Николай Петрович давал прощальный обед своему брату, который отправлялся по делам в Москву.
— И не у казака он был, — продолжал Чертопханов, все не поворачивая головы и
тем же басовым голосом, — а у цыгана-барышника; я, разумеется тотчас вклепался в свою лошадь и пожелал насильно ее возвратить; но бестия цыган заорал как ошпаренный на всю площадь, стал божиться, что купил лошадь у другого цыгана, и
свидетелей хотел представить…
В этих словах Самгину послышалась нотка цинизма. Духовное завещание было безукоризненно с точки зрения закона, подписали его солидные
свидетели, а иск — вздорный, но все-таки у Самгина осталось от этого процесса впечатление чего-то необычного. Недавно Марина вручила ему дарственную на ее имя запись: девица Анна Обоимова дарила ей дом в соседнем губернском городе. Передавая документ, она сказала
тем ленивым тоном, который особенно нравился Самгину...
Самгин вспомнил, что с месяц
тому назад он читал в пошлом «Московском листке» скандальную заметку о студенте с фамилией, скрытой под буквой Т. Студент обвинял горничную дома свиданий в краже у него денег, но
свидетели обвиняемой показали, что она всю эту ночь до утра играла роль не горничной, а клиентки дома, была занята с другим гостем и потому — истец ошибается, он даже не мог видеть ее. Заметка была озаглавлена: «Ошибка ученого».
Он оправдал это
тем, что несколько раз был
свидетелем многих убийств, и вспоминал утешительную пословицу: «В драке волос не жалеют».
— Вот
те и превосходительство, — тихонько сказал он, подхватив Самгина под локоть, и шепнул ему: — Сотрите кровь-то со щеки, а
то в
свидетели потянут.
— Вы, барин, отойдите куда погуще, а
то — кто знает, как они поглядят на вас? Дело — не законное,
свидетели — нежелательны.
Правдин. Сколь приятно быть
тому и
свидетелем!
Я не был
свидетелем всему, о чем остается мне уведомить читателя; но я так часто слыхал о
том рассказы, что малейшие подробности врезались в мою память и что мне кажется, будто бы я тут же невидимо присутствовал.
«Вы изволите говорить, — сказал он мне, — что хотите Алексея Иваныча заколоть и желаете, чтоб я при
том был
свидетелем?
Антон Пафнутьич, призывая господа в
свидетели в
том, что красная шкатулка его была пуста, не лгал и не согрешал: красная шкатулка точно была пуста, деньги, некогда в ней хранимые, перешли в кожаную суму, которую носил он на груди под рубашкой.
По изустным рассказам
свидетелей, поразительнее всего казалось переменное возвышение и понижение берега: он
то приходил вровень с фрегатом,
то вдруг возвышался саженей на шесть вверх. Нельзя было решить, стоя на палубе, поднимается ли вода, или опускается самое дно моря? Вращением воды кидало фрегат из стороны в сторону, прижимая на какую-нибудь сажень к скалистой стене острова, около которого он стоял, и грозя раздробить, как орех, и отбрасывая опять на середину бухты.
Такова была простота нравов
того времени, что мы,
свидетели эпохи позднейшей, с трудом можем перенестись даже воображением в
те недавние времена, когда каждый эскадронный командир, не называя себя коммунистом, вменял себе, однако ж, за честь и обязанность быть оным от верхнего конца до нижнего.
Выступили вперед два
свидетеля: отставной солдат Карапузов да слепенькая нищенка Маремьянушка."И было
тем свидетелям дано за ложное показание по пятаку серебром", — говорит летописец, который в этом случае явно становится на сторону угнетенного Линкина.
— И на
то у меня
свидетели есть, — продолжал Фердыщенко таким тоном, который не дозволял усомниться, что он подлинно знает, что говорит.
Знаю только, что потом, когда уже все успокоилось и все поняли, в чем дело, судебному приставу таки досталось, хотя он и основательно объяснил начальству, что
свидетель был все время здоров, что его видел доктор, когда час пред
тем с ним сделалась легкая дурнота, но что до входа в залу он все говорил связно, так что предвидеть было ничего невозможно; что он сам, напротив, настаивал и непременно хотел дать показание.
Прибытие же Петра Ильича упредила всего только пятью минутами, так что
тот явился уже не с одними своими догадками и заключениями, а как очевидный
свидетель, еще более рассказом своим подтвердивший общую догадку о
том, кто преступник (чему, впрочем, он, в глубине души, до самой этой последней минуты, все еще отказывался верить).
„Нет, дескать, может ли быть такая чувствительность в такую минуту; это-де неестественно, а соскочил он именно для
того, чтоб убедиться: жив или убит единственный
свидетель его злодеяния, а стало быть,
тем и засвидетельствовал, что он совершил это злодеяние, так как не мог соскочить в сад по какому-нибудь другому поводу, влечению или чувству“.
