Неточные совпадения
Именно, когда
представитель всех полковников-брандеров, наиприятнейший во всех поверхностных разговорах обо всем, Варвар Николаич Вишнепокромов приехал к нему затем именно, чтобы наговориться вдоволь, коснувшись и политики, и философии, и литературы, и морали, и даже состоянья финансов в Англии, он выслал сказать, что его нет дома, и в
то же время имел неосторожность показаться перед окошком.
— Да, но на что направлена его деятельность? — сказал Алексей Александрович. — На
то ли, чтобы делать дело, или переделывать
то, что сделано? Несчастье нашего государства — это бумажная администрация, которой он достойный
представитель.
И не говорите мне, что эти плоды ничтожны: последний пачкун, ип barbouilleur, [Маратель, писака (фр.).] тапёр, которому дают пять копеек за вечер, и
те полезнее вас, потому что они
представители цивилизации, а не грубой монгольской силы!
— Это — не вышло. У нее,
то есть у жены, оказалось множество родственников, дядья — помещики, братья — чиновники, либералы, но и
то потому, что сепаратисты, а я
представитель угнетающей народности, так они на меня… как шмели, гудят, гудят! Ну и она тоже. В общем она — славная. Первое время даже грустные письма писала мне в Томск. Все-таки я почти три года жил с ней. Да. Ребят — жалко. У нее — мальчик и девочка, отличнейшие! Мальчугану теперь — пятнадцать, а Юле — уже семнадцать. Они со мной жили дружно…
Среда, в которой он вращался, адвокаты с большим самолюбием и нищенской практикой, педагоги средней школы, замученные и раздраженные своей практикой, сытые, но угнетаемые скукой жизни эстеты типа Шемякина, женщины, которые читали историю Французской революции, записки m-me Роллан и восхитительно путали политику с кокетством, молодые литераторы, еще не облаянные и не укушенные критикой, собакой славы, но уже с признаками бешенства в их отношении к вопросу о социальной ответственности искусства,
представители так называемой «богемы», какие-то молчаливые депутаты Думы, причисленные к
той или иной партии, но, видимо, не уверенные, что программы способны удовлетворить все разнообразие их желаний.
Иногда ему казалось, что марксисты более глубоко, чем народники, понимают несокрушимость закона эволюции, но все-таки и на
тех и на других он смотрел как на
представителей уже почти ненавистной ему «кутузовщины».
Какой-нибудь мистер Каннингам или другой, подобный ему
представитель торгового дома проживет лет пять, наживет тысяч двести долларов и уезжает, откуда приехал, уступая место другому члену
того же торгового дома.
Дом американского консула Каннингама, который в
то же время и
представитель здесь знаменитого американского торгового дома Россель и Ко, один из лучших в Шанхае. Постройка такого дома обходится ‹в› 50 тысяч долларов. Кругом его парк, или, вернее, двор с деревьями. Широкая веранда опирается на красивую колоннаду. Летом, должно быть, прохладно: солнце не ударяет в стекла, защищаемые посредством жалюзи. В подъезде, под навесом балкона, стояла большая пушка, направленная на улицу.
Щедрин имеет в виду
представителей религиозно-мистического движения в протестантизме.]
того времени и что Лабзин, например, посвящал ей
те избраннейшие свои сочинения, которые не предназначались для печати.
Представители этой школы совершенно искренно проповедуют, что чем больше уничтожать обывателей,
тем благополучнее они будут и
тем блестящее будет сама история.
Очень характерно, что не только в русской народной религиозности и у
представителей старого русского благочестия, но и у атеистической интеллигенции, и у многих русских писателей чувствуется все
тот же трансцендентный дуализм, все
то же признание ценности лишь сверхчеловеческого совершенства и недостаточная оценка совершенства человеческого.
Это был
представитель большинства уроженцев универсального Петербурга и вместе
то, что называют светским человеком.
А
то представитель конкурса, узнав об отлучке должника из долгового отделения, разыскивает его дома, врывается, иногда ночью, в семейную обстановку и на глазах жены и детей вместе с полицией сам везет его в долговое отделение. Ловили должников на улицах, в трактирах, в гостях, даже при выходе из церкви!
Всем Хитровым рынком заправляли двое городовых — Рудников и Лохматкин. Только их пудовых кулаков действительно боялась «шпана», а «деловые ребята» были с обоими
представителями власти в дружбе и, вернувшись с каторги или бежав из тюрьмы, первым делом шли к ним на поклон.
