Неточные совпадения
Левин встречал в журналах статьи, о которых шла
речь, и читал их, интересуясь ими, как
развитием знакомых ему, как естественнику по университету, основ естествознания, но никогда не сближал этих научных выводов о происхождении человека как животного, о рефлексах, о биологии и социологии, с теми вопросами о значении жизни и смерти для себя самого, которые в последнее время чаще и чаще приходили ему на ум.
Само собой, впрочем, разумеется, что я говорю здесь вообще, а отнюдь не применительно к России. Последняя так еще молода и имеет так много задатков здорового
развития, что относительно ее не может быть и
речи о каких-либо новшествах.
„Но великий человек не приобщался нашим слабостям! Он не знал, что мы плоть и кровь! Он был велик и силен, а мы родились и слабы и худы, нам нужны были общие уставы человеческие!“ [
Речь профессора Московского университета Морошкина: „Об уложении и его дальнейшем
развитии“. (Прим. M. E. Салтыкова-Щедрина.)]
[
Речь, сказанная профессором Морошкиным на акте Московского университета «Об Уложении и его дальнейшем
развитии».
Эту
речь можно назвать первообразом той сатиры, которая получила такое
развитие в журналах 1769–1774 годов и рассмотрению которой посвящена книга г. Афанасьева.
Правда, риторическое и расплывчатое изложение Шлейермахера, особенно при дальнейшем
развитии его мысли, допускает различные истолкования, приближающие его учение то к спинозизму (Франк) [Имеется в виду предисловие С. Л. Франка к переведенным им «
Речам о религии к образованным людям, ее презирающим» Ф. Шлейермахера (М., 1911).], то к христианской ортодоксии, от которой лично он вообще не отступал и особенно приблизился к ней в позднейших своих сочинениях.
Таковы были
речи Корнилы Егорыча. А учился за медну полтину у приходского дьячка, выезжал из своего городка только к Макарью на ярмонку, да будучи городским головой, раза два в губернский город — ко властям на поклон. Кроме Псалтиря, Четьи-Минеи да «Московских Ведомостей» сроду ничего не читывал, а говорил, ровно книга… Человек бывалый. Природный, светлый ум брал свое. Заговорили о
развитии торговли и промышленности.
— Я всегда был, да и теперь глубоко убежден, что
развитие умственных способностей подданных может увеличить их благосостояние и доставить государству значение, влияние и вес. Ты, надеюсь, согласен со мной, Алексей Андреевич? — заключил свою
речь государь.