Между
тем она усадила Петра Ильича и села сама против него. Петр Ильич вкратце, но довольно ясно изложил ей историю дела, по крайней мере
ту часть истории, которой сам сегодня был
свидетелем, рассказал и о сейчашнем своем посещении Фени и сообщил известие о пестике. Все эти подробности донельзя потрясли возбужденную даму, которая вскрикивала и закрывала глаза руками…
Но если уж я так кровожаден и жестоко расчетлив, что, убив, соскочил лишь для
того, чтобы посмотреть, жив ли на меня
свидетель или нет,
то к чему бы, кажется, возиться над этою новою жертвою моей целых пять минут, да еще нажить, пожалуй, новых
свидетелей?
Воротился к себе на кровать, лег да и думаю в страхе: «Вот коли убит Григорий Васильевич совсем, так
тем самым очень худо может произойти, а коли не убит и очнется,
то оченно хорошо это произойдет, потому они будут тогда
свидетелем, что Дмитрий Федорович приходили, а стало быть, они и убили, и деньги унесли-с».
Но так как он все-таки до призыва свидетелей-мужиков в находке ста рублей отрицался,
то и показание его о возврате суммы хмельному Мите, естественно, подверглось большому сомнению.
— То-то и есть, что не имею
свидетелей. Собака Смердяков не пришлет с
того света вам показание… в пакете. Вам бы все пакетов, довольно и одного. Нет у меня
свидетелей… Кроме только разве одного, — задумчиво усмехнулся он.
Затем был прочитан список лиц, вызванных к судебному следствию,
то есть
свидетелей и экспертов.
Тем не менее идея эта уже несколько раз предстояла ему, и он обдуманно созерцал ее — на это мы имеем факты,
свидетелей и собственное сознание его.
А потому и опустим о
том, как Николай Парфенович внушал каждому призываемому
свидетелю, что
тот должен показывать по правде и совести и что впоследствии должен будет повторить это показание свое под присягой.
Замечу кстати, что этот вопрос — действительно ли Федор Павлович недоплатил чего Мите? — прокурор с особенною настойчивостью предлагал потом и всем
тем свидетелям, которым мог его предложить, не исключая ни Алеши, ни Ивана Федоровича, но ни от кого из
свидетелей не получил никакого точного сведения; все утверждали факт, и никто не мог представить хоть сколько-нибудь ясного доказательства.
Но судебный пристав доложил тогда председателю, что, по внезапному нездоровью или какому-то припадку,
свидетель не может явиться сейчас, но только что оправится,
то когда угодно готов будет дать свое показание.
Но скажут мне, может быть, он именно притворился, чтоб на него, как на больного, не подумали, а подсудимому сообщил про деньги и про знаки именно для
того, чтоб
тот соблазнился и сам пришел, и убил, и когда, видите ли,
тот, убив, уйдет и унесет деньги и при этом, пожалуй, нашумит, нагремит, разбудит
свидетелей,
то тогда, видите ли, встанет и Смердяков, и пойдет — ну что же делать пойдет?
Нет, он соскочил именно для
того, чтоб убедиться: жив ли единственный
свидетель его злодеяния?
Председатель начал было с
того, что он
свидетель без присяги, что он может показывать или умолчать, но что, конечно, все показанное должно быть по совести, и т. д., и т. д. Иван Федорович слушал и мутно глядел на него; но вдруг лицо его стало медленно раздвигаться в улыбку, и только что председатель, с удивлением на него смотревший, кончил говорить, он вдруг рассмеялся.
На некотором расстоянии дальше, в глубь залы, начинались места для публики, но еще пред балюстрадой стояло несколько кресел для
тех свидетелей, уже давших свое показание, которые будут оставлены в зале.
Да и вообще, когда начались
свидетели а décharge, [защиты (фр.).]
то есть вызванные защитником,
то судьба как бы вдруг и даже серьезно улыбнулась Мите и — что всего замечательнее — неожиданно даже для самой защиты.
Когда подписан был протокол, Николай Парфенович торжественно обратился к обвиняемому и прочел ему «Постановление», гласившее, что такого-то года и такого-то дня, там-то, судебный следователь такого-то окружного суда, допросив такого-то (
то есть Митю) в качестве обвиняемого в том-то и в том-то (все вины были тщательно прописаны) и принимая во внимание, что обвиняемый, не признавая себя виновным во взводимых на него преступлениях, ничего в оправдание свое не представил, а между
тем свидетели (такие-то) и обстоятельства (такие-то) его вполне уличают, руководствуясь такими-то и такими-то статьями «Уложения о наказаниях» и т. д., постановил: для пресечения такому-то (Мите) способов уклониться от следствия и суда, заключить его в такой-то тюремный замок, о чем обвиняемому объявить, а копию сего постановления товарищу прокурора сообщить и т. д., и т. д.
Он послал было своего младшего брата к отцу просить у него эти три тысячи в последний раз, но, не дождавшись ответа, ворвался сам и кончил
тем, что избил старика при
свидетелях.