Тот и другой знали в лицо всех преступников, приглядевшись к ним за четверть века своей несменяемой службы. Да и никак не скроешься от них: все равно свои донесут, что в такую-то квартиру вернулся такой-то.
Чем дальше,
тем лес становился глуше. В этой девственной тайге было что-то такое, что манило в глубину ее и в
то же время пугало своей неизвестностью. В спокойном проявлении сил природы здесь произрастали
представители всех лиственных и хвойных пород маньчжурской флоры. Эти молчаливые великаны могли бы многое рассказать из
того, чему они были свидетелями за 200 и 300 с лишним лет своей жизни на земле.
Чем ближе мы подходили к хребту,
тем лес становился все гуще,
тем больше он был завален колодником. Здесь мы впервые встретили тис, реликтовый
представитель субтропической флоры, имевшей когда-то распространение по всему Приамурскому краю. Он имеет красную кору, красноватую древесину, красные ягоды и похож на ель, но ветви его расположены, как у лиственного дерева.
Потому здесь не имеет решающего значения и количественный критерий: едва ли хоть один вселенский собор был действительно вселенским в
том смысле, чтобы на нем были
представители всех поместных церквей, и наоборот, собор, имевший внешние признаки вселенского, мог оказаться «разбойничьим» и еретическим (Ефесский [На Эфесском соборе 449 г. под председательством александрийского епископа Диоскора было осуждено учение папы Льва I о двух природах в одном лице («дифизитство») и отлучен константинопольский епископ Флавиан.
Теория Шлейермахера, выражаясь современным философским языком, есть воинствующий психологизм, ибо «чувство» утверждается здесь в его субъективно-психологическом значении, как сторона духа, по настойчиво повторяемому определению Шлейермахера (см. ниже), а вместе с
тем здесь все время говорится о постижении Бога чувством, другими словами, ему приписывается значение гносеологическое, т. е. религиозной интуиции [Только эта двойственность и неясность учения Шлейермахера могла подать повод Франку истолковать «чувство» как религиозную интуицию, а не «сторону» психики (предисл. XXIX–XXX) и
тем онтологизировать психологизмы Шлейермахера, а
представителя субъективизма и имманентизма изобразить пик глашатая «религиозного реализма» (V).], а именно это-то смещение гносеологического и психологического и определяется теперь как психологизм.
Античность в христианскую эру вообще может быть внутренно понята не вопреки христианству, но лишь через него и из него, между
тем как
представители Возрождения искали с ее помощью освободиться от христианства, да и от всякой религии.
У одних (преимущественно у современных
представителей «религиозно-исторической» школы в протестантизме) это сближение делается чересчур внешне и тенденциозно, а другими столь же тенденциозно затушевывается; религиозно осмысленное сравнительное изучение культов есть одна из задач, настоятельно вытекающих из правильного понимания природы религиозного процесса в язычестве.» [«Знаете, что когда вы были язычниками — έθνη,
то ходили к безгласным идолам так, как бы вели вас — ως αν ήγεσθε άπαγόμενοι» (1 Кор.
Между
тем стало обычным, что именно такие настроения оказывают непомерно большое влияние на образ мыслей
представителей церкви.
Но нас интересует здесь не эта особенность мировоззрения Плотина, о которой нам еще предстоит речь впереди, а
та характеристика Единого как трансцендентного, которая ставит Плотина в ряды
представителей отрицательного богословия.
Вообще «настроение», «переживание», понимаемое в совершенно имманентном смысле, доминирует в религиозной жизни Германии XIX века; достаточно назвать двух современных
представителей имманентизма в религии — Трёльча и Германа [Воззрения Трёльча изложены в ряде его статей в различных протестантских энциклопедиях и во 2‑м
томе полного собрания его сочинений: Ernst Troeltsch.
Потому
те из
представителей «отрицательного богословия», которые, отрицая в применении к Божеству всякое кто или что,
тем не менее оставляют в качестве единственного его атрибута бытие, взятое в его противоположности к небытию, неправомерно вводят в трансцендентную идею Божества определение, заимствованное из области имманентного [Так, напр., Филон Александрийский, утверждая бескачественность Бога, в
то же время приписывает ему, в качестве единственного определения, бытие: о ων (Vita Mos. 1 (14) 75. IV, 115).
Когда он, бывало, приходил в нашу аудиторию или с деканом Чумаковым, или с Котельницким, который заведовал шкапом с надписью «Materia Medica», [Медицинское вещество (лат.).] неизвестно зачем проживавшим в математической аудитории, или с Рейсом, выписанным из Германии за
то, что его дядя хорошо знал химию, — с Рейсом, который, читая по-французски, называл светильню — baton de coton, [хлопчатобумажной палкой вместо: «cordon de coton» — хлопчатобумажным фитилем (фр.).] яд — рыбой (poisson [Яд — poison; рыба — poisson (фр.).]), а слово «молния» так несчастно произносил, что многие думали, что он бранится, — мы смотрели на них большими глазами, как на собрание ископаемых, как на последних Абенсерагов,
представителей иного времени, не столько близкого к нам, как к Тредьяковскому и Кострову, — времени, в котором читали Хераскова и Княжнина, времени доброго профессора Дильтея, у которого были две собачки: одна вечно лаявшая, другая никогда не лаявшая, за что он очень справедливо прозвал одну Баваркой, [Болтушкой (от фр. bavard).] а другую Пруденкой.
Ледрю-Роллен сначала, потом полковник Фрапполи как
представитель мацциниевской партии заплатили большие деньги, но не спасли «Реформу». Все резкие органы социализма и республики были убиты этим средством. В
том числе, и в самом начале, Прудонов «Le Representant du Peuple», потом его же «Le Peuple». Прежде чем оканчивался один процесс, начинался другой.
После нашей истории, шедшей вслед за сунгуровской, и до истории Петрашевского прошло спокойно пятнадцать лет, именно
те пятнадцать, от которых едва начинает оправляться Россия и от которых сломились два поколения: старое, потерявшееся в буйстве, и молодое, отравленное с детства, которого квёлых
представителей мы теперь видим.
— Гаврило Семеныч! — вскрикнул я и бросился его обнимать. Это был первый человек из наших, из прежней жизни, которого я встретил после тюрьмы и ссылки. Я не мог насмотреться на умного старика и наговориться с ним. Он был для меня
представителем близости к Москве, к дому, к друзьям, он три дня
тому назад всех видел, ото всех привез поклоны… Стало, не так-то далеко!
Дворянства в Сибири нет, а с
тем вместе нет и аристократии в городах; чиновник и офицер,
представители власти, скорее похожи на неприятельский гарнизон, поставленный победителем, чем на аристократию.
Но двусмысленность и неосновательность такого рода оценок, обнаружилась
тем фактом, что «идеалистическая», порвавшая с интеллигентским позитивизмом, группа, основавшая журнал «Вопросы жизни», активно участвовала в Союзе освобождения и в петербургском комитете Союза встречалась с
теми самыми
представителями интеллигенции, которые обвиняли «идеалистов» в реакционности.
Он был философ и вместе с
тем драматург, но философия его была совершенно другого типа, чем у Маритена, он
представитель экзистенциальной философии во Франции.
Произошла встреча «идеалистов», пришедших из марксизма, с
представителями «нового религиозного сознания», издававшими «Новый путь»,
то есть прежде всего с Мережковскими.
Но в Вологде в эти годы были в ссылке люди, ставшие потом известными: А.М. Ремизов, П.Е. Щеголев, Б.В. Савинков, Б.А. Кистяковский, приехавший за ссыльной женой, датчанин Маделунг, впоследствии ставший известным датским писателем, в
то время
представитель масляной фирмы, А. Богданов, марксистский философ, и А.В. Луначарский, приехавший немного позже меня.
С точки зрения современной психологии мою изначальную
тему можно было бы формулировать как различение между бессознательным и сознанием, но научная психология и ее
представители не способны к философскому обоснованию и развитию учения о бессознательном.
Социальная проблема у меня играет гораздо большую роль, чем у других
представителей русской религиозной философии, я близок к
тому течению, которое на Западе называется религиозным социализмом, но социализм этот — решительно персоналистический.
Но,
тем не менее, соловьевское учение о Богочеловечестве есть оригинальный плод русской мысли, этого учения в такой форме нет ни у Шеллинга, ни у других
представителей западной мысли.
Роман, признанный катехизисом нигилизма, был оклеветан
представителями правого лагеря, начали кричать о его безнравственности
те, кому это менее всего было к лицу.
Около устья Уленгоу жил удэгеец Сунцай. Это был типичный
представитель своего народа. Он унаследовал от отца шаманство. Жилище его было обставлено множеством бурханов. Кроме
того, он славился как хороший охотник и ловкий, энергичный и сильный пловец на лодках по быстринам реки. На мое предложение проводить нас до Сихотэ-Алиня Сунцай охотно согласился, но при условии, если я у него простою один день.
Благодаря
тому что в долине Такемы хорошие леса, сохранились и звери. Здесь можно найти всех
представителей четвероногих, начиная с белки и кончая тигром. В особенности много изюбров. Всюду по пути нам встречались китайские охотничьи шалаши и соболиные ловушки.
По мере
того как продвигаешься на север по побережью моря, замечаешь, что
представители маньчжурской флоры один за другим остаются позади.
Оно обязано платить, но почему-то не платит;
представители другой стороны, ввиду такого явного правонарушения, давно уже обязаны употребить власть, но почему-то медлят и, мало
того, продолжают еще расходовать 150 тысяч в год на охрану доходов общества, и обе стороны ведут себя так, что трудно сказать, когда будет конец этим ненормальным отношениям.
Стало быть, если, как говорят,
представителей общества, живущих в Петербурге, только пять,
то охранение доходов каждого из них обходится ежегодно казне в 30 тысяч, не говоря уже о
том, что из-за этих доходов приходится, вопреки задачам сельскохозяйственной колонии и точно в насмешку над гигиеной, держать более 700 каторжных, их семьи, солдат и служащих в таких ужасных ямах, как Воеводская и Дуйская пади, и не говоря уже о
том, что, отдавая каторжных в услужение частному обществу за деньги, администрация исправительные цели наказания приносит в жертву промышленным соображениям,
то есть повторяет старую ошибку, которую сама же осудила.
Насколько сам Стабровский всем интересовался и всем увлекался, настолько Дидя оставалась безучастной и равнодушной ко всему. Отец утешал себя
тем, что все это результат ее болезненного состояния, и не хотел и не мог видеть действительности. Дидя была
представителем вырождавшейся семьи и не понимала отца. Она могла по целым месяцам ничего не делать, и ее интересы не выходили за черту собственного дома.
Князь был одним из
тех расслабленных и чванных
представителей старинных родов, которые, по-видимому, отстаивают корпоративную связь, но, в сущности, пресмыкаются и ползают, исключительно посвящая свою жизнь поддерживанию дворских и высокобюрократических отношений.
Правда, когда-то лет десять
тому назад, он разъезжал по России
представителем сомнительных вин от какой-то неизвестной фирмы, и эта деятельность сообщила его языку
ту развязную непринужденность, которой вообще отличаются коммивояжеры.
Вряд ли кто-нибудь из них шел так далеко в своих взглядах, как Милль, который желал, чтобы женщина могла сызнова радикально освободить себя от всякого влияния мужчины и доказать своим самодовлеющим развитием, насколько она по своей духовной природе выше
представителей сильного,
то есть тиранического, пола.
Главное ядро составляли тогда бельгийские и немецкие
представители рабочих коопераций и кружков. В Брюсселе движение уже давно назревало. Немцы еще не были тогда
тем, чем они стали позднее, после войны 1870 года. Трудно было и представить себе тогда,
то есть в конце 60-х годов, что у них социал-демократическая партия так разовьется и даст через тридцать с небольшим лет чуть не сто депутатов в рейхстаг.
Я счастлив
тем, что инстинктивно воздерживался от прямого знакомства с такими"эксцессами"
представителей литературы, которой я приехал служить верой и правдой. Сколько помню, я не попал ни на один такой безобразный кутеж.
Затем, университет в его лучших
представителях, склад занятий, отличие от тогдашних университетских городов, сравнительно, например, с Казанью, все
то, чем действительно можно было попользоваться для своего общего умственного и научно-специального развития; как поставлены были студенты в городе; что они имели в смысле обще-развивающих условий; какие художественные удовольствия; какие формы общительности вне корпоративной,
то есть почти исключительно трактирной (по"кнейпам") жизни, какую вело большинство буршей.
Те, кто хорошо знал Николая Васильевича (как, например, Вейнберг или наш общий приятель проф. И.И.Иванюков), считали его одним из типичнейших
представителей полосы 40-50-х годов.